Среди данных факторов  угрозу интересам не только государственных органов, но и военной организации Российской Федерации представляют завуалированные коррупционные проявления в деятельности соответствующих должностных лиц (например, коррупционный протекционизм, коррупционный фаворитизм, непотизм и иное злоупотребление властью).

К сожалению, этому аспекту не уделено должного внимания как законодательством, так и отечественной юридической наукой, имеющему важное значение в контексте борьбы с коррупцией в системе государственной службы и в частности, военной.

Наглядным подтверждением пробельности законодательной базы по данному вопросу является заложенное в Федеральном законе от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» понятие «коррупция», которое носит узкий подход и не раскрывает содержания неучтенных и широко практикуемых коррупционных действий как коррупционный протекционизм, коррупционный фаворитизм, коррупционный непотизм (кумовство).

Cогласно официальным данным Главной военной прокуратуры Российской Федерации по итогам первого полугодия 2014 г., одними из основных причин и факторов, способствующих распространению в ВС РФ правонарушений коррупционной направленности являются: просчеты в подборе и расстановке управленческих кадров; назначение на должности, замещение которых связано с коррупционными рисками, лиц с низкими морально-деловыми качествами; системные недостатки и нарушения в работе кадровых органов и комиссий, реализующих полномочия по контролю за соблюдению требований за соблюдением требований к служебному поведению военнослужащих и государственных гражданских служащих и урегулированию конфликта интересов [1].

Схожая ситуация наблюдается и в иных видах государственной службы. Так, по мнению М.В. Королевой непродуманная кадровая политика привлекла в правоохранительные органы массу случайных людей, ориентированных на получение от такой деятельности каких-либо выгод [2].

В итоге, как указывает А.Ф. Ноздрачев, в нашей кадровой политике непотизм, протекционизм, фаворитизм при назначении на должность…обычное дело [3].

Согласно словарю русского языка С.И. Ожегова протекция – это покровительство кому-нибудь в устройстве на работу, в продвижении по службе и т. п. [4].

Известный исследователь проблем коррупции в армии В.М. Корякин следующим образом сформулировал понятие коррупционного протекционизма и его разновидностей. По его словам, коррупционный протекционизм – подбор военнослужащих на воинские должности не по деловым и профессиональным качествам, а по знакомству, по блату, по протекции, за незаконное вознаграждение; коррупционный фаворитизм – положение, при котором военно-кадровая политика обусловливается влиянием любимцев, фаворитов; выдвижение, поощрение фаворитов и непотизм (лат. nepos, nepotis – внук, племянник) – служебное покровительство родственникам и своим людям; кумовство [5].

Не оспаривая обозначенную терминологию хотелось бы внести одно уточнение применительно к категории коррупционный протекционизм. На наш взгляд он подразумевает коррупционные действия воинского должностного лица, выражающиеся в незаконном оказании содействия в призыве на военную службу, продвижении по службе, поощрении военнослужащего, а также иное покровительство по службе, совершенное этим лицом из корыстной или иной личной заинтересованности, то есть извлечение выгоды неимущественного характера.

Завершая рассмотрение проблемы коррупционного протекционизма в военно-служебной деятельности полагаем необходимым учесть следующее.

Ввиду сложности в соизмерении данного коррупционного действия и его разновидностей, необходимо в законодательстве о противодействии коррупции разграничить такие трактовки, как: коррупционный фаворитизм воинских должностных лиц, коррупционный протекционизм воинских должностных лиц, коррупционный непотизм воинских должностных лиц.

В связи с вышесказанным поучителен опыт МВД России. В данном ведомстве до недавнего времени применялся Кодекс профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденный приказом министра внутренних дел Российской Федерации от 24 декабря 2008 г. № 1138 (далее – Кодекс) и впоследствии отмененный в конце 2013 г. В Кодексе были установлены виды коррупционно опасного поведения: протекционизм, фаворитизм, непотизм (кумовство).

Разъяснялось, что: а) протекционизм представляет собой систему покровительства, карьерного выдвижения, предоставления преимуществ по признакам родства, землячества, личной преданности, приятельских отношений с целью получения корыстной выгоды; б) фаворитизм выражается в демонстративном приближении к себе своих любимцев; показном делегировании им тех или иных полномочий, не соответствующих статусу; незаслуженном выдвижении их по службе и поощрении, награждении; необоснованном предоставлении им доступа к материальным и нематериальным ресурсам; в) непотизм (кумовство) является моральным покровительством руководителя своим родственникам и близким людям, при котором выдвижение и назначение на должности в органах внутренних дел производятся по признакам религиозной, кастовой, родовой принадлежности, а также личной преданности руководителю.

Данный позитивный опыт, по мнению автора, необходимо было бы позаимствовать и использовать в Вооруженных Силах Российской Федерации, что позволит нормативно расширить рамки существующих в армии негативных коррупционных явлений и поможет в формировании соответствующей правоприменительной практики противодействия коррупции.

Исходя из вышеизложенного, рассмотренные нами проблемы касающиеся протекционизма при подборе, расстановке, обучении, воспитании кадров, как и иное злоупотребление властью (служебным положением) со стороны воинских должностных лиц, должны решительно искореняться в системе государственной службы, в том числе военной.

Семейный кодекс Российской Федерации (далее – СК РФ) [1] в ст. 54 определяет, что ребенком признается лицо, не достигшее 18 лет. Понятие «дети» используется как форма множественного числа слова «ребенок» [2, с. 163]. Термин «молодежь» трактуется различным образом. Как правило, молодежью признают социально-возрастную группу в возрасте от 14 до 30 лет (возрастная классификация ООН – 14–25 лет) [3, с. 28].

В Вооруженных Силах Российской Федерации основное большинство (63%) военнослужащих по национальности – русские. Другие национальности (всего 6%) представлены белорусами, немцами, чувашами, удмуртами, марийцами, якутами, хакасами, ингушами, кабардинцами, осетинами, калмыками, представителями народностей Дагестана, азербайджанцами, армянами, грузинами, казахами и греками, т. е. национальный состав России полностью отражается на ее армии [1].

В связи с этим, национальный вопрос все более актуализируется в повседневной жизнедеятельности Вооруженных Сил.

По-прежнему актуальным в воспитательной работе с военнослужащими остается сплочение воинских коллективов и формирование здоровой нравственной атмосферы, поощрение коллективизма, взаимопомощи и войскового товарищества в межличностных отношениях военнослужащих.

Как свидетельствуют результаты социологического опроса, около половины (48%) военнослужащих подтверждают, что влияние мероприятий воспитательной работы на разрешение и предупреждение конфликтных ситуаций в воинских коллективах эффективно, так как удается разрешить и предотвратить большинство конфликтов между военнослужащими разных национальностей, а более половины (68%) военнослужащих осуждают межнациональные конфликты [1].

Стоит отметить, что сплоченность воинского коллектива непосредственно связана с принципом состязательности. Статья 83 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – УВС РФ) возлагает на командира (начальника) обязанность принимать меры по сплочению воинского коллектива, а также организовывать состязания среди личного состава и подчиненных подразделений, руководить ими в целях мобилизации военнослужащих на успешное выполнение задач, решаемых воинской частью (подразделением).

Таким образом, УВС ВС РФ определяет состязание и сплоченность среди военнослужащих как важные взаимосвязанные принципы, влияющие на боевую готовность и боеспособность воинской части и подразделения. Статья 39 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, давая определение такому виду поощрения как, награждение грамотой, ценным подарком или деньгами, указывает при этом, что грамотой награждаются как отдельные военнослужащие, так и весь личный состав воинской части (подразделения), как правило, в конце периода обучения (учебного года), при увольнении с военной службы, а также при подведении итогов соревнования (состязания). А, например, в целях дальнейшего стимулирования и поощрения роста спортивных достижений спортсменов Вооруженных Силах Российской Федерации приказом министра обороны Российской Федерации от 7 мая 1997 г. № 175 учреждены спортивные нагрудные знаки, вручение которых производится военнослужащим по окончании состязаний.

Соревнование (состязание) в психологической науке считается достаточно сильным стимулирующим фактором, имеет значительный мотивационный потенциал [2]. Сущность состязательности весьма точно выразил профессор К.С. Вельский, понимавший под ней особый вид управленческого «давления», такого государственного воздействия, которое не подчиняет, но специфическим образом направляет волю лица на действия, полезные для интересов коллектива и общества [3].

В этой связи, в процессе состязания распространенным правовым стимулом является поощрение, как эффективный способ признания по его итогам заслуг военнослужащего (воинского коллектива) и соответственно, являющееся эффективным средством воздействия. Данный способ можно рассматривать как совокупность правовых норм влияющих на сплоченность среди военнослужащих в многонациональных воинских коллективах, закрепляющий такие качества как товарищество, взаимопомощь, взаимовыручка и др., что создает морально-психологический климат и, в конечном итоге обеспечивает воинскую дисциплину, повышает боевую способность войск (сил) и в целом боевую готовность Вооруженных Сил Российской Федерации.