УДК 81.42

СВОЕОБРАЗИЕ ЛИНГВОКУЛЬТУРНОГО ТИПАЖА «ЭКСПЕРТ» В ПРЕДСТАВЛЕНИИ ТЕЛЕВЕДУЩЕЙ Э. ХРОМЧЕНКО

Еремина Марина Артуровна
Уральский государственный университет путей сообщения
кандидат филологических наук, ст. преподаватель кафедры иностранных языков и межкультурных коммуникаций

Аннотация
Данная статья посвящена проблеме изучения языковой личности как лингвокультурного типажа. Объектом исследования выступает телеведущая Э. Хромченко играющая роль модного эксперта в телевизионном медиапространстве. В статье дается представление об особенностях речевой культуры ведущей, выявляется набор коммуникативных стратегий и тактик, составляющих коммуникативное поведение в рамках передачи «Модный приговор».

Ключевые слова: коммуникативное поведение, коммуникативные стратегии и тактики, лингвокультурный типаж, речевая культура, языковая личность


THE ORIGINALITY OF THE LINGUOCULTURAL TYPE «EXPERT» IN THE PERFORMANCE OF THE PRESENTER E. KHROMTCHENKO

Eremina Marina Arturovna
Ural State University of Ural State University of Railway Transport
candidate of philological Sciences, senior lecturer of the Department of foreign languages and intercultural communication

Abstract
This article deals with the problem of studying the language personality as a linguistic-cultural type. The object of research is the presenter E. Khromtchenko playing the role of the expert in the TV media space. The article provides an idea about the features of speech culture of a presenter, revealed a set of communicative strategies and tactics that constitute the communicative behavior presenter of the program "Fashion verdict".

Keywords: communicative behavior, communicative strategy and tactics, language personality, linguo-cultural type, Speech culture


Рубрика: Лингвистика

Библиографическая ссылка на статью:
Еремина М.А. Своеобразие лингвокультурного типажа «эксперт» в представлении телеведущей Э. Хромченко // Гуманитарные научные исследования. 2016. № 10 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2016/10/17233 (дата обращения: 19.11.2016).

Понятие «лингвокультурный типаж», введенное в антропологическую лингвистику В.И. Карасиком, используется при коммуникативно-прагматическом аспекте описания языковой личности, который предполагает отнесение индивидуума к тому или иному социокультурному типу и исследование стереотипных представлений носителей языка об атрибутах, деятельности и поведении, свойственных данному типу. От смежных понятий (роль, амплуа, персонаж, стереотип, имидж, речевая маска, речевой портрет) лингвокультурный типаж отличают следующие признаки: 1) типизируемость личности, 2) значимость этой личности для культуры, 3) ценностная составляющая в концепте, фиксирующем такую личность, 4) возможность ее фактического и фикционального существования, 5) возможность ее конкретизации в реальном индивидууме либо персонаже художественного произведения, 6) возможность ее упрощенной и карикатурной репрезентации, 7) возможность ее описания с помощью специальных приемов социолингвистического и лингвокультурологического анализа [1, с. 16-17].

Образ «эксперта» в современном массовом сознании формируется во многом благодаря продуктам медийной культуры, среди которых можно упомянуть телевизионные ток-шоу различной тематики с приглашением психологов, политологов, врачей и других специалистов, а также криминальные сериалы, в которых заметную роль играет эксперт (например, сериал «След» о работе Федеральной экспертной службы).

Ядро понятия «эксперт» обнаруживается в словарных определениях соответствующей лексемы:

  • ‘cведущее лицо, специалист, привлекаемый для того, чтобы высказать свое мнение, дать заключение по поводу какого-н. дела, вопроса’ [2, с. 1345];
  • ‘cпециалист в какой-л. области знания, привлекаемый для того, чтобы высказать свое мнение, дать заключение по какому-л. делу, вопросу’ [3];
  • ‘cпециалист, дающий заключение при рассмотрении какого-нибудь вопроса’ [4, с. 867].

Приведенные дефиниции позволяют выделить в содержании рассматриваемого типажа следующие признаки: 1) человек, 2) профессионально владеет какой-либо специальностью, 3) привлекается по запросу со стороны каких-либо лиц; 4) дает квалифицированное заключение по вопросу его специальных знаний.

Анализ контекстов употребления слова эксперт, взятых из Национального корпуса русского языка [5], показывает, что роль эксперта представляется носителям языка сугубо инструментальной, вспомогательной, сводимой к ограниченному набору функций: «По оценкам экспертов Министерства обороны, уровень защиты устройства соответствует требованиям к хранению совершенно секретной информации» [Дмитрий Лысак. Секретная миссия простого брелка (2003) // «Stuff», 2003.03.06]; «Воплощать все эти замыслы в конкретику, как заявил вчера на совещании с членами правительства Владимир Путин, нужно начинать немедленно, эксперты должны приступить к работе уже на этой неделе» [Екатерина Григорьева, Елена Загородняя, Игорь Моисеев. Кремлевская мечта. Четыре президента сочинили новый экономический союз (2003) // «Известия», 2003.02.24]; «Зато чиновник привлекает советников и экспертов, имеет доступ к особому источнику знаний: так называемой «служебной информации»» [Александр Филиппов. Участь эксперта // «Отечественные записки», 2003]. В подобных текстах качественная характеристика типажа стремится к нулю, а оценочная составляющая концепта «эксперт» имеет скорее нейтральный характер.

Вместе с тем, воплощение типажа в отдельной языковой личности дает возможность выявить конкретные представления о том, как действует и ведет себя эксперт. Рассмотрим их на примере известной медиаперсоны, журналиста, телеведущей и писательницы Эвелины Хромченко. В телевизионной передаче «Модный приговор», которая в развлекательно-игровой форме моделирует ситуацию судебного процесса, за Э. Хромченко закреплена роль эксперта, о чем сообщается в начале каждого выпуска ведущим А. Васильевым: «Эвелина Хромченко – эксперт моды. Человек, который знает о моде все и даже больше!»

Выполнение функций эксперта возможно в границах компетенции, которая определяется предметом специальных знаний. Представление об области компетенции эксперта моды в программе «Модный приговор» варьируется в зависимости от задач, которые ставятся перед ведущей в той или иной части программы. Так, в разделе «Опрос со стороны обвинения» ведущая при помощи ряда вопросов анализирует обстоятельства внешней и внутренней жизни героини, повлекшие претензии со стороны свидетеля обвинения. В этой же части программы она комментирует гардероб героини, обращая внимание на связь стиля, цвета, фасона одежды с особенностями ее личности. В «Модных советах» делится с аудиторией знаниями о способах ношения отдельных деталей гардероба, стилях в одежде, актуальных тенденциях в моде. Заключительная часть передачи посвящена обсуждению двух вариантов преображения главной героини. Ведущая дает экспертную оценку нарядам, выбранным самой героиней и подобранным для нее стилистами. Оценка носит развернутый характер, представляя собой описание негативных или, наоборот, положительных последствий в личной и социальной жизни героини, которые влечет за собой ее выбор. Таким образом, с предметной точки зрения, экспертная зона Э. Хромченко не ограничивается собственно вопросами моды и стиля, в нее входят вопросы о взаимовлиянии стиля, эмоционального состояния, личных отношений, социальной роли, карьеры, образа жизни.

Ключевой момент описания лингвокультурного типажа – исследование коммуникативного поведения языковой личности, выбранной объектом анализа. К важным характеристикам коммуникативного поведения, в свою очередь, относятся 1) уровень речевой культуры говорящего и 2) набор речевых стратегий и тактик, используемых им для взаимодействия с другими участниками коммуникации.

Речекультурная характеристика языковой личности Э. Хромченко идентифицирует ее как носителя элитарной речевой культуры полнофункционального типа, признаками которого являются максимально полное знание языковой системы, ее функциональных возможностей и норм их использования. Об этом свидетельствует следующий набор речевых маркеров:

1) высокий уровень компетенции в области лексики, особенно в той части, которая связана с профессиональными знаниями говорящего. В этом плане показательно обращение к «модной» лексике, включающей в себя обозначения предметов гардероба, элементов стиля, направлений в моде. В своей речи Э. Хромченко задействует не только лексическое ядро данной тематической группы, куда входят слова, не требующие специальных познаний: платье, мини-платье, однобортный жакет, колготки, брюки, юбка, брючный костюм, блуза, обувь, на плоской подошве, пояс, джинсы, ожерелье, роскошные браслеты, джинсовая рубашка, галстук, бант и др., – но и лексемы терминологического характера, понятные рядовому носителю языка только из вербального и визуального контекста: слипоны, сникерсы, тимбы, грингерсы, брюки-кюлоты, нью-лук, стиль tribal, total denim look, лоферы, мюли, баска, платье-flappers, бомбер, косуха, стиль lady-like и др.

Для характеристики женского гардероба и стиля Э. Хромченко прибегает также к «цветовому» словарю, предпочитая при этом наименования не столько базовых цветов, сколько оттенков, которые составляют довольно обширное лексическое поле: глубокий оттенок баклажана, цвет малахита, яркий цвет травы, хаки, оливковые оттенки, цвет экрю, лимонный, мятный, персиковый, бордо, малахит, цвет травы, оттенки льна, цвет марсала, цвет лососины, цикламен  и др. Компетентность ведущей в вопросах лексической колористики подтверждается умением подбирать названия оттенков по разным параметрам: ‘собственно оттенок’ (баклажан, малахит, лососина), ‘насыщенность’ (глубокий, яркий), ‘комплексность цвета’ (разбеленный зеленый, серо-зеленый). Обращает на себя внимание использование нетривиальных цветовых обозначений, ср.: цвет люминесцентного фломастера, цвет арсеникум.

2) владение лексико-стилистическими ресурсами языка, в частности умелое совмещение книжного и разговорного лексико-стилистических пластов:

Мы здесь насмотрелись (разг.) на красавиц / которые считают себя кикиморами (разг.) / в огромном количестве // мы смотрели на идеальные ноги // про которые хозяйка (разг.) говорила плохо / и не понимали / что ж (разг.) плохого нашлось (разг.)  в ее ногах // а та рассказывала, что в третьем классе учительница сказала ей / что у нее ножки колесом (разг.) или что-то в этом духе (разг.) // в общем / подобного рода проявления / которые вы демонстрируете (книжн.) / в неуверенности в себе / идущие из детства / они вовсе (разг.) не новость // мы смотрим и не понимаем / что может быть плохого в этих идеальных ногах / модельных ногах / а женщина стоит и жмется (разг.) и говорит / вот (разг.) я ношу несколько колготок шерстяных для того чтобы мои ноги были потолще (разг.) // вот и ваш случай видимо такой же // но нет никаких видимых причин (книжн.) беспокоиться о вашей внешности / а вы стоите грустная и печальная / и я подозреваю / что вы не все нам рассказываете / и правильно делаете на самом деле //  мало что изменится / если обнародуешь причину / а возможно если промолчишь / то причина ни о чем и не догадается // а трансформация (книжн.) не заставит себя ждать слишком долго / это будет скоро и преображение (книжн.) будет потрясающим / уж ваша подруга знает / зачем вас сюда привела // (2016. 26 июля) [6]

3) использование эвфемизмов, что является показателем высокого уровня самоконтроля собственной речи [7, с. 47] и наличия этических стандартов у языковой личности.

(1) Этот костюм не имеет отношения к моде (безвкусный, старомодный) (2015. 26 сентября).

(2) Встречая мужа в такой красоте (о невзрачной футболке) (2015. 04 апреля).

(3) Идите мерьте этот костюм, и мы увидим / «как солнце» или как мама сказала («Отстой!») (2016. 26 июля).

(4) Я бы приписала ей / скажем так / не совсем корректное (безвкусное, нелепое) использование гардероба / не по предназначению (неуместное) (2016. 31 мая).

(5) Этот костюм отдает дань уважения ее родителям (слишком консервативный, старомодный) (2016. 22 июля).

4) языковая игра. В арсенале средств языковой игры Э. Хромченко отдает предпочтение игровым приемам в области лексики, среди которых

1) употребление слова в несвойственном ему значении (значение слова при этом расширяется), что дает возможность окружающим посмотреть на человека, вещь, явление с новой стороны. Так, характеризуя гардероб героини и отмечая пристрастие к оттенкам красного цвета, ведущая употребляет слово рецидивистка: При этом она не рецидивистка // в ее вещах есть место и для голубого / например / цвета. В современном русском языке рецидивист – это «человек, имеющий уже судимость и совершающий преступление повторно» [8]. Очевидно, что в приведенном выше контексте узкое, юридическое значение слова меняется на более широкое: «человек, который неоднократно замечен в своем пристрастии к чему-либо осуждаемому». Совмещение двух содержательных планов: судебно признанной антисоциальности и пристрастия к определенным цветам в одежде, – создает юмористический эффект и помогает эмоционально разрядить стрессовую обстановку записи ТВ-передачи.

2) нестандартная сочетаемость слов: Видны ноги, в режиме питания которых вы уже преуспели; гардеробная привычка; Стоит ли связываться с этой пачкой, если вы не знаете, как ее правильно  готовить? Приведенные примеры свидетельствуют о легкости и свободе в использовании лексических единиц.

Фактором, влияющим на коммуникативное поведение говорящего, является коммуникативная ситуация, в которую включен говорящий. В программе «Модный приговор» ведущий находится во взаимодействии с несколькими участниками общения: героиня программы, два соведущих, «свидетель со стороны обвинения», публика в зале, ТВ-аудитория. Общее коммуникативное задание в данном случае – добиться поставленных в каждом разделе передачи целей и сохранить отношения с партнерами по шоу. Эта непростая задача решается Э. Хромченко при помощи ряда коммуникативных стратегий и тактик [9].

I. Стратегия повышения коммуникативного статуса партнера. Она направлена на самокоррекцию Я-темы в пользу речевого «Я» собеседника. Репертуар стратегии в речи ведущей репрезентуют  следующие тактики.

1. Тактика комплимента всегда реализуется в отношении внешности главной героини программы.

(1) А в нашей ситуации эта женщина еще долго, очень долго, может носить открытые коленки / поскольку они у нее не просто красивые / они у нее прекрасны // (2016. 26 июля).

(2) У нее и вправду хорошая фигура // и / конечно / ну хотя бы иногда, когда не так холодно / хотелось все же ее показать // (2016. 31 мая)

(3) И платьице у нее летнее очень отчетливо демонстрируют ее хорошенькую фигуру // (2016. 27 мая)

(4) Не знаю / почему она убегает от вас // нам она видится даже не на расстоянии // действительно красивая девушка // (2016. 14 июля)

(5) Это у вас семейное явно / потому что вы тоже очень красивая женщина // (2016. 28 мая)

(6) Есть и позитивные характеристики. На ком еще могут сидеть так джинсы / как не на нашей стройной красавице // это замечательный фактор / давайте на него обратим внимание // (2016. 20 мая)

Уместность данной тактики обусловлена стрессовым характером ситуации, в которой находится участница, вынужденная перед камерами выслушивать критические высказывания в свой адрес и переживать кардинальное преображение своего внешнего вида.

2. Тактика похвалы часто применяется в ситуации оценки модного выбора героини. От тактики комплимента ее отличает то, что предметом оценки становится не физические достоинства героини, а выбор одежды.

(1) Белый верх наша героиня носит / и этот белый верх очень успешный // (2016. 20 июля).

(2) В отношении цветовой группы / наша героиня совершенно не заблуждается // (2016. 30 июля).

(3) Все-таки она понимает / что и куда надо носить / трусы во двор / свитер с елкой на Новый год / это тоже позитивный фактор // (2016. 23 мая).

(4) Для соискания той работы / на которую вы претендуете / вы уже одеты как следует / осталось только надеть колготки // (2016. 22 июля).

(5) Да, действительно, это очень удачное платье / которое в вашем случае, просто обязано приоткрывать колени // (2016. 26 июля).

II. Стратегия создания положительной тональности общения также направлена на достижение позитивного коммуникативного результата. Данную стратегию в речи Э. Хромченко конституируют следующие тактики.

1. Тактика снижения категоричности высказывания оказывается востребована при необходимости облечь нелицеприятное по содержанию оценочное высказывание в вежливую, корректную форму. Языковым средством решения данной коммуникативной задачи служит прием эвфемизации. Объектом закамуфлированного обозначения в речи Э. Хромченко чаще всего являются излишняя полнота (реже – худоба) женщины или выбор одежды не соответствующий эталонам вкуса.

(1) Скрывать рельефы // которые вы не хотите показывать (о складках жира на теле); (2016. 27 июля).

(2) Подчеркивающие элементы внешности (о выпирающих от жира части тела); (2016. 26 июля).

(3) Не вредила никакой красоте // ни миниатюрной // ни нестандартной (о полной фигуре) (2016. 10 апреля).

(4) Два опасных полушария // которые помешали бы нашей героине выглядеть стройной (о крупных ягодицах) (2016. 24 июля).

(5) Для корпулентной женщины такая тяжесть излишняя (полной) (2016. 22 июля).

2. Тактика шутки. Э. Хромченко прибегает к иронии и шутке в той части программы, в которой она должна представить типичный гардероб героини и подтвердить обоснованность выдвинутых претензий со стороны обвинения. Применение данной тактики диктуется задачей смягчить общую критическую направленность высказываний и позволяет в безобидной, иносказательной форме отметить нелепость стиля героини:  

(1) Все-таки она понимает / что и куда надо носить / трусы во двор / свитер с елкой на Новый год. (2016. 02 августа).

(2) Пока я вижу женщину в белой блузке и без штанов (о женщине, надевшей легинсы, которые, по мнению Э. Хромченко, не относятся к брюкам) (2016. 26 июля).

III. Стратегия солидаризации направлена на демонстрацию близости, общности, единодушия с коммуникативным партнером. Репертуар стратегии составляют следующие тактики.

1. Тактика совета, как правило, применяется при адресации к зрительской аудитории, как в зале, так и за экраном.

(1) Пожалуйста, посмотрите на эти брюки и сделайте так / чтобы на ваших джинсах никогда не было притёртостей / которые меняют вашу фигуру в худшую сторону // И сделайте именно такой выбор / если вы хотите / чтобы ваши бедра смотрелись пообъёмней // (2016. 22 июля).

(2) Здесь необходимо сказать / что в нынешнем сезоне двойки джинсовые действительно в большой чести / и даже если они не совпадают по цвету / нижний цвет плотнее верхнего / они вполне лояльно будут выглядеть на любом мероприятии // не ошибитесь с обувью / просто балетки подойдут / просто сникерсы подойдут / но не те кроссовки / в которых занимаетесь в тренажерном зале // и конечно не нарядные туфли на каблуках / тут будет прокол // (2016. 24 июля).

(3) Не бойтесь / изучайте колористику / не идите по колее / которую кто-то до вас проложил // (2016. 31 мая).

(4) Купите красивое платье и красивые туфли и позвольте им работать за вас // (2016. 20 июля).

2. Тактика создания Мы-общности. Эта тактика также используется при обращении к зрительской аудитории, хотя возможна и солидаризация с героиней программы. При этом задействованными оказываются следующие средства апелляции к адресату: прямое обращение, призыв к действию, употребление местоимения мы, наш:

(1) Я не буду показывать джинсы нашей героини / вы догадываетесь / что они и так у нее есть // (2016. 28 мая).

(2) А вы стоите грустная и печальная / и я подозреваю / что вы не все нам рассказываете / и правильно делаете на самом деле // (2016. 22 июля).

(3) Посмотрите / очень актуальные цвета / хорошо сопрягаются с ее природными цветами / действительно красивая девушка, поаплодируйте! (2016. 26 июля).

(4) Сейчас найдем мы летние наряды / вот летом, все лучше / видите / белый верх наша героиня носит // (2016. 23 июля).

(5) Я думаю / нам просто всем вместе нужно сделать то / чего хочет моя подопечная

3. Тактика согласия.

(1) Г.П. (героиня передачи): Это вообще сжечь надо / они отвратительны //

Э.Х.: Понятно, т.е. вот это все можно сжечь//  (2016. 10 апреля).

(2) Г.П.: Мне это будет напоминать колбасу в оболочке // не знаю / может быть еще какие-то варианты //

Э.Х. Вариантов нет / вы правы // (2016. 20 июля).

(3) Н.Б. (Надежда Бабкина): До этого они же приходят нарядными

Э.Х.: До этого / да // вы правы (2016. 28 мая).

Подведем итоги. Лингвокультурный типаж «эксперт» в представлении Э. Хромченко конкретизируется в виде подтипа «эксперт моды». В рамках передачи «Модный приговор» ведущая высказывает суждения относительно взаимовлияния моды, стиля, внешнего вида, эмоционального состояния, карьеры, личной жизни. Речевую культуру телеведущей характеризует детальное знание «модного» и «цветового» словаря, уверенное владение стилистическими ресурсами русского языка, умелое использование в речи эвфемизмов и приемов языковой игры, что свидетельствует о высоком уровне языковой и речевой компетентности, развитом речевом самоконтроле, опоре на внутренние этические стандарты и творческом отношении к языку. При выборе коммуникативных стратегий и тактик телеведущая руководствуется задачей установить эффективное общение с участниками общения. Перед зрителями предстает эксперт, который не только делится специальными знаниями, но способен смягчить критические высказывания, психологически поддержать лестными отзывами, разрядить атмосферу шуткой, дать полезные советы, продемонстрировать эмоциональную близость и интеллектуальную общность с участниками передачи.


Библиографический список
  1. Лапковская Н. А. Речевые маски шоумена Сергея Светлакова: магистерская диссертация. Екатеринбург, 2015.
  2. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. – 4-е изд., доп. – М. : Азбуковник, 2009.
  3. Ефремова Т. Ф. Новый словарь русского языка. Толково-словообразовательный [Электронный ресурс] / Т. Ф. Ефремова. М.: Дрофа; Русский язык, 2000. URL: http://www.efremova.info (дата обращения 31.08.2016).
  4. Толковый словарь русского языка / Под ред. Д. Н. Ушакова. – Т. 1. – М.: Огиз, 1935.
  5. Национальный корпус русского языка. [Электронный ресурс] / URL: http://ruscorpora.ru/search-main.html (дата обращения 31.08.2016).
  6. Сайт телевизионной передачи «Модный приговор». [Электронный ресурс] / URL:  http://modniy.tv/ (дата обращения 31.08.2016).
  7. Крысин Л.П.  Слово в современных текстах и словарях. Очерки о русской лексике и лексикографии. М., «Знак», 2008.
  8. Кузнецов С. А. Большой толковый словарь русского языка / С. А. Кузнецов. – СПб.: Норинт, 2000. [Электронный ресурс] / URL: http://www.gramota.ru (дата обращения 31.08.2016).
  9. Иссерс О. С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи / О. С. Иссерс. – Омск, 1999.
  10. Карасик В. И. Языковая кристаллизация смысла / В. И. Карасик. – М.: Гнозис, 2010.


Все статьи автора «Еремина Марина Артуровна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация