УДК 9

ПРОСВЕЩЕННЫЙ АБСОЛЮТИЗМ ИОСИФА II В ОЦЕНКАХ А.М. ОНУ

Афанасьева Юлия Сергеевна
Сыктывкарский государственный университет
к.и.н., доцент кафедры политологии и международных отношений

Аннотация
Статья посвящена просвещенному абсолютизма Иосифа II в оценках А.М. Ону.

Ключевые слова: Александр Михайлович Ону, историография


ABSOLUTISM OF JOSEPH II IN THE ESTIMATES A.M. ONU

Afanaseva Yuliya Sergeevna
Syktyvkar State University
Ph.D., assistant professor of political science and international relations

Abstract
Article is about absolutism of Joseph II in the estimates A.M. Onu.

Рубрика: История

Библиографическая ссылка на статью:
Афанасьева Ю.С. Просвещенный абсолютизм Иосифа II в оценках А.М. Ону // Гуманитарные научные исследования. 2011. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2011/10/188 (дата обращения: 29.09.2017).

Александр Михайлович Ону (1865-1935) – русский историк, общественный и государственный деятель, сын дипломата М.К. Ону. Окончил историко-филологический факультет Петербургского университета, где занимался в семинаре Н.И. Кареева. Узкому кругу специалистов известен исследованием «Выборы во Франции в 1789 году и наказы третьего сословия с точки зрения их соответствия истинному настроению страны» (СПб., 1908). Отметим, что разнообразное научное наследие А.М. Ону требует более полного освещения поскольку, изучив и оценив каждого историка, его научный вклад, можно в конечном итоге получить полноценную картину исторического знания по той или иной проблематике в ту или другую эпоху.

Начало научной деятельности Александра Михайловича Ону приходится на рубеж 1880-1890-х гг. Эти десятилетия характеризовались социально-экономическими и политическими противоречиями, вызванными сначала эпохой «великих реформ» Александра II, а затем периодом «контрреформ» Александра III. Преобразования Александра II носили непоследовательный и незавершенный характер. Начатый процесс утверждения капитализма сопровождался модернизацией всех сфер общественной жизни. Однако сохранялись элементы традиционного общества, сословность, прежние административно-полицейские методы управления, крупные помещичьи землевладения, малоземелье и крупные выкупные платежи для крестьян. Новые условия российской действительности определяли проблематику и направления обществоведческой мысли. На повестку дня ставились вопросы эффективности самодержавной власти, оценка реформ, проблемы социальных конфликтов в обществе (в первую очередь, между крестьянами и помещиками), тема революции.

Такая содержательная эволюция прослеживается и в творчестве А.М. Ону. Первой его научной работой, из известных нам, стала статья, посвященная проблемам просвещенного абсолютизма в Австрии [7]. Можно предположить, что внимание историка привлекли реформы Иосифа II, параллели с которыми он видел в политике российских самодержцев. Спустя некоторое время Ону обращается к теме революции, проводя аналогии уже с французской историей.

В статье «Иосиф II и «философия» XVIII века» А.М. Ону сконцентрировал внимание на разных аспектах деятельности императора. Через анализ реформ историк стремился определить его место в ряду просвещенных монархов Европы, показать значение его политики для государства, проанализировать преемственность его курса с внутренней политикой Марии Терезии. Важное место Ону отвел исследованию влияния на Иосифа II философских идей XVIII века и национального вопроса.

Первоначально историк, что стало тогда в отечественной историографии уже твердой традицией, рассмотрел историю изучения вопроса, и здесь он ссылается исключительно на зарубежных историков (Арнет, Гокк, Вольф, Сорель и др.), поскольку в России этот вопрос разрабатывался слабо. В итоге Ону сделал вывод, что все исследования сводятся к одному мнению: «Иосиф II нарушил преемственную связь политики предков и был отвергнут жизнью потому, что явился проводником чуждых Австрии начал, не имевших корней ни в прошлом страны, ни в ее настоящем» [7, с.4]. В связи с таким утверждением Ону выдвинул свою, противоположную, оценку реформатору Иосифу II: «Он (Иосиф II. – Ю.А.) был таким же звеном в ряду австрийских монархов, как и Мария Терезия … движение, во главе которого стоял Иосиф, и направление, которое он ему придал, все это было шагом вперед» [7, с.5]. Определение «степени и характера различия» его политики с деятельностью Марии Терезии стало важной составляющей при характеристике каждой из реформ Иосифа.

Этому анализу в статье А.М. Ону предшествовало определение терминологии. Историк отметил, что просвещенный абсолютизм – это реформаторское движение в духе «просвещения» XVIII в., охватившее всю монархическую Европу; инициатива реформ, исходившая от монархов и их министров, установилась благодаря соглашению и взаимодействию между правителями, стремившимися к возвышению своей власти, и теоретиками-философами [7, с.1]. Как видим, он сразу заявил о двойственности политики Иосифа II, заключавшейся, с одной стороны, в сохранении династической традиции, с другой – учете современных веяний. Историк справедливо отметил важную черту просвещенного абсолютизма – использование идеологии Просвещения для укрепления неограниченной власти монарха. «Иосиф II был истый представитель полицейского государства, – писал А.М. Ону, – поставившего своей целью, наряду и совместно с усилением своей власти, благосостояние и просвещение подданных» [7, с.2]. Это вполне соответствует современной трактовке политики «просвещенного абсолютизма», которая состоит в том, чтобы, не меняя по существу государственных форм абсолютной монархии, сверху проводить реформы в экономической, политической, культурной областях, направленные на модернизацию, устранение наиболее устаревших, тормозящих движение вперед проявлений феодального порядка [3, с.353].

Узловой проблемой в этом отношении выступает крестьянская реформа, которую историк подробно рассматривает, начиная со времен совместного правления императрицы и преемника. А.М. Ону отметил, что первоочередность решения крестьянского вопроса диктовалась многочисленными крестьянскими волнениями, которые «проходили красной нитью через всю историю Австрии» [7, с.6]. Историк выделил несколько этапов реформы. Для 1770-1774 гг. был характерен ряд мероприятий в пользу крестьян, однако сопровождавшийся сильным «противодействием сословных чиновников». В 1775-1777 гг. к реформе подключился Иосиф II. Он предложил проект «полюбовного соглашения помещиков и крестьян», предусматривающий принудительную сделку, если отношения не были установлены добровольно в назначенный срок. Такая «полюбовная сделка» осуществлялась медленно, и через некоторое время Мария-Терезия отклонила проект, что вызвало новые волнения среди крестьян.  В1777 г. Мария-Терезия вводит действенные меры: предоставление крестьянам некоторых личных прав и ограничение барщины [7, с.7-10]. Таким образом, по словам Ону, императрица подготовила почву для дальнейших преобразований своего сына. С1780 г. начинается этап единоличного правления Иосифа II. Император принял решение об освобождении крестьян. Однако, как отметил историк, данная реформа носила непоследовательный и незавершенный характер: «крестьяне освобождались без земли,… а дарованная свобода провозглашалась не как воля, а как умеренное подчинение» [7, с.10].

Как видим, А.М. Ону доказал преемственность двух монархов в проведении реформы. Что касается влияния времени на Иосифа II, то Ону назвал его именно «просвещенным» монархом, поскольку в решении крестьянского вопроса на него воздействовало учение физиократов. На этих началах, одновременно с отменой личной зависимости крестьян, Иосиф II «предпринял введение прогрессивного поземельного налога», вызвавшее недовольство дворян[7, с.10].

Это, в свою очередь, потребовало проведения сословной реформы. По мнению А.М. Ону, Иосиф II понимал монархию в нейтральности императора между всеми сословиями и в помощи тому из них, которое в этом наиболее нуждалось [7, с.11]. Поэтому со стороны влиятельного дворянского сословия шло постоянное противодействие политическим шагам правителя. Эти нападки, безусловно, отличались от взаимоотношений его предшественницы с двором. «Неумолимая справедливость, доходившая до жестокости, добросовестность, доведенная до педантизма, – отмечал Ону, – являлись полным контрастом патриархально-сентиментальному благодушию Марии-Терезии» [7, с.12]. Что касается самой реформы, историк отметил лишь то, что она отразилась на материальных интересах дворянства, не показав самой ее сути. Изменения же, и последовавшее за ними противодействие высшего сословия, касались программы Иосифа II по введению всесословного и равного принципа налогообложения [9, с.6, 62-63].

Значительное место в своем исследовании А.М. Ону отвел церковной реформе, поскольку именно в ней прослеживаются глубокие различия в политике двух монархов. Характеризуя курс Марии Терезии в отношении католической церкви, Ону отмечал, что «ее поведение соответствовало политике средневековых государей, особенно императоров Священной Римской империи». Оно заключалось в пошаговом введении государственного начала в сферы духовной власти. «Таким образом, – заключил Ону, – к началу единодержавия Иосифа, атмосфера правящих кругов была далеко не клерикальная: императору оставалось продолжить начатое» [7, с.12-13]. Здесь опять-таки историк указал на Иосифа II как продолжателя традиций матери. Однако этот довод А.М. Ону выглядит неубедительно, поскольку он не называет многочисленных мер, предпринятых предшественницей императора (запрет на увеличение числа монастырей и рост церковного имущества, уничтожение налоговых привилегий духовенства и др.) [3, с.372-373]. В связи с этим остается непонятным, в чем состоит преемственность двух программ. Историк отметил только то, что по примеру упразднения при матери ордена иезуитов, Иосиф II пошел на ликвидацию «монастырей созерцательной жизни», увеличив число приходских священников. В институциональном отношении, вопросах богослужения и внешних атрибутов церкви Ону назвал его взгляды умеренными [7, с.13-14]. Эта точка зрения расходится с мнением современной отечественной историографии, где указывается, что Иосиф II продолжал религиозные реформы матери авторитарными методами. Он проводил их так, как считал нужным, полагая себя главой национальной церкви и не обращая внимания ни на римского папу, ни на каноническое право, ни на национальный епископат. Порядок богослужения был до мельчайших деталей регламентирован особым императорским ордонансом [3, с.373]. Его религиозная политика, основанная на вмешательстве государя в дела церкви, получила в литературе название «йозефизм», которое распространилось затем на весь комплекс его реформ [2, с.69; 9, с.6].

А.М. Ону фокусирует внимание читателя на существенном отличии церковной реформы Иосифа II от курса Марии-Терезии, которое заключалось во введении принципа веротерпимости. Исследователь попытался проанализировать религиозные взгляды Иосифа II, прежде чем описывать введенный им принцип. В первую очередь, по словам Ону, монархом руководила забота о самой религии: «вероисповедная борьба могла подвергаться сомнению в виде общего врага всех религий – неверия, становившегося все более грозным… Иосиф понимал, что такая почва наиболее благоприятна для развития антирелигиозного направления». Поэтому, если при Марии-Терезии одинаково сурово преследовались иноверие и неверие, то при Иосифе II религии могло навредить лишь последнее [7, с.16-17]. При этом, как заметил Ону, Иосифом II подчеркивалась господствующая роль католичества, право же на жизнь получили православие, лютеранство и кальвинизм [7, с.19].

Второй стороной введения принципа веротерпимости, по мнению А.М. Ону (и эта точка зрения представляется нам оригинальной), стало стремление императора упрочить единство Австрии. «Вера носила в Австрии многонациональный характер, – отмечал историк, – католицизм противопоставлялся сначала гуситскому движению, затем протестантской Германии, наконец, с возвышением Пруссии, стал знаменем австрийского патриотизма, залогом австрийского единства, могущества, самостоятельности» [7, с.20]. Иноверцы, проживающие в Австрии, тяготели тем самым к своим религиозным центрам. Протестанты, к примеру, не дали бы отпор Пруссии при ее нашествии. «Дарование полной свободы веры» «устранило бы тяготение протестантов к Пруссии» [7, с.20]. Здесь историк косвенно затронул важнейшую сторону внутренней и внешней политики Иосифа II – австро-прусское соперничество за усиление позиций в германском мире. Однако не уделил этому вопросу должного внимания [2, с.64-65].

В целом, оценивая церковную реформу Иосифа II, А.М. Ону заключил, что своей политикой по отношению к «римской курии» он пошел намного дальше, чем его предшественники, боровшиеся за равноправие церкви и государства. Поставив церковь в подчиненное положение, по словам историка, его верность католичеству выразилась в форме покровительства, а не покорности [7, с.21]. Историк справедливо отметил, что Иосиф II смотрел на церковь с чисто прагматической точки зрения, и считал ее важной составной частью аппарата абсолютистского государства. Однако данный вывод исследователь не подкрепляет доказательной базой, оставляя в стороне меры по изоляции австрийской церкви от Рима и особенности взаимоотношений императора с папой. Наряду с этим, историк упустил из исследования и просветительские основы его реформы. В этом отношении, славист О.В. Хаванова считает Иосифа II поклонником вольтеровского антиклерикализма (постановка церкви на службу государству, ослабление церковной цензуры, прекращение преследований за веру протестантов и православных) [9, с.6].

Религиозный фактор рассматривается историком и с иной стороны. На наш взгляд, с его помощью А.М. Ону попытался разграничить западный и восточный типы просвещенного абсолютизма. Он отмечал, что «борьба церкви и государства, немыслимая в православной России и протестантской Пруссии, является одной из главных сторон деятельности реформаторов католических стран: борьба с антигосударственным тенденциями папизма была в числе главнейших задач просвещенного абсолютизма» [7, с.2]. Можно предположить, что тем самым историк стремился показать тяготение Австрии к западному варианту, или, по крайней мере, отличному от России и Пруссии. В отечественной историографии австрийская «модель» абсолютизма характеризуется как переходная ступень от западноевропейской к восточноевропейской – российской [10, с.50]. «В церковном вопросе, – подытожил Ону, – Иосиф был гораздо ближе к революционной Франции конституционного периода,… это объясняется тем, что Франция и Австрия – страны католические» [7, с.24]. Данный вопрос, на наш взгляд, получил бы большее освящение, если бы Ону рассмотрел в совокупности и другие факторы – многонациональный характер государства, наличие могущественной феодальной аристократии, международные европейские и внутригерманские отношения. Однако такой задачи историк перед собой не ставил, сосредоточившись на сравнительном анализе политического курса Иосифа II с правлением Марии Терезии.

Вторую основную задачу своего исследования – выявить влияние просветительских идей на политику монарха – А.М. Ону показывает через решение национального вопроса в Австрии.

Говоря об идеологии Иосифа II историк посчитал неправильным заранее вписывать его политику в определенные категории. «Во всех его планах и распоряжениях историки видят привнесение элемента идеологии, то есть, – пояснил А.М. Ону, – перевес теоретического отвлеченного мышления над практическим расчетом в политике» [7, с.23]. По их мнению, «австрийский император, – продолжил Ону, – видел перед собою не конкретных людей, а отвлеченных граждан, понимал государство не как реальную силу, воздействующую на другие исторические силы, а как отвлеченную схему, обязательную и легко осуществимую» [7, с.23]. В этом отношении исследователь не согласен с проводимыми параллелями политики Иосифа II и курса французских законодателей революции. Единственное сходство Ону видит в церковной политике императора, однако «нет никаких оснований выводить из него доказательство преобладания в реформах императора идеологического источника над истинным государственным расчетом» [7, с.23-25].

В большей степени «отвлеченный взгляд на государство и на личность» видится, по мнению А.М. Ону, в решении национального вопроса в Австрии. Историк задался вопросом, что стало причиной «преувеличенной веры императора в свои силы» в ликвидации складывавшихся веками особенностей провинций [7, с.25]. И здесь он также ставит под сомнение точку зрения о «рационалистической вере во всемогущество разума» – категории принципов XVIII века, объясняющих направления политики Иосифа II. «В нем был не фанатизм отвлеченной идеи, – считает Ону, – а ослепление своей совсем не отвлеченной властью», поэтому «император не видел необходимости считаться с настроением подданных» [7, с.25-27]. Тем самым историк хотел продемонстрировать, что монарх являлся поистине «слугой государства», отстаивающим во всех своих начинаниях государственный интерес. Стоит отметить, что и тут упущением историка стало отсутствие даже перечисления тех мер национальной унификации, предпринятых Иосифом II. В связи с этим за рамками статьи осталось объяснение причин сильнейшей оппозиции действиям императора, связанных, в первую очередь, с национальными проблемами в империи. Среди наиболее жестких мер императора называются – ликвидация автономии земель и провинций, германизация Венгрии, введение в венгерских органах управления в1784 г. немецкого языка, германская колонизация Венгрии, Трансильвании, Баната и Галиции. Именно эти меры привели «просвещенный абсолютизм» Габсбургов к поражению. К концу 80-х гг. вспыхнули волнения в Венгрии и Бельгии [3, с.360]. В монографии О.В. Хавановой подробно рассмотрена проблема взаимоотношений, сложившихся во второй половине XVIII века, между центральной властью и венгерским сословным представительством [9, с.57-60].

«Влияние века» в деятельности коронованного «философа» А.М. Ону рассмотрел и на основе других принципов – свободы и гуманности, применение которых в политике Иосифа II являлось также весьма противоречивым. В пример историк приводит введение свободы печати и отмену смертной казни. По словам Ону, «путем широкой гласности Иосиф надеялся получать обильные сведения об истинном положении вещей». Однако свобода брошюрной литературы ограничивалась рядом указов и деятельностью цензурной комиссии. «Воспрещалось все оскорбительное для религии, нравов, законов страны», – отметил историк [7, с.30]. Отмена смертной казни также носила ограниченный характер, вызвав лишь ужесточение наказаний. В приведенных Ону свидетельствах вообще не приходится говорить о гуманности императора.

Таким образом, проанализировав влияние «просветительских» идей (принцип «отвлеченного государства», рационализм, гражданские свободы, гуманизм) на внутреннюю политику Иосифа, А.М. Ону сделал вывод, что идеи являлись скорее «оправданием, санкцией преобразований», нежели «их источником и побудительной причиной» [7, с.29]. Можно предположить, что в этом вопросе историк согласен с мнением тех исследователей, которые считают, что император опережал свое время. Такую же точку зрения можно встретить и в современных исследованиях [2, с.72]. Кроме того, ссылаясь на переписку Марии Терезии и Иосифа, Ону отметил «философское равнодушие» последнего к политическим теориям Ш.-Л. Монтескье, Ж.Ж. Руссо и Вольтера. Наряду с этим Ону стремился показать Иосифа II как реформатора именно в духе идей Просвещения, отметив то, что его царствование было более важным для истории просвещенного абсолютизма, чем правление Екатерины II и Фридриха II [7, с.2]. В статье Шмидта С.О., Гутновой Е.В., Исламова Т.М. представлена аналогичная точка зрения [10, с.51]. Кроме того, Иосиф II характеризуется А.М. Ону самым последовательным из «просвещенных» монархов Европы. Так, историк отмечал, что если при российской императрице крепостное право усилилось и расширилось, то Иосиф II видел в освобождении крестьян первое и необходимое условие [7, с.36].

Политику австрийского императора историк представил как классический пример просвещенного абсолютизма, принципы которого были направлены, с одной стороны, на усиление абсолютной власти монарха, с другой, на модернизацию традиционных устоев общества, продиктованную назревшими преобразованиями всего европейского мира. В этом отношении самыми решительными и прогрессивными мерами Иосифа II А.М. Ону назвал крестьянскую и церковную реформы, которым и уделил в статье наибольшее внимание. Однако историку, на наш взгляд, не удалось продемонстрировать разнонаправленность политического курса императора, поскольку некоторые аспекты его деятельности остались не исследованными. Затрагивая реформу образования, Ону не обозначил основных ее направлений, отметив только то, что Иосиф II был равнодушен к высшему образованию и считал важным лишь научить подданных «читать, писать и немножко считать» [7, с.22]. Признавая важность национального вопроса в Австрии, историк, тем не менее, не отразил его сущности. За рамками работы осталось изучение экономических и судебных преобразований, а также внешней политики, и связанного с ней переустройства армии.

В целом стоит отметить, что анализ основополагающих реформ Иосифа II позволил А.М. Ону прийти к выводу о преемственности его курса с правлением Марии Терезии. Он отметил, что «в главнейших сторонах своей деятельности он тесно связан со старой традицией и общими условиями австрийской жизни» [7, с.29]. Эту точку зрения можно считать устоявшейся в исторической литературе. Позже она нашла свое отражение в работах другого ученика Н.И. Кареева П.П. Митрофанова [5, 6]. Нам представляется, что ее сформулировал их учитель: «В разных сторонах своей внутренней политики Иосиф II был, прежде всего, практическим деятелем, продолжавшим линию поведения своей матери» [4, с.163]. Данное суждение распространено и в современной литературе [1, с.152].

В упомянутой статье А.М. Ону показал Иосифа II как правителя-реформатора, представителя просвещенного абсолютизма, затронув только его внутреннюю политику. Этот пробел историк восполнил в статье «Иосиф II. Император», опубликованной на страницах энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона [8]. В ней Иосиф II показан А.М. Ону более разносторонне, а его реформаторской деятельности дана более конкретная оценка. В целом работа отвечает жанру энциклопедической статьи. Несмотря на объем, материал представлен сжато. Можно выделить несколько проблем, на которых сконцентрировался историк.

Во-первых, им показаны основные направления реформ и их итоги (церковная, крестьянская, сословная). Итог преобразований Ону свел к следующему: «все слои общества тяготились настойчивой, суровой и подчас бестактной регламентацией, манией бюрократического вмешательства во все проявления жизни, начиная с богослужения и похорон и кончая ношением корсетов» [8, с.761]. В целом его реформы он оценил как «попытку круто и бесповоротно завершить традиционную политику Габсбургов, заключающуюся в централизации, введении немецкого языка, уничтожении провинциальных вольностей, замене обломков сословно-представительного строя венской бюрократией» [8, с.761].

Во-вторых, Ону стремился показать, что внутренняя политика Иосифа II была тесно связана с внешней. По его мнению, причины неудач и жесточайшего сопротивления его курсу отягощались еще и тем, что «Иосиф постоянно впутывался в международные осложнения» [8, с.761]. Ону выделил три направления его внешних государственных интересов. 1) австро-прусское соперничество за сферы влияния в империи. Наглядным примером для историка служит война за «баварское наследство», после которой был создан союз германских князей с Фридрихом II во главе [8, с.761]. По словам Ю.Е. Ивонина союз протестантских князей и городов Германии представлял собой готовую оппозицию императору, в случае его попыток изменить в пользу Вены баланс сил в империи [2, с.65]. 2) объединительная политика Иосифа II и противостояние с национальном дворянством [8, с.761]. 3) «Союзничество» с Россией для борьбы против Пруссии. Автор не называет причины и предшествующие события этой дружбы [2, с.68-69]. Ону отметил только то, что в качестве союзника Екатерины II император принял участие в русско-турецкой войне. Каждое из направлений внешней политики австрийского императора оценивается историком как неудачное.

В-третьих, историк пытался охарактеризовать личностные качества монарха, влияющие на его политический курс. А.М. Ону утверждал: «Человеколюбивая деятельность Иосифа II простиралась на всех обездоленных, вместе с тем, он был чужд сентиментальному и отвлеченному благодушию XVIII в. При малейшем сопротивлении, он проявлял большую жестокость, а его внешняя политика представляла сочетание полнейшей нравственной бесцеремонности с ненасытной алчностью к земельным приобретениям» [8, с.761]. К таким же оценкам австрийского императора много позже на основе кропотливой работы с архивными источниками г. Вены, Будапешта, Берлина придет и П.П. Митрофанов. Он также, как и Ону, отметил милитаризм в политике Иосифа, направленный на достижение государственных целей. «Войско нужно было ему для того, – говорит П.П. Митрофанов, – чтобы поддержать престиж Австрии, чтобы упрочить ее могущество» [5, с.66]. Как видим, Ону и Митрофанов оценивают Иосифа II не только как деятеля, выработавшего систему просвещенного абсолютизма в Австрии, но и как экспансиониста во внешней политике. В литературе факт значительной агрессивности внешней политики императора является также устоявшимся [1, с.153].

Таким образом, в своих исследованиях А.М. Ону представил политический портрет императора Иосифа II Габсбурга и доказал, что его реформы были осуществлены в духе идей Просвещения. Его деятельность в концепции историка отражает общее европейское направление перехода от феодализма к новой стадии. Многие выводы Ону были подтверждены не только его современником П.П. Митрофановым, но и учеными второй половины ХХ века.


Библиографический список
  1. Ивонин Ю.Е. Проблема просвещенного абсолютизма в Германии в современной историографии // Вопросы истории. 1998. № 2. С. 149-155.
  2. Ивонин Ю.Е. Фридрих II Гогенцоллерн и Иосиф II Габсбург // Вопросы истории. 2003. № 10. С. 49-74.
  3. История Европы. Т. 4. Европа нового времени (XVII-XVIII века). М. : Наука, 1994.
  4. Кареев Н. И. Книга о Иосифе II, как представителе и деятеле просвещенного абсолютизма // ЖМНП. 1907. № 11. С. 134-187.
  5. Митрофанов П. П. Материалы к истории Иосифа II // ЖМНП. 1903. Март. С. 41-120.
  6. Митрофанов П. П. Политическая деятельность Иосифа II, ее сторонники и ее враги (1780-1790). СПб., 1907.
  7. Ону А. М. Иосиф II и «философия» XVIII века // Историческое обозрение. Т. 2. 1891. С. 1-36.
  8. Ону А. М. Иосиф II. Император // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. XIIIa. 1894. С. 760-762.
  9. Хаванова О. В. Нация, отечество, патриотизм в венгерской политической культуре: движение 1790 года. М.: Институт славяноведения РАН, 2000.
  10. Шмидт С. О., Гутнова Е. В., Исламов Т. М. Абсолютизм в странах Западной Европы и в России (опыт сравнительного изучения) // Новая и новейшая история. 1985. № 3. С. 42-54.


Все статьи автора «Afanasyeva»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: