Во второй половине XIX века экономика России переживала фазу интенсивного роста, стимуляторами которого стали отмена крепостного права и завершение промышленного переворота. Положительным фактором также являлась и возможность использовать достижения стран Запада, раньше России вставших на путь модернизации.

Одним из наиболее значительных источников технического и опыта как промышленного, так и аграрного, была Америка, в которой с завершением Гражданской войны стремительно разворачивались процессы индустриализации и модернизации. Для изучения успехов американской экономики в США командировались русские инженеры, агрономы и прочие специалисты технического профиля, в чьих записях можно найти не только деловую информацию, но и очерки политического и социального устройства окружавшей их страны, а также характеристики быта и нравов населения, тех или иных наблюдаемых явлений. Трансляция подобных оценочных суждений в интеллектуальную среду Российской империи на рубеже XIX – XX вв. выступает существенным фактором формирования образа Америки.

В качестве образа в данном случае выступает «стереотип национального сознания, т.е. устойчивое, эмоциональное насыщенное, обобщённо-образное представление о «чужом», сформировавшееся в конкретной социально-исторической среде» [1, c. 31].  Таким образом, невозможно изучать формирование образа в отрыве от его исторического контекста, что вызвало к жизни так называемую историческую имагологию, работающую с архивными источниками, документами и мемуарами и прослеживающую онтогенез интернациональных представлений в прошлом. Методический инструментарий исторической имагологии, а также спецификация исследования ограничивают его объект мемуарами, отчетами, и эпистолярным наследием русских промышленных специалистов, транслировавших технический опыт США в Российскую империю на рубеже XIX и XX вв.

Объект восприятия является целостным и представляет собой Соединённые Штаты Америки, как единую страну, а также американский народ в целом, как единую нацию. Субъект восприятия дифференцирован и имеет две составляющие, находящиеся в определённом соподчинении. Первичным субъектом восприятия выступает группа непосредственно наблюдавших Америку русских технических специалистов, а генерировавшийся ими образ Америки, в свою очередь, транслировался вторичному субъекту восприятия — русской интеллектуальной среде как социокультурному образованию. Если первичный субъект восприятия также носит дифференцированный характер и представляет собой совокупность представлений конкретных русских инженеров со своими индивидуальными качествами, то вторичный представляется в виде унитарной системы, обуславливающей деятельность интеллекта индивидов и локализованной в Российской Империи конца XIX — нач. XX вв.

Формирование образа страны или нации истекает из множества компонентов, а сам он, по мнению, известного политолога А.А. Громыко [2, c. 7-8], напоминает среднеарифметическое значение, которое, однако, не следует абсолютизировать. В связи с этим, в данном исследовании выделяются как все «индивидуальные» образы Америки, составленные техническими специалистами Российской Империи, так их обобщённый образ и его гипотетическое влияние на генезис представлений русской интеллектуальной среды о США.

«Локальные» образы Америки находятся в прямой зависимости от индивидуальных черт их генераторов — русских технических специалистов. Существуют три константы, через призму которых следует рассматривать имагологическую информацию: это индивидуально-психологические качества, идеологические убеждения, если таковые имеются, а также профессионально обусловленные свойства восприятия.

Первое и второе качества составляют объективную характеристику субъектов восприятия образа. Чтобы определить особенности профессионального восприятия русских специалистов, необходимо подробнее рассмотреть феномен технического мышления, так как большинство авторов, как и по роду профессиональной деятельности, так и по образованию имеют отношение к естественным наукам.

Е.В. Чащин в статье «Техническое и технологическое мышление в современном обществе» даёт ему следующую формулировку: «Используя общенаучные принципы анализа, синтеза, абстрагирования, но применённые более утилитарно, в большей взаимосвязи с результатами непосредственной сложноорганизованной человеческой практики, мы и получаем техническое мышление» [3, c. 53]. По словам Т.В. Кудрявцева «…техническое мышление, понятийно-образно-практическое по своей структуре имеет оперативно-поисковый характер в связи с особенностями своего процесса» [4, c. 48]. Что же из этого следует?

Можно выделить два основных аспекта технического мышления формирующих представление его носителей: 1). Практичность — то есть ориентация умственных операций на решение действительных реальных задач. Таким образом, даже имиджевая информация, приводимая русскими специалистами, может быть обусловленной, с их точки зрения, практической необходимостью и, следовательно, иметь умозрительную цель. 2). Логичность — предпочтение лицам с техническим складом ума рациональных начал, выражающихся в общенаучных методах познания. Из этого следует, что фигуранты нашего исследования склонны строить свои выводы на определённой фактической почве и при помощи формализованных логических операций, а не на основе эмоций.

Эти же свойства мы можем экстраполировать и на русскую интеллектуальную среду, так как читателями записей и книг побывавших в США специалистов в первую очередь становились люди технического профиля.

Основу эмпирической базы для изучения образа Америки в русской интеллектуальной среде составляют материалы командированных в США русских специалистов – монографии, статьи и сборники инженерной и технической информации, призванные установить актуальность и возможности адаптации в соответствующих технологических отраслях Российской Империи американского опыта. Но, сознательно или несознательно, и с разной степенью периодичности авторы выходят за достаточно узкие рамки своей темы и обращаются к оценочной характеристике целых сфер американской жизни, в том числе и политического устройства.

