Архитектурный ансамбль монастыря складывается из 56 сохранившихся и 30 сильно разрушенных на данный момент помещений. Среди них выделяются 4 пещерных церкви (по Ю.М. Могаричеву), кельи (братский и игуменский корпус), костотеки, хозяйственные пещеры, кладовые, трапезная, пекарня, ризница и библиотека. Вероятнее всего, Чилтер-Мармара был киновией (общежительный монастырь), в которой одновременно могло пребывать до пятидесяти монахов.

Первое обследование монастыря было проведено А.Л. Бертье-Делагардом во второй половине XIX в. В.В. Латышев рассмотрел ряд фрагментов надписей из монастыря. Одну из них Ю.А. Кулаковский датировал 1403 г. Первые археологические исследования на территории монастыря были проведены В.П. Бабенчиковым в 1934/35 и 1937 гг. Он зачистил грот с церковью и несколько помещений второго яруса. Датировал исследователь монастырь XI-XV вв. Содержатся сведения о Чилтер-Мармаре и в неизданных «Материалах к археологической карте юго-западного нагорья Крыма» Н.И. Репникова.

Подробное описание монастыря, с архитектурными обмерами многих помещений, было составлено Е.В. Веймарном и М.Я. Чорефом. Временем возникновения этого монастыря они считали VIII-IX вв. С 1973 по 1981 гг. в Чилтер-Мармаре проводила комплексные архитектурные обмеры Херсонесская экспедиция ИА АН СССР. В ходе работ было выявлено 56 сохранившихся и 30 сильно разрушенных помещений. С.А. Беляев и В.А. Бушенков относили время его появления к VIII-IX вв.

В.Н. Даниленко и Ю.С. Воронин полагали что временем «в которое или после которого» возник монастырь был VII в. Основанием для такой датировки послужили находки на склоне у Чилтера нескольких фрагментов светлоглиняных амфор херсонесских типов VII-IX. С ними соглашается и В.Г. Тур, указывая на «особенность пещерных монастырей, расположенных на скальных обрывах, подверженных природному воздействию, вымыванию мягких культурных наслоений», следовательно, материалы ранних периодов следует искать не в помещениях обители, а именно на склоне.

Ю.М. Могаричев и А.Г. Герцен датировали появления монастыря XII-XIII вв., а его расцвет пришёлся на время существования архонтии или деспотии, получившей в научной литературе наименование княжество Феодоро (конец XIV-XV вв.). В 1999 г. Чилтер-Мармару обследовал Н.Е. Гайдуков. В своей работе посвящённой изучению структуры монастыря, исследователь датирует появление этой киновии X-XI вв.

Но если о времени возникновения монастыря нет единой точки зрения, то все исследователи сходятся во мнении, что роковым для Чилтера, как и всей юго-западной Таврики, был 1475 г. В этом году армия османских завоевателей захватила колонии Генуэзской республики на полуострове и территорию княжества Феодоро, столица которого после полугодовой осады пала в декабре 1475 г. Вероятнее всего, в это время монастырь был уничтожен армией завоевателей. Это был удар, после которого он уже не возродился.

О дальнейшей истории Чилтера остаётся только гадать. Возможно, ещё некоторое время после завоевания в монастыре теплилась жизнь. Но, с переселением в XVI-XVII вв. с территории Крымского ханства татар, а, следовательно, усиления исламского фактора среди населения, и в тоже время «угасания» православных общин региона, прекратилась и она. Постепенно забылось название монастыря, а его помещения могли использоваться в хозяйственных целях жителями окрестных долин. Хотя следует заметить, что до 1778 г. у подножия скалы, где расположен монастырь, существовало греческое православное село Мармара. В Приазовье из него было выселено 103 чел. (46 муж. и 57 жен.). В 1783 г. в нём оставалась 1 целая церковь, 40 разрушенных домов, 5 целых и 2 проданных крымским ханом.

Новый виток истории этой древней христианской обители начался в 2007 г., когда началось её «возрождение». Воздержимся от комментариев относительно официальной позиции Украинской Православной Церкви Московского Патриархата, тем более что митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь (Швец) дал благословение лишь на создание монастырского подворья в районе этого памятника. Юридически этого «возрождённого» монастыря не существует, а сам памятник включён в список памятников культурного наследия Украины, которые не подлежат приватизации. Все работы на территории монастыря проводились и проводятся не профессиональными реставраторами, архитекторами, археологами и специалистами в области литургического устройства древних храмов.

Основные изменения можно разделить на две категории: изменение в архитектуре пещерных сооружений и новое строительство на территории монастырского комплекса. К первой категории относятся изменения контуров помещений всевозможными подрубками на стенах, полу, потолке, появление новых отверстий, подрубка дверных и оконных проёмов, ликвидация или частичное разрушение в некоторых местах скальных перегородок.

Ко второй категории относится строительство новых каменных и деревянных стен на месте разрушенных или с целью перепланировки помещений. Эти «строительные» работы в особенности затронули помещения первого, второго и третьего яруса, хотя определённые изменения на данный момент наблюдаются в большинстве помещений монастыря.

К другим преобразованиям следует отнести возведение деревянных ограждений вдоль обрывов, сооружение деревянных конструкций для сообщения между этажами. По контуру двух бассейнов, выполнявших вероятнее всего роль водосборных, на площадке второго яруса возведены каменные стены и завезён грунт для ведения хозяйственной деятельности. На этом же скальном балконе построена кирпичная печь.

Нарушен всевозможной хозяйственной и строительной деятельностью, и без того незначительный и плохо сохранившийся, культурный слой у подножия монастырского комплекса[1].

Отдельно следует сказать о пещерной церкви, которая находится в восточной части естественного грота занимающего центральное место на втором ярусе Чилтера[2]. Этот храм, как и весь монастырь, освящён во имя св. Саввы Освященного. В пространстве между колоннами возведены стены из камня, дерева и ДСП, установлены окна и дверь. При этом выполнены подрубки скальной поверхности, приведшие к некоторым изменениям в первоначальных контурах помещения. Современный храм занимает значительно большую часть помещения, чем средневековый. Установлена деревянная алтарная преграда с иконостасом, а сама скальная поверхность алтаря побелена известью.

На данный момент не представляется возможным точно сказать, какую степень ущерба нанесли работы по возрождению монастыря его архитектурному ансамблю. Однако, несомненно, что этот уникальный памятник пострадал, а его некоторые архитектурные детали утрачены навсегда. Не стоит забывать, что средневековые приёмы строительства и ведения хозяйства сильно отличались от современных.

Но не стоит забывать и о духовной составляющей данного вопроса. Так находящаяся в храме монастыря икона св. Саввы Сербского с частицей мощей св. Саввы Освященного дважды мироточила. Впервые это случилось летом 2009 г. Второй раз икона начала мироточить 11 апреля 2010 г. 20 апреля была создана епархиальная комиссия, которая составила акт обследования явления мироточения иконы св. Саввы Сербского с частицей мощей св. Саввы Освященного. При обследовании иконы присутствовали: Митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь, секретарь епархии протоиерей Александр Якушечкин, протоиерей Дмитрий Гоцкалюк, протоиерей Богдан Северин, протоиерей Николай Сопига, протоиерей Максим Кондаков, протоиерей Евгений Николишин, протоиерей Иосиф Фарковец, протоиерей Димитрий Кротков, иерей Василий Печевистый, наместник монастыря Святого Саввы Освященного иеромонах Агафон (Сидоров), ректор Крымского государственного медицинского университета им. С.И. Георгиевского, доктор медицинских наук, профессор А.А. Бабанин, заместитель министра здравоохранения АР Крым О.И. Стеблий, профессор КГМУ В.А. Белоглазов, врач Т.А. Шевченко.

Постановление комиссии гласит: «В ходе детального осмотра иконы комиссией выявлено обильное мироточение в виде прозрачного маслянистого вещества желтого цвета с явным благовонным запахом, стекающего в основном по внутренней стороне иконы в разных её частях. Икона представляет собой литографию, закреплённую двумя фрагментами ДВП, на внешнем фрагменте с тыльной стороны четко просматривается плесень зеленого цвета, в верхней и нижней частях ДВП четко видны большие пятна мира, запаха плесени нет, ощущается обильное благоухание мира. Мощевик с частицей мощей св. Саввы Освященного находится в сухом состоянии».

Итак, в 2012 г. в Севастополе была найдена литая бронзовая реплика золотой монеты Феофила (829-842) (рис. 1). Это подражание отличной сохранности. Хорошо сохранилась даже позолота (рис. 1). Собственно, бронза проступила только по гурту. Следовательно, реплики изготовили опытные мастера, имеющие навыки не только качественного литья предметов малой пластики, но и их золочения. Допускаю, что они действовали длительное время, не опасаясь наказания за фальшивомонетчество. Иначе трудно объяснить тот факт они достигли высокого уровня мастерства, несопоставимого с навыками монетариев, пробовавших чеканить монеты на Мангупе [10, C. 8]. В любом случае, с атрибуцией его оригинала проблем не возникает.

Перехожу к описанию объекта изучения. На лицевой стороне реплики различимо безупречное изображение императора в диадеме, с крестом в правой руке и с акакией в левой. Оно окружено хорошо исполненной легендой «ΘΕΟFILOS BASILEIΘ». На оборотной стороне видны бюсты двух молодых правителей. По-видимому, соправителей Феофила: Михаила и Константина. Собственно, их имена различимы в легенде реверса: «MIXAHLS CONSTANTIN». Прихожу к выводу, что на оборотной стороне монеты изобразили сыновей императора.

Попробую проанализировать полученную информацию. Начну с того, что копировали широко распространенный тип золота Феофила с изображением императора на аверсе и его сыновей на реверсе. Эти монеты выпускали в 831-840 гг. (Sear 1653) Полагаю, что изучаемую реплику выпустили в тот же период.

Перейду к историческим выводам. При Феофиле была создана фема [1]. Однако сам факт обращения в одноименном полисе и в его округе литой реплики золотого этого императора убедительно свидетельствует о том, что при нем контроль имперских властей в Таврике не ощущался. Делаю вывод, что, Херсон и его округа на момент выпуска изучаемой реплики не входили в состав империи. Следовательно, нет оснований полагать, что на монетном дворе этого города при Феофиле выпускали бронзовую монету от его имени.

Полагаю, что проведенное мною исследование позволяет уточнить наши представления о ситуации в Таврике в первой половине IX в. Рассчитываю на то, что публикация известного мне подражания повысит интересе а репликам монет, происходящих из Крыма.

Рис. 1. Реплика золотой монеты Феофила из Севастополя.