В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ 1993 года «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».[1] Таким образом, Конституция Российской Федерации разделяет «международные договоры» и «общепризнанные принципы и нормы международного права». Так, представляется, что основными источниками норм права, регламентирующими отбывание наказания в виде лишения свободы, на сегодняшний день являются международные документы, ратифицированные Россией. Государство берёт на себя обязанности по выполнению содержащихся в них предписаний. Таким образом,  представляется актуальным рассмотреть Приказ Минюста России от 16.12.2016 № 295 (ред. от 06.07.2017) «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» (Зарегистрировано в Минюсте России 26.12.2016 N 44930), (далее ПВР), с целью рассмотрения эффективности применения его норм в практическом аспекте. Данный Приказ регламентирует  режим содержания в ИУ, также консолидирует в себе ряд международных требований. Нужно отметить, что ПВР 2016 года являются относительно новым документом, его преобразования повышают эффективность режима в ИУ. Необходимо исследовать данное утверждение через призму его практического применения. Объектом такового в данном исследовании является п. 156 ПВР, который содержит следующее:

«Курение осужденным, водворенным в ШИЗО, запрещено. Осужденным, переведенным в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры, курение разрешается в период прогулки, предусмотренной распорядком дня ИУ. Сигареты и спички осужденным выдаются по их просьбе младшим инспектором по надзору за осужденными, содержащимися в штрафных помещениях»[2].

Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации предусмотрены виды мер дисциплинарного взыскания, применяемые за нарушения установленного порядка отбывания наказания в отношении осужденных к лишению свободы. Статьей 115 УИК РФ установлены такие меры взыскания как водворение в штрафной изолятор на срок до 15 суток. Перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима – в одиночные камеры на срок до шести месяцев, в единые помещения камерного типа  на срок до одного года, осужденных женщин – в помещения камерного типа на срок до трех месяцев.[3]

В целях обеспечения пожарной безопасности, а также  санитарно-гигиенических норм, осужденным, водворенным в ШИЗО, курение запрещено. Для обеспечения данного предписания, каждый осужденный подвергается тщательному обыску перед помещением его в штрафной изолятор. Однако, складывается мнение о том, что это формальная процедура, ведь осужденные проносят сигареты и спички на практике.

Проводя аналогию с Приказом Минюста РФ от 03.11.2005 г. № 205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», который на данный момент утратил силу, необходимо отметить что, в п.156 ограничили действия осужденных – курильщиков.  Ранее курение было запрещено в ШИЗО со ссылкой на противопожарную безопасность, однако в других помещениях камерного типа такого запрета не было. В новых же ПВР в ИУ осуждённым, находящимся в ШИЗО, остался полный запрет на курение, а остальным разрешили курить только во время прогулки.

Проблемным, на наш взгляд представляется тот факт, что, несмотря на запрет, предусмотренный законодателем, на практике осуждённые продолжают курить в ШИЗО во время прогулки. Данный момент должен быть нормативно отрегулирован. Нужно отметить, что ст. 115 УИК РФ содержит в себе ряд наказаний за нарушение установленного порядка отбывания наказания осужденными, среди них и  водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток.[4] Часть 2 статьи 116 УИК РФ говорит о том, что злостным может быть признано также совершение в течение одного года повторного нарушения установленного порядка отбывания наказания, если за каждое из этих нарушений осужденный был подвергнут взысканию в виде водворения в штрафной или дисциплинарный изолятор. Из этого возникает вопрос, какие меры дисциплинарного характера применяются к нарушителям режима содержания в ШИЗО? Ответ на данный вопрос также не отражен в законодательстве. Нужно сказать, что, чаще всего на практике на факт курения в ШИЗО либо закрывают глаза, либо продевают срок содержания в штрафном изоляторе. Но можно ли считать продление срока содержания в ШИЗО эффективным, если его максимальный порог достигает лишь 15 суток?

На наш взгляд данная проблема имеет решение. Если фактически курение в ШИЗО осуществляется во время прогулок, на наш взгляд, представляется целесообразным узаконить данный факт. Иначе у осужденных появляется чувство безнаказанности и вседозволенности, а ужесточение  наказания за данный факт будет неэффективным. Часть 1 статьи 118 УИК РФ даёт право осужденным к лишению свободы, пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

Таким образом, считаем, что запрет курения в ШИЗО препятствует достижению целей наказания и создает условия для искусственного превращения в нарушителей большинства осужденных.

В связи с этим предлагаем  внести изменения в п. 156 ПВР в ИУ. В измененном виде он приобретет следующую формулировку:

«Осужденным, переведенным в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры, ШИЗО курение разрешается в период прогулки, предусмотренной распорядком дня ИУ. Сигареты и спички осужденным выдаются по их просьбе младшим инспектором по надзору за осужденными, содержащимися в штрафных помещениях».

Следователь, расследуя уголовное дело, при наличии достаточных оснований полагать, что в каком-либо помещении или у какого-либо физического лица находятся орудия преступления, либо иные предметы, ценности, которые были добыты незаконным путем, а так же любые иные предметы, которые могут иметь значение для расследования, имеет право произвести обыск с целью найти и изъять эти предметы. Обыск производится на основании постановления следователя или судебного решения, которое принимается согласно статье 165 УПК РФ [1].

В случаях, когда у следователя нет времени на получение судебного решения, (например, когда следы преступления могут быть уничтожены заинтересованными в уголовном деле лицами или при условиях, когда вещественные доказательства могут быть уничтожены или повреждены силами независящими от действий человека, например, при нахождении места обыска под открытым небом – недостроенное здание) обыск и выемка могут производиться только на основании постановления следователя без судебного разрешения, но с последующим сообщением судье и прокурору в срок до 24 часов о проведенном следственном действии, согласно статье 165 УПК РФ [1].

До начала следственного мероприятия следователь обязан предъявить постановление о производстве обыска, либо судебное решение, разрешающее его производство. Здесь может случиться самая частая ошибка молодых специалистов. Они могут забыть предъявить документ, позволяющий им пройти в помещение с целью обыска.

Кто должен присутствовать при проведении данного следственного мероприятия?

Во-первых, это лица, в помещении которых производится обыск или выемка. Если обыск производится в помещении, принадлежащему несовершеннолетнему, то должны присутствовать его родители, либо законные представители.

Во-вторых, понятые в количестве не менее двух человек. Понятые – любые не заинтересованные в данном уголовном деле граждане. Чаще всего, в качестве понятых приглашают соседей, если обыск проводится в жилых помещениях. Здесь так же можно встретить ошибку. Например: следователь обнаружил вещи, подлежащие изъятию, и не сообщил об этом понятым, то есть они не могли видеть, как и откуда изымали данный предмет [2].

В-третьих, в тех случаях, когда в этом есть необходимость при проведении обыска следователем также может быть приглашен соответствующий  компетентный специалист. Специалист не должен иметь отношения к подозреваемому, обвиняемому и потерпевшему [3].

В-четвертых, также при необходимости, при обыске может присутствовать переводчик, согласно статье 169 УПК РФ.

Личный обыск может производиться без отдельно постановления и без судебного решения. Также и в момент задержания лица или заключение его под стражу, но только при наличии основания полагать, что лицо имеет при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для расследования уголовного дела, а также при подозрении, что у него может быть оружие [4].

Здесь можно выявить следующую ошибку, которую может допустить сотрудник следствия. Человек, который подлежит обыску, может потребовать предъявления документа, позволяющего производить личный обыск. В этом случае, неопытный сотрудник может растеряться и не произвести личный обыск, что в дальнейшем может быть опасно для жизни и здоровья граждан, находящихся в помещении, или быть следствием утери важных улик.

При проведении обыска следователь обязан предложить выдать орудия преступления, документы и ценности, добытые незаконным путем, подлежащие нахождению и выемке. Если все необходимые предметы выданы добровольно и нет оснований полагать, что есть еще что-то, что может быть скрыто в данном помещении, следователь вправе ограничиться изъятием, выданным ему и не производить дальнейших следственных мероприятий.

Часто встречается ситуация, когда органы предварительного следствия, дабы не обременять себя «лишними» формальностями,  по факту произведенный обыск оформляют как протокол осмотра места происшествия, что является грубой ошибкой.

При производстве обыска и выемки следователь обязан составить протокол с соблюдением требований статей 182, 166, 167 УПК РФ.

Согласно части 13 статьи 182 УПК РФ, в отношении тех предметов и документов, которые подлежат изъятию, следователь обязан указать в протоколе, выдали ли их добровольно или они изъяты принудительно, где именно и при каких обстоятельствах они были обнаружены. Все изымаемые предметы и документы, как и все описываемое имущество, должны быть перечислены в протоколе или в приложенной к нему описи с указанием количества, меры, веса или иных индивидуальных признаков и их стоимости (ч.13 ст.182 УПК РФ). Здесь тоже могут быть допущены ошибки. Следователь, производящий обыск и выемку, при составлении протокола обыска может забыть включить в него опись имущества [5].

В том случае, если при выемке или обыске имели место быть попытки уничтожить предметы, которые представляют вещественные доказательства в данном уголовном деле, а равно и попытки их спрятать, следователь обязан указать в протоколе на данные действия, а также те меры, которые были приняты им или следственной группой. (ч.14 ст.182 УПК РФ) [5].

Достаточно частой встречающейся ошибкой являются факты изъятия предметов или документов, которые оформленны «протоколом добровольной выдачи», «протоколом изъятия», либо иными протоколами. Такие протоколы и изъятые таким путем предметы и документы являются недопустимыми.

Самое главное в работе следователя – это внимательность и скрупулёзное отношение ко всем процессуальным мерам проведения обыска и выемки, дабы избежать случаев, когда собранные доказательства не могут быть использованы в суде, как доказательная база, лишь потому, что они были собраны с нарушениями.