Отметим, что не приходится говорить непосредственно о систематизации, поскольку сам по себе  постструктурализм представляет собой пример отказа от строгой научности, присущей структурализму. Объектом, полученным в результате преобразования прежних категорий, по мысли Р.Барта, становится Текст [2]. Прежде, чем обратиться к понятию текстового анализа, рассмотрим принципиальные отличия Текста и произведения:

- Текст необходимо понимать как нечто неисчислимое, он не может застыть неподвижно, он постоянно движется сквозь что-то;

- произведение же – это вещественный фрагмент, наглядный, зримый, размещающийся «в руке», тогда как Текст – сфера методологических операций, он размещается «в языке»;

- произведение – это собственно и есть Текст, осознанный и принятый, со всей своей символической природой;

- Тексту свойственна множественность, нет простого со-существования смыслов – Текст проходит сквозь них;

- автор считается родителем и хозяином своего произведения, а в Тексте только мелькает «призрак автора», которому при этом отводится лишь роль гостя;

- произведение – объект потребления, а Текст очищает произведение от потребительства, воссоединяя чтение и письмо в целостной знаковой деятельности;

- невозможно пропустить и подход к Тексту через удовольствие, поскольку Текст безусловно связан с наслаждением, без ощущения отторгнутости, в отличие от произведения.

Теперь, когда мы выяснили, что такое Текст, обратимся к понятию «текстовый анализ» на основе упоминаемого выше Р.Барта. Задача текстового анализа провести подвижную структурацию текста, различную у каждого читателя; увидеть как текст взрывается и рассеивается в межтекстовом пространстве; проследить пути смыслообразования. Для того, чтобы провести анализ, мы расчленяем текст на лексии – короткие отрезки текста, единицы чтения. Лексия – это произвольный конструкт, в рамках которого мы наблюдаем распределение смыслов. Затем необходимо проследить смыслы, которые возникают в пределах каждого подобного сегмента – коннотации, дополнительные смыслы, которые могут иметь форму ассоциаций, реляций.

Поскольку в основе текста лежит выход его в другие тексты, коды и знаки, требуется показать исходные пункты смыслообразования. При этом не нужно игнорировать в себе жажду текста – он должен приносить радость и удовольствие, поскольку анализ – это прогулка по тексту. Нашей задачей совместно с Р.Бартом является выявление не структуры повествования, а рассмотрение основных кодов текста, под которыми понимаются ассоциативные поля, надтекстовая организация смыслов. Какие коды выделяет Р.Барт? Безусловно, это культурный код – код человеческих знаний, включающий также научный код – правила науки и научной этики, риторический код – социальные правила говорения,  хронологический код – совокупность хронологических этапов, социо-исторический – связь высказывания со всей суммой знаний об эпохе, народе.

Важны также код коммуникации – отношения, которым текст придает форму обращений к адресату, код действия – код, обеспечивающий естественность и удобочитаемость, и, безусловно, код Загадки – код понимания и разгадывания смысла.

Рассмотривая коды, мы не пытались создать какую-либо схему – логическую или семиологическую. Коды необходимы как пункты отправления, как трамплины интертекстуальности. Именно «раздёргивание текста на ниточки» и составляет различие между структурой и структурацией. Важно помнить, что одна форма нередко дает отсылки к нескольким одномоментно действующим кодам, при этом невозможно определить истинный. Однако невозможность решения – это, на самом деле, не невозможность решения, а структурное условие повествования; подобный анализ направлен не на истинный смысл текста, а на его множественность.