УДК 811

АДАПТАЦИЯ И ПЕРЕВОД: ЯЗЫКОВОЕ ПОСРЕДНИЧЕСТВО

Станиславский Андрей Радиевич
ПАО "Укргидропроект"
главный специалист службы маркетинга

Аннотация
В статье проанализировано, как классики советского переводоведения рассматривали адаптацию и перевод, и как они рассматриваются исследователями перевода, работающими на постсоветском пространстве сегодня.

Ключевые слова: адаптация, межъязыковое посредничество, перевод, языковое посредничество


ADAPTATION AND TRANSLATION: LANGUAGE MEDIATION

Stanislavskiy Andrey Radievich
Ukrhydroproject PJSC
chief expert at marketing service

Abstract
The article analyzes how the classics of Soviet translation studies dealt with the adaptation and translation and how the latter are viewed by translation scholars working in the post-Soviet countries.

Keywords: adaptation, interlinguistic mediation, language mediation, translation


Рубрика: Лингвистика

Библиографическая ссылка на статью:
Станиславский А.Р. Адаптация и перевод: языковое посредничество // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 8 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2015/08/12209 (дата обращения: 29.04.2017).

Перевод (или адаптация) – это действие, всегда выполняемое осознанно, и посредничество,

осуществляемое с помощью решений или предпочтений, которые в конечном счете становятся методами или процедурами.

 Жорж Бастин

Роль адаптации и других не «вполне» переводческих практик в переводе нечасто становится предметом серьезного переводоведческого анализа. Еще меньше работ, в которых адаптация оказывается основным объектом исследования. В этой статье мы вспомним, что говорили об адаптации классики советского переводоведения, а также проанализируем, что нового говорят о ней исследователи перевода, работающие в России и в других странах бывшего Советского Союза сегодня.

Как справедливо отмечает украинская исследовательница В.В. Демецкая, в переводоведении адаптации отводится «скромная роль падчерицы» [1, с. 107]. Невысокий статус адаптации зафиксирован и в современном словаре переводческих терминов Л.Л. Нелюбина [2], в котором адаптация определена следующим образом:

  1. Прием для создания соответствий путем изменения описываемой ситуации с целью достижения одинакового воздействия на рецептора.
  2. Под адаптацией понимается обычно разнообразная обработка текста: упрощение его содержания и формы, а также сокращение текста в целях приспособления его для восприятия читателями, которые не подготовлены к знакомству с ним в его подлинном виде.
  3. Приспособление текста для недостаточно подготовленных читателей. Например, «облегчение» текста литературно-художественного произведения для начинающих изучать иностранные языки. [2, c. 12-13]

Последние два пункта этого определения точно отражают традиционно скептическое, если не негативное, отношение к этому «приему» – не заслуживающему серьезного изучения – в работах большинства классиков советского переводоведения.

В своей известной работе «Основы общей теории перевода» [3] А.В. Федоров полностью исключает адаптацию из всех видов переводческой деятельности:

При всем своеобразии требований, предъявляемых переводчику тем или иным видом переводимого материала, при всей разнице в степени одаренности и творческой инициативы, в объеме и характере сведений, необходимых в том или ином случае, для всех видов этой деятельности общими являются два положения:

1) цель перевода — как можно ближе познакомить читателя (или слушателя), не знающего ИЯ, с данным текстом (или содержанием устной речи);

2) перевести — значит выразить верно и полно средствами одного языка то, что уже выражено ранее средствами другого языка. (В верности и полноте передачи — отличие собственно перевода от переделки, от пересказа или сокращенного изложения, от всякого рода так называемых «адаптаций»). [3, c. 15]

Р.К. Миньяр-Белоручев развивает положение Федорова о несовместимости «всякого рода так называемых адаптаций» с переводом, утверждая, что при переводе происходит «передача сообщения, а всякого рода адаптации передают не сообщение, а общее содержание речевого произведения, т.е. сокращенно излагают, переделывают, пересказывают сообщение». [4, c. 36]

Я.И. Рецкер в своей «Теории и перевода и переводческой практике» [5] вовсе избегает термина «адаптация», ограничиваясь однократным использованием термина «пересказ». Но и в его определении задач перевода мы слышим отголоски вышеприведенных высказываний:

Задача переводчика – передать средствами другого языка целост­но и точно содержание подлинника, сохранив его стилистические и экспрессивные особенности. … Иначе говоря, в отличие от пересказа, перевод должен передавать не только то, что выражено подлинником, но и так, как это выражено в нем. Это требование отно­сится как ко всему переводу данного текста в целом, так и к отдельным его частям. [5, c. 10]

Л.С. Бархударов, считая перевод «межъязыковой трансформацией» [6, с. 6], все виды трансформаций (преобразований) сводит к «четырем элементарным типам»:

  1. перестановки;
  2. замены;
  3. добавления;
  4. опущения.  [6, c. 190]

Как видим, ни адаптации, ни даже пересказу в этом списке места не нашлось.

Впервые адаптация, пересказ, сокращенное изложение и другие «непереводческие» виды деятельности по-настоящему попадают в поле зрения советских теоретиков перевода только после публикаций конца 1970-х годов лейпцигского исследователя Отто Каде, в работах которого  появилось понятие «языковое посредничество» (Sprachmittlung) (см., напр. [7] – [10]).

Л.К. Латышев определяет языковое посредничество как «общение разноязычных коммуникантов с помощью языкового посредника, владеющего двумя языками». При этом, как отмечает автор, «понятие языковое посредничество шире понятия перевода: перевод является лишь одним из его видов». К другим видам языкового посредничества он относит пересказ, сокращенный перевод и некие «гибридные» формы, отмечая тот факт, что «языковое посредничество во всех его реальных проявлениях изучено еще явно недостаточно» [7, с. 8-9].

С Латышевым согласен В.С. Виноградов, который относит к языковому посредничеству «и перевод, и реферирование, и пересказ, и другие адаптированные переложения». [8, с. 5]

У принимающего идею языкового посредничества А.Д. Швейцера в его «Теории перевода» [9] понятие «адаптация» встречается неоднократно, правда, главным образом, в контексте критической оценки существующих теорий зарубежных авторов. Так, обсуждая модель процесса перевода Каде, Швейцер утверждает, что в процессе изменений, которые наблюдаются в конечном тексте по сравнению с исходным текстом, происходящая «переадресовка текста другому получателю не может не влиять на его коммуникативную цель», которая определенным образом модифицируется. Однако он отмечает при этом, что такая «модификация допустима лишь в известных пределах»:

Речь может идти лишь об адаптации авторской интенции к другим коммуникативным условиям, а не о ее коренном пересмотре, который совершенно недопустим хотя бы в силу репрезентативного предназначения перевода. [9, с. 73]

Полная адаптация к нормам другой культуры, утверждает Швейцер, невозможна в силу «бикультурности» текста перевода, который «адаптируясь к культуре-рецептору, никогда полностью не порывает с исходной культурой». [9, с. 61]

Однако из всех авторитетных фигур позднесоветского и постсоветского переводоведения тема адаптации получила более или менее системное освещение, пожалуй, только у В.Н. Комиссарова.

Перевод, по Комиссарову, – это «вид языкового посредничества, который всецело ориентирован на иноязычный оригинал», и «иноязычная форма существования сообще­ния, содержащегося в оригинале» [10, с. 43]. Однако «в качестве языкового посредника перевод­чик может осуществлять не только перевод, но и различные виды т.н. «адаптивного транскодирования», которое он определяет следующим образом:

Адаптивное транскодирование – это вид языкового посред­ничества, при котором происходит не только транскодирование (перенос) информации с одного языка на другой (что имеет место и при переводе), но и ее преобразование (адаптация) с целью изложить ее в иной форме, определяемой не организа­цией этой информации в оригинале, а особой задачей межъ­языковой коммуникации. Специфика адаптивного транскодиро­вания определяется ориентацией языкового посредничества на конкретную группу Рецепторов перевода или на заданную фор­му преобразования информации, содержащейся в оригинале. [10, с. 48]

При этом, утверждает автор, создаваемый в результате такого преобразования (адаптации) текст «не предназначен для полноценной замены оригинала», и по-прежнему «перевод является основным видом языкового посредничества». Адаптивное же транскодирование оригинала имеет «парапереводческий характер и может быть представлено как объединение двух последовательных преобразований: перевод и заданная адаптация текста перевода». [10, с. 48]

К основным видам адаптивного транскодирования Комиссаров относит сокращенный перевод и адаптированный перевод. И если первый «заключается в опущении при перево­де отдельных частей оригинала по моральным, политическим или иным соображениям практического характера», то второй –

…в частичной экс­пликации (упрощении и пояснении) структуры и содержания оригинала в процессе перевода с целью сделать текст перевода доступным для восприятия отдельным группам Рецепторов, не обладающим достаточными познаниями и профессиональ­ным или жизненным опытом, которые требуются для полно­ценного понимания оригинала. [10, с. 49]

Это определение адаптированного перевода, как и приводимые автором примеры адаптации (перевод «взрослого» текста для юношества и сложного научного текста для неспециалистов) [10, с. 49], отсылают нас к словарному определению в [2], которое мы приводили в начале статьи.

Но Комиссаров говорит еще о двух видах адаптации, которые, по всем признакам, не подразумевают, что по своему интеллектуальному или профессиональному уровню читатель оригинала превосходит читателя адаптированного перевода. Это – стилистическая адаптация и прагматическая адаптация.

Стилистическая адаптация, по Комиссарову, применяется тогда, когда «какие-то особенности обнаруживаются только в одном из языков», и тогда «специфические средства изложения в оригинале заменяются языковыми средствами, отвечающими требованиям данного стиля в ПЯ». [10, с. 127]

Прагматическая адаптация определяется им как одна из разновидностей адаптированного транскодирования, «ориентированного на достижение желаемого эффекта» (например, перевод рекламы):

Изменение адресата требует порой использования совершенно иных доводов и иных способов убеждения, что связано с существенными изменениями при передаче структуры и содержания рекламы. Крайним случаем подобной адаптации является создание на ПЯ параллельного текста рекламы (co-writing), связанного с оригиналом лишь единством рекламируемого товара и общей прагматической задачей – побудить покупателей приобрести этот товар. [10, с. 50]

Таким образом, прагматическая адаптация выходит «за рамки перевода как процесса создания текста, коммуникативно равно­ценного оригиналу» [10, с. 221], но, как и некоторые другие виды «парапереводческих» практик, описанных Комиссаровым, может выполняться переводчиком в процессе перевода [10, с. 225].

Анализ теоретических работ российских авторов, пришедших на смену классикам позднесоветского периода, показывает, что и у них взаимоотношения между переводом и адаптацией, в основном, определяет восходящая к Отто Каде концепция языкового посредничества.

К тем известным специалистам, которые не пользуются этой концепцией, относится, например, И.С. Алексеева. В своем учебнике «Введение в переводоведение» [11] она упоминает языковое посредничество всего однажды. Адаптацию она относит к категории «обработка текста при переводе», в которую также включает стилистическую обработку, авторизованный перевод и соавторство, выборочный перевод и резюмирующий перевод [11, с. 23-26].

Однако в большинстве современных учебников по переводу реплицируются традиционные подходы, опирающиеся на концепцию языкового посредничества (см., например, [12], [13]). В русле классической традиции написана и популярная книга В.В. Сдобникова и О.В. Петровой «Теория перевода» [14].

Так, в их описании адаптированного транскодирования мы находим простое слияние типологии Комиссарова и Латышева [14, с. 103-105]. Прагматическая адаптация, как и у Комиссарова, обсуждается авторами отдельно; вслед за ним они выделяют в прагматической адаптации такие элементы, как эксплицирование, опущение, генерализация и конкретизация, отмечая при этом, что «эти способы прагматической адаптации не предполагают значительного измене­ния содержания высказывания в переводе» [14, с. 163-168]. Однако позднее, введя в свое обсуждение еще одну классическую работу конца 1970-х, «К науке переводить» Юджина Найды, они  допускают, что «в результате прагматической адаптации текста содержание тек­ста может меняться весьма существенно» [14, с. 169].

