УДК 81'373(=512.31)

ИМЕНОСЛОВ БАРГУЗИНСКИХ ЭВЕНКОВ

Вачеланова Дарья Геркеновна
Государственное автономное учреждение культуры Республики Бурятия «Этнографический музей народов Забайкалья»
научный сотрудник, заведующий эвенкийским комплексом

Аннотация
В статье анализируются имена баргузинских эвенков, собранные на материале полевых работ. В центре внимания происхождение личных имен, их место в мировоззрении этноса. Определены факторы, влияющие на имянаречение у эвенков.

Ключевые слова: , , , , , ,


Рубрика: Этнография

Библиографическая ссылка на статью:
Вачеланова Д.Г. Именослов баргузинских эвенков // Гуманитарные научные исследования. 2017. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2017/12/24758 (дата обращения: 23.09.2018).

Объектом изучения в статье являются имена баргузинских эвенков, определяются их происхождение и место в мировоззрении этноса. Подобными проблемами занимается антропонимика,раздел ономастики, изучающий антропонимы, то есть имена людей и их отдельные составляющие, их происхождение, эволюцию, закономерности их функционирования, географию. Антропонимика выделилась в самостоятельное направление в 60-70-е гг. XX в.

Каждый этнос в каждую эпоху имеет, как установлено, свой антропонимикон – реестр личных имен. Считается, что имя наделено смыслом, который и влияет на процесс имянаречения.

Большой вклад в изучение проблемы воздействия имени на судьбу внес религиозный философ Павел Флоренский. В работе «Имена», опубликованной в 20-х годах XX в., он на фактическом материале показал, что имя, данное при рождении, создает «типический склад личности» [4, с. 319]. Исследованием проблем ономастики занимались такие выдающиеся российские мыслители, как С. Н. Булгаков и А. Ф. Лосев. Они теоретически обосновали, что имя определяет место и роль своего носителя в обществе, его предназначение. Во многих именах, как ими установлено, находятся предопределённые действия, и имеется особый ритм их повторения. Широко известны работы А.В.Суперанской, В. Д. Бондалетова, Л. В. Успенского, Б. Ю. Хигера и др.

Имена эвенков, на мой взгляд, еще недостаточно изучены. Опираясь на картотеку, составленную мною в ходе полевых работ, предприму попытку определить особенности происхождения личных имен баргузинских эвенков, место имени в мировоззрении этноса.

Как известно, этноним «эвенки» является самоназванием народа и обозначает слово «люди». В документах и литературе с 1931 г. это слово стало повсеместно употребляться в качестве официального названия, до этого времени эвенки назывались тунгусами. Конные тунгусы (скотоводы, эвенкийское самоназвание – мурчены) – это эвенки, которые заселяли лесостепи и степи от западного побережья Байкала до верховий Амура  на востоке и от долины Баргузина на севере до степей современной Монголии на юге.

Эвенки – одна из многочисленных этнических общностей Севера, Сибири и  Дальнего Востока. Несмотря на сравнительную малочисленность, эвенки по масштабам освоенных ими земель превосходят все другие коренные сибирские народы. По данным переписи 2010 г., в Российской Федерации их проживает 38396 человек, в Республике Бурятия зарегистрировано 2945 человек, из них баргузинских эвенков 461 человек. Они расселены в Курумканском и Баргузинском районах.

Несмотря на отсутствие общераспространенных имен, образование личных имен у эвенков подчинялось определенным языковым нормам, в силу чего их имена отличались от других.

Значительный вклад в эвенкийскую антропонимику внесла Г. М. Василевич, автор монографии «Эвенки: историко-этнографические очерки (XVIII – начало XX в.)» (1969 г.). Она отмечала, что на разных этапах истории как до XVII в., так и после тунгусы были тесно связаны с другими народами уральской и алтайской языковых семей. «Эти связи после XVII в. зафиксированы в исторических источниках и отражены в языках, в частности в собственных именах и родоплеменных названиях, а также в этнографии и фольклоре, а связи более ранние восстанавливаются по данным языка, материальной культуры и фольклора. Одним из источников подобной реконструкции может быть ономастика, особенно собственные имена и родоплеменные названия» [1, с.296].

Эвенки относились к личным именам, как к чему-то сокровенному, так как они считали, что в имени содержится часть души человека. «Имя собственное, неповторимое, выделяет человека из мира природы, возносит его над обитателями тайги. Только с именем человек становится индивидуумом, личностью», – пишет М. М. Хасанова в статье «Антропонимы в фольклоре восточных эвенков» [5, 1983, с.101].

Действительно, имя играет важную роль в жизни эвенка. Без него он не может существовать. В системе мировоззрения эвенков имя выражает сущность человека, является как бы его частицей. И оно не могло повторяться. Поэтому имя ребенка в большинстве случаев является вообще новым словом. Имя не выбирали заранее, это считалось табу, а давали его уже родившемуся ребенку. Если его родители нарушали запрет, то злые духи могли убить или навредить ребенку после рождения. В таких случаях на помощь приходили шаманы, которые играли особую роль в жизни своих соплеменников. Они являлись защитниками и посредниками между миром людей и миром духов. Каждый род имел своего шамана, и поэтому в имянаречении баргузинских эвенков участвовали не только близкие родственники, но и шаманы. Для имен использовались названия, явления, признаки всего, что окружало ребенка во время его рождения.

Так, если рождение ребенка было связанно с каким-либо событием, то оно отражалось на выборе имени ребенка. Например: Куриммадин (от курим свадьба) – ребенок, родившийся во время подготовки или на самой свадьбе; Пота (от пота сумка) – возможно, ребенок родился во время кочевки и его везли в сумке; Геркен (от гирки друг) – ребенок, родившийся во время гостей, друзей в доме-чуме; Дёлбо (от долбо ночь) – ребенок, родившийся ночью; Бираул (от бира  река) – ребенок, родившийся возле реки; Бакан (от баками  найти) – ребенок-найденыш; Бодоул (от бодо жизнь), так могли назвать ребенка слабого, не подающее надежды выжить в суровых условиях чума, чтобы подбодрить его духов или задобрить духов;  Гиравул (от гиравун февраль) – ребенок, родившийся в феврале; Лучамни (от луча русский) – ребенок родился, когда в доме гостили русские люди; Мэгдавул (от  мэгдэми торопиться) – ребенок, рожденный раньше срока.

Имена также давали по сходству с внешностью или характером  какого-либо животного или птицы. В этом случае нарекали такими именами, как Делэки (от делэки) – горностай;  Куркан (от куркан) – ягненок; Куликан (от куликан) – змейка; Орочен (от орон) – олень; Боро (от боро) – бычок; Микчан  (возможно, от мужского микчан) – дикая коза, кабарга, мальчик родился с длинными ногами, прыгучий, как коза; Имагачан (от имагачан) – козленок; Тураки (от тураки) – ворона; Чипича (от чипича) – птичка.  Были имена,  которые обозначали части тела животных: Ивул (от иел) – имеющий рога; Кокчонду – копыто. Вачелан (от вачелан) – белая шерстка на груди у собаки.

Ребенок мог быть назван в честь родственника, на кого он сильно был похож. Тогда к имени старшего добавляли уменьшительный суффикс –кан, например,  Делэки – Делэткэн; Куркан – Куркаткан.

Также могли наречь ребенка по его внешности, поведению, характеру, например, такие имена, как Бэридин (от бэрдимэ) – шершавый; Мукча (от мукчэмэ) – круглый; Мукту (от муктума) – укороченный (ребенок с рукой без кисти), Хокочин (от хагачан ~хага) – берестяная коробка, при рождении лицо девочки, возможно, было похоже на такую коробку – квадратное, морщинистое, да еще и грустное, как будто она хочет заплакать; Хитон, Хитоной (от  хитэ) – чумазая, имеющая веснушки, бородавки; Сэвдит (от сэвдён) – веселый, смешной; Аялик (от ая) – красивая, хорошая [6, c. 66]; Мэргэткан (от мэргэми) – переживать; Мэргэчон (от мэргэ) – горечь, печаль; Мэдудин (от мэду) – чуткий; Мухутур (возможно, однокор. к имени «Мухууше») – горб, горбатый

В именах баргузинских эвенков мы также обнаружили отражение одного из основных видов их хозяйственной деятельности – охоты, например, Удаул (от удя) – оставляющий след; Берелту (от бэр) лук, лучник; Синкивул (от синкэн) – дух, хозяин промысла, покровитель охоты и диких зверей; Сэлэкэн, Сэлэткэн (от сэлэ)железо; Гоко (от гоко) – крюк.

Кроме приведенных выше имен в нашем словнике также немало и других имен, этимология которых уточняется, например, Ганаул, Кулугор, Лэгу, Медаси, Охинда, Паегир, Сэндит, Тоджикан, Упанай, Чапайя, Экиндэй, Явучи, Янго. Источником информации по имянаречению баргузинских эвенков послужили материалы полевых работ в селах Алла, Улюнхан Курумканского района и архивы сельских поселений.

Отметим и тот факт, что в конце XVII-XIX вв. в ревизорских сказках и архивах стали появляться у баргузинских эвенков не только эвенкийские имена, но и бурятские, тибетские. Например, такие имена, как Цырен, Мунко, Дулма, Цыден, Бадма, Гарма и т.д. Объясняется это тем, что эвенки стали тесно контактировать с бурятами. Например, эвенкийское имя Ороткон – «маленький русский» заимствованно от бурятского «ород» русский + эвенкийский уменьшительно-ласкательный суффикс. На имянаречение эвенков повлиял и буддизм. По настоянию лам эвенки стали соблюдать буддийские каноны и при выборе имени следовали их советам.

Вместе с тем, баргузинские эвенки проповедовали не только буддизм, но и православие. Появились такие имена, как Микола, Макута, Лапка, Василий, Степан, Афанасий. Поэтому в настоящее время среди баргузинских эвенков мы обнаруживаем фамилии Степанов, Николаев, Афанасьев и др., наряду с исконными фамилиями – Бираулев, Вачеланов, Берельтуев, Мухутаров, Делбонов, Атакин и др.

Следует отметить, что в настоящее время молодые семьи баргузинских эвенков редко используют эвенкийские имена, но вместе с тем они дают своим детям вторые имена, которые употребляются в кругу близких и друзей, например, Аялик, Олгарик, Болгодин, Тураки, Чипича и др.

Все имена, заимствованные из бурятского и русского языков, оформляются по фонетическим нормам эвенкийского языка. Например, Бато (бур.) – Бату (эвенк.), Мунко (бур.) – Мунку (эвенк.), Прасковья (рус.) – Паруска (эвенк.), Николай (рус.) – Микола (эвенк.).

В настоящее время словник имен баргузинских эвенков пополняется за счет работы с информантами, продолжается исследование их этимологии.

Таким образом, установлено, что в значении имен эвенков скрыта национально-специфическое мировосприятие этноса, номинация имени несет в себе некоторый скрытый смысл, который понятен и доступен носителям данного языка. Исследование значения имени позволяет приоткрыть тайны особого мировосприятия эвенков.

Поделиться в соц. сетях

0

Библиографический список
  1. Василевич Г. М. Антропонимы и этнонимы у народов уральской и алтайской семей, расселенных в Сибири: (опыт картографирования) / Г. М. Василевич // Проблемы картографирования в языкознании и этнографии. – Л., 1974. – С. 296-302.
  2. Василевич Г. М. Собственные имена эвенков / Г. М. Василевич // Личные имена в прошлом, настоящем, будущем. – М., 1970. – С. 225-230.
  3. Статейнов А. Имена народов Сибири и Дальнего Востока. – Красноярск, 2009. – С.238-266.
  4. Флоренский П. В. Имена / П. В. Флоренский. – М.: Купина, 1993. – 319 с.
  5. Хасанова М. М. Антропонимы в фольклоре восточных эвенков / М. М. Хасанова // Традиции и современность в культуре народов Дальнего Востока. – Владивосток, 1983. – С.95-102.
  6. Эвенкийско-русский словарь / сост. А. Н. Мыреева. – Новосибирск: Наука, 2004. – 798 с.


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Вачеланова Дарья Геркеновна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация