качество, качество и качество.

Ильзе Депраетере

В предыдущей статье [1] мы затронули тему обеспечения качества в «экономном» переводе, понимаемом как «функция соответствия назначению (fitness for purpose) и производственных ограничений» [2]. Но тема качества перевода имеет еще один небезынтересный аспект.

В последнее время начали встречаться объявления бюро переводов (БП) о выполнении переводов разного уровня качества и стоимости. Эта тема живо обсуждается на переводческих форумах за рубежом и у нас. В этой статье мы проанализируем различные точки зрения на идею «дифференциации» качества перевода и попробуем выяснить, имеет ли эта она право на существование и тем самым ответить на вопрос, вынесенный в заголовок: уровни качества перевода – это миф или реальность?

Возможно, одна из первых попыток дать научно классифицировать перевод по уровням качества была  сделана исследователями из Университета Женевы в рамках проекта «Оценка систем обработки данных естественного языка» [3]. Свой список уровней качества перевода они предваряют таким программным утверждением:

До недавнего времени существовал, по сути, только качественный перевод, то есть самое лучшее, что переводчик практически мог предложить. Переводчик в своей работе стремился к совершенству и ни к чему меньшему. Сегодня же появляется потребность вносить коррективы в обоих направлениях.

Швейцарские исследователи выделяют четыре уровня качества перевода: «черновой перевод» (raw translation), «перевод нормального качества» (normal quality translation), «перевод высшего качества» (extra-quality translation) и «адаптацию оригинального текста» (adaptation of original text).

Если «черновой перевод» должен «передавать основное значение оригинального текста» и допускает грамматические ошибки и опечатки, то «перевод нормального качества» должен обеспечивать полный перевод оригинального текста, не иметь грамматических ошибок и быть достаточно гладким; первый уровень перевода подходит для перевода «большого объема научных аннотаций», а второй – для перевода технических руководств. «Перевод высшего качества» означает, что переведенный текст должен быть гладким и идиоматичным, соответствовать культурному контексту языка перевода и не должен восприниматься как перевод. Это уровень перевода рекламных брошюр и литературных произведений. Наконец, «адаптация оригинального текста», по классификации швейцарских ученых, не является переводом текста, в собственном смысле слова, а представляет собой новое произведение на основе иноязычного оригинала, допускающее пропуски, реорганизацию текста, в зависимости от поставленной цели. [3]

Дифференцированный подход к качеству выполняемых ими переводов декларируют некоторые международные бюро переводов. БП McElroy Translation, например, предлагает переводы четырех уровней качества: «машинный перевод» (machine translation, MT), «буквальный перевод» (literal translations), «профессиональный перевод» (professional translations) и «пересоздание» (transcreation) [4]. БП Global Link Language Services предлагает дифференцировать не продукты, как McElroy, а «технологические процессы услуг по переводу»; в их «меню» – технологические процессы трех уровней: «базовый» (basic), «стандартный» (standard) и «премиум» (premium) [5]. Три уровня качества переводов предлагает и БП Eurologos Group: «качество перевода» (translation quality), «качество адаптации» (adaptation quality) и «качество публикации» (publishing quality) [6].

Тема дифференциации качества переводов активно обсуждается и зарубежными переводчиками. Переводчица Ага Гордон на сайте одного БП встретила описание «золотого», «серебряного» и «бронзового» уровней качества перевода, где «золотой» уровень предполагает перевод, редактирование и вычитку; «серебряный» – перевод и редактирование, а «бронзовый» – только перевод). Эта идея вызвала у нее  резко негативную реакцию; по мнению Гордон, любой перевод должен всегда «читаться гладко и казаться не «переводом», а текстом, написанным носителем языка», и «знание обеих культур и достаточного объема терминологии в исходном языке и языке перевода абсолютно необходимо». Для нее «перевод – это всегда синоним качества» и «хороший перевод не может стоить дешево», поэтому предложения такого рода она считает «отчаянной попыткой привлечь клиентов… [что] подрывает переводческий бизнес и может привести к появлению еще большего количества плохих переводов». [7]

Ей возражает Дэвид Уитли, говоря, что проблема не в одних БП, но и в «конечных пользователях», которые не могут оценить хорошее качество перевода. И насколько верно утверждение, что «хороший перевод не может стоить дешево», настолько же верно и утверждение, что «качество не может стоить дешево», и, следовательно, есть рациональное зерно в предложениях переводческих услуг разного качества при условии, что БП не использует «недобросовестных и эксплуататорских» методов ведения бизнеса:

Если принять, что все переводы – независимо от пакета – выполнены профессиональным переводчиком … эти три варианта вводят полезные качественные разграничения для ценочувствительных клиентов. «Серебряные» и «золотые» услуги не лучше сами по себе; они просто добавляют дополнительные уровни  улучшений к базовому пакету, включающие дополнительные этапы проверки, но в каждом случае выполнение первоначального перевода требует такого же уровня мастерства и квалификации. Думать иначе – несправедливо плохо думать о переводчике. [7]

Работающего в Германии переводчика Валерия Томаренко, как до него Агу Гордон, задуматься о проблеме переводов разного качества заставили предложения «дифференцированных расценок», которые тот встретил у нескольких российских БП и фрилансеров. Однако, в отличие от Гордон, Томаренко считает вполне разумной идею давать разные расценки в зависимости от качества перевода, как это нередко делается в расценках на «стандартный» перевод и «ускоренный» перевод:

Быстро, дешево, хорошо. Клиент поставлен перед необходимостью «выбрать два».  Вопрос: почему бы не расценить и третью переменную, т.е. качество?

Поступая таким образом, мы даем понять, что качество имеет значение. В подтверждение мы можем предложить различные оценки качества. [8]

В следующем сообщении он делится результатами социологического опроса на тему дифференциации качества перевода, который он провел среди читателей своего блога. Из 100 человек, принявших участие в опросе, 23 ответили, что дифференцируют расценки по качеству перевода, а 67 ответили, что предлагают перевод одного качества. Эта статистика, как будто подтверждающая господствующий взгляд «давать только превосходное качество», не поколебала его мнение о необходимости дифференцированного подхода к качеству:

Если мы, т.е. 70-80% из нас, не предлагаем переводы различного качества и не готовы идти на компромиссы,  почему мы должны предлагать высшее качество всем клиентам? Вместо того, чтобы наводнять недифференцированный рынок предложениями качественных переводов, почему бы не помочь рынку самоочиститься?

Я считаю, что нам следует узнать (и думать) больше о сегментации ранка. [9]

О сегментации рынка и перспективах выполнения переводов разных уровней качества размышляют Пол Сальзбергер и Луиджи Мужи. Сальзбергер отмечает появление на рынке переводческих услуг новых игроков, вооруженных «новомодными инновациями, к которым относятся краудсорсинг, машинный перевод, или высокоавтоматизированные веб-системы управления заданиями, распределяющие работы между фрилансерами практически без вмешательства человека», и способных предложить более низкие цены, чем традиционные несетевые БП. И эти сетевые БП, считает Сальзбергер, могут найти клиентов, «которые готовы принять менее качественный продукт, но по более низкой цене», либо это могут быть совершенно новые клиенты, которым услуги традиционных БП в прошлом были не по карману. [11]

В импровизированном диалоге с Сальзбергером Мужи высказывает предположение, что для сохранения ценовой конкурентоспособности  в недалеком будущем больше половины рынка переводов займут несколько многоязычных поставщиков, нанимающих низкооплачиваемых переводчиков, а оставшуюся часть поделят между собой «крохотные фирмы-бутики и передовые в техническом отношении переводческие пулы, применяющие новейшие средства совместной работы». Господствующей бизнес-моделью, прогнозирует Мужи, станет т.н. freeconomics, «в которой базовые услуги предлагаются бесплатно, а за «продвинутые» или специальные возможности берется повышенная плата». [11]

На недавней международной переводческой конференции с симптоматичным названием «Качество под давлением» Мужи, снова делая ударение на грядущих переменах в переводческой отрасли, дает конкретные рекомендации переводчикам, как им адаптироваться к новым условиям:

Чтобы удовлетворить потребности клиентов, дифференцируйте свои предложения услуг в соответствии с различными уровнями качества. Для клиентов перевод не услуга, а продукт, едва ли имеющий какие-либо серьезные различия в отношении качества. Поэтому продавайте не качество, а услуги. … Делайте свои условия поставки (например, ценообразование) максимально прозрачными для клиентов и предлагайте альтернативы любым традиционным подходам. [12, c. 13]

Обзор обсуждения дифференциации качества перевода зарубежным переводческим сообществом можно завершить ссылкой на программную работу Крис Дурбан «Перевод: как сделать все правильно: Руководство для покупки переводов», получившей одобрение ряда переводческих ассоциаций США, Великобритании, Германии, Франции, Швейцарии [13, 14]. Дурбан пишет, что «многие поставщики [услуг перевода] регулярно [выделено мной – А.С.] выдают перевод «для информации» (for-information) в качестве стандартного продукта, в отличие от  «переработки текста» (rewrite) или адаптации (adaptation)» [13, c. 8]. Кроме этих видов перевода Дурбан упоминает «перевод для публикации» (for publication), «необработанный машинный перевод» (raw computer output) и «передачу общего смысла текста» (gisting). «Перевод какого рода (и на какой бюджет) вам нужен?» – задает она риторический вопрос пользователям руководства [13, c. 26].

Тему дифференциации качества перевода не обошли вниманием и отечественные БП и переводчики. БП «Велиор» предлагает три уровня переводов – «базовый», «стандартный» и «премиум», а его представитель поясняет эту политику «глобальной» тенденцией к снижению цен:

Вместо того чтобы пытаться убедить заказчиков, почему они должны платить более высокую цену за перевод высокого качества, с сегодняшнего дня мы просто предоставляем им выбирать ту цену, по которой они хотят получить перевод. [15]

Наверное, самым известным в России пропагандистом дифференциации переводов по качеству является БП «Интент» в лице его директора И.С. Шалыта. Философия БП «Интент» в области качества хорошо известна и не нуждается в дополнительном представлении.[i]

Однако следует признать, что идея дифференциации качества многими отечественными профессионалами в области перевода не принимается. Весьма красноречивое свидетельство этой позиции можно найти, например, в известном документе «Письменный перевод. Рекомендации переводчику, заказчику и редактору»:

Качество, как и свежесть, бывает одно – первое, оно же и последнее. Существующая на рынке практика «ранжирования» качества в зависимости от средств, имеющихся у заказчика для оплаты перевода, не имеет никакого отношения к качеству перевода. [16, c. 16]

И «требования к качеству перевода, – добавляют авторы документа, – определяют специалисты в области перевода, а не рынок» [16, c. 16].

Стоит, однако, отметить, что в первой части раздела, откуда взят процитированный текст, утверждалось иное, а именно:

Критерии качества для текста перевода сторонам рекомендуется четко определять на этапе заключения договора – заказчик должен определить требования к качеству [выделено мной – А.С.]  (и подтвердить, что квалификация данного переводчика его полностью удовлетворяет), а переводчик должен подтвердить понимание требований заказчика к качеству выполнения данной работы и обязаться выполнять работу в рамках таких требований. [16, c. 16]

«Требования к качеству» подразумевают дифференцированное отношение к качеству. Ведь если заказчик определит требования к качеству, скажем, на уровне «перевода для информации», то переводчик обязан обеспечить уровень качества «для информации», а не уровень качества «машинного перевода» или качества «для публикации». Ибо перевод, выполненный ниже или выше требуемого уровня, будет нарушением договора. И хотя второй случай (выполнение более качественного перевода, чем предусматривается договором) обычно не регламентируется, несоблюдение этого условия имеет прямые негативные последствия для переводчика: дополнительные трудозатраты переводчика, за которые нельзя формально требовать вознаграждения.

Наконец, о том, что идея градации переводов по качеству все-таки не совсем чужда авторам «Рекомендаций», свидетельствует и упоминание (вслед за известным нормативным документом[ii]) «чернового перевода», «рабочего перевода» и «перевода для опубликования» с той лишь оговоркой, что «первые две категории описывают промежуточный результат деятельности переводчика, а последняя – окончательный результат» [16, c. 16].

Мы рассмотрели разные точки зрения на идею дифференциации качества перевода. Очевидно, что эта идея пускает корни в зарубежном и отечественном переводческом дискурсе. Для одних она, возможно, так навсегда и останется мифом; для других, и к ним относится автор статьи, она – реальность, заслуживающая дальнейшего обсуждения и изучения. Скромный вклад автора статьи в этот уже начавшийся процесс – небольшая сравнительная таблица, в которой обобщены все упомянутые в статье системы уровней качества перевода. Для возможности сравнения за базовую принята шкала, предложенная специалистами EAGLES. Градация систем выполнена на основании сведений из процитированных источников (принимаемых at face value, т.е. «за чистую монету») и тех общих соображений о качества перевода, которые можно найти в таких международных руководящих документах, как Европейский стандарт EN 15038:2006 «Услуги по переводу. Требования к услугам» [18], публикации Генерального Директората по переводам Европейской Комиссии[iii] и др.

Понятие нормы пе­ревода включает требование нормативного использования пере­водчиком языка перевода, а также необходимость соответствия результатов переводческого процесса общепринятым взглядам на цели и задачи переводческой деятельности [1]. Норма перевода складывается в результате взаимодействия пяти различных видов требова­ний: нормы эквивалентности, жанрово-стилистической нормы перевода, нормы переводческой речи, прагматической и конвенциональной норм. Кратко рассмотрим каждое из них.

Норма эквивалентности означает необходимость общности содержания оригинала и перевода, но лишь в пределах, совместимых с другими нормативными тре­бованиями, обеспечивающими адекватность перевода [там же]. Нарушение нормы эквивалентности может быть абсолютным, когда пере­вод признается не передающим содержание оригинала хотя бы на самом низком уровне, или относитель­ным, если установлено, что остальные нормативные требова­ния могли быть выполнены и на более высоком уровне экви­валентности. Примером абсолютного нарушения нормы эквивалентности является полное искажение смысла оригинала:

Nevertheless, care needs always to be exercised in the design, especially for heavily eiffelated tower configurations.

Тем нее менее, потребности в уходе всегда должны осуществляться при проектировании, особенно для Эйфелевой башни.

Перевод искажает смысл оригинального высказывания по причине неправильного понимания содержания, что легко обнаруживается при анализе. К примеру, переводчик передал словосочетание eiffelated tower configurations как Эйфелевой башни, хотя в оригинале речь идет о башенных конструкциях, созданных по примеру Эйфелевой башни.

Относительным искажением смысла оригинала служит следующий пример:

In 1970’s, the insertion of new materials into aircraft systems began.

Процесс использования новых материалов в авиационной промышленности начался в 1970 году.

В примере мы имеем дело с неточностью перевода. Переводчик неправильно передал часть содержания оригинала, но не исказил его смысл полностью (перевод «in the 1970′s» русским «в 1970 году»).

К относительному искажению смысла приводит и смещение логического центра высказывания, то есть нарушение тема-рематической организации предложения:

         Typical components applications are rotating disks in aircraft engines, as shown in Fig. 1.

         Примерами применения типичных деталей являются вращающиеся диски, как показано на рис. 1.

В русском языке новая информация или рема стремится к концу высказывания [2]. Новой информацией в приведенном примере являются примеры применения типичных деталей, а не то, что можно увидеть на рисунке.

Жанрово-стилистическую норму перевода мож­но определить как требование соответствия пере­вода жанровым характеристикам и стилистическим особенностям текста, к которому принадлежит перевод. Если исходный текст имеет жанровые характеристики инструкции, то и перевод должен обла­дать всеми признаками инструкции. Распространенными ошибками при переводе технических текстов, ухудшающими их качество, являются ошибки стиля:

1) немотивированное повторение однокоренных слов:

Any electrical malfunctions must be rectified immediately.

Любая неисправность электрооборудования должна быть немедленно исправлена.

2) Плеоназмы:

Этот вид датчиков можно смело назвать одним из самых распространенных сенсорных датчиков.

За исключением периода времени между двумя мировыми войнами и до 2001 года.

В лексической единице «датчик» уже содержится сема «сенсорный». Понятие «период» уже связано с понятием времени.

3) Употребление синтаксически неоднородных конструкций:

Проверить исправность изоляторов и нет ли трещин.

Соответствие норме переводческой речи требует от переводчика соблюдать нормы и узус языка перевода с учетом узуальных особенностей переводных текстов на этом языке [3, 4, 5]. Эти особенности реализуются переводчиками интуитивно в практической деятельности. Однако следует помнить о том, что часто ориентиро­ванность на оригинал модифицирует характер использования языковых средств, приво­дит к «расшатыванию» языковой нормы . Контакт двух языков неизбежно ведет к относительному уподоблению языковых средств:

The study uses such equipment as Renishaw QC20-W Ballbar and API Tracker3TM.

Исследование использует такое оборудование, как беспроводная система QC20-W Ballbar компании Renishaw и лазерный трекер API Tracker3^TM компании API.

Переводчик уподобляет структуру перевода структуре оригинала, хотя, согласно нормам русского языка, здесь требуется поставить английское подлежащее the study в позицию обстоятельства места для исследования:

В качестве оборудования для исследова­ния были использованы беспроводная система QC20-W Ballbar компании Renishaw и лазерный трекер API Tracker3^TM компании API.

Рассмотрим еще один пример:

Figure 7 shows a schematic of the material-removal process.

Рис. 7 показывает схему процесса удаления материала.

В данном случае переводчику также следовало бы переместить подлежащее в позицию обстоятельства места:

На рис. 7 показана схема процесса удаления материала.

Следует отметить, что данная ошибка очень распространена в переводе с английского языка на русский. При обратном переводе начинающие переводчики часто сохраняют оригинальную синтаксическую организацию предложения, что также является нарушением нормативных требований к переводу.

Прагматическую норму перевода можно опреде­лить как требование обеспечения прагматической ценности перевода. Если текст перевода не оказал на реципиента того же коммуникативного воздействия, что и исходный текст, мы можем говорить о нарушении прагматической нормы перевода. Например, технический текст, предназначенный для неспециалистов, следует упрощать как структурно, так и семантически – производить опущение  нерелевантных деталей,  сокращать объём,  дополнительно структурировать  отдельные части  текста, вводить историческую  справку  и функциональные комментарии [6], упрощать синтаксис. Однако если целевая аудитория перевода – специалисты, адаптацию следует считать нарушением прагматической нормы.

Нарушение конвенциональной нормы перевода приводит к тому, что перевод отказывается полноценно заменять оригинал как в целом, так и в деталях, не выполняя задачи, ради которой он был осуществлен.

Итак, качество перевода технических текстов определяется, прежде всего, тем, насколько переводчику удалось соблюсти нормы перевода. Соблюдение данных норм позволяет переводчику избежать как смысловых, так и стилистических ошибок, выполнить прагматическую задачу и создать текст, который можно использовать как полноценную замену оригинала.