Особо рассматриваются авторами вопросы национально-культурной и хронологической адаптации художественных текстов. Поскольку, по их собственному признанию, «никакой теоретической проблемы, специфичной именно для художественного перевода, при этом не возникает» [15, с. 391-392], не очень понятно, почему этот вид адаптации не мог бы найти своего места в типологии адаптивного транскодирования или, скажем, прагматической адаптации.

Тем не менее встречаются работы, в которых традиционные взгляды на модель языкового посредничества и, соответственно, на роль адаптации в ней, начинают пересматриваться.

В этом отношении, заслуживает внимания небольшая статья исследователя из Казахстана Р.З. Загидуллина с характерным названием «Критика концепции перевода как вида языкового посредничества» [16].

Загидуллин критикует один из центральных элементов традиционной концепции языкового посредничества – деление процесса перевода на собственно «перевод» и «адаптивное транскодирование»; не согласен он и с тем, что «понятие «перевод» охватывает все типы языкового посредничества, включая т.н. дезидеративно адекватные переводы (реферативный, аннотационный, сегментный, аспектный и др.)». [16, с. 24]

Базовым элементом перевода Загидуллин считает преобразование информации в процессе коммуникации:

Любые тексты на ПЯ (включая и полные переводы оригинала) создаются в результате преобразований информации, сокращения и адаптации (т.е. адаптивного транскодирования» в той или иной степени), в то же время даже  выборочный перевод … может быть для коммуниканта равноценным по содержанию тексту оригинала. [16, с. 27]

Поэтому, полагает автор, концепция языкового посредничества оказывается узкой, поскольку переводчик «нередко выполняет коммуникативные функции – информатора, редактора или критика оригинала», – что, согласно Комиссарову, выходит за рамки этой концепции. [16, с. 27]

На основании размышлений о задачах переводчика, выходящих за рамки традиционного понимания языкового посредничества, он строит «более полный фрейм понятия «перевод»», который мы воспроизводим на рис. 1.

Рисунок 1. Фрейм понятия перевод по [16].

Еще одна попытка пересмотра концепции языкового посредничества предлагается в работе Н.К. Гарбовского «Теория перевода» [17]. Определяя перевод как «общественную функцию коммуникативного по­средничества между людьми, пользующимися разными языковыми системами» [17, с. 215], центральное место в своей книге Гарбовский отводит теоретическому обоснованию происходящих в процессе перевода межъязыковых преобразований [17, с. 358]. И вот, как в этих межъязыковых преобразованиях локализуется им адаптация:

Адаптация является крайней формой преобразований, допусти­мых в переводе, и заключается в подмене предметной ситуации, описанной в переводе, другой. Адаптация нарушает семантическую структуру оригинального речевого произведения и, таким образом, не может рассматриваться как средство дости­жения эквивалентности переводного текста тексту оригинала. Од­нако адаптацию можно отнести к средствам достижения адекват­ности в переводе, т.е. к тому пограничному уровню соответствия, за пределами которого можно говорить о переводе лишь условно.  [17, с. 383]

Гарбовский рассматривает все преобразования (трансформации) на трех уровнях: 1) прагматическом, 2) семантическом (денотативном) и 3) семантическом (сигнификативном). При этом адаптация, вызванная требованием «сохранения прагматического значе­ния» исходного сообщения «для достижения адекватности» перевода, оказывается на семантическом (денотативном) уровне трансформаций, предполагающем, что в переводе описывается иная, чем в оригинале, предметная ситуация. [17, с. 392-393]

Кроме того, Гарбовский относит адаптацию к прагматически обусловленным преобразованиям, которые «имеют своей целью достижение в тексте перевода коммуникативного эффекта, эквивалентного тому, который может быть выявлен в тексте ори­гинала». [17, с. 395]

Гарбовский, таким образом, показывает, что адаптация и перевод, будучи «преобразованиями» (трансформациями), представляют собой явления одного порядка. Принципиальная разница между ними в том, что при адаптации эти преобразования достигают максимально допустимой глубины:

Адаптация является последним шагом, пройдя который, перевод­чик покидает область перевода и оказывается в области иных, похожих на перевод, но менее строгих форм межъязыкового и межкультурного посредничества –  рефератов, переделок, подра­жаний и т.п. [17, с. 403]

Изучением роли адаптации в переводе очень плотно занимается украинская исследовательница В.В. Демецкая. Она является автором не только множества статей по данной тематике, но и автором монографии «Теория адаптации: кросс-культурные и переводоведческие проблемы» [18], ей также защищена докторская диссертация на тему «Теория адаптации в переводе» [19].

Что же нового об адаптации и переводе мы узнаем в ее работах?

В аннотации к своей диссертации она заявляет о намерении отказаться от традиционного взгляда на адаптацию как на вид языкового посредничества, обеспечивающего «крайнюю форму преобразований, допустимых в переводе», и предложить подход, «согласно которому адекватность перевода прагматично ориентированного текста возможна в условиях его адаптации к лингвокультурным стереотипам реципиента». [19]

В этой формулировке обращает на себя внимание то, что адаптация рассматривается Демецкой только для ограниченного набора текстов, а именно «прагматично ориентированных текстов» (или «прагматекстов») – текстов, «направленных на изменение поведения адресата» [20, с. 4]. К таким текстам она относит «словарную статью, учебный тип текста, ораторский тип текста (политическое выступление, проповедь), рекламный тип текста», при этом подчеркивая, что основное внимание ей уделяется текстам «политического и религиозного дискурсов» [21, с. 3].

Цель перевода прагматекста, по Демецкой, состоит в «воссоздании прагматического потенциала текста или дискурса в переводе с учетом лингвокультурных стереотипов носителей языка и культуры реципиента». [19]

Вводя различие между двумя типами перевода (переводческими стратегиями) – «репродуктивным переводом» (ориентированным на «воссоздание лингвокультурного кода отправителя») и «адаптивным переводом» («с доминантной установкой на языковые и культурные стереотипы реципиента переводного текста»), – Демецкая утверждает, что «адекватный перевод, как результат переводческой деятельности, возможен лишь при условии комплементарного характера репродуктивных и адаптивных стратегий»; и, следовательно, «адекватный перевод в любом случае предполагает адаптацию». При этом она отмечает следующее:

Различные типы текстов испытывают разной степени адаптации, а именно: адаптации могут подлежать элементы семантического, структурного и прагматического уровней. Поэтому мы предлагаем рассматривать следующие виды адаптации: 1) адаптация на гипертекстовой уровне (структурно-композиционная); 2) адаптация на текстовом уровне (стилистическая); 3) адаптация на гипотекстовом уровне (лексико-семантическая, грамматическая). [22, с. 37]

Демецкая считает, что обязательной характеристикой перевода-адаптации, которая отличает его как от перевода-репродукции, так и от других разновидностей интертекстов (аннотаций, комментирования, перевода по мотивам), является то, что «переводческая адаптация сознательно ориентирована на сопоставление и проверку текстом оригинала» [22, с. 8]. В самой же адаптации она выделяет две стратегии: 1) адаптацию типа текста и 2) адаптацию информации типа текста, или адаптацию информации; причем последнюю стратегию она считает не столько переводческой, сколько редакторской. [22, с. 18].

Заявления Демецкой об отказе от традиционного определения адаптации как «крайней формы преобразований, допустимых в переводе», мы рассматриваем как полемический выпад против классической характеристики адаптации Жан-Поля Вине и Жана Дарбельне (см., например, [23, с. 164]) или, ближе к сегодняшнему дню, против уже цитировавшейся формулировки Гарбовского в [16]. Кстати, между взглядами последнего и Демецкой, на наш взгляд, можно найти много общего. Нетрудно заметить, например, что предложенная Демецкой типология уровней адаптации перекликается с классификацией переводческих преобразований Гарбовского. И это не должно вызывать у нас удивления, потому что и Демецкая, и Гарбовский смотрят на адаптацию и перевод как на равноценные виды деятельности и видят основную цель адаптации / переводческих преобразований в сохранении прагматического / коммуникативного эффекта исходного сообщения.

Как мы надеялись показать в этой статье, в советской школе переводоведения адаптация прошла долгий путь от полного отрицания ее права на собственное место в этой дисциплине до назначения ей места в качестве одного из конститутивных элементов концепции языкового посредничества, но уступающего по значению собственно переводу (полному переводу).

В работах некоторых постсоветских исследователей наблюдается стремление в рамках той же концепции модернизировать типологию переводческих и адаптационных стратегий своих предшественников, «поднимая» статус адаптационных стратегий до собственно переводческих и уделяя при этом более пристальное внимание прагматическим и коммуникативным факторам в процессе перевода.

Для наглядности в приложении мы приводим краткую типологию адаптации и перевода по источникам, рассмотренным в нашей статье.

Приложение. Адаптация и перевод в работах некоторых советских и постсоветских исследователей



Библиографический список
  1.  Демецкая В.В. Определение понятия адаптация в рамках теории коммуникации и переводоведения // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Серия «Филология». 2007. Т. 20 (59). № 2. С.107-111.
  2. Нелюбин Л.Л. Толковый переводоведческий словарь. М., 2003. 320 с.
  3. Федоров А.В. Основы общей теории переводов (лингвистические аспекты). М. и СПб., 2002. 416 с.
  4. Миньяр-Белоручев Р.К. Теория и методы перевода. М., 1996. 208 с.
  5. Рецкер Я.И. Теория и перевода и переводческая практика. М., 2007. 244 с.
  6. Бархударов Л. С. Язык и перевод (Вопросы общей и частной теории перевода). М., 1975. 240 с.
  7. Латышев Л.К. Перевод проблемы теории, практики и методики преподавания. М., 1988. 160 с.
  8. Виноградов В.С. Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы). М., 2001, 224 с.
  9. Швейцер А.Д. Теория перевода: Статус, проблемы, аспекты. М., 1988. 215 с.
  10. Комиссаров В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты). М., 1990. 253 с.
  11. Алексеева И.С. Введение в переводоведение. СПб. и М., 2004. 352 с.
  12. Велединская С.Б. Курс общей теории перевода. Томск, 2010. 230 с.
  13. Паршин А. Теория и практике перевода, 1999. 202 с. [электронный ресурс]. URL:http://royallib.com/read/parshin_andrey/teoriya_i_praktika_perevoda.html#0 (дата обращения: 25.07.2015).
  14. Сдобников В.В., Петрова О.В. Теория перевода. М., 2007. 447 с.
  15. Найда Ю. К науке переводить. Принципы соответ­ствий // Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. М., 1978. С.130-131.
  16. Загидуллин Р.З. Критика концепции перевода как вида языкового посредничества // Теорія та практика перекладу. Випуск 19. К., 1993. С. 23-30.
  17. Гарбовский Н.К. Теория перевода. М., 2007. 544 с.
  18. Демецька В.В. Теорія адаптації: крос-культурні та перекладознавчі проблеми: Монографія. Херсон, 2006. 378с.
  19. Демецька В.В. Теорія адаптації в перекладі (Дисертація на здобуття наукового ступеня доктора філологічних наук). К., 2008 [электронный ресурс]. URL:http://disser.com.ua/content/349461.html#download (дата обращения: 25.07.2015).
  20. Демецька В.В. Перекладацька адаптація та типологія дискурсів, 2013. 11 с. [электронный ресурс]. URL:http://ekhsuir.kspu.edu/handle/123456789/228 (дата обращения: 25.07.2015).
  21. Демецька В.В. Теорія адаптації в перекладі (Автореферат дисертації на здобуття наукового ступеня доктора філологічних наук). К., 2008. 27 с. [электронный ресурс]. URL: https://www. irbis-nbuv.gov.ua(дата обращения: 25.07.2015).
  22. Демецька В.В. Еквівалентність і адекватність відтворення прагматичних текстів у перекладі // Наукові записки. Випуск 104 (1). Серія «Філологічні науки (мовознавство)». Кіровоград, 2012. С. 35-39.
  23. Вине Ж.-П., Дарбельне Ж. Технические способы перевода // Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. М., 1978. С. 157-167.


Все статьи автора «Станиславский Андрей Радиевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация