В советский период развития Российского государства ученые-историки вынуждены были работать в рамках диалектического и исторического материализма, квинтэссенцией которого является классовая теория происхождения государства. Рамки эти, сначала жесткие, постепенно размывались.

Степан Борисович Веселовский (1876 – 1952 года) – доктор исторических наук, академик АН СССР был крупнейшим специалистом по истории феодального землевладения XVI века. В его работе [74] подробно исследован «Синодик опальных Грозного» в качестве исторического источника. С.Б. Веселовский критически относился к личности и деятельности царя Ивана IV Васильевича [1, 2].

Роберт Юрьевич Виппер (1856 – 1954 года), получивший ученую степень доктора и ставший профессором Московского университета до событий 1917 года, известен тем, что его работы были раскритикованы уже после Октябрьской революции лично В.И. Лениным, председателем Совета Народных Комиссаров (Совнаркома). Но это не помешало Роберту Юрьевичу стать в 1943 году академиком Академии Наук СССР.

В своем труде [3] Р.Ю. Виппер положительно оценил личность Ивана Грозного и его роль в политических процессах XVI века. Деяния царя рассмотрены в контексте внешней политики Русского государства того времени. Виппер также сопоставил и проанализировал закономерности протекания отдельных исторических процессов в России и Западной Европе. Александр Александрович Зимин (1920 – 1980 годы) – выдающийся русский и советский историк, старший научный сотрудник Института истории СССР Академии наук СССР, а также доктор исторических наук и профессор, являлся крупнейшим специалистом в области средневековой истории Руси и России. Основательность его трудов базировалась на масштабных и серьезных исследованиях в области источниковедения. А.А. Зимин (рисунок 1) к эпохе Ивана Грозного относился достаточно противоречиво.

Рисунок 1 – Александр Александрович Зимин. Фотография 1954 года

(из фондов Государственной публичной исторической библиотеки)

 Например, с одной стороны историк считал, что созданный Иваном Васильевичем институт опричнины был направлен против очагов феодального сепаратизма и поэтому был объективно востребован в ходе государственного строительства Русской державы. Александр Александрович отказывался видеть в опричнине лишь только психическое расстройство царя.

Но, вместе с тем, Зимин категорически выступал против апологетики внутренней и внешней политики царя. Он считал, что централизация государственной власти в России носила противоречивый характер, но при этом являлась исторической необходимостью. Но исследователь осуждал такие последствия укрепления самодержавной власти, как полное уничтожение многих политических свобод.

Безусловно, труды А.А. Зимина [4, 5], материал которых изложен простым и доступным языком, еще долго будут востребованы исследователями и читателями, далекими от научной проблематики описываемой эпохи, но интересующимися отечественной историей.

Выдающийся русский советский историк и писатель, доктор исторических наук, профессор Лев Николаевич Гумилев (1912 – 1992 год) создал пассионарную теорию этногенеза (этногенез – это процесс создание нового народа или нации на базе других народностей, народов или наций). Многие ученые отнеслись к этой теории с большим предубеждением (встретили ее «в штыки»), но пока сколько-нибудь убедительно никто не смог доказать ее предполагаемую несостоятельность. Гумилев не занимался целенаправленными исследованиями эпохи Ивана Грозного, но в своей работе [6] он связал учреждение опричнины с психической болезнью царя:

«Опричнина была создана Иваном Грозным в припадке сумасшествия в 1565 г. и официально просуществовала 7 лет».

Но с такой причиной, побудившей Ивана Грозного учредить опричнину, все-таки трудно согласиться.

Л.Н. Гумилев, великий ученый и мыслитель, честно сражавшийся в Великую Отечественную войну в рядах действующей армии, но и отсидевший абсолютно незаслуженно немалые сроки в советских лагерях во времена правления Сталина (сидел Лев Николаевич неоднократно – как до, так и после войны), был человеком, прошедшим на редкость суровую школу жизни. По-видимому, личный опыт лагерной жизни вызывал у Льва Николаевича отрицательное отношение к руководителям государства, стремившимся к абсолютной власти. Людям, не имеющим трагического жизненного опыта Л.Н. Гумилева, стоит подумать, всегда ли они смогли бы сохранить объективность при рассмотрении самых различных исторических событий, имевших место в годы активной государственной деятельности правителей прошлых времен, даже очень далеких от современности.

Профессор Санкт-Петербургского (ранее – Ленинградского) университета, доктор исторических наук Руслан Григорьевич Скрынников (1931 – 2009 года) в течение десятилетий глубоко и всесторонне изучал эпоху Ивана Грозного и стал безусловным авторитетом в трактовке тех или иных событий того времени.

Руслан Григорьевич Скрынников (рисунок 2) был одним из ярчайших представителей исторической науки, чьи труды отличает не только глубокое проникновение в суть исследуемых явлений и событий, но и яркий сочный язык, образность изложения материала. Его работы переведены на многие иностранные языки.

Рисунок 2 – Руслан Григорьевич Скрынников.

Фотография с сайта издательства «Весь мир»

Название некоторых трудов Р.Г. Скрынникова подчеркивает личное отношение автора к рассматриваемым им государственным учреждениям времен Ивана Грозного и к самому его царствованию.

Основными трудами Р.Г. Скрынникова, посвященными роли Ивана Грозного в отечественной истории, его деяниям и личности являются работы [7, 8, 9, 10, 11, 12].

Согласно концепции Скрынникова Иван Грозный ввел в стране институт опричнины с целью сломить сопротивление процессу централизации государства со стороны высокопоставленной и высокородной княжеской знати. Но затем опричнина быстро переродилась (в течение двух лет) и стала средством бессмысленного и беспощадного террора, которому царь подверг практически все слои российского населения.

Скрынников также уточнил обстоятельства и хронологию покорения Сибири Ермаком [13].

С.Б. Веселовский, А.А. Зимин, Р.Г. Скрынников проводили свои исследования в границах тех особенностей восприятия времени и личности Ивана IV Васильевича, которые были заданы еще «Историей» Н.М. Карамзина

Доктор исторических наук, член-корреспондент Российской Академии наук Борис Николаевич Флоря (родился в 1937 году) является специалистом по широкому кругу вопросов истории стран Восточной и Центральной Европы в X – XVII веках. А своей биографии Ивана Грозного [14] Б.Н. Флоря (рисунок 3) попытался найти некий компромисс между взглядами Карамзина и Татищева на эпоху первого русского царя.

Рисунок 3 – Борис Николаевич Флоря. Фотография с сайта

«Российская Акдемия наук».

О том, насколько ему это удалось, читатель может сделать сам, ознакомившись в Интернете с книгой Б.Н. Флори (там ее легко и просто найти по библиографической справке).

Важнейшим аспектом внешнеполитической деятельности Русского государства во времена царствования Ивана IV Васильевича оставались отношения с татарскими ханствами.

Советский и российский историк, специалист по международным отношениям кандидат исторических наук Вильям Васильевич Похлебкин (1923 – 2000 годы) в своей работе [15] рассмотрел взаимоотношения Руси-России с Ордой, а затем и татарскими ханствами, возникшими после ее распада. Его справочник дает сжатую, но подробную информацию о русско-татарских отношениях, в том числе и в период правления Ивана Грозного. Тематике русско-татарских отношений посвящены работы доктора исторических наук Вадима Викторовича Каргалова (1932 – 2009 года). В его монографии [16] исследованы войны с татарскими ханствами, имевшие место в рассматриваемый нами период.

Книга [17] профессионального историка Александра Радьевича Андреева (родился в 1957 году) посвящена истории Крыма. Одну из глав своей книги автор посвятил подробному описанию Молодинской битвы 1572 года, являющейся величайшей победой русского оружия.

Там, где однозначного, простого, доходчивого и аргументированного ответа на дискуссионные вопросы отечественной истории не могут дать специалисты с высокими научными званиями и степенями, их, эти ответы, пытаются найти увлеченные проблемой энтузиасты.

События царствования Ивана Грозного в наше время вновь становятся актуальными. Как почти полтысячи лет назад военно-политические и экономические интересы нашей страны вступили в полосу глубоких противоречий с интересами других могущественных держав. Нашим современниками становится интересным узнать: а как удалось выстоять России в те далекие суровые времена? И люди, не обладающие историческим образованием, начинают анализировать события царствования Ивана Грозного самостоятельно, без посредников, опираясь на свой жизненный опыт и здравый смысл. В таких случаях, безусловно, присутствуют неправильные подходы к рассматриваемой теме. Но нельзя и бездумно отбрасывать аргументы энтузиастов, обозначенные проблемы и поставленные ими вопросы.

Можно по-разному относиться к творчеству современного православного публициста Вячеслава Геннадьевича Манягина (кому-то его книги нравятся, а кто-то их принципиально в руки не берет), но апологетика Манягиным царствования Ивана Грозного [18, 19, 20, 21] хорошо проработана и достаточно полно аргументирована ссылками на источники. Поэтому его точка зрения на царствование Ивана Васильевича имеет полное право на существование. Оппонентам следовало бы не бездумно отвергать представленную Манягиным трактовку событий, а аргументировано ее опровергать.

Выводы

Согласно В.Н. Татищеву государственная деятельность Ивана Грозного являлась безусловным благом для России. В рамках концепции Татищева написаны работы член-корреспондента Санкт-Петербургской Императорской Академии наук и академика советской Российской академии наук С.Ф. Платонова, а также Р.Ю. Виппера, академика Академии наук СССР.

А по Н.М Карамзину на первом этапе своего царствования под благостным влиянием мудрых советников и доброй жены Иван Васильевич действовал на благо державы. Ну, а после смерти жены он разогнал Избранную раду и превратился в безумного кровавого деспота, наводящего ужас на своих подданных. С.М. Соловьев и К.Д. Кавелин несколько рационализировали карамзинскую концепцию. С.Б. Веселовский, А.А. Зимин, Р.Г. Скрынников продолжали развивать основные положения Карамзина с учетом отмеченных в исследованиях Соловьева и Кавелина закономерностей и внесенных ими замечаний и поправок.

В советское и постсоветское время единого научно обоснованного взгляда на события времен царствования Ивана Грозного сформулировано не было. Фундаментальные противоречия основных научных концепций не были решены в ходе многочисленных исследований. И в ближайшее время появление именно научно обоснованного взгляда, подтвержденного ссылками на авторитетные источники и беспристрастные исследования без присутствия явно конъюнктурных мотивов, по всей видимости, не предвидится.

ДЛЯ РАЗМЫШЛЕНИЯ. Неопределенность, размытость, явная бездоказательность и непроработанность целого ряда исторических концепций породила исторический ревизионизм,  шквал альтернативных исторических теорий и концепций. Ярким представителем этого жанра является современный публицист А.А. Бушков. Его книги на исторические темы подвергаются обстоятельной критике представителей официальной исторической науки. Жанр, в котором в хамоватой манере пишет Бушков, его критики называют фолк-хистори (псевдоисторией). Иногда для этого жанра применяется термин «историческая  фантастика» («historical fantasy»). Про Ивана Грозного и его правление А.А. Бушковым издана популярная работа [22].Прочитайте ее (если появится желание и найдется свободное время) и сравните с главой, посвященной Ивану Грозному, труда Н.И. Костомарова [23], признанного всеми академического историка. И сами решите, где больше фолк-хистори или исторической фантастики. Высокие научные звания и степени не всегда гарантируют, к сожалению, беспристрастность,  взвешенность и доказательность исторического исследования.

Автор исследования [14] завершил свой труд честными словами:

« … на вопрос об историческом значении деятельности Ивана IV мы до сих пор не имеем окончательного ответа. Остается лишь надеяться, что его могут принести труды новых поколений исследователей».

То есть Б.Н. Флоря полностью согласен с С.Ф. Платоновым в том, что, эпоха Ивана Грозного и ее подлинно научное осмысление настоятельно требует дальнейших обстоятельных исследований. По-прежнему, несмотря на десятилетия, разделяющие годы научной деятельности этих ученых

Забудем про профессора Костомарова. Он уже давно умер, а его труды в настоящее время потеряли актуальность. Но современные историки, так и не смогли разрешить явные нестыковки и противоречия, имеющиеся в некоторых разделах отечественной исторической науки. Эпоха Ивана Грозного как раз и подвержена крайне противоречивым толкованиям, зачастую далеким от исторической науки и лежащим в области банальной пропаганды.

В заключение отметим, что в российской учебной и художественной литературе последние два столетия безусловное преимущество получило карамзинская концепция при описании деяний и деятелей эпохи первого русского царя Ивана IV Васильевича Грозного.

Основные положения проведенного нами анализа событий тех далеких времен, источников и научных исследований царствования Ивана Грозного также изложены в публикациях [24, 25, 26].

Архивные документы могут быть востребованы при устройстве на работу и оформлении социальных пособий, трудовой пенсии нам нужны документы, содержащие необходимую информацию по той или иной деятельности. Данная статья является актуальной, поскольку документы социально – правового характера могут быть необходимы в любой ситуации, возникшей в жизни человека. Это  может быть и приём на работу, и поиск родственников, и вопросы жилья, а также по военной службе.

Использование архивных документов – это применение информации архивных документов в культурных, научных, политических, экономических целях и для обеспечения законных прав и интересoв грaждан. Социально – правовой запрос  направлен на обеспечение прав и  интересов граждан. Граждане РФ могут направлять обращения в государственные архивы, где будут даваться архивные документы социально – правового характера, не содержащие государственную тайну и не нарушающие права других граждан, которые обладают правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и т.д. [6].

Архивные учреждения выполняют свои функции согласно Закону «Oб архивном дeле в Российской Федeрации» [7].  Архивные учреждения на правах организаций, имеющих соответствующие архивные документы, обязаны бесплатно предоставлять оформленные в установленном порядке архивные справки или копии архивных документов, связанные с социальной защитой граждан, предусматривающей их пенсионное обеспечение, а также получение льгот и компенсаций в соответствии с законодательством Российской Федерации.[4].

Многие архивные документы социально – правового характера нередко содержат историческую ценность и являются ретроспективной информацией для людей. К примеру, гражданин обратился в архив, чтобы найти своих репрессированных родителей, которых он никогда не видел. Или же мать и отец ищут своё дитя, которого потеряли в годы Великой Отечественной войны, его могли отдать в детский приют под тем же именем. Сложно предположить какую ценность носят в себе архивные документы, пока сам не  окажешься в подобной ситуации.

Большую часть поступивших в архивы запросов составляют запросы о заработной плате, трудовом стаже граждан, награды и почётные звания. Также часто запрашиваются документы о несчастных случаях на производстве, участие в репрессиях, войнах. Среди архивных  документов социально – правового характера преобладают документы, содержащие персональные данные человека, поэтому доступ к таким документам ограничен на 75 лет. По истечении срока становятся общедоступными, если только документы личного происхождения и дела не имели особых условий хранения при отправке в архив. Собственник имеет право установить свои сроки ограничения и условия доступа.

Имеются множество методических рекомендаций, инструкции для правильного использования архивных документов. Но, на данный момент имеются расхождения в методичках, недостаточно изучен терминологический аппарат, не разработан организационный подход при поиске документов разного уровня сложности. Требуется создание единого методического документа для правильного поиска архивных документов по социально – правовой защите граждан, также инструкции должны быть разработаны на основе ныне действующих нормативных актов. К этой задаче архивистам требуется отнестись очень ответственно, ведь такого рода документы и находящаяся в ней информация важна для людей в любой области их деятельности.

Таким образом, архивы имеют большое значение при социально-правовой защите граждан. Сегодня эти важные вопросы должны быть решены на основе нормативных актов. Также необходимо сохранить документы организаций и предприятий. Например, можно расширить архивную сеть за счет филиалов государственных архивов [4].

Архивы были известны всем народам, достигавшим известной цивилизации.

Во дворце Ашшурбанипала разобраны клинописи, содержащие законы, судебные приговоры, царские повеления и пр. документы Ассирийского царства.

Эзра свидетельствовал уже об архивах Мидии и Вавилонии. Тертуллиан упоминает об архивах финикиян.

Греческие историки были знакомы с архивами Египта. Архив евреев, помещавшийся в храме Соломона, сгорел вместе с храмом при взятии Иерусалима римлянами, в правление императора Тита.

В Афинах акты хранились в архив, каковой имелся у каждого государственного органа, важнейшие хранились в Акрополе и храмах.

В Риме, во время республики, квесторы охраняли главнейшие акты республики, хранившиеся в aerarium. Ещё важнее почитался архив жрецов. Постановления эдилов хранились первоначально в храме Цереры, а потом вместе с постановлениями сената и консулов хранились в Капитолии. В Риме каждая фамилия дорожила своими документами и хранила их в особом помещении (tablinum), рядом с atrium.

Большое развитие получили архивы во время императоров и особенно в Восточной, Византийской империи, где главнейшие государственные документы хранились в императорском дворце — Scrinia sacri palatii. В провинциях существовали отдельные, хорошо устроенные архивы.

Средневековые властители также создали архивы, как сюзерены, так и вассалы, церковь и монастыри соорудили богатые хранилища, а затем и города завели архивы. Архивное наследство средневековой Европы досталось новым государствам, где администрация архивного дела, особенно с сороковых годов XIX столетия, по примеру Франции получили широкое развитие.

Широкое применение в судах римского права дало направление составлению этих актов; потребовались сведущие люди для составления частных актов, получившие общее название нотариусов. Ещё в XIII столетии их было очень мало, так что землевладельцы светские и духовные прилагали заботы о подготовлении таковых. Например Бертран, епископ Меца, устанавливает (1297) Amanuenses как органы, к которым частные лица могут обращаться для написания сделок. Во Франции только при Филиппе Красивом (1300) издан ордонанс, воспрещающий действовать самозваным нотариусам и требующий внесения желающих составлять акты в матрикулу; в 1302 назначение нотариусов объявляется регальным правом короля, не могущим принадлежать отдельным землевладельцам, но собственно коронные нотариусы в целой Франции введены только при Людовике XIV (1691). Это название «нотариусы» дано прежним Tabellions по той причине, что составлявшиеся ими проекты актов, называвшиеся minutes, получили официальное название notae или notulae, отсюда notaires или gardes-notes. Эти акты должны были иметь подпись нотариуса, но до XVI столетия это не всегда соблюдалось. Нередко нотариусы, кроме подписи своей, рисовали ещё различные знаки (paraphes, ruches).

Развитию актов много содействовала церковь, так как папа и епископы от себя давали привилегии и жалованные грамоты как подчинённым своим аббатствам и монастырям, так и частным лицам и городам. С другой стороны, церкви, аббатства, монастыри везде старались запастись грамотами и актами от светских властей на земли и содействовали развитию актов, удостоверяющих совершение договоров и вкладов, делавшихся частными лицами в церкви и монастыри.

Создававшиеся в средние века новые города в свою очередь содействуют нарождению актов. Основываясь и из римских колоний на земле того или другого владельца, светского или духовного, города стремились получить от него привилегию или констатирование права пользования его землёю (Stadtprivilegien, Freiheitsbrief, Handefest в Германии). Имперские города, подобно французским, получали таковую от короля или местного феодала, по смерти которого получали новую от его преемника, внося известную плату. Некоторые города, правда, не следовали общему примеру и не обеспечивали себя актами, например Майнц, не имея грамоты, объяснял, что это его прирождённые права (в памятнике 1135 года — infra sui nativi juris — «jus angebornen Rechts» приведено у Маурера, «Geschichte der St ä dteverfassung», I, § 49).

В момент первой французской революции богатым хранилищам французских документов грозила величайшая опасность. Энергичные деятели Первой республики решили сокрушить всё, что напоминало о феодальной Франции и несправедливых привилегиях и правах эксплуататоров. Де-Лаборд^[5], небеспристрастный историк, горько оплакивающий разгром аристократии, не пожалел красок, описывая вандализм, с которым принялись разрушать архивы и сжигать старые хартии (12 марта 1792 на площади Vendôme), отбирая пергаменты на потребности артиллерии. Но уничтожено и сожжено было немного; напротив, в самый разгар страстей оказалось необходимым остановить руку разрушения и позаботиться о приведении в порядок уцелевшего. Для обеспечения выпущенных государственных ассигнаций с принудительным курсом, гарантированных продажей конфискованных земель, потребовалось отыскать эти земли и документы на них, чтобы произвести продажу. Отсюда стремление республиканского правительства создать центральное управление всеми архивами и все архивы перевезти в Париж (Камюс, Camus — гл. деятель в исполнении невозможного плана).