ХУДОРОЖКОВ И.В. К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАТИВНОГО ПРОСТРАНСТВА


ХУДОРОЖКОВ И.В. К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАТИВНОГО ПРОСТРАНСТВА


Рубрика: Политология, Философия

Библиографическая ссылка на статью:
// Гуманитарные научные исследования. 2012. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2012/03/760 (дата обращения: 29.09.2017).

В последние десятилетие общество вступило в фазу динамичного развития. Этот процесс сопровождался расширением представлений человека о мире, увеличением количественно и качественно использования различных подходов к изучению происходящих процессов, изменением понятийно-категориального аппарата гуманитарных наук. Происходящие «транзитарные» процессы заставили пересмотреть ранее существовавшую систему подходов, заимствованную в фундаментальных науках. Возрастание потока информации существенно увеличило роль коммуникации в жизни человека. Изучению информационно-социальных явлений постепенно начинает уделяется все больше внимания. Происходившие системные изменения в нашем обществе, заставили по-новому взглянуть на существующие коммуникативные отношения человека. В практику исследования информационно-коммуникативных процессов постепенно перенимаются методики изучения, применяемые за рубежом, вводятся новые методы и инструменты.
Концепт коммуникативное пространство начинает использоваться в научном обиходе в конце прошлого века. Часть исследователей связывают это, в первую очередь, с отменой монополии на «слово» и появлением на территории бывшего Советского Союза «свободного» информационного поля. Эпоха ускорения, гласности и перестройки повлекла за собой огромные перемены в правовом, экономическом, культурном состоянии общества. Многочисленность междисциплинарных подходов, активно вошедших в научный дискурс за последние десятилетия, оказали существенное влияние на логику научного исследования коммуникационного пространства. Термин, изначально использовавшийся как некоторое метафоричное определение, на современном этапе преодолевает свою неологическую выраженность в нашем исследовательском поле.
Неразработанность исследовательского направления в науке часто вызывает деформацию изначального смысла заложенного в определение, которое при современной необходимости обобщения теоретических работ, выступает в качестве важной задачи ученых гуманитариев. Вообще, изучение коммуникативного пространства, как отдельного, сложившегося явления может стать предметом отдельного научного осмысления исследователей различных направлений.
Введенный в научный оборот философией, термин сегодня используется в области социологии, менеджменте, попытка интегрировать его под отдельные концепции предпринята филологическими науками. В условиях парадигмального сдвига в науке, концепт введен в научный оборот в политологии (в качестве примера можно привести теорию политической коммуникации), используется в комплексе новых наук: медиалогия, коммуникативистика, медиаэкология, информационная социопсихология, медиапсихология, информациология, социальная инженерия, а так же рядом других достаточно «молодых» наук. Объединяющим моментом, к которому приходят вышеперечисленные науки, остается то, что это информационно-коммуникативное пространство, рассматривается ими как открытая самоорганизующаяся система неразрывно связанная с социальными изменениями.
Для построения модели коммуникативного пространства обычно используется философская концепция в основе, которой лежит дифференциация информационно-коммуникативного пространства на четыре уровня, с учетом дистанции и цикла коммуникативного процесса. Для определения уровня коммуникационного пространства выделяется два важных параметра: первый – коммуникативная дистанция (протяженность информационно-коммуникативного пространства) и второй – плотность коммуникации (проницаемость (категория индекса свободы слова) информационно-коммуникационного пространства). Последующее адаптирование концепта происходит в зависимости конструкции выстраиваемой парадигмы исследовательского направления.
Консолидация информационных массивов в виде огромных баз периодической печати, телевидения, радиосети, личных выступлений и воспоминаний, политических мемуаров, Интернет и многих других, более локальных акторов, в совокупности образующих информационно-коммуникативное пространство.
Как отмечает Попов В.Д. , без коммуникации информация в социальном смысле мертва. Скажем, если журналистская информация не отражает интересы гражданского общества, простого народа, и доверие к ней ниже критического (> 30%), то она теряет коммуникативное свойство, перестает быть средством общения между СМИ, властью и населением(1) Коммуникативное пространство, как любая упорядоченная система распределяет информационные потоки по уровням, формируя повестку дня. Такое идеализирование системных связей выступает в форме условности, необходимой в условиях парадигмального метода при осмысление теоретических конструкций.
Становление нового этапа коммуникативных отношений в России происходило синхронно со сменой политической системы, ознаменовавшей демократический принцип формирования информационно-коммуникативной среды. Развитие политических отношений, интеграция в мировую систему и ряд других транзитных процессов изменили саму природу коммуникации, изменив тем самым сущность информационных каналов, процедуру коммуникативных связей, информационно-коммуникативные границы, коммуникативный эффект, произошла и эволюция информационно-коммуникативного продукта, создав, по сути, новую конструкцию информационно-социальных отношений.
Проекция информационно-коммуникативного пространства на этапе перестройки находилась на стадии формировании своих контуров и границ, сопровождаемая бифуркационными процессами. Основы переходного процесса постепенно усложнились информационно-коммуникативными акторами, новыми формами СМК, вливаясь в новый информационный ландшафт взаимопроникающих структур.
Атомарность процессов формирования информационных институтов, сопровождающая становление информационно-коммуникативного пространства эпохи перестройки, не преодолена и в последующих этапах формирования собственного информационного поля. Деструкция государственной информационной политики, нарушившей тем самым информационный цикл, создали барьер для коммуникативных связей в социальных отношениях. В результате традиционный подход доверия советского общества к СМИ был серьезно подорван, произошел своего рода разрыв коммуникационной связи между потребителем и производителем информационно-коммуникативного продукта. Исследователи средств массовой информации отмечают, «…журналистика, естественно, является главным звеном этой перестройки. Она начинает освещать различные негативные процессы и явления, которые по понятным причинам замалчивались местными партийными органами. Получают огласку многие судебные дела. В том числе и те, где действующими лицами оказываются видные партийные, хозяйственные или государственные деятели. Кампания по пропаганде “социализма с человеческим лицом” становится важнейшей в СМИ. Более достоверно начинают они информировать читателей и о международных событиях. На экранах ТВ появляются западные политики. Например, Маргарет Тэтчер. По-иному начинает освещаться война в Афганистане. СМИ способствуют тому, что общественное мнение склоняется в пользу ее окончания. М.С.Горбачев и его политика перестройки, “социализма с человеческим лицом” оказали важное влияние на развитие СМИ»(2) , «…в перестройку советская печать стала инструментом критики бюрократии, командно-административной системы, инструментом демократизации. Журналисты думали и писали свободно. Но вместе с тем сохранялась руководящая роль партии, и печать способствовала осуществлению демократизации сверху. Это была инструментальная модель журналистики; она отличалась от советской модели тем, что в руках Горбачева и его сторонников она выступала инструментом демократизации, но все-таки под управлением партии и государственников»(3) . Личность всегда идет в контексте эпохи, Горбачев М.С. инициировал новую структурно-функциональную модель усложнения тоталитарных институтов, путем ее синтеза с новыми не свойственными системе феноменами контрсимволизма. Механизм формирования общественного мнения с помощью достаточно не поворотливой «информационной машины» и идеологического догматизма постепенно уступает место новой интерпретационной парадигме (инструментальной модели). Яковлев А.Н., который был выбран Горбачевым на должность «инквизитора» редакторских коллективов, по мнению многих исследователей, сумел нейтрализовать партийную оппозицию, в представлениях которой «перестройка» должна иметь несколько иные цели и задачи, с другой стороны им удалось создать мощную платформу, которая могла реализовывать новые «демократические» инициативы, предложенные высшим руководством страны, тем самым ускорив происходящие процессы.
Кадровые изменения в руководстве и редакциях периодических изданий, стали одним из первых вестников будущих серьезных перемен, своего рода социальным катализатором. Партийный контроль над информационным пространством в свете перестановок, обретает новые формы, хотя преобладание методов, способов и информационно-коммуникативных процедур, которыми осуществлялась «гласность», по своей природе были унаследованы от советской «идеологической школы». Система коммуникативного кодирования, существовавшая годами, из детальной логично выстроенной модели, превращается в моделированно-эклектический способ формирования повестки дня. Информационно-коммуникативному пространству, как и любой системе присущи свойственные ей (заложенные) принципы и закономерности. Одним из основополагающих признаков является соблюдение принципа межсистемных связей. Изменение отношений внутри системы приводит к изменению самой системы. Разрыв коммуникативных связей внутри системы привел к распаду структурных отношений, организационных связей, функциональных зависимостей, позволив информационно-коммуникативному пространству перейти на новый этап.
Социально-коммуникативные институты, (4) сыгравшие огромную роль в распаде Советского Союза, дезавуировали символы, на которых строилась легитимность властных отношений. Причем в исследуемом контексте в равной степени нужно отметить пассивность государственных институтов, с одной стороны, погоня за политическими и историческими сенсациями и постоянное нагнетание социальных проблем, информационных образований со стороны неформальных объединений, с другой. Наличие неформальных групп, отрицающих традиционную культуры, – необходимое условие динамики системы, хотя их деструктивная направленность не всегда приводит к взаимопониманию в обществе.(5) При всем этом наиболее парадоксальной остается позиция занятая центральными СМИ, являющихся стержнем информационно-коммуникативного поля, занявших в расшатывании системы место некого устройства с резонирующим эффектом.
Информационно-коммуникативное пространство, являясь открытой самоорганизующейся системой, постепенно переходит в фазу новых коммуникативных отношений, при том наборе коммуникативных связей, в сложившемся историческом промежутке времени, система перешла в состояние устойчивого кризиса, что неминуемо вело ее к распаду и появлению иной модели коммуникативных отношений. Советское общество переживало кризис, деятельность СМК, сохранившиеся организационные связи, позволили на первых порах легитимизировать деструктивные реформы перестроечного периода.
Следующий этап эволюции информационно-коммуникативных отношений, совпал с процессом распада СССР и образованием Российского государства. Процесс сопровождался становлением новых форм коммуникации, до этого практически не влиявших на систему в целом. Постепенно новые элементы, находившиеся вне системы, взаимодействуя старыми формами, преобразовались во внутренние отношения. Информационно-коммуникативное пространство формирует, по сути, новые структурные отношения и коммуникативные связи. Вообще характерно для этого и последующих периодов, это то, что плотность коммуникации (проницаемость информационно-коммуникационного пространства) остается на всех этапах существования достаточно высокой, при этом повсеместно наблюдается эклектическая форма формирования повестки дня. Украинский исследователь Г.Г Почепцов, отмечает возможную причину сложившегося феномена, «одна из современных проблем коммуникативного пространства, это отсутствие в масс-медиа ценностных фильтров. Часть исследователей полагает, что такой влияющий фактор приведет к излишней субъективизации и опора на существующий феномен в определенной степени “искривит” мир, выпуская на авансцену лишь ограниченный ряд событий, которые из-за этого перестают быть реальными, а становятся чисто знаковыми». (6)
Одним из следствий становления нового этапа коммуникативных отношений, явился рост информатизации социальной жизни. Подобное явление, привело к повышению воздействия интерпретационных парадигм на иррациональную сторону общества, происходит процесс абсорбции социума информационно-коммуникативным пространством. Еще одним важным элементом информационно-коммуникативного пространства явилось развитие информационной культуры. Подобное явление связано с механизмом эскалации средств информационно-коммуникативной связи в жизни общества, это приводит общество на современном этапе, не только к изменению производства, но коренному изменению уклада жизни, практически неконтролируемой смене системы ценностей, сближению ранее закрытые друг для друга культурные миры (важно учитывать, что данный процесс часто имеет обратный эффект). Подобный феномен, стоит отметить не обошел стороной общественный уклад жизни и в нашей стране.
Взаимодействие государства с человеком и обществом, во все времена происходило по средствам социального мифа, коммуникация в данном случае выступила как некое звено цепи, необходимое для контроля и управления функциональными процессами социальных отношений. Подобную логику этого процесса отмечает и Почепцов Г.Г, «каждое общество с помощью своих СМК строит свой миф, который и задает структуры построения коммуникативного пространства. Задачей его становится формирование единой картины мира, что и способствует единению нации.(7) В условиях увеличения информатизации общественной жизни, важное место начинает занимать практика информационно-коммуникативного моделирования. Опыт такой деятельности, нужно отметить имеется, хотя его использование и носит формальный характер. Речь идет о так называемой «доктрине информационной безопасности РФ». Достаточно справедливо замечает Попов В.Д., «как получилось, что о «Доктрине информационной безопасности РФ» вообще забыли или стараются почему-то не вспоминать и государственные чиновники, и журналисты, да и ученые»(8) . Почепцов Г.Г. в своей книге «Теория коммуникаций» отмечает насколько важно в современном социальных процессах, коммуникационное моделирование: «… это крайне необходимо в настоящее время, когда в мире существует огромное информационное пространство, многослойное, территориально разнородное, не имеющее границ. Это пространство образуют средства массовой информации и средства массовой коммуникации конкретных стран, в первую очередь тех стран, которые обладают высокими технологиями и практически перешли к постиндустриальной фазе развития общества со всеми присущими для нее признаками информационной цивилизации. От коммуникационных шумов и коммуникационной энтропии во многом зависит «аудиовизуальный ландшафт» в современном обществе. В идеале он должен быть разнообразным и включать как государственные институты, так и общественный сектор, локальный и региональный компоненты. При этом средства массовой информации должны выполнять свои функции в соответствии с принципами свободного потока информации, свободы выражения мнений и соблюдения прав человека».(9) Вместо этого государство обратилось к привычной мере, законодательного регламентирования коммуникативного пространства. Игнорирование практики коммуникационного моделирования, компенсируется законодательным закреплением информационно-коммуникативных отношений. Одним из последних нововведений в практике законодательного регулирования информационно-коммуникационного пространства, выступили предложения депутатов и многих общественно-политических деятелей по выработке законодательной процедуры нормативного регламентирования Интернет-пространства. Попытка законодательно законсервировать информационно-коммуникативного пространство, приводит неминуемо систему в состояние кризиса, который к слову сегодня обретает все более и более осязаемые черты.
В условиях намечающегося информационно-коммуникативного кризиса, который уже сегодня выражается в доверии информации, транслируемого СМК, общество, «перегруженное» политизированными проектами (в т.ч. политизация общественных программ), переключает внимание на другие каналы массовой коммуникации (Интернет, советская фильмография). К подобным выводам приходит исследователь Шевченко А.В. в своей статье посвященной взаимодействию СМИ с государством, отмечая, что «сегодня пресса, как печатная, так и электронная, утрачивает, причем по собственной инициативе, главную для общества функцию – коммуникативную».(10) Подобное заключение, так же говорит о возникших кризисных явлениях в современном коммуникативном пространстве. Стоит отметить важную возникающую тенденцию в масс-медиа – дефрагментацию коммуникационного потребителя и услуг.
Современное информационно-коммуникативное пространство России представляет достаточно сложное и неоднозначное явление. Процесс односторонней интеграции информационного пространства России в мировую систему, привел к достаточно устойчивой «атлантической» направленности России в период большей части пребывания на посту президента Б.Н.Ельцина. В коммуникативном пространстве сложилась, по сути, новая интерпретационная парадигма – доверие к лентам западных СМИ. Последующие смены в руководстве страны привели к постепенной трансформации информационно-коммуникативного пространства. Процесс постепенного «закручивания гаек» воспринимается по-разному, от массового восторга до массового недовольства. Этот диссонанс общественного мнения говорит о возникшем наложении интерпретационных парадигм в российском обществе. Достаточно часто многие исследователи констатирует тот факт, что Российская культура является продуктом синтеза восточной и западной цивилизации, отрицать этот феномен русской самобытности сложно, но можно с уверенностью сказать, что процессы, произошедшие в период распада советского союза, сделали её гораздо сложней.
Подводя некоторый итог выше сказанному, необходимо, как нам кажется, отметить несколько важных тенденций. Одной из «главенствующих» тенденций, являющимся неизменным атрибутом коммуникативных отношений в нашей стране, является постоянные вмешательства государства в информационное пространство, иногда чреватое созданием кризисных явлений. Еще одним следственным, и достаточно зависимым явлением от предыдущего феномена системных отношений является существование эклектики в формировании общественного мнения в отсутствии избирательного цикла (эта тенденция характерна для последних лет существования информационно-коммуникативного пространства). В качестве общей тенденции, присущей коммуникативным пространствам любого уровня, стоит отметить функциональную зависимость, при которой усложнение форм коммуникационного процесса, ведет к межсистемной интеграции коммуникативных пространств. Еще одной важной ориентированностью коммуникативных пространств является их склонность к глобализации. В рамках глобального информационно-коммуникативного пространства, постепенно формирующегося как целостная суперсистема, уже сегодня активно формируются и насаждаются образы, вырабатываются определенная картина мира для всего общества, происходит серьезное влияние на исторический процесс в целом. Процессы, связанные с формированием идентичности, идентификации, так же имеют тесную связь усложнение коммуникативных форм и связей. Сегодня многие говорят о новом этапе человеческих отношений. С одной стороны, мы можем констатировать, что мировое коммуникационное пространство с присущей для него на данном этапе тенденции, использования новых видов и форм коммуникации, позволит более тесно сблизить культуры, создать необходимый запас прочности отношений в мире. С другой стороны усложнение межсистемных связей привело к тому, что через существующие каналы коммуникации происходит зачастую негативное влияние на общество, в рамках подчас одностороннего процесса интеграции. Позиция, которая займет наше государство, общество, от того как в дальнейшем сложатся отношения между ними во многом будет зависеть, сможет ли сформироваться важнейший социальный институт общественного контроля, сможет ли множество социальных институтов с которыми общество вступило в новый век избежать процесса огосударствления, сможет ли российское информационно-коммуникативное пространство интегрироваться в общую системы и вообще необходимо ли это нам, и вообще способно ли информационно-коммуникативное пространство сделать новый шаг в своем развитии.



Все статьи автора «ivan1989»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: