Иван Иванович Янжул – известный экономист, профессор Московского университета родился 2 июня 1845 г. в Пятигорах Василькосвого уезда Киевской губернии. В 1864 г. окончил курс гимназии и поступил в Московский университет на юридический факультет. В 1869 г. окончил юридический факультет, и профессор финансового права Мильгаузен предложил Ивану Ивановичу остаться при университете за сочинение «Исторический очерк русской торговли в Средней Азии». По защите диссертации в 1874 г. Янжул был избран доцентом на кафедру финансового права Московского университета. В 1876 г. получил степень доктора за «Английскую свободную торговлю» [2, с.3-4]. В 1896 г. И.И.Янжул был избран действительным членом Академии наук.

Экономическое наследие И.И.Янжула очень обширно – «Опыт исследования английский косвенных налогов. Акциз» (1784), «Английская свободная торговля. Исторический очерк развития идей свободной конкуренции и начал государственного вмешательства» (1876-1882), «Финансовое право. По лекциям ординарного профессора И.И.Янжула» (1881), «Очерки и исследования. Сборник статей по вопросам народного хозяйства, политики и законодательства» (1884), «Между делом. Очерки по вопросам народного образования, экономической политики и общественной жизни»(1904) и многие др.

 Экономические сочинения Янжула получили известность не только в России, но и далеко за ее пределами, сделав их автора признанным авторитетом в вопросах теории и истории финансов, внешней торговли и налоговой политики [3, с. 204]. А лекционный курс Янжула «Основные начала финансовой науки. Учение о государственных доходах», явившейся результатом его многолетней работы, по научности, точности и ясности изложения был признан лучшим в отечественной финансовой литературе и за период с 1890 по 1904 г. переиздавался 4 раза.

Как указывает М.М.Савченко, специфика жанра этой работы (университетский учебный курс) не помешала автору высказать интересные, а в ряде случаев смелые суждения о состоянии российской экономики и финансов, оценить их перспективы, сформулировать цели экономической и финансовой политики, которая, по его мнению, необходима России [3, с.220].

В 1893 г. И.И.Янжул за  «Основные начала финансовой науки» был удостоен премии имени генерал-адъютанта С.А.Грейга. Премия присуждалась Историко-филологическим отделением Академии наук за лучшие опубликованные на русском языке сочинения по политической экономии и государственным финансам.

Взгляды академика Янжула на  экономическую политику и роль государства в промышленном развитии страны, как нам представляется, до сих пор имеют современное звучание. Отметим, что данные вопросы обсуждались многими видными отечественными учеными второй половины 19 века – Д.И.Менделеевым,  А.И.Чупровым, И.Х.Озеровым, И.М.Кулишером и др. [4, с.41-43; 5, с.162-170].

 И.И.Янжул писал о необходимости государственного вмешательства в развитие промышленности и указывал, что «одинаково допускаются законодательные меры как поощряющие развитие промышленности всей или отдельных ее отраслей, так и сдерживающие вредные проявления этого развития» [6, с.93]. «Важным и трудным вопросом при этом на практике»,- продолжал экономист, «является установление должных пределов этого вмешательства». Ученый подчеркивал, что «данный вопрос имеет лишь условное разрешение, применительно к каждой отдельной стране сообразно степени ее промышленного развития…»[там же].  

Одной из составляющих экономической политики, оказывающей воздействие на развитие экономики в целом и промышленное развитие в частности является таможенная политика. В своей работе «Свободная торговля и покровительственная система» И.И.Янжул писал: «Обе системы – покровительственная и свободной торговли – имеют лишь относительное значение и обе они имеют одинаковое право на существование» [7, с.383]. Следовательно, по мнению ученого, необходимо установить основные принципы, которые будут положены в основу «рационально устроенной таможенной системы».  Государство, как указывал И.И.Янжул, должно в общих чертах придерживаться следующих правил [7, с.384-388].

Во-первых, таможенные пошлины не должны быть слишком высокими и не должны доходить до степени полного запрещения ввоза иностранных товаров. Во-вторых, в силу того, что покровительственные пошлины используются как инструмент для стимулирования развития отечественного производства, то по мере достижения этой цели пошлины должны постепенно понижаться и, наконец, со временем должны быть полностью упразднены. В-третьих, не должно быть никаких всеобщих покровительственных пошлин, одинаковых для всех. Для товаров каждой отрасли промышленности должен быть установлен свой уровень таможенного обложения. В-четвертых, при установлении таможенных пошлин не следует забывать об интересах земледелия и рабочего класса. Наконец, в-пятых, при увеличении какой-либо покровительственной пошлины или при введении новой не следует забывать о том, что одна покровительственная пошлина влечет за собой другую, т.к. пострадавшие промышленники оказывают давление на правительство, требуя для себя также усиления протекционизма.

Отвечала ли этим требованиям таможенно-тарифная политика, проводимая в России во второй половине 19 века? Далеко не всегда. Так, в частности, академик Янжул указывал на то, что введение взимания пошлин золотом, при котором происходит огульное повышение всех статей таможенного тарифа, следует признать неудовлетворительной мерой, которая противоречит одному из принципов рационального таможенного обложения [7, с.387].

Взимание пошлин по тарифу 1868 г. в золотом исчислении датируется 1877 годом. Это привело к увеличению таможенного обложения по курсу бумажного рубля на момент введения золотых пошлин на  48 %, т.к. курс золотого рубля в 1877 г. в среднем составлял 1 руб. 48 кредитных коп.

И.И. Янжул считал, что нельзя одобрить и введенную 1 апреля 1885 г. пошлину в размере 5 коп. золотом с пуда на сельскохозяйственные машины и орудия, т.к. отечественное земледелие находилось в тяжелом положении из-за усиления конкуренции на внешнем рынке хлеба [8, с.406].

Введение пошлины на сельскохозяйственные машины и орудия было предпринято, прежде всего, с целью поощрения развития сельскохозяйственного машиностроения в условиях отмены беспошлинного ввоза металлов для механических заводов. Однако имелись в виду и фискальные соображения. По мнению Министерства финансов, вводимая пошлина должна была давать до 540 тыс. кредитных руб. в год [9, с.19].

В научной деятельности И.И.Янжула одно из важных мест принадлежало также вопросам налогов и налоговой политики, в том числе налогообложению промышленности и торговли (промысловому обложению). Ученый указывал на незначительный уровень промыслового обложения в  как Европе, таки в  России второй половины 19 века.

«Причины этого явления,- писал экономист, «заключаются в следующем: во-первых, правительство не желает ставить препятствий развитию промышленности и всеми возможными мерами стремится содействовать ей, часто за счет интересов других отраслей…» [8, с.312]. Преобладание покровительственной системы в таможенной политике, по мнению И.И.Янжула, подтверждение этому.

Другой причиной слабого развития промыслового налога, как считал русский экономист, является трудность организации его сбора. «Достаточно напомнить, что… в промысловом  налоге надо оценивать доходы, способные быть легко скрытыми. Обороты в промышленной деятельности совершаются до такой степени в тайне, что часто совершенно неуловимы для постороннего лица»,  – писал И.И.Янжул в своей работе «Основные начала финансовой науки» [8, с.313].

Академик Янжул указывал на серьезный недостаток обложения промыслов (системы промыслового обложения, существовавшей в России до 1884 г. – прим. автора) – его неравномерность, в результате чего «крупные капиталисты поощряются за счет мелких». «Крупные предприятия пользуются незаслуженными привилегиями, не оправданными ни с фискальными, ни экономическими, ни политическими соображениями» [8, с.327].

В силу вышеназванных причин обложение промышленности и торговли приносило государственной казне всего порядка 3% от общего дохода [10, с.202]. Заметим, что промысловой налог не играл важной роли в бюджете не только в России, но и в крупных европейских государствах (табл. 1).

 Таблица 1 – Доля промыслового налога в доходах бюджетов ряда стран в 1875 г.

Источник:  Субботин А. Русский промысловый налог. М., 1877, с.139.

 Недостатки русского промыслового налога обратили на себя серьезное внимание Министерства финансов, в результате чего был внесен ряд существенных изменений в действующую систему обложения торговли и промыслов.

Администрация Б. Обамы запустила несколько таких масштабных стратегических проектов, как реформа здравоохранения, программы сохранения климата и энергетической безопасности. Общественность возлагала огромные надежды на новое руководство США, связывая с ним решение проблем, оставшихся в наследство от предшествующей администрации, а также выполнение задач, стоящих в повестке дня на протяжении многих лет. Благодаря этим надеждам президент Обама получил беспрецедентно высокий рейтинг, составлявший 83% [1]. Таким образом, избрание Обамы породило атмосферу оптимизма и уверенности в грядущие перемены в обществе.

В начале первого президентского срока для Обамы насущным оставался вопрос о возрождении и стимулировании экономики. В этих сложных обстоятельствах он обратился к опыту предшествующих президентских администраций и принял меры по поддержке банков и стимулированию потребительского спроса. План, предложенный президентом, вызвал реакцию ведущих политических партий и находился в центре споров. Действия по предотвращению экономического кризиса были негативно восприняты республиканцами, частично поддержаны демократами. К концу 2009 г. ситуация в экономике стала стабилизироваться, падение ВВП практически прекратилось [2, c. 13].

В феврале-мае 2009 года рейтинг одобрения президента колебался от 60% до 69%, не одобряли его работу соответственно 13-31% из опрошенного населения Соединенных Штатов Америки [3]. Уже к началу июня рейтинг президента принял убывающую траекторию и составил 59%. К концу декабря 2009 года рейтинг одобрения нового президента снизился приблизительно до 49%. Это было связано во многом с тяжелым состоянием американской экономики и временной неспособностью администрации президента справиться с высокой безработицей. Уже по истечении первого года президентства уровень одобрения деятельности Обамы упал до отметки в 49%, что является психологически важным барьером. Затем оценка неодобрения президента составила 44% и до мая 2011 года рейтинг оставался примерно на одном уровне – 47%, но уже в августе-октябре 2011 года он опустился до 38%. Таким образом, политический авторитет власти в первые годы пребывания в Белом доме Обамы определялся экономикой и кризисной ситуацией в стране [4].

К февралю 2013 года рейтинг резко пошел вверх и на короткий промежуток времени установился на отметке в 58%, но к ноябрю 2013 года снова вернулся к 39% и оставался в этом диапазоне на протяжении года. Не одобряли работу президента 54% опрошенных.

К концу своего второго срока действующий президент растерял все остатки популярности. Его рейтинг опускался до отметки в 39% и не поднимался выше 49% до ноября 2015 г. [5]. Наивысший показатель рейтинга Барака Обамы составил 69%, минимальная отметка, до которой он опускался – 38%. Средний же показатель равен 47%, и если сравнить его со средними рейтингами предыдущих президентов США, то по рейтингу Обама обходит лишь Дж. Картера и Г. Трумэна [6].

Можно ли назвать Обаму одним из самых непопулярных президентов в истории второй половины XX века и в чем причины столь низкого рейтинга 44-го президента США? Почему американцы разочаровались в деятельности Б. Обамы? Является ли низкий рейтинг уходящего президента следствием снижающегося благосостояния американкой нации или несогласия американцев с принципами внешней и внутренней политики администрации? После состоявшихся 8 ноября 2016 г. президентских выборов можно подвести некоторые итоги предыдущего президентства, уже вошедшего в современную историю. Ответить на поставленный вопрос поможет анализ объективных показателей, являющихся индикатором социально-экономической сферы США в годы правления Б. Обамы.

Важнейшим направлением внутренней политики администрации Обамы стала реформа системы здравоохранения [7, с. 24]. Реформа была рассчитана на введение обязательного медицинского страхования и увеличение инвестиций в медицину, но оказалась слишком затратной для бюджета страны. Администрация возлагала особые надежды на завершение реформы здравоохранения, от которой зависел престиж президента, но неудачи в ее запуске помешали полной реализации проекта.

Вместе с тем, благодаря закону «О доступном здравоохранении в Америке» охват населения практически обязательным медицинским страхованием возрос с 85 до 95% [8, c. 4]. Как реагировали на это американцы? Выборы 2010 г. в Конгресс превратились в плебисцит по вопросу о доверии президенту, полагает «Расмусcен Репортc», утверждая, что 52% избирателей голосовали против политики президента [9]. По данным Института Гэллапа по вопросу о том, одобряют ли американцы реформу здравоохранения только в 2012 г. соотношение было в пользу тех, кто одобрял (48 против 45%). В дальнейшем число сторонников реформы сокращалось, а противников – возрастало. В конце 2015 г. соотношение сторонников и противников изменилось в пользу последних, составив соответственно 37 против 56%. Возрастало количество тех, кто считал, что реформа привела к ухудшению их благосостояния [10].

Таким образом «забота Обамы» о здоровье американской нации способствовала укреплению социальных гарантий американцев, но не была оценена избирателями, поскольку предполагало, что государство запустило руки в карман своих граждан. Американцы стали тяготиться обязанностью платить за медицинскую страховку, которая отнимает у них значительную часть средств.

С огромными трудностями столкнулась администрация президента и в экономике страны. В этой области шаги администрации были не менее смелыми и решительными. Было решено продлить сроки выплаты пособий по безработице, а также увеличить их размеры. Администрация старалась стимулировать как предложение, так и спрос. Были подвергнуты процедуре банкротства компании «Дженерал Моторс» и «Крайслер», что явилось многозначительным событием в истории Америки. Решение о банкротстве позволило реорганизовать работу компаний, а государство предоставило помощь в обмен на акции. Фактически создана новая компания «Дженерал Моторс», а все «проблемные» активы остались у подконтрольной государству структуры.

Многие из законопроектов, запланированных Обамой еще в начале президентской карьеры, оказались нереализованными. Экономический кризис 2008 г., существенно обострил социальные проблемы. Растущая безработица в наибольшей степени подрывала популярность президента. Избиратели возлагали на Обаму слишком завышенные ожидания, которые президент и его администрация при всем их желании не могли оправдать, в том числе, в силу последствий кризиса. Администрация демократов не смогла «предложить американцам ничего, что хотя бы отвлекло их внимание от затянувшейся рецессии, не говоря уже о действенных мерах борьбы с ней» [11]. В итоге Барак Обама за четыре года утратил беспрецедентную в истории Америки популярность, которая достигала на момент выборов более 80%, опустившись до самого низкого рейтинга, составившего 47% накануне промежуточных выборов в Конгресс [12].

На протяжении всего 2009 и четырех месяцев 2010 г. безработица среди американцев продолжала возрастать и достигла своего максимума – 10% к началу 2010 г. Лишь к ноябрю 2012 г. уровень безработицы вернулся к состоянию начала 2009 г. К марту 2015 г. состояние в этой сфере практически достигло докризисного уровня, составив 5,3% [13].

Курс второго срока президента был направлен на восстановление экономики, в повестке дня также значилось улаживание проблем нелегальных мигрантов и решение масштабных вопросов во внешней политике, а точнее в Азии [14, с. 61]. К перечисленному выше следует добавить программу по оказанию помощи в трудоустройстве рабочих и молодежи в новых секторах экономики, оказание поддержки малоимущим семьям и пожилым американцам. Помимо этого акт «О восстановлении американской экономики и реинвестиций» 2009 г. (American Recovery and Reinvestment Act) предусматривал меры по развитию сферы услуг и малого бизнеса. Выделялись средства на модернизацию инфраструктуры страны (железные дороги, электросети общественный транспорт) [15]. Закон был направлен на создание новых рабочих мест, улучшение технологической базы США.

Таким образом, принятые в 2009 году меры по оздоровлению экономики и борьбе с безработицей, как показывает статистика, достигли своей цели. К концу марта 2012 года число американцев, обратившихся за пособием по безработице, уменьшилось до минимального за последние четыре года уровня, что демонстрировало значительное улучшение сложившейся ситуации на рынке труда. В декабре 2011 – феврале 2012 в стране ежемесячно создавалось в среднем 245 тыс. новых рабочих мест [16, c. 17]. Тем не менее, уровень поддержки Обамы оставался невысоким и на протяжении второго срока президентства. Впрочем, это можно объяснить тем, что уровень реальной безработицы оказывался выше официального, что стало предметом критики администрации со стороны главного оппонента Обамы – Д. Трампа [17].

Если анализировать оценку действий президента, то ключевым аспектом одобрения проводимой им политики в США выступали трудоустройство и меры по борьбе с безработицей. Если обратится к статистическим исследованиям, то можно сказать, что деятельность Обамы на посту президента, касающуюся борьбы с безработицей и стабилизацией экономики, вполне можно назвать успешной. Однако рейтинг одобрения работы президента являлся чуть ли не самым низким за последние полвека. Согласно данным института Гэллапа, можно сказать, что уверенность американцев в стабильности своей экономики падала. Показатель достиг наименьшего значения в 2015 году.

Общественность усматривала, что политика президента уклонилась в сторону от запланированного в начале курса. Эта тенденция просматривалась как во внутренней, так и во внешней политике. Деятельность администрации во внутренней политике оценивалась средствами массовой информации как провал или неудача: невыполненные обещания, мертворождённые реформы. Таким образом, объявивший в качестве своей политической цели объединение нации Обама, со временем все больше превращается в президента раскола. Он старался дистанцироваться от политики Дж. Буша, но в последнее время его деятельность становилась сопоставима с предшественником.

Вместе с тем, объективные показатели американской экономики и социальной сферы дают основания утверждать, что «президенту рецессии», каковым можно считать Обаму, удалось вывести страну из глубокого кризиса благодаря своевременно принятым мерам. Экономика восстановилась, а качество жизни рядовых американцев улучшилось. Сократилась безработица и в настоящее время ее показатели в США – среди самых низких в мире. Но статистический рейтинг президента и его оценка в медиа свидетельствуют, что президент Барак Обама – не самый популярный президент в истории Соединенных Штатов Америки.

Термин «символический капитал» ввёл в оборот французский социолог Пьер Бурдье в конце ХХ века. В своей книге «Практический смысл» он высказал мысль о том, что символический капитал – это «капитал чести и престижа, который производит институт клиентелы» [2, с. 231].  Так же П. Бурдье отметил, что это так называемый «кредит доверия, который облегчает любой акт социального обмена и об экономической выгодности которого принято молчать» [2, с. 230].  Данное высказывание является ключом к пониманию того, что оказанный кредит доверия какому-либо человеку, подтверждает его престиж и значимость, тем самым способствуя социальному взаимодействию людей. То есть без веры общества в безупречную репутацию и высокий социальный статус человека невозможно накопление символического капитала. Именно поэтому демонстрация престижа является одним из механизмов накопления капитала. Это следует из того, что человеку необходимы и важны социальные связи, с помощью которых он может реализовать свой экономический интерес. Только так он может дать материально-символические гарантии своего символического капитала.

Указанные тенденции современного социально-экономического развития отмечены в работах М.В. Демидовой [3-8], согласно которой новым этапом в развитии общества является символический капитализм, «основанный на принципах функционирования символического капитала» [3, с. 20]. В таком обществе «происходит изменение количественной товарно-денежной характеристики социальных отношений на их качественную характеристику, основным эквивалентом которой выступает доверие в отношениях. Вслед за этим происходят изменения в социальном взаимодействии и структуре социума» [3, с. 20-21].

Указанные социально-экономические изменения в обществе свидетельствуют и об изменении механизмов управления социально-экономическими системами [9]. Поэтому в современной экономике огромную роль играет управление символическим капиталом. Основные принципы и модели управления символическим капиталом представлены в работах М.В. Демидовой [9-14].  Символический капитал приобретает огромную важность в информационном обществе. Основным объектом функционирования в нём является человек. «Каждый человек в той или иной степени обладает символическим капиталом, что делает возможным его влияние на ситуацию в организации и в социуме в целом» [12, с. 91], и, в том числе, делает возможным влияние на самого индивида. Именно в информационном обществе, как ни в каком другом, информация и информационные связи между людьми в социуме играют главенствующую роль, и именно поэтому во многом с помощью грамотного распространения и получения информации можно «заработать» символический капитал.  В связи с этим им, нужно грамотно управлять. Ведь неправильное управление или вовсе его отсутствие не принесут никакой пользы, как бы ни был хорош потенциал для накопления символического капитала.

Несомненно, одной из стратегий управления символическим капиталом является транслирование устойчивых принципов видения, соответствующих собственным понятиям и взглядам самого «управленца». Человек сам решает для себя, чем именно будет его символический капитал. Это может быть и честь, и репутация, нравственные принципы и поведение в обществе, своеобразные знаки достоинства, власть. То есть метод демонстрирования обществу своих преимуществ перед другими формируется вследствие того, что символический капитал является признанной властью [15, с. 88], и тем самым позволяет оказывать влияние на социум. Это один из способов управления символическим капиталом.  Символический капитал можно отождествлять с признанной властью, потому что без веры общества, не получится накопления и символического капитала. «Чем большее доверие вызывают репутация и имидж субъектов социума, … тем большими будут выгоды не только экономические, но и символические – политические, культурные и другие» [16, с. 170]. Ведь символический капитал может быть любым свойством или видом капитала, в зависимости от того, как признают и придадут ему ценность социальные агенты. Это означает, что именно управление приводит к формированию и накоплению символического капитала. Следуя из того, что главным институтом, располагающим средствами влияния, является государство, можно сделать вывод о его исключительном месте концентрации и осуществлении «символической власти» [16, c. 88]. Согласно Пьеру Бурдье, символическая власть – это такая «невидимая власть, которая может осуществляться только при содействии тех, кто не хочет знать, что подвержен ей или даже сам её осуществляет» [16, с 88]. Традиционно государство устанавливает нормы и правила поведения для общества, а также создаёт условия, необходимые для жизни. Но государственная и символическая власти не всегда совпадают [17], поэтому и политика государства не всегда оказывается успешной. В связи с этим возникает проблема кредита доверия государству, выделяемого ему обществом.

Проблема доверия государству в кризисных условиях начала формироваться ещё в 90-е годы в различных аспектах жизни общества: моральных, политических, правовых и экономических. Главным образом кризис затронул экономическую сферу. Ускорялось падение производства: за 1991 г. спад составил 11%, причём за последний квартал года – 21%. Национальный доход по сравнению с 1990 г. уменьшился на 20%. Дефицит государственного бюджета составлял, по разным оценкам, от 20% до 30% ВВП [18]. В своей работе я хотела бы рассмотреть экономический аспект этой проблемы.

Конфуций говорил, что монарху нужны три главных средства – оружие, продовольствие и доверие. Можно отказаться от оружия, потом от продовольствия и уж в последнюю очередь от доверия [19]. С тем, что доверие общества необходимо государственной власти трудно не согласиться. Ведь если люди не будут доверять своему правительству, в стране начнётся хаос, раздор, постепенно приводящий к разрушению если не самого государства, то в частном случае сложившейся политической системы. Поэтому, несомненно, государство пытается вызвать доверие своего народа.

Есть немало важных направлений, с помощь которых этого можно достичь. Например, налоговая база. В этом вопросе мне очень близка позиция Джеффри Хоскинга – профессора русской истории одного из Университетских колледжей Лондона в отставке, автора многочисленных книг, посвящённых истории России. В интервью для журнала «Неприкосновенный запас» он высказал мысль о том, что система налогообложения – прочный элемент связи между общественностью и государством. Граждане не должны сомневаться в том, что доходы государства от налогообложения реализуются на благо населения. Если же люди считают налоги несправедливыми, или более того, думают, что их средства идут кому-то в карман, ни о каком доверии со стороны народа государству быть не может [20]. Поэтому эффективная система налогообложения всегда была, есть и будет одним из основных базисов для доверия правительству, а также главным элементом экономически сильного и развитого государства.

Налоговая система и многие другие факторы государственной силы, являющиеся эффективными и ведущие к процветанию экономического развития общества, а значит и в целом всего государства, формируют символический капитал правительства. Если государство им обладает, то есть престиж, справедливость, легитимность и власть его незыблемы перед народом, то, соответственно, можно говорить о доверии людей своему руководству. Но для того, чтобы сформировать свой символический капитал в глазах народа, необходимо избежать многих проблем, возникающих, в первую очередь, в экономике страны, так как уровень благосостояния крайне важен для людей.

Основные проблемы современной внутренней экономики страны носят глобальный характер. К сожалению, государство не всегда обращает своё внимание на них. Одними из главных проблем, на мой взгляд, являются резкое падение уровня жизни, высокая безработица, которая в некоторых регионах уже доходит до 20% от всего трудоспособного населения и коррупция. В связи со всеми этими обстоятельствами в российской экономике резко снижается уровень доверия государству.  В стране отмечается низкая норма сбережений в государственных и особенно негосударственных банках, получили развитие такие явления, как «долларизация» экономики, отток капитала, недоверие предпринимателей государственной финансовой политике. На основании проведённых исследований в статье А. Л. Журавлёва и В. А. Сумароковой «Региональные и половые различия доверия предпринимателей к разным видам организаций» сделан вывод о том, что доверие предпринимателей к государственным структурам и предприятиям оценивается преимущественно как низкое [21]. Государство несколько отвлеклось от внутренних проблем страны. Об этом свидетельствует недостаточное уделение внимания социальной и экономической сферам российского общества. Правительству следует исходить из того, что внутренняя экономическая политика нашей страны имеет не меньшее значение для престижа и дальнейшего прогресса государства. А для достижения внутренней стабилизации и преодоления экономического кризиса крайне необходимо усилить роль государственного регулирования.

Следует перераспределить основную часть расходов с внешней политики на внутреннюю и накапливать средства внутри страны, поднимать собственное производство, укреплять свою валюту и обеспечивать благоприятные условия для малого и среднего бизнеса, тем самым обеспечивая рабочими местами население и продвигая внутреннюю экономику вперёд. Нельзя жить только за счёт импортируемой продукции. Главные богатства государства – свои собственные. Ничто не мешает нам перенаправить экономическое развитие с внешнего на внутреннее: наша страна по истине богата природными ресурсами, обширной территорией.  Главные проблемы экономики страны связаны с бедственным положением большого количества населения, а возникают они именно из-за многих проблемных аспектов экономики. Международная политика, конечно же, крайне важна, но какой бы она не была хорошей, она всё же не сможет обеспечить нашу страну всеми необходимыми благами для успешного развития внутреннего хозяйства. Если государство попытается реализовать проекты, направленные на стабилизацию экономики внутри страны путём расширения своего производства, несомненно, это приведёт к успеху. Также ряд положительных реформ окажет благотворное влияние на население. Доверие народа – главная и основная черта стабильного, развитого и могущественного государства.

Таким образом, чтобы в полной мере «обеспечить» себя символическим капиталом, государству необходимо принимать меры для улучшения всех сфер жизни общества и обеспечения благосостояния населения, тем самым демонстрируя свой престиж и власть. Народный кредит доверия – положительная репутация человека, какой-либо организации или государства в целом, обладающая доверием со стороны народа. Доверие народа и накопление символического капитала государством возможно только на основе доверительных взаимоотношений между властью и гражданами. Стабильная экономика и процветающее государство – залог формирования гражданского общества.

Современная экономика сталкивается с многочисленными и комплексными вызовами, которые требуют глубочайшего и фундаментального переосмысления традиционных моделей экономического роста и развития. Такие глобальные проблемы, как изменение климата, продолжающееся истощение ограниченных природных ресурсов, масштабное загрязнение окружающей среды, а также растущее социальное неравенство и высокая нестабильность финансовых и товарных рынков, всё чаще ставят под сомнение эффективность устоявшихся экономических парадигм и требуют поиска новых подходов. В ответ на данные вызовы в мировой экономической практике постепенно формируется новая модель — концепция устойчивого развития, которая базируется на принципах сбалансированного и гармоничного взаимодействия трёх ключевых компонентов: экономики, экологии и общества в целом.

Концепция устойчивого развития была впервые сформулирована ещё в конце XX века и получила широкое международное признание после публикации знаменитого доклада «Наше общее будущее», подготовленного Всемирной комиссией по окружающей среде и развитию в 1987 году, а также после проведения важного международного Саммита Земли в Рио-де-Жанейро в 1992 году, который стал поворотным событием в развитии глобальной экологической и экономической политики. С тех пор идея устойчивости стала одним из ключевых ориентиров при разработке и внедрении как национальных, так и международных стратегий развития, включая разработку и принятие Целей устойчивого развития Организации Объединённых Наций, рассчитанных на период до 2030 года, что подчёркивает важность и актуальность данной концепции [1].

Цель настоящего исследования заключается в комплексном анализе роли концепции устойчивого развития в формировании современной экономической политики как на глобальном, так и на национальном уровнях. В частности, исследование направлено на выявление ключевых механизмов и инструментов реализации устойчивых стратегий в экономике, а также на оценку влияния подходов ESG (Environmental, Social, Governance) — то есть экологических, социальных и управленческих критериев — на трансформацию инвестиционной среды и принятие решений в корпоративном секторе.

Понятие устойчивого развития включает в себя гораздо больше, чем просто охрану окружающей среды; оно охватывает также достижение социальной справедливости, обеспечение экономической стабильности и создание условий для долгосрочного, сбалансированного роста. Это сложный и междисциплинарный подход, который объединяет в себе экологические, социальные и управленческие принципы (ESG), становящиеся всё более важными и даже решающими критериями для оценки эффективности деятельности как отдельных государств, так и крупных корпораций и компаний различного масштаба [2]. В самом широком понимании концепция устойчивого развития возникла как ответ на множество растущих глобальных вызовов — таких как истощение ограниченных природных ресурсов, резкое ухудшение экологической ситуации в разных регионах мира и нарастающая социальная несправедливость, усугубляющая разрыв между богатыми и бедными слоями населения. В современном мире устойчивость рассматривается не как добровольный выбор или альтернатива, а как насущная необходимость, от способности адаптироваться к быстро меняющимся условиям, внедрять инновационные решения и обеспечивать баланс между интересами различных групп и сторон зависит в конечном итоге не только стабильность экономик, но и их конкурентоспособность на глобальной арене.

Важно осознавать, что устойчивое развитие — это не просто очередная стратегическая цель или декларация намерений, а в первую очередь новый способ мышления и подход к ведению хозяйственной деятельности. Оно требует кардинального переосмысления устоявшихся моделей потребления, производства и распределения ресурсов, а также внедрения новых этических и социальных стандартов, способных изменить экономику изнутри. В современном мире страны, предприятия и общества в целом должны понять, что краткосрочная выгода, получаемая за счёт истощения природных ресурсов, загрязнения окружающей среды или игнорирования социальных факторов, не может служить надёжной основой для построения устойчивого будущего. Только комплексный и интегрированный подход, который сочетает в себе экологическую осознанность, экономическую эффективность и социальную справедливость, способен создать прочный фундамент, гарантирующий долгосрочное развитие и благополучие как отдельных государств, так и мирового сообщества в целом.

Одной из наиболее центральных и важных тем в рамках устойчивого развития является переход к так называемой «зелёной» экономике — новой модели экономического роста, ориентированной на минимизацию негативного воздействия на окружающую среду и максимально рациональное использование всех доступных ресурсов. Этот переход включает в себя активное внедрение энергоэффективных технологий, развитие возобновляемых источников энергии, таких как солнечная и ветровая, сокращение выбросов парниковых газов и организацию экологически безопасного производства во всех отраслях промышленности [3]. Наряду с этим важным элементом становится применение принципов циркулярной экономики — модели, в которой отходы одного производственного процесса не выбрасываются, а используются в качестве ресурсов для другого, что позволяет значительно снизить нагрузку на природную среду, уменьшить потребление первичных ресурсов и стимулировать инновации в области вторичной переработки и эффективного дизайна продукции.

Переход к «зелёной» экономике также предполагает активное развитие новых и перспективных отраслей промышленности, таких как производство солнечных панелей, ветряных турбин, водородной энергетики и других технологий, способных обеспечить экологически чистую генерацию энергии. Такой переход способствует не только снижению негативного воздействия на окружающую среду, но и созданию новых рабочих мест, стимулирует инновации и технологический прогресс в промышленном секторе, а также укрепляет экономический потенциал стран. Для успешного развития этих направлений требуется создание соответствующей инфраструктуры, проведение целенаправленной подготовки квалифицированных кадров, а также активное стимулирование научных исследований и разработок в области экологически ориентированных технологий. Кроме того, крайне важно учитывать региональные особенности и специфические условия: страны с разным уровнем экономического развития, природно-климатическими особенностями и социально-экономическими предпосылками нуждаются в адаптированных и гибких стратегиях перехода к новой модели устойчивого и экологически ориентированного роста.

Такая масштабная трансформация экономики требует проведения серьёзных структурных изменений и переосмысления традиционных подходов к развитию. Многие страны уже разрабатывают и внедряют комплексные стратегические планы, направленные на достижение углеродной нейтральности, например, «Зелёный курс» Европейского союза, который ставит цель сократить выбросы углерода и перейти к устойчивой экономике, а также амбициозные планы Китая, включающие достижение пика выбросов и переход к климатической нейтральности в ближайшие десятилетия. Для реализации этих задач вводятся новые механизмы, такие как налогообложение выбросов парниковых газов, создание систем торговли квотами на углерод, поддержка и субсидирование чистых и возобновляемых технологий, что в совокупности должно обеспечить комплексное снижение углеродного следа экономики [4]. Однако для эффективной реализации подобных мер необходима слаженная работа и координация на всех уровнях управления — начиная от муниципального и регионального и заканчивая федеральным, а также тесное взаимодействие между государственными органами, бизнесом и гражданским обществом. Важную роль играют прозрачность и открытость процессов, а также общественный контроль за исполнением экологических инициатив.

Необходимо подчеркнуть, что подобные преобразования и переходы требуют значительных финансовых ресурсов, а также твёрдой политической воли, без которых достичь поставленных целей крайне сложно. Успешность реализации программ устойчивого развития во многом зависит от вовлечённости частного сектора, а также уровня доверия общества к государственным институтам и органам власти. Инвесторы, банки и международные финансовые организации должны быть уверены в надёжности, устойчивости и возвратности вложений в проекты «зелёной» экономики, чтобы привлекать необходимые средства. В связи с этим государствам приходится разрабатывать специальные финансовые инструменты, включающие государственно-частные партнёрства, различные формы субсидий и налоговых льгот, направленных на повышение привлекательности и конкурентоспособности устойчивых инвестиций. Всё это создаёт условия для устойчивого экономического роста и экологической безопасности на долгосрочную перспективу.

Параллельно с этим усиливается роль ESG-факторов (Environmental, Social, Governance — экологические, социальные и управленческие критерии) в процессе принятия инвестиционных решений. Всё больше инвесторов начинают оценивать компании не только по традиционным финансовым показателям, таким как прибыль, доходность и ликвидность, но и по тому, насколько их деятельность соответствует принципам устойчивого развития. Это включает соблюдение прав человека, поддержку инклюзивности, эффективное управление рисками, связанными с климатическими изменениями, а также обеспечение прозрачности и этичности в ведении бизнеса. Такая всесторонняя оценка становится одним из ключевых критериев при формировании инвестиционных портфелей, особенно среди институциональных инвесторов, пенсионных фондов и суверенных фондов. Игнорирование ESG-факторов может привести к серьёзным негативным последствиям для компаний, включая потерю репутации, отток капитала и снижение рыночной стоимости, что подрывает их долгосрочную устойчивость и конкурентоспособность [5].

Рост популярности устойчивых инвестиций ведёт к развитию и расширению инструментов «зелёного» финансирования, таких как выпуск «зелёных» облигаций, создание инвестиционных фондов с экологическим и социальным фокусом, а также внедрение новых финансовых продуктов, направленных на поддержку проектов с позитивным воздействием на окружающую среду. Это усиливает конкуренцию между компаниями за соответствие новым стандартам, стимулирует бизнес к активному улучшению своих экологических и социальных показателей и мотивирует к развитию инноваций в сфере устойчивого развития. В ряде стран уже введены обязательные стандарты по отчётности в области ESG, а также установлены требования к раскрытию информации о влиянии деятельности компаний на климат. Такие меры способствуют повышению ответственности бизнеса, открывают новые рыночные ниши и создают долгосрочные конкурентные преимущества для компаний, которые своевременно интегрировали принципы устойчивого развития в свою деятельность.

ESG-рейтинги и отчётность становятся стандартной практикой для крупных корпораций и компаний, стремящихся укрепить свои позиции на рынке и привлечь долгосрочные инвестиции. Компании активно работают над повышением своих рейтингов, что позволяет им укреплять доверие со стороны потребителей, партнёров и инвесторов. Это стимулирует внедрение новых управленческих решений, ориентированных на экологическую устойчивость и социальную ответственность, а также способствует развитию «зелёных» продуктов и услуг, что в свою очередь положительно сказывается на имидже компании. Кроме того, высокие ESG-рейтинги дают компаниям возможность снижать стоимость заёмного капитала, расширять рынки сбыта и увеличивать лояльность клиентов, которые всё чаще обращают внимание на социальную ответственность брендов и этические стандарты бизнеса.

Отчётность по ESG-факторам играет ключевую роль в повышении прозрачности бизнес-процессов и снижении репутационных рисков, связанных с возможными экологическими или социальными нарушениями. Всё чаще такие отчёты становятся предметом обязательного законодательного регулирования в различных странах, включая государства Европейского союза и США, где требования к раскрытию информации о воздействии на климат и соблюдению социальных стандартов постепенно ужесточаются. Это означает, что соблюдение ESG-стандартов перестаёт быть добровольной инициативой и становится необходимым условием для успешного функционирования компаний, особенно тех, которые представлены на международных финансовых рынках и стремятся к привлечению глобальных инвестиций. Новые регуляторные требования создают определённые вызовы для бизнеса, но в то же время дают конкурентные преимущества тем организациям, которые способны адаптироваться к этим изменениям своевременно и эффективно.

Устойчивое развитие невозможно без тесной координации и сотрудничества на международном уровне. Организации мирового масштаба, такие как Организация Объединённых Наций (ООН), Всемирный банк, Организация экономического сотрудничества и развития (OECD) и Международное энергетическое агентство (IEA), играют важную роль в формировании общих рамок сотрудничества, разработке единых стандартов и предоставлении финансовой и методической поддержки странам. Одним из ключевых международных соглашений в этой сфере является Парижское соглашение 2015 года, направленное на ограничение глобального потепления и сокращение выбросов парниковых газов во всех странах-участниках [6]. Такие международные инициативы создают пространство для согласованных действий, способствуют обмену знаниями и опытом, а также помогают предотвращать фрагментацию подходов, что особенно важно в условиях возрастающей взаимозависимости государств и глобальных экологических вызовов.

Особую важность координация международных усилий приобретает на фоне глобальной взаимозависимости: выбросы вредных веществ и парниковых газов в одной стране могут существенно повлиять на климатические условия во всём мире. Международные инициативы направлены на предотвращение дезинтеграции усилий разных государств, укрепление коллективной ответственности и кооперации. Кроме того, они позволяют объединять ресурсы и перенаправлять их в наиболее уязвимые регионы планеты, обеспечивая при этом справедливость и инклюзивность процесса глобального экологического перехода. Особенно это актуально для развивающихся стран, которые зачастую нуждаются в дополнительной поддержке для адаптации к новым экономическим и экологическим реалиям, обеспечивая при этом равные возможности для устойчивого роста и развития.

На национальном уровне устойчивые стратегии становятся фундаментом для бюджетного и налогового планирования, выступая в роли драйвера комплексных изменений в экономике страны. Государства активно внедряют механизмы выпуска «зелёных» облигаций, стимулируют устойчивые инвестиции и поддерживают инновационные проекты в таких сферах, как экология, транспорт, урбанистика и возобновляемая энергетика. Эти меры способствуют формированию новых секторов экономики и созданию рабочих мест, что, в свою очередь, стимулирует устойчивый рост валового внутреннего продукта (ВВП). Кроме того, развитие таких инициатив способствует укреплению экономической безопасности страны, снижению зависимости от импортируемых энергоносителей и материалов, а также росту внутренней научно-технической базы, которая становится ключевым фактором конкурентоспособности на глобальном рынке.

Помимо экономических выгод, устойчивые инициативы повышают инвестиционную привлекательность страны в глазах международных инвесторов, которые всё чаще ориентируются на юрисдикции с предсказуемым и прогрессивным регулированием в сфере ESG. Это способствует снижению инвестиционных рисков, улучшению кредитного рейтинга страны и открывает доступ к более дешёвым и долгосрочным источникам капитала. В результате устойчивое развитие перестаёт быть исключительно моральным или экологическим выбором и становится выгодной стратегией с точки зрения макроэкономической стабильности и долгосрочного процветания. Таким образом, внедрение принципов устойчивости укрепляет позиции государства на международной арене и создает благоприятные условия для комплексного социально-экономического прогресса.

Однако процесс реализации устойчивого развития сопряжён с рядом значительных вызовов и сложностей. Среди них — недостаток инвестиций в «зелёные» технологии, слабая институциональная инфраструктура, а также конфликты интересов между экологическими целями и задачами экономического роста. Эти проблемы особенно остро проявляются в развивающихся странах, где на первом плане часто стоят борьба с бедностью, обеспечение базовой инфраструктуры и повышение уровня жизни населения [7]. В таких условиях критически важна помощь со стороны международного сообщества, а также адаптация глобальных стратегий к конкретным локальным условиям с учётом культурных, экономических и географических особенностей. Только комплексный и скоординированный подход позволит преодолеть эти барьеры и обеспечить устойчивое развитие на всех уровнях.

Противоречия между краткосрочной выгодой и долгосрочной устойчивостью остаются одним из главных препятствий на пути к полноценной реализации концепции устойчивого развития. Многие экономические агенты, будь то компании, государства или отдельные потребители, часто ориентируются на немедленную прибыль и результаты, что приводит к игнорированию более масштабных и отдалённых последствий своих действий для окружающей среды и общества в целом. Для преодоления этого барьера необходим системный и комплексный подход, который предусматривает трансформацию всей социально-экономической модели, включая переосмысление текущих принципов потребления, производства и распределения ресурсов. Только такая глубокая перестройка позволит создать условия для устойчивого инновационного развития и обеспечит долгосрочную конкурентоспособность не только национальной, но и мировой экономики в целом, учитывая быстро меняющийся глобальный контекст и вызовы XXI века.

Тем не менее, несмотря на существующие трудности, всё больше стран и компаний начинают признавать, что устойчивое развитие — это не альтернатива экономическому росту, а его неотъемлемое условие. В условиях растущих глобальных рисков, связанных с климатическими изменениями, социальным неравенством и ресурсной ограниченностью, только устойчивые модели развития способны обеспечить стабильность, процветание и качество жизни в долгосрочной перспективе. Постепенно формируется понимание, что игнорирование экологических и социальных факторов ведёт к усилению экономической нестабильности и снижению жизнеспособности общества. Это ведёт к тому, что устойчивое развитие перестаёт быть сугубо теоретической концепцией и становится обязательной практикой для всех участников экономической системы, заинтересованных в сохранении благополучия настоящих и будущих поколений.

Таким образом, устойчивое развитие в 21 веке становится ключевым критерием успешности как для государств, так и для бизнеса. Его внедрение требует не только политической воли и экономических инвестиций, но и глубокой культурной трансформации общества в целом. Необходима смена парадигмы мышления, при которой устойчивость рассматривается как главный приоритет и основа всех решений. Формирование новой системы ценностей, в которой устойчивость занимает центральное место, является фундаментом для создания прочной базы благополучия будущих поколений. Именно благодаря этой трансформации возможно построить экономику и общество, способные эффективно отвечать на вызовы современности и обеспечивать гармоничное развитие человечества в условиях быстро меняющегося мира.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Проведённый анализ демонстрирует, что концепция устойчивого развития сегодня стала неотъемлемой и ключевой частью современной экономической политики многих стран и международных корпораций. Всё чаще государства и бизнес-структуры рассматривают ESG-факторы — экологические, социальные и управленческие принципы — как основной элемент стратегического планирования и долгосрочного развития. Согласно данным, мировой объём инвестиций, направленных на устойчивые проекты и инициативы, достиг внушительной отметки в $35 триллионов в 2022 году, что наглядно свидетельствует о стремительном росте интереса и доверия к «зелёной» экономике и экологически ориентированным бизнес-моделям [8]. Этот тренд говорит о том, что устойчивое развитие перестаёт быть лишь теоретической концепцией и становится важнейшим драйвером экономического роста и трансформации глобальных рынков.

Помимо этого, в последние годы наблюдается интенсивное развитие и совершенствование нормативной базы, регулирующей устойчивую деятельность в разных регионах мира. Так, например, в Европейском союзе был принят Регламент по таксономии устойчивых видов деятельности — комплексный нормативный акт, который устанавливает чёткие и однозначные критерии для оценки инвестиционных проектов с точки зрения их экологической значимости и вклада в достижение целей устойчивого развития. Эта нормативная база обеспечивает необходимую прозрачность, повышает уровень доверия со стороны инвесторов и способствует стандартизации подходов к оценке устойчивости на финансовых рынках. Благодаря этому регламенту рынок становится более предсказуемым и справедливым, стимулируя компании к активному внедрению экологически ответственных практик.

Кроме того, важным аспектом является то, что в регионах Азии, Латинской Америки и других частях мира наблюдается активное появление и развитие локальных инициатив, направленных на декарбонизацию экономик, расширение возможностей «зелёного» финансирования и формирование устойчивой городской инфраструктуры. Эти примеры свидетельствуют о глобальном характере процесса перехода к устойчивому развитию и подтверждают, что концепция устойчивости становится не просто трендом, а новой нормой для экономического роста и социальной политики. Такие инициативы способствуют не только снижению углеродного следа и улучшению экологической ситуации, но и стимулируют инновации, создают новые рабочие места и укрепляют социальное благополучие, демонстрируя комплексный подход к решению современных вызовов.

ВЫВОДЫ

Устойчивое развитие сегодня нельзя рассматривать просто как очередной модный тренд или временное явление на экономической арене. Это — ответ и адаптация к основным вызовам XXI века, которые требуют комплексного, системного подхода к решению проблем изменения климата, социальной несправедливости и истощения природных ресурсов. Концепция устойчивого развития постепенно интегрируется во все ключевые сферы экономической политики на международном, национальном и корпоративном уровнях. Она определяет направление инвестиционных потоков, становится основой для формирования новых стандартов корпоративной ответственности и напрямую влияет на конкурентоспособность как государств, так и компаний на мировом рынке. Несмотря на существующие сложности и барьеры — будь то недостаток финансовых ресурсов, слабая нормативная база или сопротивление традиционным экономическим моделям — устойчивое развитие уверенно становится глобальным стандартом и главным ориентиром, задающим вектор развития мировой экономики на ближайшие десятилетия.

Для того чтобы принципы устойчивого развития были реализованы эффективно и действительно способствовали переходу к сбалансированной и долгосрочной модели экономического роста, требуется скоординированная и комплексная политика на всех уровнях управления. Необходима активная поддержка со стороны международных организаций и институтов, таких как ООН, Всемирный банк и другие, которые могут оказывать финансовую, методическую и консультативную помощь. Кроме того, важнейшими условиями успеха становятся реформы в области законодательства и регулирования, направленные на стимулирование экологической и социальной ответственности бизнеса, а также повышение уровня прозрачности и общественного контроля. Только при таком комплексном и совместном подходе, который объединяет усилия государств, бизнеса и общества, возможно достижение действительно сбалансированного, справедливого и устойчивого экономического роста, способного обеспечить благополучие нынешних и будущих поколений.