Общеизвестным фактом считается, что «современное общество переживает экологический кризис. Этот процесс обусловлен прежде всего значительными изменениями в окружающей среде.  При условии, что современное общество будет бездействовать, оставив эту проблему без должного внимания, мы будем иметь дело уже не с экологическим кризисом, а с  экологической катастрофой, которая приведет в дальнейшем к глобальным необратимым последствиям» [1, с. 1706].

Изменения, которые происходят в экологии современного общества, в основном, носят негативный комплексный характер. Различные исследования и изучение природных явлений, причин их возникновения и прогнозирование последствий, которые могут иметь место быть, если ситуация не изменится, предопределили возникновение наук, развивающихся в русле нескольких научных парадигм. Как следствие, происходит такой процесс, как «расширение употребления экологических терминов на основе расширения или сужения их значения, на метафоризации, прагматических и семантических отношениях внутри символа с учетом его реального функционирования»[2, c. 11].

Не случайным является обращение мирового общества к проблемам экологии. Как отмечает Е.В. Иванова, что «со второй половинs XX в. наблюдается такой процесс  как “экологизация” современной науки, своего рода «экологический переворот» [3]. В ряде самых различных наук происходит  широкое распространение экологической проблематики. Экологизация научного знания представляет собой закономерный процесс, основанный, прежде  всего,  на формировании экологического мышления,  а именно сознательной «подстройке» действий человека под законы нашей биосферы.

Основной причиной достаточно частотного обращения к экологии как науке, по праву, считается культовая идея сохранения окружающей среды. Родоначальником  термина «экология» считается Э. Геккель, который толковал его как «науку об отношениях между организмами и окружающей средой, куда в широком смысле относились все «условия их существования» [4, с. 88]. Уникальность экологии как науки объясняется тем, что нет другой такой дисциплины, которая искала бы толкования для столь многообразных явлений и на столь большом числе различных уровней. Именно поэтому экология включает  в себя определенные аспекты многих других наук, например, химии, физики, математики, географии, климатологии, океанографии, геологии, социологии, экономики, антропологии и психологии.

В современном обществе мы часто встречаем  лексему экология в составе различных научных дисциплин и отраслей. Данное слово прочно укоренилось в названиях таких дисциплин, как экология культуры, экология информации, экология сознания, экология человека,  экология общения, экологическая этика, экологическая лингвистика, экология текста и многих других.

Наше внимание привлекает такая научная дисциплина, как экологическая лингвистика или эколингвистика. Это научное направление исследуется равно как отечественными, так и западными учеными-лингвистами. Каждое из направлений имеет свои точки зрения, подходы и методы исследования. Ниже мы предлагаем сравнить их точки зрения, для того чтобы определить признаки, которые являются характерными для двух научных школ.

Начало использования термина экология в области лингвистических исследований датируется 70-ми гг. ХХ века. Первым, кто использовал термин экология в области лингвистики был американский лингвист     Э. Хауген, который в своей работе «Экология языка» «выделил аспект взаимодействия двух смежных дисциплин психолингвистики и социолингвистики и впервые ввел такое понятие как «эколингвистика». Вклад Э. Хаугена в развитие  данной научной дисциплины огромен, так как он сформулировал и определил предмет эколингвистики. Под предметом эколингвистики ученый понимает язык и экологию, а именно изу­чение взаимосвязи между языками в уме че­ловека и в многоязыковом обществе» [3].

Далее вопросы эколингвистика нашли отражение в работах А. Филла. Заслуга А. Филла состоит в том, что  он определил терминологический аппарат для различных областей данной дисциплины. А. Филл выделил три направления внутри эколингвистики: экологию языка, экологическую лингвистику и лингвистическую экологию. Эколингвистика же определялась им как «наиболее общий термин для всех областей исследования, объединяющих  лингвистику и экологию» [4, с.87].  По мнению ученого, экология языка изучает взаимосвязь между языками (с целью сохранения языко­вого многообразия); экологическая лингвистика исследует «принципы и методы экологии при изучения языка (например, понятие экосистемы); а собственно лингвистическая или языковая экология «занимается изучением вопросов взаимодействия между языком и  проблемами экологии»        [4, с.87].

Продолжил исследования эколингвистики французский исследователь – лингвист Л.-Ж. Кальве. В своем труде “Pour une écologie des langues du monde” («Об экологии мировых языков») ученый попытался проанализировать понятие эколингвистика, опираясь на социологический параметр.

По мнению автора, данное научное направление ставит перед собой целью изучение так  называемого глобального языка (langue globale). Название этой  совершенно новой научной дисциплины уже можно расценивать как классический пример использования метафоры.

Собственно  новизна эколингвистического подхода в сравнении с лингвистикой ХХ века, изучавшей понятие «язык» и методы его анализа,  определяется в следующем: «изучение взаимосвязи между средой и языками, то есть, и связи между самими языками, и между обществом и языками».

В своих исследованиях Л.-Ж. Кальве предпринял попытку определить теоретическую модель, учитывая принципы комплексного лингвосоциологического подхода. По мнению ученого, главенствующим, организующим принципом, можно считать существенные расхождения в языковом статусе.

С учетом изученного теоретического и практического материала Л.-Ж. Кальве разработал и выделил следующие четыре исследовательских модели эколингвистики:

1. гравитационная;

2. гомеостатическая;

3. трансмиссионная;

4. репрезентативная.

Первая из выше перечисленных моделей, гравитационная, нацелена на учет языковой ситуации, то есть на установление макролингвистических связей между разными языками. Все языки мира состоят в иерархических соотношениях между собой. Следствием этого является эколингвистическое неравенство между разными языками. Билингвизм в данном случае выступает своего рода связующей нитью. Гравитационная модель, используя в своем арсенале еще не устоявшиеся термины эколингвистической системы, способна определить наличие связей между существующими языками, которые в свою очередь устанавливают экологическую ячейку для каждого из этих языков.

Задача гомеостатической модели состоит в объяснении установления норм внутри существующих языков и соответствующих языковых ситуаций. Данный процесс напрямую связан со способностью языков к такому явлению, как саморегуляциия, то есть ответная реакция на разнообразные внешние стимулы и раздражители, вызванные  окружающей средой. В тандеме  языки – общество основной возможностью представляется способность к саморегуляции – другими словами, устанавливается взаимосвязь между собственно социальной регуляцией лингвистических процессов и внутренней регуляцией языка. Данный процесс способен повлиять на  изменение  равновесия лингвистической экосистемы и этих языков.

В функции трансмиссионной модели входит  определение изменений, которые затрагивают непосредственно сами языки и языковые (лингвистические) ситуации. Стоит отметить, что трансляция информации в данном случае не всегда обозначает ее сохранение. Следствием таких процессов, как миграции, другие различные демографические параметры того или иного языкового ареала, языковая политика, где в процессе повседневного общения используется тот или иной язык, являются соотношение эволюции против революции внутри языка.

Основная задача репрезентативной модели состоит в установлении отношения говорящего к собственной речи, а также к речи иных участников коммуникации. Данная модель затрагивает вопросы анализа влияния статуса существующих языков непосредственно на процесс коммуникации. Впоследствии французский ученый Л.-Ж. Кальве предпринял попытку объяснить понятие  лингвистической безопасности, а также отсутствия таковой. Процесс коммуникации может быть не связан напрямую с экологической тематикой, однако он может нестандартным образом оперировать  эколингвистическими терминами, преследуя свои цели.

В описании каждого подхода Л.-Ж. Кальве учитывает принцип синкретизма синхронного и диахронного перспектив развития. Результатом непостоянства языков служит их изменение, что характеризует как собственно процесс коммуникации, так и среду существования языков в процессе их непрерывного взаимодействия.

На сегодняшний день актуальным является обращение к экологической лингвистике, потому что в ее основе обнаруживаются такие концепты, как динамизм, взаимодействие. В свою очередь французский ученый   Л.-Ж. Кальве предпринял попытку обобщить различные взгляды по данной проблеме в единую теоретическую концепцию, в которой рассматриваются как вопросы лингвистики, так и социолингвистики.

Таким образом, Л.-Ж. Кальве в своих трудах  акцентирует внимание на установление положения равновесия лингвистической экосистемы исследуемых языков при обязательном участии внутриязыковых явлений и процессов, различных коммуникативных актов, а также  отношений участников коммуникации.

Обратимся к становлениию термина «эколингвистика»  в нашей стране, России.

Под эколингвистикой как наукой отечественные исследователи-лингвисты понимают – «науку, которая объединяет экологию и лингвистику, которая в свою очередь исследует взаимодействия, происходящие между человеком как языковой личностью, языком  и окружающей эту личность средой. Языку в этом отношении отводится определенная роль – средство взаимоотношений между человеком, природой и обществом. Развитие и функционирование языка представляет собой экосистему, а окружающая природа – языковой концепт». [5, с. 40].

Отечественный исследователь Н.Н. Кислицина в статье «Эколингвистика – новое направление в языкознании» дает ей определение как «одному из разделов языкознания, сформировавшегося на стыке социального (соотношение языковых, социальных структур в ходе развития мышления на разных этапах этногенеза), психологического (вопросы речевого воздействия) и философского (проявление в языке наиболее общих свойств, закономерностей развития общества и процессов познания) направлений в лингвистике» [6]. В статье Н. Н. Кислициной сообщается, что суть экологического подхода к языку определяется и обосновывается  тесным взаимодействием между человеком, природой и обществом в целом.

Заслугой Н. Н. Кислициной можно считать попытку выделить в эколингвистике два основных направления. В основе первого лежит экология, экологические идеи переносятся на язык и на языки (Э. Хауген, П. Мюльхойзлер, В. Ф. Маккей). В втором  направлении  главенствуют языковые данные, которые призваны способствовать раскрытию экологических проблем в самом широком его понимании (М. А. К. Хэллидей, А. Филл, Й.Кр. Банг, Й. Дреер).

По нашему мнению, взгяды Н.Н. Кислициной касательно данной дисциплины имеют в большей степени  психологический оттенок, скорее всего обращены к проблеме решения вопросов, бытующих в поле человеческого взаимодействия, в меньшей же степени присутствует собственно анализ языкового материала.

В монографии «Эколингвистика: к вопросу о методах исследования» авторы Н.Н. Белозерова и Н.В. Лабунец в качестве основной цели данной науки определяют следующее: «сохранение и презервацию смыслов, которые были заложены автором оригинального текста или дискурса» [7, с. 8]. На наш взгляд, так как данные ученые в центр своего исследования ставят языковую единицу или единицу речевого акта, или дискурс, отражающие прямо или косвенно взаимоотношения человека с природой и окружающей средой, то подход этих ученых к анализу материала менее категоричен.

Обратившись к работам американских ученых М.А.К. Хэллидея и Э. Хаугена, Н.Н. Белозерова трансформирует термин «экология» на язык и на культуру. По ее мнению, и язык, и культура такие же живые непрерывно изменяющиеся и находящиеся в постоянном движении системы, которые, как и экосистемы, обладают способностью «проживать» различные стадии своей эволюции, начиная от рождения и до полного исчезновения,  нивелирования.

Итак, трактовка эколингвистического подхода  с учетом современных эколого-эволюционных исследований можно продемонстрировать в виде следующей таблицы:

Таблица 1. Базовые эколингвистические подходы

Таким образом, мы можем сделать вывод, что представители зарубежного направления эколингвистики  рассматривают данную науку в первую очередь в ее связи и отношениях с социолингвистикой, тогда как отечественные исследователи акцентируют внимание прежде всего на рассмотрении эколингвистики в ее связи и соотношении с понятием окружающей среды, а именно предпочтение отдается внутриязыковой связи. Анализ рассмотренных и выявленных нами подходов указывает на существование нескольких разных трактовок понятия эколингвистики, и служит в настоящее время однозначно точным и ярчайшим подтверждением ее эволюции как современной науки о языке.