Роман “Hool” продолжает лучшие литературные традиции [3, с.111; 4, с.6; 5, с.357]: «Винклер пишет волнующе, энергично, с потрясающим знанием мира аутсайдеров, потому что Хайко Кольбе, на самом деле, – это разуверившийся романтик, а его пробудившаяся сила – это немой крик любви», – говорит Мориц Ринке, известный берлинский драматург, журналист. «Его жесткий, трагически печальный и одновременно убийственно-комический роман возвращает нам прозу, которой мы не видели после «Когда мы мечтали» Клеменса Мейера», – считает Томас Клупп, писатель, литературный критик. «Как рождается ярость? Что делать, если выхода нет? Отчаянно, резко, от всего сердца», – отзывается о романе Люси Фрик, писатель, журналист.

Винклер рассказывает о большом сердце крутого парня, о том, за что он борется, что защищает, что для него свято: его ребята, их идеалы. «Голос писателя – это звук, проникающий под кожу», – говорит Дэвид Хугендик [6]. У каждого человека, пишет Ф.Винклер, две семьи. Одна, в которой он родился, вторая, которую он выбрал себе сам. «Hool» – это история о Хайко Кольбе и его «братьях по крови», настоящих хулиганах. Хайко – один из фанатов футбольного клуба Ганновер 96, представитель так называемой «буржуазии подворотни», один из тех, кто проводит дни в спортклубах или в захудалых барах, где вместе с пьянчужками высокопарно рассуждает о

всякой ерунде. Герой из тех, кого не баловала жизнь: мать исчезла, отец безнадежный пьяница, сестра сбежала, бывшая девушка – наркоманка. Внутри Хайко бушуют неистовый гнев и ярость, с которыми он едва справляется. Футбольные фанаты заменяют герою семью, с ними он пьёт, дерется. Анаболики, наци, мир, где мечты существуют только для того, чтобы их предавали и продавали. Язык Хейко, когда он рассказывает о поездках фанатов, лаконично тверд: адреналин, кулаки, сломанные челюсти, раны и кровь. В лишенном иллюзий мире боль – последнее, что еще свято.

Роман Винклера – это, в некотором смысле, роман, отрицающий развитие личности. Хейко хочет оставаться тем, кто он есть. Вопреки потерям, вопреки обстоятельствам, которые показывают, что путь насилия может окончиться только злом. Он хочет лишь подниматься в иерархии фанатов. Неважно, какой ценой.

Двойственность языка рассказчика отражает то, что в действительности герой глубоко в душе тоскует по ровной стабильной жизни, но менять свою настоящую жизнь не может и не хочет. Язык стремится ввысь, к свету, но снова и снова падает в сточную канаву [2, с.79]. От этого невозможно найти в романе мотивирующую точку опоры.

Драматургия романа построена так, что последовательность событий вчера и сегодня периодически меняется. Легкие намеки, которые автор рассеивает по тексту, сотней страниц спустя взрываются как настоящие бомбы. Винклер чуток к оригинальным идеям и персонажам, таким как Арним, коршун Зигфрид, собачьи бои. Одной поразительно трогательной сцены между Хайко и его птицей достаточно, чтобы не пожалеть о знакомстве с этим романом.