Следует также отметить, что, упрочнению связей в сфере культурного туризма поспособствовал и научно-технический прогресс конца XX века, поскольку с появлением компьютеров и развитием компьютерных технологий, был существенно упрощен процесс сбора, обработки, применения и передачи информации между различными странами [2, с. 68]. В целом использование компьютерных технологий позволяет приобретать туристические услуги заранее и вдали от места потребления. Следовательно, туристический рынок невозможен без современных средств коммуникации.

Необходимо отметить, что в настоящее время развитие культурного туризма напрямую зависит и от ряда других факторов.  Во-первых, важным условием развития массового культурного туризма является определенная концентрация объектов культурного наследия в определенном регионе или местности, среди которых можно выделить следующие: памятники археологии (ландшафтной, культовой, гражданской); исторические города и сельские поселения; музеи, театры, выставочные залы; социо-культурную инфраструктуру; объекты этнографии, народные промыслы и ремесла, центры прикладного искусства; технические комплексы и сооружения [3].

Вторым важным фактором является уникальность этих объектов культурного наследия. Неповторимость историко-культурного наследия региона следует рассматривать как совокупность ценностей материального и нематериального достояния, в частности произведений художников, архитекторов, музыкантов, писателей, скульпторов, трудов ученых и фольклора, народных промыслов, фестивалей, религиозных обрядов, традиций в области образования и так далее [4]. Важно отметить, что национальным потенциалом обладает и социокультурная среда, включающая в себя обычаи, традиции, характерные черты хозяйственной и бытовой деятельности.

В-третьих, развитие культурного туризма зависит от наличия материально-технической базы региона. Четвертым условием принято считать экономическую развитость местности в целом, в том числе и ее туристских возможностей.  В-пятых,  важную роль играет эффективная работа информационных каналов, распределяющих сведения о туристских возможностях региона.

Заканчивая перечисление факторов, подчеркивающих взаимосвязь культурного туризма и историко-культурного наследия региона, отметим, что разумная творческая организация последнего позволяет не только сформировать стабильное толерантное отношение к нему, но и сохранить на длительное время мотивацию туристов [5].

Примером необходимости применения творческих способностей в сфере сохранения национального наследия может служить процедура оценивания культурных комплексов, поскольку представление об их культурной ценности различается у туристов и специалистов. К основным методам оценивания культурных комплексов для туристских целей можно отнести, например, их разделение согласно важности для мировой и отечественной культуры; определение необходимого времени для осмотра достопримечательностей; сравнение историко-культурного потенциала различных территорий по степени их перспективности [6]. В конечном счете, ценность объектов культурного наследия во многом зависит от их доступности, удобства экскурсионных маршрутов, уровня образования самих туристов и многих других факторов.

В данном контексте большую актуальность приобретает создание, развитие и поддержание положительной репутации определенного региона на туристском рынке через развитие культурного туризма и привлечение внимания к его национальному историко-культурному наследию.

Следовательно, создание благоприятного имиджа региона позволяет решать целый ряд проблем, в частности стимулирует экономическое развитие региона, обеспечивает привлечение большого числа туристов, стимулирует внимание общественности к историко-культурному наследию предков, активизирует деятельность по его сохранению, обеспечивает преемственность поколений, с одной стороны, и обмен культурными традициями с другими народами, с другой. Кроме того, культурный туризм предполагает широкое использование потенциала культурного наследия в качестве основы для утверждения в обществе идеалов толерантности, уважения к другим культурам, солидарности человечества в целом, принятия многообразия культур всего мира.

Эффективное использование потенциала культурного наследия в сфере культурного туризма является одним из доминантных направлений деятельности таких международных организаций, как ЮНЕСКО (UNESCO), ИКОМОС (IСОМОS) и Всемирной туристской организации ЮНВТО (UNWTO). Данные организации разрабатывают и воплощают в жизнь ряд межрегиональных и межкультурных проектов таких, как, например, «Великий шелковый путь» и «Невольничий путь», направленных на создание культурно-исторических маршрутов, в том числе и в России.

Другим направлением их международной деятельности является разработка методов охраны памятников истории и культуры, а также достопримечательных мест регионов.  Поскольку культурный туризм рассматривается данными организациями, как «небольшой сегмент рынка, тщательно организованный, познавательный или образовательный и зачастую элитарного характера, посвященный представлению и разъяснению культурной идеи» [7], то в данной связи потенциал культурного наследия находит свое воплощение в самой идее о необходимости его сохранения и развития.

Итак, взаимосвязь историко-культурного наследия и культурного туризма является неотъемлемым условием реализации потенциала первого и развития второго. Данное убеждение находит свое отражение в ряде нормативно-правовых актов, в том числе и в Хартии туризма, одобренной резолюцией I VI сессии Генеральной ассамблеи Всемирной туристской Организации 22 сентября 1985 года [8]. Согласно статье VI Хартии, культурный туризм предполагает знакомство со всеми сторонами общечеловеческой культуры. В данном документе, подчеркивается роль национальной составляющей потенциала историко-культурного наследия, которая, в свою очередь,  заложена в религиозных, художественных, археологических, культурных ценностях, обычаях и традициях местного населения, в его традиционной деятельности, верованиях и убеждениях.

Принцип взаимосвязи и взаимозависимости национального потенциала историко-культурного наследия и культурно-познавательного туризма обозначен и в Глобальном этическом кодексе туризма, который представляет собой международный нормативно-правовой акт, регулирующий деятельность международных организаций по охране и сохранению культурно-исторических мест.

Рассматривая культурный туризм как фактор индивидуального и коллективного совершенствования (статья 2), фактор устойчивого развития (статья 3), деятельность, выгодную для принимающих стран и сообществ (статья 5) [9], данный кодекс подчеркивает его социальную, экономическую, культурную значимость.

Согласно данному документу, культурный туризм, с одной стороны, использует историко-культурное наследие в процессе реализации права, провозглашенного кодексом, на свободу туристских путешествий как «возможности напрямую и лично открывать для себя и наслаждаться достопримечательностями нашей планеты» (статья 7). Однако, с другой стороны, культурный туризм вносит существенный вклад в обогащение потенциала культурного наследия. Так в статье 4 подчеркивается необходимость бережного отношения к объектам культурного наследия «в целях его защиты и сохранения для будущих поколений» [10]. Следовательно, культурный туризм в целом способствует сохранению и процветанию традиционной национальной культуры.

Таким образом, можно прийти к выводу о том, что основную ценность культурного туризма, как процесса знакомства с культурой и историей страны и как вида, учитывающего культуры других народов [11], представляют именно национальные черты и особенности объектов культурного наследия конкретного региона. Иными словами, культурно-познавательный туризм объединены одной целью – знакомство с национальными и региональными особенностями живописи, архитектуры, фольклора, театра, образа жизни людей, их традиций и обычаев.

Следует отметить, что в зависимости от специфики национального потенциала историко-культурного наследия можно выделить различные виды традиционного культурно-познавательного туризма. Так, например, посещение природно-культурных памятников относится к культурно-экологическому туризму; удовлетворение интересов к религиозным обычаям – к культурно-религиозному; изучение культурного наследия родины, своего народа – к культурно-этническому; посещение стран для знакомства с современной, так называемой «живой культурой» – к культурно-антропологическому; изучение предметов и явлений этнической культуры, быта, языка, творчества, костюма, традиций и т.п. – к культурно-этнографическому туризму [12].

Национальный потенциал культурного наследия находит свое отражение и в исторических особенностях региона, памятниках и местах; традиционных и современных культурных мероприятиях, фестивалях и праздниках; в археологических раскопках древних памятников [13]. Это, в свою очередь, позволяет говорить о реализации этого потенциала в сфере культурно-исторического, культурно-событийного и культурно-археологического туризма соответственно.

Таким образом, представленный выше анализ позволяет сделать вывод о том, что в настоящее время культурный туризм представляет собой соединение приятного времяпрепровождения с познанием национальной культуры других народов. Однако большое количество культурных контактов и грамотная организация использования историко-культурного наследия конкретного региона непременно влечет за собой, во-первых, широкое распространение информации о национальном потенциале наследия за его пределами и, во-вторых, стимулирует рост самосознания местных жителей, повышение их заинтересованности в культуре в целом. Культурный туризм, соответственно,  обладает большим гуманитарным потенциалом, включающим в себя художественные, духовные, моральные и интеллектуальные аспекты человеческой жизни. В свою очередь, использование национального потенциала историко-культурного наследия призвано не только привлечь потенциальных туристов и обеспечить выход  на международный рынок, но и сохранить фундаментальную основу самобытности народа региона.

Важно помнить и том, что векторы развития культуры и системы высшего гуманитарного образования находятся в тесном переплетении и не могут рассматриваться как развивающиеся непосредственно и независимо друг от друга. Развитие региональной системы высшего гуманитарного образования с необходимостью корректируется и коррелирует с изменениями, происходящими на культурном пространстве в самом широком смысле этого слова [2].

В связи с этим в настоящее время в поиске ответов на вопросы, касающихся понятия культурного наследия, равно как и с целью понять и осознать процессы, происходящие в области его сохранения и развития, многие ученые и специалисты обращают свои взоры к культурному наследию, как объекту, в котором смешиваются и взаимодействуют история и культура.

Для сравнения, во-первых,  ранее к культурному наследию относили исключительно произведения искусства, археологические находки, исторические монументы, а их ценностные характеристики до недавнего времени были ограничены представлениями определенных культурных сообществ или наций. Однако сегодня процесс оценивания объектов культурного наследия приобретает интернациональный характер.

Во-вторых, другой особенностью является то, что эти люди создают свои собственные культурные сообщества, которые являются мультикультурными и многонациональными по своей природе. Влияние этих культурных сообществ на культурное наследие заключается в том, что они стимулируют появление новых ценностей и рождают новый узнаваемый образ объектов, в конечном же счете появляется новый исторический феномен, который одновременно воплощает, уже известные художественные и культурные и новые ценности.

В третьих, понятие культурного наследия продолжает расширяться и приобретает все новые формы, например, такие, как культурные ландшафты [3], популярные культуры и устные традиции [4]. Все более очевидным становится то, что приписывание каких-либо ценностей конкретному культурному объекту может существенно отличаться в зависимости от времени и места.

Итак, в настоящее время существует множество различных подходов к оцениванию объектов культурного наследия. При оценке зданий-памятников, например, принято после деления их на группы опираться на  “факторы влияния” и “ценообразующие факторы” [5]. Внимание уделяется таким характеристикам, как время, авторское решение, конструктивное воплощение и престижность, местоположение соответственно. Данный подход, однако, не отображает процессов глобализации и, скорее, демонстрирует экономическую составляющую оценки.

Другая точка зрения принадлежит Лурдес Арзип (Lourdes Arzipe), которая в статье «Культурное наследие и глобализация» выделила   так называемые «планетарный» и «деревенский» подходы (planetary and village perspectives) [6]. Основной идеей, подчёркивающей различия данных взглядов на культурное наследие, является то, что прежние ценности, основанные исключительно на территориальном делении государств, устарели.  Она считает, что в условиях глобализации культурные группы и национальные государства совместно создают новые глобальные культурные сообщества, которые находят новые способы сохранения культурного наследия.

Данные процессы не могут не оказывать своего влияния и на развитие музеев. Так, например, отмечается переориентация музеев с традиционных форм на институциональные, поскольку сегодня необходимо сохранять, интерпретировать и демонстрировать памятники и материальной, и духовной культуры. В силу этого появляются экомузеи, музеи под открытым небом, музеи традиций, музеи фольклора, «музеи действия», «средовые музеи» [7]. Большое внимание уделяется разработке методов актуализации наследия в средовом музее, такие как фиксация, воссоздание, моделирование и конструирование [8].

Следует также отметить, что существенным нововведением стало и появление виртуальных музеев, которые, во-первых, являются закономерным результатом развития информационных технологий, а во-вторых, представляют собой особую форму представления разноплановой информации. Виртуальный музей – «это возможность репрезентации всего музейного содержания, где в единой среде могут сосуществовать как объекты из музейной коллекции, так и реконструкции об утраченных вещах. И все это может быть организовано в ассоциативно связанную структуру, которую можно определить как культурную память – не в метафорическом, а буквальном смысле» [9].

В связи с этим большую актуальность приобретает идея о необходимости создания единой, общепланетарной системы оценивания всех созданных человеком произведений искусства, предполагающей приведение всего разнообразия взглядов и характеристик к общему, единому и целому представлению о ценности того или иного объекта культурного наследия. Создание единой системы оценивания обусловлено процессами глобализации, а также должно опираться на так называемый «планетарный» способ и представляется невозможным без использования современных технологий.

В качестве примера можно рассматривать деятельность Международного Совета по стандартам оценки (МССО), одной из основных целей которого является создание и поддержание международных стандартов оценки (МСО). Данный совет рассматривает культурное наследие как совокупность объектов исторического имущества и вводит ряд стандартов относительного самого понятия “исторического имущества”, их охраны, а также тех особенностей, которые влияют на проведение оценки [10].

Международные стратегии сохранения и защиты культурного наследия были успешно разработаны и воплощены в жизнь посредством деятельности таких организаций, как ЮНЕСКО (UNESCO), ИКОМОС (IСОМОS), Всемирной туристской организации ЮНВТО (UNWTO) и ряда других некоммерческих организаций и фондов. Сегодня такие стратегии должны быть использованы еще активнее, поскольку глобальное общение, охватывающее все большее количество людей в мире, создает все больше новых глобальных культурных сообществ. В таком качественно новом культурном пространстве созданные человеком творения оцениваются согласно, принимающему все более отчетливые черты, набору глобальных, мировых стандартов.

Насущность вышеперечисленных вопросов не оставляет сомнения, поскольку в настоящее время некоторые специалисты обеспокоены той системой оценивания объектов культурного наследия, которая была применена в процессе их включения Список всемирного наследия ЮНЕСКО [11]. Для включения в данный список объект должен обладать так называемой «универсальной ценностью». Однако основная опасность кроется в том, что богатые и влиятельные участники процесса сохранения всемирного наследия принимают в нем активное участие, в противоположность менее состоятельным национальным сообществам.

Изучение объектов культурного наследия, в частности памятников, ансамблей, достопримечательных мест, традиций, обычаев, языковых особенностей и культурных ландшафтов, естественно, представляется наиболее интересным, если оно учитывает одновременно и общекультурные и национальные особенности. Поскольку культура региона – это сложнейшее образование, включающее национальные, социально-экономические, географические и прочие особенности жизнедеятельности общества на данной территории [12].

Итак, «планетарный» способ оценивания культурных объектов, в первую очередь, является прямым отображением идеи мирового единства. Что касается «местного» варианта, то он основан на идее мирового разнообразия. Соответственно, его практическое применение представляется невозможным без ежедневного контакта с людьми, говорящими на разных языках, демонстрирующих другие символы единства, то есть имеющими другую картину мира, и одновременно желающими отобрать все самое значимое и интересное на культурном рынке. Такого рода контакты приводят к резким культурным изменениям, которые, согласно Международной Комиссии ООН по делам культуры и ее развития, беспокоят локальных представителей многих региональных культур.

Таким образом, наиболее эффективным представляется сочетание глобальной и местной стратегий в осуществлении работы по оцениванию и сохранению культурного наследия. Хотелось бы отметить, что практическое применение данных стратегий представляется невозможным без их учета в процессе структурирования мировой системы оценивания объектов культурного наследия.