Наши мудрые предки, понимавшие реальность жизни, обстоятельства и жизнь сирот, создали множество пословиц и поговорок об их повседневной жизни, положении, достоинстве, уважении и ​​страданиях и завещали их потомкам. Этот факт жизни проистекает из заботы нашего туркменского общества о сиротах, жизненных принципов и этикета.

Вот мудрость наших предков о сиротах общества: не называй сироту сиротой; не ущемляй право сироты; у сироты семь братьев и семь сестер; у сироты есть наставник, но нет того, кто даст дров; мальчик-сирота будет как собака, если не умрет, то станет молодцем и т.д.

В обществе были люди, которые создали высказывания, унижающие и обижающие сирот: Сирота ненасытен, У сироты глаза на ложке; Хоть сирота и сыт, но глаза его не удовлетворены; Догони сироту и ударь, не догнал, тогда стреляй; Если ты оставишь мальчика-сироту, твое сердце будет кровоточить.

Некоторые этнографы также писали, что жизнь детей-сирот в начале ХIХ–ХХ веков была очень трудной в жизни текинского населения Мары. По словам этнографа Г.Овезбердыева, дети-сироты считаются тяжелым бременем. Хотя наследство, оставленное отцом сироте, по законам шариата не принадлежало его опекунам, они использовали его в своих интересах. Такие опекуны заставляли сирот работать бесплатно до самой свадьбы, а затем оставляли их работать бесплатно до самой смерти, чтобы отработать калым [2, с.116]. Данное “мнение” автора не является действительностью. Но единичный инцидент не присущ для нации.

Наше туркменское общество, интеллигенция, мудрые люди и общественность в целом резко осуждали тех людей, которые взяли за принцип наши вышеизложенные высказывания о сиротах общества. Обращаясь к неблагожелательным, бессовестным и безнравственным людям со словами: «Право сироты – стрела беды», они стремились объяснить честность, человечность и защиту слабых.

Но, несмотря на это, богатые люди, нанимавшие сирот в пастухи или батраки, получали удовольствие от своих дел. Дни, когда дети-сироты радуются, очень редки. Возможно, поэтому говорят «Тогда сироте праздник, когда белую рубашку дадут».

В нашем туркменском обществе созданы и реализуются национальные принципы опеки над детьми-сиротами. Наши предки завещали эти принципы своим потомкам.

По великому гуманному этикету наших предков, к детям, оставшимся сиротами, в первую очередь на помощь приходили братья отца и заботились о них. Если умирали матери сирот, их опекуны делили сирот, забирали их в свои дома и воспитывали их наравне со своими детьми до тех пор, пока их отцы не вступали в повторный брак. Они считали это положение своим долгом. Если умирали отцы сирот, то опекунами становились родители их матери, а если их нет, то братья отцов воспитывали и защищали их как своих собственных детей.

В нашем туркменском обществе к детям-сиротам относятся с состраданием, опекунам, домочадцам оказывают большой почет и уважение на уровне общины и села. Таких людей приглашали на различные мероприятия, на почетные места и желали им у Аллаха здоровья и процветания. Этот гуманный принцип был завещан потомкам.

Вплоть до первой четверти ХХ века дети-сироты, у которых умерли отцы, пользовались большой поддержкой и покровительством сельской общины. Как описано в историко-этнографической литературе, такая поддержка и покровительство были обязательным принципом во всех регионах страны. Мы видим это яснее, когда читаем работы историков и этнографов.

Б.В.Раскин, один из первых ученых, изучавших историю туркменского общества в советский период, в 1943 году защитил диссертацию «Водоземельные отношения и политика царской администрации в  Туркмении (1891-1917 гг.)». Ч. Язлыев, ссылаясь на этого ученого, пишет, что в некоторых районах Туркменистана молодые сироты и пожилые люди, физически нетрудоспособные, освобождаются от налогов и водоочистных работ в туркменских селах, несмотря на большой объем работ, выполняемых бесплатно за долю земли и воды [3, с.81].

Историк М.Аннанепесов пишет, что в Южном Туркменистане вдова, у которой умер муж, имела право пользоваться долей воды мужа до конца жизни или до повторного замужества. Но странно, что он сказал, что вопреки традиции «куагат» в некоторых селах девочки-сироты могли владеть имуществом умершего отца [1, с.163]. Первое, что следует отметить здесь, это то, что представляет собой традиция «куагат». За исключением работы М.Аннанепесова, в историко-этнографической литературе нигде не встречается этот термин и традиция.

Французский топограф Г. Блоквил писал в своих воспоминаниях, что несколько раз видел, как жители Мары давали подношение: на помощь им ​​приходят соседи, друзья, родственники. Они приносят посуду и другую необходимую утварь, помогают готовить еду на открытом огне. А организовывают приготовление лучшие повара. Блюда подаются возле дома хозяина. Для этого перед двором домовладельца сооружают беседку и над ней расстилают кошму или ковер.

Основная задача хозяина в «Худай ёлы» (подаяние) — следить за едой и чаем для тех, кто приходит со своими братьями и сестрами. После того, как еда подается на глазах у всех сидящих, вокруг блюдца образуют круг из 4-5 человек. После прихода, из старших ишан-мулла, читают молитву «Табарек», после чего начинается трапеза. После поданной трапезы гости молятся и, уходя, желают благополучия семье. Затем за ними одна за другой приходят следующие группы гостей [4, с.61-62].

Правдивые сведения Г.Блоквили о жертвенном укладе в жизни нашего туркменского народа изложены и в ряде других историко-этнографических произведений. Об этом говорят и наши информаторы. Этот факт жизни является одним из доказательств того, что искусство поддерживать и помогать друг другу в необходимых ситуациях жизни нашего туркменского общества стало образом жизни на национальном уровне. Правда, в наименее значимых подношениях участвовало меньше людей. Но суть помощи друг другу сохранилась.

Наши предки последовательно делали жертвоприношения за своих умерших предков, близких родственников и друзей, а также  завещали эти традиции своим потомкам. Историчность этой литературы, т. е. ее продолжение с самых ранних этапов истории, описывается в исторической литературе.

По рассказам старшего поколения, наши предки передавали свои знания о подаянии садаки  (подаяние)  в честь ушедших из жизни родителей и близких. Поэтому подача милостыни ушедшим из жизни близким – это один из гуманных обычаев, оставленных нашими предками, это дань уважения им.

Наши предки советовали своим потомкам следовать этому принципу гуманизма и по возможности подавать милостыню, не откладывая ее на многие годы.

Наши праотцы не просто так говорили: «Кто даст дань покойным, тот будет богат, и тот, кто даст уважения старшим, тот будет бейем». Это мнение является доказательством жизненной необходимости помнить наших предков в хороших манерах, и воспитывать в таком духе подрастающее поколение.

Наши предки говорили: «Горе и гибель народу, у которого младшие перестанут почитать старших». Эта концепция – наследие, передающееся из поколения в поколение и ставшее для многих образом жизни, школой жизни и воспитания. Большим почетом и уважением в обществе пользуются люди, подающие милостыню в память об усопших. Во веки веков люди смотрели на них как на щедрую, величественную, богатую, процветающую, дружную семью.

В жизни туркменского народа большие и малые свадьбы, посиделки, юбилеи, пожертвования, сделанные в память об усопших и посвященные доброму здоровью и благословению… невозможно представить без Ишан-муллы. Соответственно, наши праотцы освобождали священников от хозяйственной, военной и оборонной работы общины и просили их читать молитвы соблюдать традиции на свадьбах, траурах и других общественных мероприятиях. Таким образом, сельская община поддержала священников за их благотворительную деятельность, дала им землю и водные паи – воду в награду. В честь Бабадайхана нашей туркменской общине были розданы земля и вода. За ними также наблюдали священники. Конечно, количество наградной воды, выдаваемой священникам, не было одинаковым во всех сельских общинах. В этом деле, прежде всего, доля воды доставалась великим ханам-муллам и ахунам,  по сравнению с простыми сельскими священниками. Потому что эти священники также обучали молодое поколение в мечетях и медресе. Самое главное отметить, что большие ахун-муллы бесплатно обучали детей в школах и медресе и обеспечивали их питанием. Таким образом, они тратили определенную часть дохода от выдаваемой, им «силаг-сув» (силаг-воды) на школьников. Благодаря этому принципу гуманизма общественность уделила этим священникам особое внимание.