По устоявшемуся мнению, в основе рассматриваемых гидронимов лежит авест. dānu- «река», осет. don «река, вода», др.-инд. dā́nu «сочащаяся жидкость» [1, с. 142, 144, 147; 2, т. 1, с. 518-519, 528-529, 552-553]. Однако, сразу возникает вопрос: остальные реки – не реки и не вода? Т. е. мы не имеем особенной характеристики водного объекта. Вызывает сомнение и словообразовательная модель: в осетинских гидронимах мы наблюдаем V-дон, тогда как в рассматриваемых названиях нам предлагают дон-V. Кроме того, компонент «река», прибавляемый к основному форманту, может указывать на огласовку более древнего названия новыми группами мигрантов (например, литовский – гидронимический корень+upis, финский – гидронимический корень+йоки, тюркский – гидронимический корень+су и т. д.). Столь же критично можно говорить и о значениях «река задняя», «река ближняя» и т. п., которые в силу отсутствия системы координат не несут никакой информации, кроме похожести лексем.

Опыт изучения гидронимов показал, что основная их часть может быть объяснена глаголами настоящего времени единственного числа 3-го лица. При этом, языковой средой выступают кельтские (валлийский) и балтские (литовский, прусский) языки [3; 4]. Речные названия имеют связь с этимологией слова river (река) и его первоисточник – индоевропейский корень rei- [5, p. 857-859), наряду с глаголом течь, также коррелируя с понятиями рыть, рушить, хлестать, ров и т. п.

Также было установлено, что условной «пограничной» линией между указанными языковыми ареалами может выступать территория между реками Везер и Эльба. Такая ситуация коррелирует с древними миграциями носителей Y-DNA R:

Рис. 1. Общая схема древних миграций носителей Y-DNA R [6].

В представленной ситуации можно предположить, что первыми в низовьях рассматриваемых речных систем прошли носители кельтских языков, которые затем вышли в Западную Европу. Следовательно, в этой языковой среде и стоит изучать заявленные гидронимы, будем приводить в данной работе инфинитив и глагол настоящего времени единственного числа 3-го лица.

Дон (Τάναϊς) – река в Европейской части России. Исследователи ничего не смогли придумать лучше, чем предложить иранское дон «река» [1, с. 144] (как будто, другие реки – не реки). Однако, имеется валлийский глагол tynnu (мутация
dynnu) /ˈtənɨ/, tyn «тащить, уничтожать, сосать и т. п.» [7]. Поэтому древне-греческая огласовка и представлена как Τάναϊς (Танаис).
Кроме того, наблюдаем и частный случай семантического родства – валлийский глагол dynu/denu, dyna/dena «сосать, втягивать, поглощать, тянуть» [8, с. 99; 7]. Пришедшие впоследствии в эти места балтоязычные племена переняли гидроним, встроив его в свою языковую среду, как *dunti с обычным для балтских гидронимов значением «пробиваться,
виться, растекаться, хлестать, исчезать и т. п.» [9].

Днепр – река, протекающая по территории России, Белоруссии и Украины. Лингвисты гадают, «река» (древне-иранского dan/don) то ли «задняя» (от древне-индийского aparas), то ли «глубокая» (от древне-иранского -apr/-apara) [1, с. 142]. Мы же можем вернуться к мнению Соболевского – Трубачева, выделявших компонент -ипр/-ибр [10, т. 4, с. 618]. В таком случае можно говорить о валлийском глаголе beru (от прото-кельтского bereti) «течь, нести» [8, с. 62; 7] с префиксом tan-, (i)dan-. Отсюда и варианты огласовки Βορυσθένης, Βαρούχ и т. д. Тогда как идущие с верховий балтоязычные племена привнесли свое видение гидронима через глагол perti, perė с префиксом nu-, значение которого «взбивать, колотить, выдрать, высечь, сильно стекаться, тяжело нести, хлестать в русле» [9]. Поэтому у Иордана уже появляется Danaper.

Днестр (Дністе́р, Nistru, Τύρας) – река, протекающая через Украину и Молдавию. Вновь предлагается видеть «реку» (dan/don), но теперь то ли «ближнюю» (от авестийского nazdyō), то ли «быструю» (от древне-иранского tū̆ras), то ли «большая» (от скифо-сарматского *stūra). Однако, для этимологии гидронима можно привлечь валлийский глагол dinistru (dinistrio, dinustr) «разрушать, поглощать» [7]. И вновь констатируем балтское влияние, как на рассматриваемый гидроним (Nistru), так и на нижнее течение Дуная, носящего имя ΄Ίστρος [11].

Дунай – вторая по протяжённости и полноводности река в Европе, пересекающая территории 10 европейских государств. Исследователи в очередной раз склоняются к этимологической тавтологии – dan/don «река», не предлагая словообразовательной модели. В то же время можно выделить конструкт: префикс dy- с глаголом nofio
/ˈnɔvjɔ/,
nawf/nofia «плавать, ходить (через воду), переливаться», сюда же можно отнести и семантически близкий глагол dinau  «лить, течь» [8, с. 295, 348; 7]. Отсюда и первоначальное упоминание латинское Dānuvius и далее готское *Dōnawi и греческое Δούναβις.
Вероятно, Дунай выступает характерным гидронимом в плане деления языковых ареалов: верхнее и среднее течение – кельтский (Дунай), нижнее течение – балтский (Истр).

Остановимся и на самой крупной европейской реке Волге, которая, как и Дунай, может служить наглядной демонстрацией древних миграционных потоков населения. Как было ранее определено, этимология гидронима восходит к балтскому глаголу valgyti, valgo - поглощать, насыщаться, бить, грызть, промывать [3], но вот у античных авторов мы встречаем название нижнего течения как Ра (Rha) [1, с. 102]. Этимология древнего гидронима может быть связана с валлийским глаголом rhawio (альтернативная форма rhofio) /ˈr̥ɔvjɔ/ – рыть, выгребать [7]. Этот глагол восходит к индоевропейскому корню erə-, от которого происходит кельтские глаголы *rāyeti и *rāmiyos с последующим древне-ирландским ráïd, с общим значением «грести, двигаться лопатообразным движением» [12, с. 518-519; 8, с. 306; 5, с. 338]. Отсюда и одна из форм огласовки гидронима – Rav, Rava [2, т. 1, с. 337]. Можно предполагать, что кельтоязычные племена осваивали территорию нижней Волги, балтоязычные мигранты пришли с севера, вытеснив и поглотив прежних «хозяев» региона.

Таким образом, мы вновь видим, что этимология рассмотренных гидронимов находит свои корни в кельтской языковой среде (валлийский язык). При этом бассейны данных рек выступают «контактной» зоной кельтоязычных и балтоязычных племен. Первые мигрировали вдоль низовий этих водных артерий, вторые пришли от верховий, с севера-северо-востока. Граница названных языковых ареалов пролегла примерно по линии средний Дунай – Майн – Рейн (рис. 1 – белая пунктирная линия). Исходя из этимологии гидронимов и представленных древних миграций, можно предполагать, что взаимодействие кельтов и балтов осуществлялось вдоль южного побережья Балтика с акцентированием между Эльбой и Рейном, на территории современной Германии, где и происходило окончательное формирование германцев.