УДК 821.161.1

СИСТЕМА ПЕРСОНАЖЕЙ И СЮЖЕТНО-ТЕМАТИЧЕСКОЕ ЕДИНСТВО РОМАНА А. И Б. СТРУГАЦКИХ «ОТЯГОЩЁННЫЕ ЗЛОМ, ИЛИ СОРОК ЛЕТ СПУСТЯ»

Новикова Евгения Владимировна
Северо-Кавказский федеральный университет

Аннотация
В статье рассматривается соотношение системы персонажей и сюжетно-тематического единства романа А. и Б. Стругацких «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя». Исследуется, как множество мотивов, тем связываются в одно целое сложным пересечением персонажей, параллелями в повествовательных пластах произведения.

Ключевые слова: мотив, повествовательные пласты, система персонажей, сюжет, тема


THE SYSTEM OF CHARACTERS AND PLOT-THEMATIC UNITY OF THE NOVEL A. AND B. STRUGATSKY "BURDENED BY EVIL, OR FORTY YEARS LATER"

Novikova Evgenija Vladimirovna
North-Caucasus Federal University

Abstract
The article discusses the relationship of the characters and the plot and thematic unity of the novel A. and B. Strugatsky "Burdened by evil, or Forty years later." Examines how the set of motifs, themes linked into one complex intersection of characters, parallels in the narrative layers of the work.

Keywords: motif, narrative layers, plot, the system of characters, theme


Рубрика: Филология

Библиографическая ссылка на статью:
Новикова Е.В. Система персонажей и сюжетно-тематическое единство романа А. и Б. Стругацких «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2015/02/8700 (дата обращения: 26.05.2017).

Термин «система персонажей» освещался в исследованиях крупных учёных с точки зрения различных подходов. Основой для его определения служат такие литературоведческие и лингвистические понятия и категории, как мотив, ассоциативно-контрастная связь, конфликт, система и структура, авторская позиция.

В качестве рабочего мы будем использовать определение С.Н. Зотова, учитывающее, на наш взгляд, все акцентированные ранее исследователями аспекты: «Система персонажей – это один из аспектов художественной формы литературного произведения, художественное единство, в котором персонажи объединены взаимными симпатиями и антипатиями, совпадением идейных устремлений и антагонизмом, родственными связями, любовными и дружескими привязанностями; они вступают во взаимоотношения и соотносятся друг с другом, и эта их соотнесённость в сюжете служит одним из выражений – иногда важнейшим – идейного содержания произведения, которое воплощено посредством сопряжения групп и отдельных персонажей в определённом отношении к миру автора и объективной действительности» [1, 7].

Взаимодействие персонажей является не только важной частью композиции, но и отражает тематику произведения, воплощая в ходе сюжетного развития концепцию действительности автора.

Понятие персонажа тесно связано и с понятием мотива. Б.В. Томашевский под персонажной характеристикой подразумевает «систему мотивов, неразрывно связанных с данным персонажем» [3, 153]

По мнению С. Зотова, нецелесообразно рассматривать персонаж в качестве единицы измерения. Таковой следует считать оппозицию персонажей. «Оппозицией персонажей мы будем называть противопоставленность двух персонажей одного и того же литературно-художественного произведения в социально-психологическом отношении», которая «основывается, как правило, на событийных связях … и выражает социально-философское обобщение на уровне концепции общественных явлений» [1, 22]. Данное понятие относится в большей степени к главным персонажам, реализующим основную идею автора. Второстепенные же лишь подчёркивают, усиливают взаимоотношения основных персонажей.
Центральным в системе персонажей  романа А. и Б. Стругацких «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя»  является образ Учителя, объединяющий между собой как две основные сюжетные линии, так и вставной сюжет. При этом в каждом из пластов повествования есть свой Учитель, а взаимодействие между персонажами разных уровней осуществляется благодаря теме поиска Человека. «История борьбы и гибели Настоящего Учителя становится сюжетным стержнем нового романа» [4, 311].
Первая сюжетная линия романа АБС «Отягощённые злом» – это «Дневник» Игоря Мытарина, заметки для отчёт-экзамена по теме «Учитель двадцать первого века». Действие происходит в мире 20-х годов XX века в городе Ташлинске. Это время перемен, нарастания общественного напряжения, связанного с массовой неформальной организацией – Флорой. Жители города считают её преступной группировкой, отрицающей привычные ценности и ведущей аморальный образ жизни. Фловеры живут в пятнадцати километрах от города, в «райском уголке», который со временем был превращён в «стойбище»: с вытоптанной и пожелтевшей травой, с огромным количеством мусора, неприятными запахами и мухами. Еда готовится на кострах, одежда сушится на натянутых верёвках. У Флоры был «какой-то совершенно незнакомый жаргон, ужасная смесь исковерканных русских, английских, немецких, японских слов, произносимых со странной интонацией … – какое-то слабое взвизгивание в конце каждой фразы» [5, 41]. Это обычные парни и девушки, некоторые из них грязны, а в целом – обычные молодые люди, разные, как и должно быть. Но общее у них –  неестественная расслабленность движений, вялость, непредсказуемость поступков.

Фловеры противопоставлены городским жителям, их хотят разогнать, заставить уйти в другую область. Единственный человек в городе, пытающийся встать на защиту Флоры, – заслуженный учитель лицея, лауреат, депутат, член горсовета Г.А. Носов, выдающийся по своей доброте и милосердию. Он выступает против всего города, настраивает ташлинцев против себя. Почти все его ученики отворачиваются от него. Даже Игорь Мытарин, оставшийся с ним до конца, не разделяет позицию своего Учителя. ГА в своей статье заявляет, что Флора – это не «разновидность преступного мира», она «образует свою цивилизацию, свою собственную» [5, 172], её ценности непонятны другим. Она была вскормлена цивилизацией и с отвращением извергла то, что вкусила. Никто не пытается понять Флору, потому что считает, что это что-то отдельное, не стоящее понимания. Но это – общая боль, страдание, болезнь. «Но тогда нужен врач, профессионал, носитель знания и милосердия». А может быть, это «совершенно новая компонента цивилизации» [5, 173]. Показательно, что громче всех кричат те, кто не сумел заметить её отделения, не сумел воспитать, хотя был обязан в силу профессии: педагоги, наставники на предприятиях, культмассовые работники. Г.А. Носов испытывает мучения «стыда и горя», потому что «вину за происходящее … полностью принимает и на себя лично – в той мере, в какой может принять её отдельный человек» [там же].
Главный принцип ГА – милосердие «как этическая позиция учителя в отношении к объекту его работы, способ восприятия. … Через милосердие происходит воспитание Человека» [5, 139]. Он отрицает всякую возможность насилия, дрессировки. Это «современный Иешуа Га-Ноцри», как говорил Б. Стругацкий в «Комментариях к пройденному». Характерно и наличие апостолов – изначально преданных учеников, однако не принимающих позицию своего Учителя по отношению к Флоре. Библейские мотивы прослеживаются ещё в том, что в романе есть и ученик-предатель Аскольд (современный Иуда). Игорь Мытарин – сложный, неоднозначный образ. С одной стороны, присутствует очевидная отсылка к мытарю – апостолу Петру, представляющему экзотерическую сторону христианства. Но, с другой стороны,  можно увидеть известное сходство и с представителем эзотерического, мистического – апостолом Иоанном, до последнего защищающим с мечом в руке Иисуса Христа. Так и Игорь, единственный решившийся крикнуть Первому (персонажу, которого можно соотнести с Понтием Пилатом) и деятелю в элегантном костюме и фотохромных очках: «Вы предали его. … Он так на вас надеялся, он до последней минуты на вас надеялся, ему в этом городе больше ни на кого не оставалось надеяться, а вы его предали. … Вы сейчас послали его на крест. Вы замарали свою совесть на всю оставшуюся жизнь. Наступит время, и вы волосы будете на себе рвать, вспоминая этот день, – как вы оставили его одного в кабинете, раздавленного и одинокого, а сами нырнули в эту толпу, где все вам подхалимски улыбаются и молодцевато отдают честь…» [5, 247-248]. Библейские мотивы, тема предательства и тяжкого креста находят своё воплощение во взаимоотношениях персонажей, их действиях, поступках.
Ещё одним объединяющим персонажем первой сюжетной линии является нуси – тоже Учитель, только среди фловеров. Он читает проповедь своим ученикам (возможно провести параллель с Нагорной проповедью Иисуса Христа, в которой сосредоточено основное содержание христианского учения), разъясняет главные принципы мира Флоры: здесь никого не принуждают и ни к чему не обязывают, поэтому каждый «счастлив … счастьем покоя» [5, 46]. Единственный закон: не мешай, но для того, чтобы быть действительно счастливым, нужно следовать некоторым добрым и мудрым советам:
- не желать многого;
- довольствоваться тем, что подарит Флора, остальное – лишнее;
- хотеть больше – значит, мешать другим, Флоре и себе;
- говорить только то, что думаешь;
- делать то, что хочешь делать, но это не должно мешать;
- хотеть можно лишь то, что тебе хотят дать;
- взять можно только то, в чём не нуждаются другие.
Интересны взаимоотношения между Г.А. Носовым и нуси: выясняется, что наставник фловеров – сын заслуженного Учителя. Здесь возникают новые связи, параллелей которых нет в жизни Иисуса Христа. Ещё более понятным становится стремление ГА защитить Флору, спасти своего сына, которого он в своё время не смог удержать около себя (именно поэтому он винит и себя в существовании фловеров, потому что главный из них – его сын). Здесь важное место занимает тема воспитания: ГА, возможно, однажды упустил что-то, остальные ташлинцы тоже не приложили усилий, чтобы заинтересовать молодёжь, и итогом стало создание неформальной организации со своей философией и характерным образом жизни.
Таким образом, в первом пласте повествования выстраивается следующее соотношение персонажей:
1)       на основе темы воспитания – Учитель Г.А. Носов и его ученики;
2)       библейские мотивы, темы предательства и тяжкого креста: почти все ученики затем отделяются от него, кроме Игоря Мытарина, который, хотя и не разделяет убеждений Учителя, но всё же остаётся с ним до конца, а сорок лет спустя решается написать о том, что произошло (подобно тому, как апостолы создали Евангелия и Послания в Новом Завете);
3)       библейские мотивы, тема борьбы одного против всех: противостояние ГА и ташлинцев;
4)       тема воспитания молодого поколения: соотнесение и противопоставление ГА и нуси, фловеров и городских жителей;
5)       соотношение нуси и фловеров на основе общей философии жизни.
Вторая сюжетная линия – «Рукопись «ОЗ», принадлежащая Сергею Корнеевичу Манохину, астроному и доктору физматнаук. Её передал своему ученику Игорю Мытарину Г.А. Носов, потому что она могла помочь при подготовке к его отчёт-экзамену и «вывести … из плоскости обыденных рассуждений» [5, 6]. «ОЗ», по мнению самого Игоря, аббревиатура: Отягощение Злом или Отягощённые Злом. На такую расшифровку наводит эпиграф на внутренней стороне клапана старинной картонной папки для бумаг, в которой содержалась рукопись: «… у гностиков ДЕМИУРГ – творческое начало, производящее материю, отягощённую злом» [там же].
По словам Бориса Стругацкого, эта линия романа – «история Второго (обещанного) пришествия на Землю Иисуса Христа. Он вернулся, чтобы узнать, чего достигло человечество за прошедшие две тысячи лет с тех пор, как Он даровал ему Истину и искупил его грехи своей мучительной смертью. И Он видит, что НИЧЕГО существенного не произошло, всё осталось по-прежнему, … и Он начинает всё сначала, ещё не зная пока, что он будет делать и как поступать, чтобы выжечь зло» [4, 310].
Демиург очень изменился и совсем не похож на Христа, принявшего смерть в древнем Иерусалиме. За такое огромное количество лет Ему пришлось многое пережить, пройти сотни миров, каждое событие оставило свой рубец, и он стал страшным, уродливым и неузнаваемым. Именно поэтому читатели негодуют, то принимая его за булгаковского Воланда, то за самого Нечистого. «Вот уж поистине: пришёл к своим, и свои Его не приняли» [там же].
Демиург имеет много имён: Гончар, Кузнец, Ткач, Гефест, Плотник, Ильмаринен, Хнум, Птах, Яхве и др. С ним непосредственно связан скупщик жемчужин человеческих душ Агасфер Лукич. Он занимается, по сути, делом Сатаны. Это очень сложный образ, в котором объединяются и ученик Рабби (Христа) Иоанн (его история раскрывается во вставном сюжете романа), и сотрудник Демиурга, и Вечный Жид, и Нахар ибн-Унфува по произвищу Раджаль или Раххаль, правая рука Мусейлимы, вождя и вероучителя племени Бену-Ханифа.
Агасфер Лукич помогает Демиургу найти помощников, принимающих клиентов с их проектами переустройства мира. Сам Демиург озабочен одной задачей:
- Я ищу Человека.
- Кого именно?
- Я ищу Человека с большой буквы [5, 130].
Именно здесь первая и вторая сюжетная линия пересекаются: Демиург ищет Человека, Г.А. Носов хочет такого воспитать.Раххаль,
Раххаль
Клиенты же предлагают проекты, которые явно не претендуют на звание Человеческих: они или хотят захватить власть, или устроить Страшный суд, или лишить людей страха. Демиург же говорит: «Все они хирурги или костоправы. Нет из них ни одного терапевта»[5, 78] .

Однако Человек всё-таки есть – тот самый Г.А. Носов, Учитель из Ташлинска. Он считает, что человечность – выше всяких принципов, а милосердие – основа воспитания. И именно его, современного Иешуа Га-Ноцри, приводит Агасфер Лукич, провозглашая: «Эссе Хомо!».

« – Прошу любить и жаловать, – произнёс Агасфер Лукич весело. – Георгий Ана…

(Примечание Игоря К. Мытарина) На этом рукопись «ОЗ» обрывается» [5, 286] .

Жизнь ГА, по сути, завершается так же трагично, как и жизнь Иисуса Христа: в конце «Дневника» описывается, как по направлению к ним движется разъярённая толпа.

Игорь Мытарин с горькой иронией говорит о том, что в дальнейшем имя Георгия Анатольевича Носова не просто всплыло из небытия, но даже обрело популярность, вокруг него стали сочинять небылицы те, кто никогда не говорил с Учителем. Некоторые ученики же стали сооружать новый миф вместо того, чтобы рассказать, как всё было на самом деле.

Таким образом, во второй сюжетной линии персонажи выстраиваются следующим образом.

На основе библейских мотивов и темы Второго пришествия Иисуса Христа появляется такой персонаж, как Демиург, который пытается избавиться от зла в этом мире и найти Человека. С ним связаны Агасфер Лукич и другие помощники, ищущие такого Человека. При этом Агасфер с его «хобби» – выкупом «особой нематериальной субстанции» – противопоставлен Демиургу, так как это занятие Его совершенно не интересует.

Две сюжетные линии объединяются на основе параллели между Демиургом и современным Иешуа Га-Ноцри – Учителем из Ташлинска, Г.А. Носовым, Человеком с большой буквы, отстаивающим свои принципы и пострадавшим за это.

Но в романе, помимо этих двух пластов повествования, есть ещё и вставной сюжет: авторская версия некоторых событий Евангелия, вызванная нежеланием «поверить в существование объективной и достоверной исторической истины («не так всё это было, совсем не так»)» [4, 311].

Предательство Иуды в романе показано совершенно с другой стороны. Агасфер Лукич говорит, что Иуда был мальчишкой, жалким сопляком. О предательстве не может быть и речи, это лишь сплетни: он просто сделал то, что ему велел Иисус Христос, который знал всё заранее и был вынужден организовать именно таким образом. «Какая могла быть там проповедь добра и мира, когда все зубами готовы были рвать оккупантов. … Иначе для чего бы Он … решился на крест? Это же был для Него единственный шанс высказаться так, чтобы Его услышали многие! Странный поступок и страшный. … Но не оставалось Ему иной трибуны, кроме креста. … Не получилось. Не собралось почти народу, да и потом невозможно это, оказывается, – проповедовать с креста. Потому что больно. Невыносимо больно. Неописуемо» [5, 79-80].

Кроме того, в романе представлена версия жизни апостола Иоанна, в прошлом разбойника, а затем ученика Христа. Именно он до последнего, единственный из всех, защищал Его, рубился со стражниками, окровавленный, с отрубленным ухом, пока Иисус Христос не вырвал у него меч. Случилось чудо, которое Иоанн считал первым мистическим вмешательством в свою жизнь: он не умер от потери крови, а был подобран добрыми людьми и сумел выжить. Через два месяца после гибели Назаретянина он со своим братом Иаковом снова «пустился во все тяжкие», а ещё несколько лет спустя убил Агасфера, Ударившего Бога, за что на него переходит проклятие Вечного Жида. Позже Иоанн-Агасфер был приговорён к смертной казни за разбой, но все попытки казнить его оказались неудачными, и он был сослан на остров Патмос. Вместе с ним туда отправился юноша Прохор, считающий его пророком. Со временем в Иоанне развилось сверхзнание, «сознание его вмещало всю вселенную от плюс по минус бесконечности в пространстве и времени», но он не мог выразить этого средствами своего языка, слова не вмещали все образы, которые он видел, приходилось объяснять их жестами и междометиями. Прохор же, записывающий за ним, как и всякий талантливый автор, заполнял эти проблемы в соответствии с собственным пониманием. «Так рождался Апокалипсис, «Откровение Иоанна Богослова». Высказывается ещё одно возможное толкование Апокалипсиса как политического памфлета, в котором элементы пророчества завуалированно передают идею неизбежности страшного конца Римской империи

Со временем состарившийся Прохор впал  в маразм и начал выдавать себя за Иоанна, который совсем не старел и не изменялся, был полон энергии и жизни и не возражал против такой подмены. Прохор умер под его именем, а сам Иоанн-Агасфер попадает в арабские страны времён пророка Мухаммеда, участвует в религиозных войнах и влюбляется так, что не может забыть свою Саджах и через полторы тысячи лет, а затем появляется уже в повествовании Сергея Манохина, в рукописи «ОЗ», в виде ловца душ Агасфера Лукича.

Таким образом, система персонажей романа обеспечивает его сюжетно-тематическое единство. По словам самих А. и Б. Стругацких, они хотели показать основную линию «трёх Христов»: от Назаретянина к Демиургу и далее – к Г.А. Носову. Сквозным образом является и образ Агасфера-Иоанна, который вносит значительную корректировку в события Евангелия. Библейские мотивы, мотивы вечного одиночества, изгнанничества, памяти и забвения, темы воспитания, предательства, тяжкого креста, Второго пришествия связаны в одно целое сложным пересечением персонажей, параллелями в пластах повествования романа. Всё повторяется: люди «отягощены злом», не принимают своего врачевателя, губят его и лишь потом осознают потерю, но с каждым «новым» Иешуа Га-Ноцри неизменно происходит то же самое: он не понят и не признан.


Библиографический список
  1. Зотов С.Н. Основы анализа системы персонажей литературно-художественного произведения (материалы к курсу «Теория литературы»). Таганрог: ТГПИ, 1991. – 27 с.
  2. Кожинов В.В. Сюжет, фабула, композиция // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Роды и жанры. М.: Наука, 1965. С. 408-485.
  3. Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. М.-Л.: Гос. изд-во худ. лит., 1931. – 334 с.
  4. Стругацкий Б. Комментарии к пройденному (журнальный вариант) // Если. 1998. № 11-12. С. 296-315
  5. Стругацкий А.Н., Стругацкий Б.Н. Отягощённые злом, или Сорок лет спустя. М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2009. – 299 с.


Все статьи автора «Кан Евгения Владимировна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: