Сензитивность подростков к информационному влиянию по сравнению с другими возрастными группами максимальна [2]. Для них индивидуализация в информационном пространстве усиливается потребностью поиска новых путей в понимании себя, создании собственной картины мира [3]. Стремление к новизне, к удовлетворению информационных потребностей на базе знаний информационных технологий расширяют границы интеллектуального и личностного развития в подростковом возрасте.

Следовательно, информационная культура личности отражает активную творческую деятельность человека, в которой он рассматривается как субъект информационной деятельности, обладающий такими качественными характеристиками как надситуативность, целостность, позитивное отношение к процессу и результату познания.

Для изучения информационной культуры личности подростка мы использовали метод самооценки: каждому испытуемому необходимо было оценить свои умения в сфере информационно-коммуникационных технологий по 10-ти балльной шкале.

Разработка опросника проходила в два этапа. В задачи первого входило построение теоретической модели изучаемого конструкта, определение его структурных составляющих, создание тест-версии опросника и проведение пилотажного тестирования респондентов. На втором этапе анализировались психометрические свойства полученного инструментария: 1) надежность – оценка внутреннего постоянства шкал с помощью коэффициента согласованности α Кронбаха; оценка воспроизводимости методом test-retest после повторного (через 3 недели) исследования – результаты анализировались с помощью коэффициента корреляции Спирмена ρ_s; 2) валидность – определение факторной структуры опросника с помощью эксплораторного факторного анализа; оценка соответствия модели эмпирическим данным методом конфирматорного факторного анализа.

К основным структурным составляющим информационной культуры мы относим четыре фактора:

• компьютерную грамотность (КГ) – овладение минимальным набором знаний, умений и навыков работы на персональном компьютере;
• информационную грамотность (ИГ) – умение формулировать информационный запрос, т.е. адекватно выражать информационную потребность, осуществлять анализ и синтез информации для создания нового информационного продукта;
• мультимедийную грамотность (ИГ) – умение создавать материалы с использованием цифровых ресурсов (текстовые, графические, аудио- и видео);
• грамотность компьютерной коммуникации (ГКК) – способность к онлайновой коммуникации [1].

Для проверки теоретической модели информационной культуры было проведено пилотажное исследование, выборочную совокупность составили случайно отобранные 159 подростков (62,9% мальчиков и 37,1% девочек) в возрасте от 13 до 15 лет, обучающиеся в 8 – 9-х классах образовательных учреждений г. Белгорода (№ 9, № 10) и Белгородского района (Майская гимназия). Опрашиваемым предлагалось заполнить тест-версию опросника, результаты которого были подвергнуты количественному и качественному анализу.

Анализ показал, что подростки достаточно высоко оценивают себя в сфере ИКТ. Они считают себя более компетентными при работе с графическими редакторами и офисными программами, чем с приложениями для создания сайтов и программирования.

При разработке психодиагностического инструментария необходимо стремиться к тому, чтобы пункты опросника как можно тоньше измеряли изучаемое свойство. Для оценки степени дифференцируемости результатов и проверки дискриминативных возможностей опросника информационной культуры была подсчитана мера тонкости δ Фергюсона, которая составила 0,84, что позволяет судить о хорошей дискриминативности опросника и одновременно является одним из показателей эмпирической валидности.

Анализ внутренней согласованности пунктов опросника с помощью позиционного анализа показал, что все четыре шкалы (компьютерная грамотность, грамотность компьютерной коммуникации, мультимедийная грамотность и информационная грамотность) имеют удовлетворительную надежность. Этот вывод следует из величин коэффициентов α Кронбаха, которые достигают минимально необходимого уровня (0,7 и выше) для признания шкалы внутренне устойчивой (табл. 1).

Таблица 1. Показатели надежности опросника информационной культуры подростка (внутренняя согласованность и воспроизводимость)

Примечание:
** корреляция значима на уровне p<0,01

Ретестовая надежность, отражающая временную устойчивость тестовых оценок каждого респондента, изучалась путем их повторного обследования (серия I: n=159) с помощью тест-версии опросника информационной культуры через три недели. В качестве меры устойчивости был использован коэффициент ранговой корреляции ρ_S Спирмена. Анализ результатов показал, что воспроизводимость опросника является достаточно хорошей, так как наблюдается умеренная или высокая степень согласованности по шкалам (p<0,01) (табл. 1).

Сочтя результаты пилотажного исследования в целом удовлетворительными, мы увеличили объем выборки на 400 человек. Выборку на этой стадии исследования (серия II: n=559) на 28,4% составил описанный выше контингент подростков и на 71,6% учащиеся 8 – 9-х классов образовательных учреждений г. Белгорода (№ 20, № 25, № 38, № 49). Показатели одномоментной надежности a Кронбаха на укрупненной выборке для всех шкал опросника больше 0,7 (табл. 1).

Для оценки конструктивной валидности опросника информационной культуры подростков матрица первичных данных, содержащая оценки респондентов, была подвергнута процедуре эксплораторного факторного анализа по методу главных компонент с последующим варимакс-вращением выделенных факторов и нормализацией Кайзера. В результате получены четыре унимодальных фактора, описывающие 70,2% общей суммарной дисперсии.

Первый фактор F1 объясняет 22,2% общей дисперсии и объединяет переменные «работа с анимацией» (0,83), «работа с графикой» (0,75), «работа с офисными приложениями» (0,68) и «создание сайтов» (0,58). Он позволяет оценить компьютерную грамотность подростков, т.е. овладение минимальным набором знаний и навыков работы на персональном компьютере.

Структура второго фактора F2 (17,8%) представлена двумя переменными с достаточно высокими положительными нагрузками: «социальные сети» (0,84), «мгновенные сообщения и VoIP» (0,76). Фактор F2 получил обобщенное название грамотность компьютерной коммуникации – способность к онлайновой коммуникации в устной и письменной формах (электронная почта, чаты, блоги, видеоконференции и т.д.).

Третий фактор F3 (16,4%) – мультимедийная грамотность – объединяет две группы умений: «создание музыки и видеофильмов» (0,87) и «программирование и разработка приложений» (0,76).

Последний, четвертый фактор F4 (13,8%) позволяет оценить информационную грамотность подростков, в частности, умение адекватно выражать свою информационную потребность, вести поиск в автоматизированном режиме, осуществлять анализ и синтез информации, на основе которой создавать новый информационный продукт (0,81).

В целом, результаты эксплораторного факторного анализа свидетельствуют о том, что опросник соответствует теоретически заданной модели, а его стимульные утверждения адекватно представляют дифференциацию между структурными составляющими информационной культуры.

Для выяснения статистического соответствия теоретической модели экспериментальным данным использовалась процедура конфиматорного (подтверждающего) факторного анализа, реализованная в программе LISREL 9.10 Student Edition. Степень соответствия оценивалась по критерию χ² для заданного числа степеней свободы df. Поскольку значение χ² зависит от объема выборки и при больших ее размерах оно может быть достоверным даже для недостаточно пригодных моделей, были подсчитаны дополнительные показатели надежности: сравнительный индекс соответствия (0<CFI<1) и квадратичная усредненная ошибка приближения (0<RMSEA<1). Модель считается соответствующей полученным данным если CFI превышает 0,95 (с точки зрения многих авторов, допустимы также значения не менее 0,85); RMSEA ниже уровня 0,05; частное χ² и числа степеней свободы df не превышает 2 (χ²/df < 2).

Проверялась четырехфакторная модель информационной культуры подростка, в которой все латентные переменные – факторы – являются взаимосвязанными. Полученная модель показала удовлетворительное соответствие данным и подтвердила адекватность предполагаемого четырехфакторного решения (χ² = 389 p ≤ 0,001 df = 197; χ²/df = 1,97; CFI = 0,91; RMSEA = 0,054).

Анализ компонентов информационной культуры позволил выделить три группы учащихся, которые характеризуются определенным уровнем ее сформированности: «пользователь», «опытный пользователь» и «эксперт».

Для учащихся группы «пользователь» свойственно овладение современными ИКТ через освоение базовых навыков работы со стандартным программным обеспечением и использованием компьютера как средства развлечения и приятного времяпрепровождения.

Подростки группы «опытный пользователь» осознают необходимость получения информации, её ценность, владеют средствами поиска информации с учётом специфики источника, но они могут испытывать трудности при анализе, обобщении и интерпретации информации.

Учащиеся группы «эксперт» обладают развитыми умениями адекватно выражать свою информационную потребность, проявляющаяся в способности критически оценивать информацию, выделять её существенные и второстепенные аспекты. Открытость к новизне порождает генерирование нестандартных и оригинальных идей, побуждает интерес к познанию закономерностей и механизмов не только окружающих событий, но и самого себя, т.е. информационная деятельность выполняется субъектом на творческом уровне.

*Работа выполнена при финансовой поддержке внутривузовского конкурса «Инициатива» НИУ «БелГУ» (грант № ВКГИ 009-2013)

На современном этапе существует множество подходов к понимаю риска и критериев его классификации. Риск понимают как опасность неблагоприятного исхода, как выбор в ситуации неопределенности, как возможность, где представляется, что риск может иметь позитивные последствия. Риск также рассматривают как характерологическую черту и как субъектную характеристику. Риск как черта характера (Ю. Козелецкий, Е.П. Ильин), проявляется в готовности действовать в ситуации опасности, угрозы, ущерба в надежде на счастливый исход («на удачу»). Для склонных к риску людей свойственны: высокая импульсивность, эмоциональная лабильность, склонность к доминированию, самоутверждению; некритичность, ориентация на успех. В концепции жизнестойкости (С. Мадди) риск (принятие риска) рассматривается как субъектная характеристика – убежденность человека в том, что все то, что с ним случается, способствует его развитию за счет знаний, извлекаемых из опыта как позитивного, так и негативного. Человек с высоким уровнем принятия риска стремится к активному усвоению знаний, готов рисковать, даже если невозможно гарантировать успех. Риск для него – способ получения нового опыта. В основе принятия риска лежит идея развития через активное усвоение знаний из опыта и последующее их использование (Д.А. Леонтьев).

Таким образом, учитывая особенности двух обозначенных подходов к пониманию риска, целью эмпирического исследования стало изучение склонности к риску как характерологической черты и как субъектной характеристики у водителей с высокой и низкой частотой нарушения ПДД. В исследовании приняли участие 66 водителей (в исследовании принимали участие люди, не имеющие профессионального водительского стажа) в возрасте от 20 до 33 лет со стажем вождения от 2х лет. Нижняя граница стажа была выбрана с учетом того, что в первые два года водитель относится к категории малоопытных, адаптирующихся к дорожно-транспортной ситуации, что связано с недостатком знаний и навыков вождения. К тому же данный возрастной диапазон характеризуется как условно-небезопасный для вождения (например, после 33-34 лет наступает оптимальный, условно-безопасный возраст вождения). С целью изучения уровня подготовки, дисциплины, ответственности и психологических особенностей водителей транспортных средств была использована «Анкета социально-психологических особенностей водителей и безопасности их движения» (авторы-составители М.В. Ляшко, Т.В. Эксакусто). Для оценки склонности к риску как характерологической черты был использован тест «Исследование склонности к риску» (Шмелев А.Г.); а для изучения принятия риска был использован Тест жизнестойкости (С. Мадди в адаптации Д.А.Леонтьева).

С целью сравнения степени склонности к риску водителей-нарушителей ПДД выборка была разделена на две группы – редко нарушающие (n = 30) и часто нарушающие (n = 36) ПДД. Группу часто нарушающих водителей составили люди, которые нарушают ПДД 5 и более раз в год (официально зарегистрированные нарушения). По данным ГИБДД частыми нарушителями считаются водители, которые допускают 5 и более нарушений ПДД в год. При этом по данным судебной практики именно водители, имеющие пять и более нарушений в год, считаются «злостными» нарушителями (рецедив в области административного права) и в случае судебных разбирательств по результатам сложных ДТП, с высокой степенью вероятностью они лишаются водительских прав.

На первом этапе исследования были изучены такие показатели как степень подготовленности к управлению транспортным средством: теоретические знания и практические навыки (с позиции самооценки), ответственность (показатели подготовленности и ответственности свидетельствуют о надежности водителя); а также дисциплинированность водителей.

При изучении степени подготовки водителей было выявлено, что в группе редко нарушающих ПДД статистически выше доля лиц, всегда следящих за изменениями в ПДД (φ*_эмп = 3,531; при р=0,01). Вероятно, они предпочитают не рисковать лишний раз и перестраховаться, чтобы не попасть в сложную ситуацию. Часто нарушающие ПДД водители оценивают свою степень владения практическими знаниями более высоко, чем редко нарушающие (U_эмп = 401, при р=0,05). Можно предположить, что они более уверенны в своих действиях за рулем и считают, что могут справиться с любой ситуацией, поэтому не боятся идти на риск. При этом водители из обеих групп придают большое значение знаниям и навыкам, полученным в автошколе, считают, что каждый обязан пройти обучение в ней и сдать экзамен в ГИБДД.

В ходе изучения дисциплинированности водителей были также выявлены достоверные различия. Обнаружено, что в группе часто нарушающих статистически выше доля лиц считающих, что они не всегда обязаны строго соблюдать ПДД (φ*_эмп = 2,136; при р=0,05). При этом, они чаще нарушают ПДД зная, что наказания за этим не последует (φ*_эмп = 3,337 при р=0,01). В целом водители из группы часто нарушающих ПДД отличаются более слабой дисциплинированностью (рис.1). Они могут пренебрегать правилами и идти на риск ради острых ощущений. А вот редко нарушающие водители, с большей ответственностью относятся к правилам, более внимательны к окружающим на дороге. Так, например, в этой группе больше водителей, которые всегда пропускают пешеходов на переходе (φ*_эмп = 3,855; при р=0,01).

Рис.1. Дисциплинированность водителей, %

При изучении ответственности водителей было выявлено, что в группе редко нарушающих статистически выше доля лиц, которые остановятся узнать, что произошло, если на их глазах произойдет ДТП (φ*_эмп = 1,849; при р=0,05), т.е. они в большей степени беспокоятся о безопасности окружающих. Водители, часто нарушающие ПДД, считают себя более склонными к риску за рулем, чем редко нарушающие (U_Эмп = 358, при р=0,01). При этом они осознают, что рискуют в ситуации управления транспортным средством. Водители из обеих групп считают, что иногда правила дорожного движения можно нарушать, т.к. ничего страшного при этом не произойдет (φ*_эмп = 0,053). Такой результат можно объяснить тем, что в действительности сложно найти человека, который бы всегда соблюдал все правила; время от времени незначительные нарушения позволяет себе любой водитель.

Анализируя эмоции и чувства, которые водители испытывают за рулем в сложной ситуации и ситуации риска, было обнаружено, что доля водителей, чувствующих себя уверенно в любой дорожной ситуации статистически выше в группе часто нарушающих ПДД (φ*_эмп = 3,333; при р=0,01). Кроме того было выявлено, что водители, которые допускают частые нарушения ПДД, в ситуации риска за рулем, главным образом, испытывают интерес – 24,2 %, эйфорию – 18,2 % и удовольствие – 18,2%. Водители с низкой частотой нарушений так же испытывают интерес – 28 %, но в этой группе гораздо сильнее представлены переживания страха – 20 % и неуверенности – 16 %. И только 4 % водителей с низкой частотой нарушений испытывают удовольствие в ситуации риска (рис.2). Водители, часто нарушающие ПДД, могут идти на риск ради получения острых ощущений. В такой ситуации они не задумываются о том, какую угрозу безопасности окружающих они представляют. 3 % таких водителей в ситуации риска переживают чувство радости и восторга. Можно предположить, что именно такие люди, ради «адреналина», чаще могут оказываться виновниками ДТП, нарушая безопасность дорожного движения, подвергая опасности свою жизнь и жизнь других участников дорожного движения.

Рис.2. Эмоции водителей-нарушителей ПДД в ситуации риска за рулем, %

 На втором этапе исследования была изучена склонность к риску водителей-нарушителей ПДД. В ходе изучения склонности к риску как характерологической черты была подтверждена гипотеза о том, что у водителей с высокой частотой нарушений ПДД показатели склонности к риску как черты характера выше, чем у водителей с низкой частотой нарушений ПДД (U_Эмп = 339.5; при р=0,01). Это, вероятно, связано с тем, что более склонные к риску водители стремятся испытать острые ощущения, они нарушают правила и недооценивают степень опасности для себя и окружающих. Ситуации риска доставляют им удовольствие и радость. К тому же они достаточно уверенны в своих водительских навыках и, возможно, поэтому они считают, что могут нарушать правила и это не приведет к серьезным последствиям. Водители, которые редко нарушают ПДД, отличаются меньшей склонностью к риску. Они в большей степени дисциплинированны, риск не приносит им удовольствия, они стараются лишний раз не подвергать себя опасности, именно поэтому количество нарушений ПДД у них сводится к минимуму. Наглядно результаты представлены на рисунке 3.

Рис.3. Склонность к риску как характерологическая черта

В ходе изучения склонности к риску как субъектной характеристики было обнаружено, что водители из обеих групп способны достаточно успешно справляться со стрессовыми ситуациями, они получают удовольствие от жизни, верят в свои силы и способность повлиять на происходящие события. И те, и другие выступают субъектами своей жизни, что характерно для их возраста и уровня развития. При этом обнаружено, что принятие риска (как субъектная характеристика) в большей степени характерно для часто нарушающих ПДД (U_Эмп = 390; при р=0,05) (рис.4).

Рис.4. Результаты изучения жизнестойкости водителей-нарушителей ПДД

 Можно предположить, что эти водители, как субъекты, в той или иной мере сознательно идут на риск и несут ответственность за это перед другими людьми и перед собой. Таким образом, была опровергнута гипотеза о том, что у водителей с высокой частотой нарушений ПДД показатели склонности к риску как субъектной характеристики ниже, чем у водителей с низкой частотой нарушений ПДД. Вероятно, что склонность к риску как черта характера проявляется и на субъектном уровне. Ведь, как подчеркивал А.В. Брушлинский, субъект – наиболее обобщенное понятие человека, в нем раскрывается единство всех качеств человека: природных, социальных, индивидуальных и т.д. Возможно, что водители, сознательно идут на риск, ради получения нового опыта и потому, что считают стремление к простому комфорту и безопасности, обедняющим жизнь личности [3]. Таким образом, склонность к риску как черта характера имеет свое отражение в принятии риска субъектом, что было подтверждено в ходе корреляционного анализа. Была выявлена статистически значимая прямая корреляционная связь склонности к риску как характерологической черты и принятия риска как субъектной характеристики (r_s = 0.406 прир=0,01). Другими словами, чем выше склонность к риску как черта характера, тем выше принятие риска как субъектная характеристика.

Таким образом, в ходе проведенного эмпирического исследования были получены следующие результаты:

1. Выделены две группы респондентов: водители, часто нарушающие ПДД и редко нарушающие ПДД. Водители, которые редко нарушают ПДД, придают большое значение обучению в автошколе, отслеживают изменения в правилах, беспокоятся об окружающих на дороге. В сложной ситуации на дороге они, главным образом, испытывают неуверенность. Водители, которые часто нарушают ПДД, высоко оценивают свои теоретические знания и практические навыки. Они отличаются достаточно слабой дисциплинированностью, могут повести себя безответственно за рулем. В ситуации риска при управлении транспортным средством они испытывают интерес и эйфорию.

2. В ходе изучения склонности к риску как черты характера было выявлено, что водители, редко нарушающие ПДД, стремятся к более спокойному и ровному течению жизни, они не получают большого удовольствия от ситуации риска, предпочитая действовать наверняка. Водители из группы часто нарушающих ПДД, напротив, умеют получать удовольствие от риска, им нравится проявлять инициативу, они более уверенны в себе. Данные результаты доказывают гипотезу исследования о том, что у водителей с высокой частотой нарушений ПДД показатели склонности к риску как черты характера выше, чем у водителей с низкой частотой нарушений ПДД.

3. В результате изучения принятия риска как субъектной характеристики было выявлено, что водители из группы редко нарушающих правила вполне довольны своей жизнью, они в большей степени ориентированы на настоящее и не готовы лишний раз рисковать, им нравится размеренная жизнь. Водители, которые часто нарушают ПДД, живут насыщенной жизнью, они активны и инициативны. Они готовы идти на риск для получения нового опыта и развития, даже если успех не гарантирован. Таким образом, это опровергает нашу гипотезу о том, что у водителей с высокой частотой нарушений ПДД показатели склонности к риску как субъектной характеристики ниже, чем у водителей с низкой частотой нарушений ПДД, что подтверждается прямой корреляционной связью склонности к риску как черты характера и принятия риска как субъектной характеристики.

Перспективой данного исследования является отслеживание склонности водителей к риску уже на этапе подготовки в автошколах и возможность корректировки программ обучения с учетом выявляемых особенностей водителей.