Москва, как подавляющее большинство старых русских городов, строилась от укреплённого центра, нарастая увеличивающимися окружностями укреплений: Кремль, Китай-город, Белый город и кольцо земляных валов. Следы этих укреплений и сейчас хорошо видны или прослеживаются в названиях улиц, бульваров и площадей столицы. И если нанести на карту Москвы и сравнить с местами расположения существующих или ранее существовавших городских укреплений расположение московских монастырей (рисунок 1), вырисовывается любопытная картина: практически все монастыри расположены у въездных дорог, вблизи их воротных укреплений. На карте ясно выделяются скопления монастырей у проездных ворот Кремля и Китай-города, кольцо монастырей вблизи проездных башен Белого города, южное полукольцо, прикрывающее основные сухопутные и водные пути к Москве. И если внимательно присмотреться к архитектуре монастырей, становится понятно, что это расположение не случайно.

Напомним, что в разное время на территории Москвы располагалось довольно значительное число монастырей, которые иногда меняли место расположения, перестраивались, закрывались и открывались вновь. Точно указать их количество и состояние можно только на определённый временной период. На гравюре XIX века «Вид Москвы с монастырями (Церковный град Москва)» (рисунок 2) можно насчитать 24 монастыря, на современной карте Москвы – меньше двух десятков монастырей в той или иной степени сохранности. Список некоторых из них приведён в таблице 1.

Таблица 1 – Перечень московских монастырей

К сожалению, многие из этих монастырей уже не сохранились, от некоторых остались только отдельные храмы, у части монастырей в XIX-XX веках кардинально перестроены стены, превратившись из боевых башен и прясел в заборчики «от лихого человека», как у московского Николо-Перервинского или у подмосковного Спасо-Бородинского монастырей [8,9]. Но даже то, что сохранилось хотя бы частично, впечатляет.

В первую очередь обращают на себя внимание башни и стены Симонового, Новоспасского, Новодевичьего, Донского монастырей. Сразу видно серьёзное боевое предназначение. И становится понятно, что они не просто так построены в узловых точках столицы: у пересечения крупных дорог, вблизи проездных башен Белого и Китай-города, на берегах рек, на господствующих высотах (рисунок 1). И немало есть исторических примеров участия московских монастырей-крепостей в отражении осад города, от времён монголо-татарского нашествия до смутного времени.

Историческими примерами подтверждения этого тезиса может служить история крупнейших московских монастырей. Наиболее яркие из них – это история монастырей-крепостей из состава полукольца, защищавшего Москву с юга (Новодевичий, Симонов, Данилов, Андронников и другие). Окруженные могучими крепостными стенами, они могли служить опорными пунктами обороны города.

Типичным примером такого монастыря – форпоста на подступах к Москве является Новодевичий монастырь, расположенный к юго-западу от столицы. С момента своего возникновения, монастырь находился на первых рубежах защиты города в тех случаях, когда противник приближался по старой или новой Смоленским дорогам. С этими обстоятельствами связаны роль Новодевичьего монастыря в обороне Москвы при набегах крымских татар Казы-Гирея и Девлет-Гирея, жестокие бедствия, постигнувшие монастырь в Смутное время и при нашествии Наполеона в 1812 году.

Симонов монастырь играл важнейшую роль в обороне южных подступов к Москве. Пожалуй, ни один из монастырей-сторожей не имел таких мощных укреплений (рисунок 3). Ему неоднократно приходилось выдерживать нападения сначала монголо-татарских орд, а потом и польско-литовских интервентов.

Как и другие московские монастыри, Новоспасский Монастырь служил не только как место для православных верующих, но и крепостью на подступах к Москве, отражавшей в 1591 году набеги войска Казы-Гирея. Для усиления обороны, ограда монастыря, первоначально бревенчатая с бойницами, в 1640-1642 годах была заменена каменной стеной (рисунок 5).

В том же 1591 году важную роль в обороне города сыграл Данилов монастырь. В 1606 году у стен монастыря велись бои воинов царя Василия Шуйского с бунтовщиками, возглавляемыми Болотниковым. Архитектура сохранившихся строений наглядно напоминает о тех временах, когда монастыри ставились для защиты города на подступах к нему как «осадные дворы».

Донской монастырь был последним по времени создания из этого полукольца крепостей. Он стал предмостным укреплением Калужских ворот «Скородома» – Московской крепости, воздвигнутой в 1591 году. Место нового монастыря было выбрано, конечно, не только для того, чтобы увековечить победу над войсками крымского хана Казы-Гирея в 1591 году, но и стратегически продумано. Монастырь заполнил собой брешь, существовавшую в южном оборонительном поясе между Новодевичьим и Даниловым монастырями.

И ещё один факт истории монастырей, имеющий как оборонительное, так и духовное значение: сбор ополчения Минина и Пожарского в Москве перед атакой на кремль происходил на Крутицком подворье. В июле 1612 года второе ополчение Минина и Пожарского проходило неподалеку от Крутиц и в Успенском соборе подворья ополченцы клялись крестным целованием освободить Москву от иноземных захватчиков или положить свои головы. Так как в то время как главная святыня земли Русской — Успенский Собор Московского Кремля, находился в руках поляков, по существу Успенский собор Крутицкого подворья приобрел значение главного собора России.

Ну и конечно, в аспекте проблемы, затронутой в статье, логично вспомнить историю укреплений Троице-Сергиевой лавры. Она, хоть и находится в семидесяти километрах от Москвы, всегда относилась к Московской епархии. Каждый, кто бывал лавре, видел стоящий в центре обелиск. На четырёх сторонах которого описаны четыре события, в которых лавра спасала Россию:

1)Куликовская битва, на которую дал благословение князю Дмитрию Донскому святой Сергий Радонежский, он же направил в войско князя монахов-богатырей Пересвета и Ослябю.

2)В смутное время Лавра помогала борьбе с оккупантами многочисленными пожертвованиями и сама выдержала страшную осаду 1609-1610 годов, защитив северную часть страны и положив начало освобождению столицы и всей Руси.

3)Лавра активно поддержала второе ополчение Минина и Пожарского, обеспечив его победу и выборы царя Михаила Федоровича, завершившие смуту  на Руси.

4)Во время стрелецких мятежей ещё подросток, будущий император всероссийский Петр I дважды укрывался в стенах лавры от мятежников.

В ракурсе проблемы, рассматриваемой в статье, наиболее показателен второй эпизод, когда стрельцы и монахи Лавры в течение шестнадцати месяцев выдерживали осаду превосходящих сил противника, отразив несколько попыток штурма и доказав всей Руси возможность и необходимость сопротивления оккупантам.

Таким образом, исторический анализ наглядно показывает, что православные монастыри Москвы, да всей России, играли роль не только оплота веры, обучения, излечения и призрения. Не менее важен их вклад в военную историю нашей Родины. Как показал исторический анализ, роль старинных православных монастырей аналогична современному подходу к средствам “двойного назначения и применения”. Они, как и сейчас ряд  предприятий и специальных сооружений, в мирное время использовались как гражданские объекты, в суровое для Родины время выполняли оборонительные функции.

И как показала практика, выполняли достаточно успешно. В хронологии православных монастырей тесно переплетается история православия и государства Российского, история сохранения Руси и самоидентичности русского народа.