Для того чтобы мышление было конструктивным, необходимо учитывать особенности рассматриваемого предмета, закономерности его развития, существующие в нем противоречия и т.д. Другими словами, необходим системный подход к творчеству как процессу человеческой деятельности. В определенной мере такой подход используется в рамках ТРИЗ – Теории Решения Изобретательских Задач [1, 7]. Однако при этом учитывается, в первую очередь, познавательная точка зрения, тогда как психологические аспекты играют подчиненную роль.

К сожалению, до настоящего времени для психологии творчества нет детальной теории, аналогичной ТРИЗ. То есть, психология творчества как теория нуждается, с одной стороны, в обобщении, а с другой стороны – в конкретизации своих основных положений.

Цель данной работы – основанная на системном подходе конкретизация некоторых мыслительно-психологических механизмов решения творческих задач.

Задача как система

Созидательная деятельность во многих сферах человеческой деятельности может рассматриваться как решение соответствующих задач [2]. 

«Психологический словарь» дает следующее определение.

«Задача – отраженная в сознании или объективированная в знаковой модели проблемная ситуация, содержащая данные и условия, которые необходимы и достаточны для ее разрешения наличными средствами знания и опыта».

В свою очередь, «проблемная ситуация – осознание, возникающее при выполнении практического или теоретического задания, того, что ранее усвоенных знаний оказывается недостаточно, и возникновение субъективной потребности в новых знаниях, реализующейся в целенаправленной познавательной активности».

Приведенное «психологическое» определение «задачи» представляется односторонним, а условие «необходимы и достаточны» встречается только в учебных задачах.

В связи с этим, можно предложить следующее определение.

Задача – отраженная в сознании или объективированная в знаковой модели совокупность следующих связанных положений:

- рассматриваемому (изучаемому) предмету присущи определенные недостатки – имеется ряд нежелательных характеристик (параметров) и/или отсутствуют некоторые желаемые характеристики (параметры);

-  актуальным является мысленное совершенствование предмета с целью устранения, по возможности, выявленных недостатков;

-  совершенствование предмета учитывает явно или неявно заданные ограничения на доступные ресурсы (в том числе, и знания, умения, навыки, связанные с решением задач).

Термин «предмет» соответствует используемому в философии  понятию «вещь»; предмет -  это «все,  что  может  быть  как-то  воспринято,  названо  и  т.  д.». 

В природе все предметы, все явления всегда взаимосвязаны. А поскольку «нельзя объять необъятное», то при рассмотрении любого предмета окружающего мира человек всегда строит в своем сознании определенную модель этого предмета, обычно за счет его упрощения, выделяя подлежащую рассмотрению систему, то есть, выделяя именно то, что он считает важным в данном конкретном случае.

В связи с этим, с точки зрения теории систем задача может рассматриваться как мыслительная система, включающая в себя, как минимум, три элемента:

- модель рассматриваемого предмета в исходном состоянии, отражающая определенные недостатки предмета;

- модель предмета в желаемом состоянии, отражающая возможное устранение недостатков;

- совокупность знаний, по мнению Решателя (лица, решающего задачу), относящихся к предмету,  в том числе, стереотипы мышления, а также ограничения на допустимые решения.

Объединяет эти элементы в систему цель – желаемый конечный результат.

Если провести аналогию со школьными задачами по математике, то модель предмета в исходном состоянии – это то, что «дано»; модель предмета в желаемом состоянии – это «ответ». Тогда «найти» – это цель задачи, другими словами, «желаемый конечный результат». Знания, относящиеся к предмету – это «информационный блок».

Решить задачу – значит конкретизировать до требуемого уровня модель предмета в желаемом состоянии. 

При изменении цели могут изменяться и указанные выше элементы задачи; точно также как при изменении одного из этих элементов, как правило, изменяется и другой. В общем случае цель любой задачи – устранить имеющиеся недостатки предмета. Однако в любой конкретной задаче цель должна формулироваться достаточно конкретно, с тем, чтобы получить соответствующий ответ.

При восприятии действительности человек стремится, по возможности, в новом (незнакомом) найти известное (знакомое), что биологически обусловлено потребностью познания. Даже в чернильных пятнах Роршаха люди могут находить какой-то осмысленный сюжет.

С точки зрения психологии важным является эффект узнавания. Поэтому при решении задачи вначале ищется «подсказка» (сходная по существу задача и ход ее решения) в информационном блоке, в первую очередь, среди  стереотипов мышления (стереотипов решения задач). Если таковая находится, то аналогичный ход решения искомой задачи («путь из пункта А в пункт Б») является для Решателя известным, чуть ли ни очевидным. В данном случае стереотипы мышления играют положительную роль, ускоряя процесс решения – переход от модели предмета в исходном состоянии к модели в желаемом состоянии. Задачи, «имеющие подсказку», обычно характеризуются совместимостью, непротиворечивостью цели, модели предмета в исходном состоянии и знаний, относящихся к предмету – иначе они не имели бы подсказки.

Такого типа задачи называют нетворческими (обычными). Здесь, как говорится, «придумывать не надо – бери, и делай!». Ход решения обычной задачи может быть формализован до уровня компьютерной программы, например, программы вычисления производных от любой сложной функции, выражающейся через элементарные функции.

Если же для некоторой задачи в исходном информационном блоке подсказки не находится, то Решатель исходно не знает способа решения задачи – этот способ («путь из пункта А в пункт Б») он должен найти самостоятельно. Такие задачи называют творческими. Ясно, что разные Решатели могут найти различные пути решения творческой задачи и придти к различным результатам, в общем случае, плохо предсказуемым. 

Противоречия в творческой задаче

Неопределенность в выборе хода решения определяется внутренней противоречивостью творческой задачи – некоторой несовместимостью, противоречивостью цели, модели предмета в исходном состоянии и заданных ограничений; несоответствием существующих стереотипов мышления существу задачи в понимании Решателя. Более того, эти стереотипы часто могут затруднять поиск решения, направляя его «по наезженной колее», тогда как при наличии противоречий обычно следует искать новые пути. То есть, решение творческой задачи всегда связано с изменением стереотипов, мешающих выявлению и разрешению противоречий. В данном случае имеются ввиду лишь «новые» для данного Решателя противоречия, способы разрешения которых явным образом не следуют из существующих стереотипов мышления. Чем больше опыт Решателя, тем большее количество различных типов задач будет для него иметь обычный, а не творческий характер. То есть, «творческая задача» – понятие относительное.

По сути, любая творческая задача является в той или иной мере, если так можно выразиться, не до конца поставленной. Решение творческой задачи – это процесс все более строгой ее постановки:

- уточнение цели задачи и модели предмета в исходном состоянии (переход от «задачи, как она дана, к задаче, как она есть»);

- выявление и разрешение основного противоречия;

- нахождение «ответа» (характеристик модели предмета в желаемом состоянии).

То есть, если не просматривается способ преобразования – путь «из пункта А в пункт Б», то следует изменить «пункт А» и/или «пункт Б» – изменить цель и/или модель предмета. В ряде случаев возможно и расширение объема информационного блока, например, за счет примеров решения задач похожего характера.

Итак, решение есть, по сути, сведение исходной творческой задачи к известной обычной (нетворческой) задаче. Это сведение может рассматриваться как системный процесс – процесс перехода системы из одного состояния – с неизвестными конкретными характеристиками модели предмета в желаемом состоянии в другое состояние -  с известными характеристиками.

Основная трудность такого сведения состоит в выявлении и разрешении противоречий.

В рамках решения задачи некоторые элементы предмета, обладающие нежелательными свойствами, должны быть изменены с тем, чтобы избавиться от этих нежелательных свойств. С точки зрения теории систем элементы предмета, подлежащие изменению, должны обладать свойствами, определяемыми предметом как целым в любом состоянии, в том числе, и в исходном состоянии. В противном случае эти элементы предметом будут «отторгнуты» – не смогут входить в предмет, рассматриваемый как нечто целое.

С другой стороны, эти же элементы должны обладать свойствами, определяемыми предметом в желаемом состоянии, т.е. вообще говоря, противоположными свойствами. Степень несовместимости свойств элементов предмета в исходном и желаемом  состоянии и определяет степень противоречивости творческой задачи.

Противоречие – отношение между противоположными сторонами, свойствами некоторого предмета (противоположностями). При этом противоположности – это стороны, свойства предмета, которые являются различными, не совпадающими. Непротивоположности – это одинаковые (совпадающие) стороны, свойства предмета – но говорить о них можно только относительно общей им противоположности. Одни и те же процессы могут быть одновременно противоположностями или непротивоположностями в различных отношениях или относительно различных характеристик одного и того же отношения [3].

Противоречия могут быть присущи предмету в целом в одном и том же отношении, но в различное время (одновременно – неодновременно), но не могут быть присущи одному и тому же предмету в одном и том же отношении в одно и то же время. Многие парные характеристики, свойства того или иного предмета могут быть как противоположностями, так и непротивоположностями. Однако в каждом конкретном случае, в каждом конкретном отношении эти характеристики могут быть либо только противоположностями, либо только непротивоположностями [3].

Вследствие существующих стереотипов мышления часто непротивоположности по существу рассматриваются как противоположности, создавая тем самым искусственные противоречия гносеологического характера. Гносеологический переход от «ситуации, как она есть, к ситуации, как мы ее понимаем», то есть, переход отношений противоположности к отношениям непротивоположности (и обратно) может быть обусловлен, например, изменением точки зрения, переходом от одного предмета познания к другому или углублением уровня рассмотрения. Один и тот же предмет, рассматриваемый в различных отношениях, например, взаимодействиях или системах отсчета, объективно является различным.

Общие принципы разрешения противоречий при гносеологическом переходе противоположности в непротивоположность изложены в [1, 3].

Разрешение гносеологических противоречий в значительной мере определяется существующими стереотипами мышления, в частности, точкой зрения на решаемую задачу.

 Изменение стереотипов мышления

«Психологический словарь» определяет стереотипы мышления как «схематически стандартизованное, шаблонное мышление, основанное на предвзятых (в том числе и ложных), упрощенных представлениях о действительности. Данная модель мышления является результатом синтеза, основанного на предшествующем индивидуальном и усвоенном социальном опыте». То есть, стереотипы играют роль фильтров, пропускающих только «избранную» нашим подсознанием информацию – именно  так человек воспринимает мир.

Широко используемое понятие «точка зрения» есть ни что иное, как некоторый стереотип (совокупность стереотипов) мышления. В определенном смысле стереотипы мышления можно назвать привычками мышления. Эти привычки человеческого подсознания дают возможность быстро принимать знакомые (привычные) решения; правильные или неправильные – это другой вопрос.

Творчество – это, прежде всего, создание качественно новых ценностей. Поэтому решение творческой задачи немыслимо без определенного изменения наших стереотипов. Известная в научных кругах шутка: «Как делается открытие? Все знают, что это невозможно. Но вдруг находится человек, который этого не знает. Вот он-то и делает открытие».

При изменении точки зрения возможен гносеологический переход отношений противоположности к отношениям непротивоположности и, соответственно, возможно сведение творческой задачи к нетворческой.

Рассмотрим логику Тома Сойера, когда он, как наказание, вынужден был белить забор в субботу – именно тогда, когда «другие мальчики пойдут из дому в разные интересные места и поднимут Тома на смех за то, что его заставили работать».

Налицо противоречие: если забор побелить – тетя будет довольна, но при этом не избежать насмешек. Если же забор не белить, то не будет насмешек, но при этом не избежать недовольства тети.

Том изменил точку зрения на свою работу – это вовсе не наказание, а заслуженное поощрение: «не каждый день нашему брату достается белить забор». После этого все в глазах мальчиков представилось в новом свете. О насмешках и разговора не было, более того, Том стал торговать правом побелки участка забора.

Изменение точки зрения требуется на различных этапах решения задачи.

Начальный этап решения – постановка задачи, то есть, уточнение исходной ситуации, в явном виде использует изменение точки зрения на задачу. По терминологии ТРИЗ [1] этот этап есть ни что иное, как «переход  от задачи, как она дана, к задаче, как она есть». В инженерно-технических кругах бытовала шуточная фраза: «Дадим Заказчику не то, что он хочет, а то, что ему нужно!».

Следующие этапы решения задачи также требуют изменения точки зрения, как, например, рассмотренные выше принципы разрешения противоречий при гносеологическом переходе противоположности в непротивоположность.

Рассмотрим для примера следующую задачу, взятую «из жизни» [6].

XIX век. Из-за сильного шторма вблизи одной из «цивилизованных» бухт Австралии затонуло грузопассажирское судно. Большинство пассажиров погибло. На судне остались значительные ценности, поэтому наследники погибших затеяли судебную тяжбу по поводу прав собственности на эти ценности. Затонувшее судно находилось на сравнительно небольшой глубине, доступной для «ныряльщиков». В связи с этим, городские власти приняли решение: до соответствующего решения суда не допускать к судну никого, и в первую очередь, не допускать «искателей легкой наживы». При этом желательны, с одной стороны, высокая степень надежности охраны судна (подводного объекта), а с другой стороны – минимальные затраты на  реализацию такой охраны. Как поступить городским властям?

Уточним задачу, определив модель предмета в исходном состоянии как связанные между собой: море, «ныряльщики», охрана. Важно, что само затонувшее судно (без которого, казалось бы, и задачи нет) в модель не следует включать, поскольку «ныряльщики» не взаимодействуют с ним непосредственно (помимо моря).

Основное противоречие сформулируем следующим образом. С одной стороны, затраты на охрану должны быть большими, чтобы обеспечить сохранность ценностей – «чем товар лучше, тем он дороже». С другой стороны,  затраты на охрану должны быть малыми, чтобы «уложиться» в скромный городской бюджет.

Тогда желаемый конечный результат можно определить так: охраны нет, однако функции ее выполняются при минимальных затратах.

Выше неявно предполагалось, что охрана – это, прежде всего, люди. Изменим теперь точку зрения и учтем, что во многих случаях охрану несут животные, прежде всего, собаки. Поэтому примем, что в рассматриваемой задаче функции охраны выполняются «обитателями глубин» – … акулами!

При таком изменении точки зрения следует изменить и модель предмета в исходном состоянии. Дано: акулы и заданный район моря в окрестности затонувшего судна. Требуется привлечь акул в этот район.

Ясно, что эта задача является нетворческой, ответ на нее очевиден: акул следует «прикормить» к требуемому месту.

Городские власти именно так и поступили. Специально выделенный человек регулярно выходил в море к затонувшему судну и разбрасывал по акватории «мясопродукты» – прикармливал акул.

В данном случае для изменения точки зрения на модель предмета в исходном состоянии  использовалась информация о том, что у побережья Австралии водятся акулы – информация,  которой по умолчанию располагает большинство образованных людей. Основная сложность состояла в том, чтобы понять, что именно эту информацию следовало использовать для решения задачи.

Заключение

Представление задачи предлагаемой трехэлементной мыслительной системой позволяет формализовать ход решения творческой задачи, представив его как преобразование системы к «согласованному» состоянию, в котором отсутствуют противоречия между элементами – противоречия, исходно препятствовавшие решению.

Мыслительно-психологический механизм решения творческой задачи состоит, по сути, в таком преобразовании элементов системы, при котором исходная задача сводится ее к известной обычной (нетворческой задаче). Психологическим стержнем такого преобразования является изменение точки зрения на исходно сформулированную задачу и соответствующее изменение стереотипов мышления.

В свою очередь, изменение стереотипов мышления, то есть, разрушение некоторых имеющихся связей и установление новых связей между представлениями, понятиями, суждениями, умозаключениями, существующими в сознании данного человека, обуславливает разрешение противоречий, существовавших в исходно сформулированной задаче.

Изменение стереотипов мышления (точки зрения) – необходимый компонент всех этапов решения творческой задачи. Считается, что «правильная постановка задачи – это половина ее решение». В то же время, любая постановка задачи есть определенная точка зрения на эту задачу. Поэтому выбор надлежащей точки зрения на задачу есть основа решения этой задачи. Можно сказать, что термины «озарение», «интуитивный проблеск», «эврика» и т.д. означают не что иное, как удачный выбор точки зрения на задачу, обеспечивающий известность решения.

Государство с различных точек зрения традиционно изучают различные научные дисциплины – история и теория государства и права; политология, социология; философия и т.д. В частности, широко известны политико-экономические подходы к государству [8, 14]. В последние годы появились работы, рассматривающие государство как объект исследования в целом – как единую сущность (систему). Однако и общая теория систем, и теория социальных систем далеки еще от совершенства, а приложения этих теорий к конкретным практическим вопросам во многих случаях далеко не очевидны.

В данной работе важный для науки и практики вопрос о некоторых закономерностях эволюции государства рассматривается именно с точки зрения теории социальных систем.

К настоящему времени ни в науке, ни в международном праве не существует единого и общепризнанного определения понятия «государства». Так, крупнейшая международная организация – ООН – не имеет полномочий определять, является ли что-либо государством. «Признание нового государства или правительства — это акт, который могут совершить или отказаться совершить только государства и правительства. Как правило, оно означает готовность установить дипломатические отношения. Организация Объединённых Наций — это не государство и не правительство, и поэтому она не обладает никакими полномочиями признавать то или иное государство или правительство» [11].

Приведём несколько определений. «Государство – это особая организация политической власти общества, располагающая специальным аппаратом принуждения, выражающая волю и интересы господствующего класса или всего народа» [10, с. 23].

«Государство – это специализированная и концентрированная сила поддержания порядка. Государство – это институт или ряд институтов, основная задача которых (независимо от всех прочих задач) – охрана порядка. Государство существует там, где специализированные органы поддержания порядка, как, например, полиция и суд, отделились от остальных сфер общественной жизни. Они и есть государство» [4, с. 28].

«Государство есть особая достаточно устойчивая политическая единица, представляющая отделённую от населения организацию власти и администрирования и претендующая на верховное право управлять (требовать выполнения действий) определёнными территорией и населением вне зависимости от согласия последнего; имеющая силы и средства для осуществления своих претензий» [5].

«Государство есть машина для угнетения одного класса другим, машина, чтобы держать в повиновении одному классу прочие подчиненные классы»[8, с. 126].

Таким образом, государство можно рассматривать как некоторую сложную надсистему, состоящую из взаимодействующих между собой социальной, экономической, культурной, идеологической, религиозной и прочих систем. Особый интерес представляет социальная система государства как «упорядоченная совокупность объединенных устойчивыми связями и отношениями социальных элементов (индивидов, социальных групп, общностей, организаций и т.д.), взаимодействие которых друг с другом дает сверхсуммарный эффект – возможность достижения некоторой генеральной цели (выполнения функции), несводимой к сумме целей всех элементов» [7, с. 52]. В то же время, «…системный анализ изучает цель системы и классифицирует подцели её подсистем в соответствии с её иерархией. То есть, системный анализ – это классификация подцелей системы, на которые подразделяется её основная генеральная цель» [3].  

Рассмотрим вначале цели человека и цели государства.

Цели человека и цели государства

Государство, как и другие социальные системы, построено из сравнительно однородных «кирпичиков» – только из людей, со всеми их достоинствами и недостатками – в отличие, например, от технических или природных систем.

С биологической точки зрения основная потребность (цель) человека, как и любого другого живого организма, – продолжение жизни. Помимо очевидных потребностей в пище, воде, воздухе и т.д., основными являются потребности (инстинкты) самосохранения и продолжения рода. При этом с точки зрения надсистемы (например, биосферы) сохранение рода (популяции) имеет преимущество перед сохранением жизни отдельной особи.

Потребности в общении с другими людьми, потребности в самоутверждении (самовыражении, самореализации) являются наиболее важными социальными потребностями практически каждого человека. При этом человеку свойственны повышенные притязания – они существенно превышают те, которые необходимы для простого физического выживания – как индивида, так и популяции. Вся история цивилизации – это история совершения человеком «избыточных» действий и создания «избыточных» объектов. При этом потребности человечества растут быстрее, чем возможности их удовлетворения. Это противоречие и является двигателем прогресса, развития человечества [1].

Каждый человек в рамках любой социальной системы в большей степени реализует какие-то свои цели, потребности, чем вне этой системы. В частности, выгодой для человека в системе может являться уменьшение возможного ущерба (по сравнению с деятельностью вне системы). Возникающие при создании системы новые связи позволяют получить желаемый результат с меньшими затратами (с меньшим ущербом). Во многих случаях достигается такой результат, который вообще не мог бы быть получен человеком вне системы. Желаемый результат (текущую цель) каждый человек формулирует для себя сам, исходя из своих текущих потребностей. В свою очередь, эти потребности существенным образом зависят от других систем государства, в частности, от состояния экономики, идеологии, морали, этики и т.д.

В то же время, в рамках социальной системы на каждого человека накладываются определенные обязательства, связанные с его ролью в системе. Любой работник должен соблюдать производственную и технологическую дисциплину, бережно относиться к доверенным ему материальным средствам, выполнять распоряжения руководства, и т.д. То есть, в некоторой степени ограничивается «свобода» человека в постановке конкретных целей своих действий. С другой стороны, в рамках системы человек может иметь и  дополнительные права – распоряжения, пользования, управления и т.д. В этом случае возрастает его «свобода действий».

Таким образом, для каждого конкретного человека важным является «баланс» прав и обязанностей, связанных с его ролью в социальной системе – человек в рамках системы должен явным образом ощущать свой личный интерес (в широком смысле этого слова).

Генеральными целями большинства социальных систем (в том числе, и государства), их неотъемлемыми свойствами, являются самосохранение (самовоспроизведение) и самоутверждение – как и генеральные цели практически каждого человека. Эти цели  различных людей и различных систем неизбежно вступают в противоречие между собой. Возникают противоречия между людьми, между людьми и системой, частью которой они являются, между подсистемами одного государства, между различными государствами. Чем менее люди и системы способны находить взаимоприемлемые компромиссы, тем более остры и непримиримы конфликты, тем большим антагонизмом эти конфликты наполнены.

В то же время конкретные цели социальных систем, вообще говоря, отличны от конкретных целей каждого входящего в них человека. В определенном смысле можно сказать, что конкретные цели любой социальной системы, представляют собой некоторую «усредненную» общую составляющую конкретных целей наиболее влиятельной и активной части людей, входящих в данную систему.

Так, например, цель рабовладельческого государства – обеспечение, в первую очередь, интересов рабовладельцев, но никак не рабов. Цель феодального государства – обеспечение, в первую очередь, интересов феодалов, но никак не крепостных крестьян; цель капиталистического государства – обеспечение, в первую очередь, интересов собственников, но никак не наемных работников.

Известно высказывание одного из создателей советской водородной бомбы академика А.Д. Сахарова: «Смысл жизни – в экспансии». Не было в истории такого государства, которое не прошло бы стадию экспансии. Для этого могут быть использованы как чисто военные действия, так и действия политические, экономические, идеологические и т.д. По-видимому, экспансия свойственна и многим другим социальным системам, поскольку в ней проявляется «природное» стремление человека к самореализации (самоутверждению).

В современном мире каждый человек входит одновременно во многие самые разные социальные системы – семью, коллектив сослуживцев (соучеников), круг друзей и знакомых, круг жителей своего микрорайона, этническое сообщество, нацию, общество в целом. При этом в каждой из указанных систем человек по-разному взаимодействует с другими людьми (другими элементами), то есть, по-разному проявляет свои характеристики как личности. Во многих случаях «генеральные» цели различных систем, в которые входит конкретный человек, могут далеко не совпадать и даже противоречить друг другу. В этом случае возникают противоречия между «ролями» человека в этих системах – имеет место «конфликт интересов». Чаще всего такие конфликты возникают, когда различные системы претендуют на одни и те же «ресурсы» человека, или же различные люди (коллективы) претендуют на одни и те же ресурсы системы.

При этом человек может начать реализацию своих собственных конкретных целей, отличающихся, вообще говоря, от целей системы, поскольку «своя рубашка ближе к телу». То есть, возникает «конфликт интересов» человека и системы. Это особенно существенно для такой сложной системы, как государство, имеющей свои подсистемы, в частности, разнообразные органы контроля и управления. В этом случае некоторые работники этих подсистем объективно имеют возможность «использования служебного положения в личных целях». Именно этим обстоятельством  обусловлена коррупция «чиновников» как социально-экономическое явление в современном обществе.

И если исходная цель государства – удовлетворение некоторой «усредненной» общей составляющей конкретных потребностей наиболее влиятельной и активной части людей, входящих в общество, то цели людей, в первую очередь, «стоящих у власти», могут влиять на эту цель, в определенной степени трансформируя, приспосабливая ее к своим собственным, личным целям. В этом случае люди, «стоящие у власти», и являются наиболее влиятельной и активной частью людей, входящих  в общество. Соответственно, политика государства в отношении своих граждан в значительной мере определяется тем, насколько люди, «стоящие у власти», учитывают интересы остального населения.

Борьба за власть – борьба за самоутверждение между активными личностями, за достижение своих личных целей – пронизывает всю историю человечества. При этом во многих случаях цели государства в значительной мере подчиняются амбициозным целям руководителей. Как примеры можно привести конфликты и сведение счетов между бывшими соратниками во времена Французской буржуазной революции (XVIII век), Парижской коммуны (XIX век), Германии времен Третьего Рейха (XX век).

Управление и обратные связи в государстве

Каждый человек, входящий в ту или иную социальную систему, имеет свои собственные цели. Поэтому во многих случаях управление в социальных системах играет значительно более важную роль, чем управление в технических системах.

Рассмотрим государство как социальную систему с точки зрения управления.

«Затраты на управление весьма существенно зависят от управляемости граждан, составляющих общество, и чем более управляемы граждане, тем затраты меньше. Если граждане управляемы, то издержки управления оказываются намного меньше, чем в обществе с трудно управляемыми гражданами. Но не только в этом проявляется разница между такими обществами. Поскольку управление требует больших затрат, а силы человека ограничены, то в трудно управляемом обществе возрастает число управленцев. Как следствие, увеличивается время прохождения сигналов управления/обратной связи, поскольку в этом случае, прежде чем дойти до исполнителя/руководителя, они должны пройти больший путь. Соответственно, такая система будет менее мобильна, в ней будет больше непроизводительных расходов» [12].

Управляемость («законопослушность») граждан различна для разных народов, государств; она зависит от многих причин и может меняться во времени. В частности, на управляемость существенно влияют традиции и обычаи, сложившиеся в обществе. В свою очередь, эти традиции и обычаи во многом определяются деятельностью государства, точнее, деятельностью его органов управления. Если государство демонстрирует необязательность выполнения собственных решений; если значительной части граждан эти решения представляются необоснованными и неэффективными; если «для воробья и для орла законы различны» – то вряд ли можно рассчитывать на высокую степень «законопослушности» граждан. Приведем пример из художественной литературы (роман Д. Леон «Высокая вода»): «Немцы, как всем известно, уважали закон и считали себя обязанными ему следовать, в отличие от итальянцев, которые видели в законе нечто, что надо сперва пощупать, а потом обойти».

Эффективное управление невозможно без наличия обратных связей – оперативных, объективных и действенных. Управление государством предполагает не только изменение поведения граждан в соответствии с изменившимися реалиями (в представлении органов управления), но и корректировку деятельности государства (его органов управления).

Поскольку самосохранение – одна из основных целей государства, то для управления последним особое значение имеют отрицательные обратные связи. В этом случае при отклонении состояния какой-либо характеристики государства и общества от некоторого исходного состояния принимаются меры к нейтрализации этого отклонения. Так, например, при росте преступности государству следует повысить роль правоохранительных органов, внести изменения в законодательную базу. При возрастании загрязнения окружающей среды  государству следует повысить ответственность граждан за такое загрязнение, стимулировать развитие малоотходных технологий и т.д.

Положительные обратные связи усиливают результат внешнего воздействия на объект, во многих случаях способствуя переходу объекта в другое состояние. Применительно к государству такие связи могут в результате привести к революции. Так, в относительно «стабильных» условиях выступления «обездоленной» части населения за расширение своих прав (за счет прав «власть имущих») достаточно легко подавляются государством (отрицательная обратная связь). Однако в условиях «революционной ситуации» репрессивные меры государства приводят не к ослаблению, а, наоборот, к усилению этих выступлений. Если государство и далее использует лишь репрессивные меры, то во многих случаях ситуация «выходит из-под контроля» – в стране начинаются массовые волнения, которые могут перерасти в революцию.

То есть, органы управления государством должны принимать обоснованные управленческие решения. Однако это возможно только в том случае, когда сигналы обратной связи являются объективными. В то же время, в социальных системах (в отличие от технических систем) сигналы обратной связи могут сознательно искажаться (имитироваться) в интересах отдельных людей и групп, в целях пропаганды тех или иных взглядов и представлений. В настоящее время это проявляется, например, в подтасовках результатов выборов, фальсификации результатов социологических опросов, в громогласных заявлениях, произносимых «от имени народа». Цель таких «сигналов обратной связи» состоит в том, чтобы создавать видимость широкой поддержки или всеобщего осуждения действий конкретного политика и конкретной политической партии, в соответствии с требованиями «заказчика». Именно управление и обратные связи в значительной мере определяют эволюцию государства как социальной системы.

 Сегодня в нашей стране, по сути,  официальной экономической доктриной является доктрина неолиберализма, которая не отрицает полностью государственное регулирование экономики. Однако при этом свободный рынок и неограниченная конкуренция рассматриваются как основное средство обеспечения прогресса и достижения социальной справедливости. В то же время,  основоположник кибернетики Н. Винер имел совсем другое мнение о «свободном рынке»:

«Следует отметить как один из самых поразительных факторов в жизни государства, что в ней крайне мало действенных гомеостатических процессов. Во многих странах распространено мнение, признанное в США официальным догматом, что свободная конкуренция сама является гомеостатическим процессом, т.е. что на вольном рынке эгоизм торговцев, каждый из которых стремится продать как можно дороже и купить как можно дешевле, в конце концов, приведет к устойчивой динамике цен и будет способствовать наибольшему общему благу. Это мнение связано с очень «утешительным» воззрением, что частный предприниматель, стремясь обеспечить свою собственную выгоду, является в некотором роде общественным благодетелем и потому заслуживает больших наград, которыми общество  его осыпает. К сожалению, факты говорят против этой простодушной теории. … Побуждаемые собственной алчностью, отдельные игроки образуют коалиции; но эти коалиции обычно не устанавливаются каким-нибудь определенным образом и обычно заканчиваются столпотворением измен, ренегатства и обманов. Это точная копия высшей деловой жизни и тесно связанной с ней политической, дипломатической и военной жизни. … Награда достанется тому, кто, выбрав удачный момент, нарушит соглашение и предаст своих партнеров» [2, с. 231-234].

 Эволюция государства

Первые государства появились с возникновением частной собственности для удовлетворения потребностей в сохранении и «приумножении» собственности наиболее влиятельной и активной части людей, составляющих общество того времени – вождей племен (князей и т.д.), их придворных и дружины («армии»). На первоначальном этапе рабовладельческого строя именно тот «государственный аппарат» фактически и был основным собственником, так что его обобщенные потребности (интересы) и обусловили основную цель государства – захват богатств соседних территорий и увеличение количества рабов. С ростом государства, с развитием производительных сил растет и количество собственников, не занимающих официальных постов в государстве. Возникают противоречия между этими людьми и «государственным аппаратом» с одной стороны, между этими людьми и «рядовыми гражданами» (не собственниками, но и не рабами), с другой стороны. Помимо этого, обостряются противоречия между рабами и рабовладельцами.

Разрешение этих противоречий в рамках сохранения государства как целого осуществляется путем определенного усложнения структуры государства – развитием норм права, созданием репрессивного аппарата, отличного от армии; созданием систем сбора налогов, судопроизводства и других подсистем государства.

В результате возрастает количество  людей, для которых «баланс» прав и обязанностей является положительным. Другими словами, цели государства учитывают «усредненную» общую составляющую конкретных целей большего количества людей, в первую очередь, наиболее влиятельных и (или) активных.

При переходе от рабовладельческого строя к феодальному, от феодального – к капиталистическому, разрешение возникающих противоречий происходит аналогичным образом. Государство усложняется, в нем возникают новые подсистемы. При этом цели государства учитывают «усредненную» общую составляющую конкретных целей большего количества людей (в частности, рабы и крепостные крестьяне получили личную свободу). Соответственно, увеличивается количество людей с положительным «балансом» прав и обязанностей – количество людей, для которых обстановка в государстве стала более «комфортной». Эта «гармонизация» интересов государства и входящих в него людей может рассматриваться как социальный прогресс в развитии государства.

Положительный баланс (степень «комфортности») – понятие субъективное. Как говорится, «богат не тот, у кого много, а тот, кому хватает». То есть, каждый человек соотносит свои реальные права (возможности) и обязанности с уровнем своих притязаний – с учетом прогнозируемых перспектив. Из всего этого каждым человеком и делается вывод о «комфортности» обстановки в государстве для него лично, для его семьи и т.д. Во многих случаях это происходит на подсознательном уровне.

В противоположность этому, социальный регресс – это «дисгармонизация» интересов государства и входящих в него людей, уменьшение количества людей с положительным «балансом» прав и обязанностей. Так, например, огораживание в Англии XVII- XVIII веков («приватизация» феодалами общинных крестьянских земель), закрепощение крестьян во многих странах, в частности, в России (в том числе, отмена «Юрьева дня»), привели к ухудшению положения значительной части населения. Объем прав этой части населения существенно уменьшился, в то время как объем обязанностей возрос.

Расширение объема прав одной группы населения достигается, как правило, за счет уменьшения объема прав других групп. Так, отмена рабства увеличила существенно объем прав рабов, но одновременно уменьшила объем прав бывших рабовладельцев (по сравнению с изменением их обязанностей). Поэтому социальные прогресс и регресс в целом представляют собой результат усреднения по всем группам населения.

В данном государстве в данный период времени для различных групп населения степень «комфортности» может быть различной. При отрицательном балансе прав и обязанностей конкретный человек (семья) может,  в принципе, эмигрировать в другое государство в надежде на «лучшую жизнь». Тем самым человек (семья) переходит из одного государства как социальной системы в  другое государство как другую социальную систему. Заметное усиление эмиграционных (миграционных) процессов говорит о том, что в данном государстве возрастает социальная напряженность – интересы значительных групп населения не могут быть «согласованы» в рамках действующих «правил игры».

В истории практически каждого государства были периоды социального прогресса, относительной стабильности, социального регресса. Во многих случаях эти периоды циклически повторялись, причем переход от одного периода к другому сопровождался острыми социально-экономическими конфликтами, вплоть до революций. Именно таким образом разрешались противоречия между текущими целями людей и целями государства. Однако «в среднем» тенденция развития, во всяком случае, развитых стран, такова, что каждый последующий этап социального прогресса обеспечивает большую гармонизацию интересов, чем предыдущий этап. То есть, в целом имеет место социальный прогресс.

Следует отметить, что социальный регресс может сопровождаться прогрессом экономическим, военным, политическим. И наоборот, социальный прогресс может сопровождаться  регрессом в других сферах человеческой деятельности.

В первой половине XX века дисгармония интересов государства и общества привела к революциям в Европе. В России была установлена Советская власть; короткое время существовала и Венгерская Советская Республика; в Германии после свержения монархии  создавались Советы как прообраз государственной власти. Как следствие этого, развитые государства Европы вынуждены были принять неотложные меры по «гармонизации» интересов – «нужно отдать часть, чтобы не потерять все».

В результате до недавнего времени в этих государствах был весьма высок уровень жизни значительной части населения, причем именно государство брало на себя ответственность за гармонизацию интересов различных групп населения. Можно привести высказывания известного теоретика и практика социально-рыночного хозяйства, бывшего канцлера ФРГ Вилли Брандта, который писал: «История напоминает… о том, что социальный упадок и унижение большинства народа были слишком высокой ценой за благополучие элитарного меньшинства. Она напоминает нам о творческих способностях трудящихся классов и о том, что эти способности должны не подавляться, а высвобождаться…. Она напоминает нам о том, что расширение индивидуальной свободы остается фразой, пока из нее  может извлекать выгоду лишь меньшинство, ибо так называемая свободная игра сил распределяет жизненные шансы крайне неравномерно в пользу этого меньшинства. …Общество может более или менее полно удовлетворять притязания всех граждан на приличную жизнь лишь тогда, когда оно возлагает обязанность заботиться об этом на государство, лучше сказать, на социальное государство» [9, с. 36].

Однако после распада СССР в развитых государствах Запада началось резкое ухудшение экономического положения «среднего класса». Так, по мнению Пола Робертса, в свое время – помощника министра финансов в администрации Рональда Рейгана, на сегодняшний день «Америка стала страной третьего мира со своими богатыми и бедными. Более половины выпускников университетов, часто обремененные большими долгами за обучение, не могут найти работу и возвращаются жить к родителям. С родителями живут и многие работающие, потому что небольшие зарплаты не позволяют им платить за отдельное жилье. Миллионы американцев уже потеряли дома и миллионы ожидают выселения, будучи не в состоянии выплачивать ипотеку. Те, что раньше считались средним классом, сегодня живут в трейлерах или палаточных городках. Их доходы и уровень жизни обвалились» (цит. по [7]).

В России после Октябрьской революции и гражданской войны наступил этап социального прогресса – увеличения количества людей с положительным «балансом» прав и обязанностей – количества людей, для которых обстановка в государстве становилась более «комфортной». Этот этап продолжался примерно до шестидесятых-семидесятых годов прошлого века, когда СССР как государство вышел на мировой уровень по многим показателям. Так, первая в мире атомная электростанции  была построена в СССР, первый в мире искусственный спутник Земли был запущен в СССР, первый в мире космонавт  Ю.А. Гагарин – гражданин СССР.

Однако в дальнейшем СССР как социальная система, по-видимому, исчерпал свои ресурсы (в частности, идеологические) – начался период «застоя». Цели наиболее активной и влиятельной части населения, в первую очередь, людей, входящих в органы власти и управления, в значительной мере были направлены на удовлетворение своих личных потребностей за счет потребностей остальной части населения. Негативные явления в экономической сфере привели к ухудшению материального положения подавляющего большинства населения страны – начался этап социального регресса.

Разрешение возникших в СССР противоречий могло идти различными путями. В социально-экономической сфере любые изменения всегда имеют вероятностный характер, причем «история не знает сослагательного наклонения». Весьма важными факторами, определяющими реальные направления эволюции любого государства, являются собственные цели подсистем государства, поскольку они могут заметно отличаться от целей государства в целом. В свою очередь, цели подсистем в значительной мере определяются целями наиболее активной и влиятельной части людей, входящих в эти подсистемы, в частности, в подсистемы управления. Так, известны слова короля Франции Людовика XIV – «Государство – это я!».

Во многих случаях именно интересы «высшего слоя чиновников», противоречия между интересами различных их групп существенно влияют на реальные процессы в государстве. В результате эволюция государства во многом определяется конкретными путями разрешения указанных противоречий.

Россия пошла по пути «первоначального накопления капитала», основным механизмом которого стала так называемая приватизация. Некоторые зарубежные экономисты (лично никак не причастные к российским реформам) достаточно негативно расценивают результаты приватизации. Так, профессор Гарвардского университета США М. Голдмен в 2003 г. издал книгу под весьма красноречивым названием: «Пиратизация  российской экономики». Методы приватизации государственной собственности в России дали основание лауреату Нобелевской премии по экономике Дж. Стиглицу (США) сделать вывод о том, что «Приватизация привела не к созданию нового национального богатства, а к разворовыванию активов. С точки зрения олигархов это было вполне логично… Провал приватизации, как основы создания рыночной экономики, был неслучайным, а предсказуемым следствием способа ее проведения» (http://rusref.nm.ru/indexpubstiglitz.htm). Как следствие этого, в настоящее время в России «богатые становятся богаче, бедные становятся беднее».

 «В соответствии с последним ежегодным отчетом швейцарского банка Credit Suisse, экономическое неравенство в России продолжает увеличиваться самыми быстрыми темпами в мире. В нашей стране сохраняется и самое большое на планете имущественное неравенство. За вычетом разве крошечных Карибских островов. Так, сегодня 91,2% россиян обладают активами менее чем на 10 тысяч долларов, притом, что в среднем в мире настолько бедны только 70% населения. А ведь глобальная статистика включает и страны, в которых огромное по численности население живет в ужасающей бедности. Почти в три раза в России тоньше средняя прослойка населения с капиталом от 10 до 100 тысяч долларов на человека: у нас таковых 8%, в мире – почти 23%. Зато наши богатые – одни из самых богатых на планете: долларовые миллиардеры всего мира обладают 2% мировых богатств, а российские миллиардеры – 30% богатств России» [13].

Таким образом, нынешний этап развития России как государства следует характеризовать как социальный регресс, значительно более сильный, чем регресс периода застоя. В нынешней России значительно меньше, чем это было во времена СССР, количество людей с положительным балансом прав и обязанностей – людей, для которых обстановка в государстве является более «комфортной».

Заключение

С точки зрения системного подхода, генеральная цель государства – самосохранение (самовоспроизведение) и самоутверждение, как и генеральная цель практически каждого человека. Поэтому неизбежно вступают в противоречие между собой конкретные цели (интересы) различных людей; цели различных государств; цели данного государства и цели, входящих в него людей. Разрешение этих противоречий и приводит к эволюции государства.  

Конкретные цели государства как социальной системы – это, по существу, некоторая «усредненная» общая составляющая конкретных целей наиболее влиятельной и (или) активной части людей, входящих в данное государство.

Весьма важными факторами, определяющими реальные направления эволюции любого государства, являются собственные цели подсистем государства, поскольку они могут заметно отличаться от целей государства в целом. В свою очередь, цели подсистем в значительной мере определяются целями наиболее активной и влиятельной части людей, входящих в эти подсистемы, в частности, в подсистемы управления.

Для каждого конкретного человека важным является «баланс» прав и обязанностей, связанных с его ролью в государстве – человек в рамках государства должен явным образом ощущать свой личный интерес (в широком смысле этого слова). Социальный прогресс государства можно характеризовать как «гармонизацию» интересов государства и достаточно большой части людей – при этом увеличивается количество людей с положительным (субъективно понимаемым) «балансом» прав и обязанностей.

В противоположность этому, социальный регресс – это «дисгармонизация» интересов государства и входящих в него людей, уменьшение количества людей с положительным «балансом» прав и обязанностей. Расширение объема прав одной группы населения достигается, как правило, за счет уменьшения объема прав других групп. Поэтому социальные прогресс и регресс в целом представляют собой результат усреднения по всем группам населения.

Социальный регресс может сопровождаться прогрессом экономическим, военным, политическим. И наоборот, социальный прогресс может сопровождаться регрессом в других сферах человеческой деятельности.

В истории практически каждого государства были периоды социального прогресса, относительной стабильности, социального регресса. Во многих случаях эти периоды циклически повторялись, причем переход от одного периода к другому сопровождался острыми социально-экономическими конфликтами, вплоть до революций.