Разумеется, для составления фундаментального, целостного и многоаспектного образа Америки подобной фрагментарной информации не хватает, в силу спорадичности её приведения и известной ограниченности. Исключением здесь являются работы Н.А. Бородина [5], чьи наблюдения особенностей общественно-политической, экономической и культурной жизни в США являлись наиболее глубокими для своего времени, а также произведение бывшего русского помещика, а впоследствии известного  промышленника П.А. Тверского «Очерки Северо-Американских Соединённых Штатов» [6]. В этом произведении весьма подробно и последовательно описываются основы американской жизни (здесь же следует отметить, что эти две работы рассчитаны на широкую публику, а не только для узкой группы коллег, и также являлись достаточно популярными для своего времени). Многочисленные очерки и отчеты оставили Розен И.Б., Ляхницкий В.Е., Тимонов В.Е., Пузыревский Н.П., Шателен Н.А. и др.

Благодаря именно оценочным суждениям или «локальным» образам у русского читателя и формировался его собственный «американский образ», так как, по естественному положению вещей, он был склонен оказывать существенное доверие воспоминаниям и критике своих соотечественников, тем более, часто касавшейся уже вполне окрепших в сознании русской интеллектуальной среды культурных стереотипов американского характера (например принцип «помоги себе сам», представления о гипертрофированном прагматизме американцев, алчности и страсти к наживе и т.п.). Также влиянию вышеуказанных суждений способствовал дефицит альтернативных источников пополнения знаний об Америке.

Очерк П.А. Тверского насыщенна разнообразной инженерной информацией и подробными описаниями американской лесной и железнодорожной промышленности, особенностей американского строительства и т.д, и также издана в Санкт-Петербургском издательстве и на русском языке. Таким образом, источник принадлежит к области изучения технического опыта.

Экономическая сфера США в материалах русских технических специалистов затрагивалась гораздо чаще всех остальных, так как их профессиональные интересы, лежали в области экономической инфраструктуры Америки: железнодорожном деле, водяных сообщениях, строительстве, промышленном производстве и т.д.

Интерес к американским техническим достижениям возникал не столько благодаря их инновационному, а иногда и беспрецедентному характеру, сколько экономико-географическому сходству Российской империи и Соединённых Штатов, заключавшихся прежде всего в сопоставимых территориальных масштабах, широте размаха колонизации земель, значимости сельского хозяйства и добывающей промышленности, а также количеству известных на тот момент естественных богатствах обеих стран. Аналогичность природных условий при существенно большей эффективности экономики США мотивировала русских специалистов  выяснить причины технического отставания своей родины, и актуализировать на ней американский промышленный опыт.

Полномасштабное описание экономики США мы находим у ихтиолога Н.А. Бородина в его очерке «Северо-Американские Соединённые Штаты и Россия». Отличительная черта данного источника состоит в том, что изначальной целью его написания было знакомство читателя с США: их общественными сферами, международным положением и отношениями с Россией, а не изучение технического опыта американцев. Свои воспоминания об Америке во время поездок 1891-1892 и 1913, в отличие от своих коллег, он поместил в отдельную книгу.

Автор осознавал, что изучение американской экономической сферы  важно как само по себе, так и для создания объективной картины и концепции общественного устройства Америки. Вся книга сопровождается обильным статистическим материалом и таблицами. Иногда автор позволяет себе выделить некоторые обобщения во множестве свойств и тенденций, осознаваемые им, как наиболее значимые.

«Стремление к образованию корпораций и трестов» в оценке Бородина несёт скорее негативную окраску американской экономики для русского читателя [5, c. 235]. Отрицательное влияние монополий как на развитие рыночной экономики, так и на благосостояние общества не нуждается в особых обоснованиях, и, более того, разбиралось русскими учёными-современниками, в частности, Озеровым. И.Х. [7] Об этой черте американской экономики ещё в 1895 году писал П.А. Тверской, к которому мы обратимся ниже: «Эти trust’ы распространяются всё больше и больше, с изумительною быстротою; почти каждый день газеты приносят известия об образовании новых комбинаций во всех частях союза и по всем отраслях производства и торговли» [6, c. 36].

Подход Н.А. Бородина свидетельствует о стремлении изобразить объективную картину, обладающую и позитивной и негативной стороной исследуемого предмета, хотя описание жесткого отношения к производительности и эффективности американского рабочего часто встречается и у других русских специалистов. А.С. Ольхин пишет: «В работе американцы требуют от человека максимум того, что он может дать… В этом отношении американцы в общем беспощадны…» [8, c. 8].  Таким образом, высокая оплата труда оказывается на втором плане, – гораздо более бросается в глаза, в целом, необычная для русского менталитета и граничащая с жестокостью, требовательность американцев к качеству труда. Без всякого сомнения, схожие впечатления и эмоции возникали и у русских читателей, формируя стереотип экономической эффективности труда, обусловленной не более совершенной технологией, а личным усердием американского рабочего.

Описание Н.А. Бородина — одно из немногих масштабных и основанных на научных принципах исследований, (здесь также следует отметить глубокие работы его современников Озерова И.Х. и Хольцова Л.С.) экономической структуры США, в которой последовательно и систематично заложены основные её элементы.

Позитивная оценка  экономики и технических возможностей американского общества не останавливает автора в его критике американского духа безудержной наживы, который определяется «спекулятивным духом» [8, c. 8]. Упоминание о развитой системе спекуляций могло вызвать лишь отрицательные ассоциации в русской интеллектуальной среде, поскольку финансовые кризисы коснулись развивающейся экономики России. П.А. Тверской приводит множество примеров спекулятивной экономики в США.

Подводя итог восприятию П.А Тверского экономики США, нам следует обратить внимание на тот факт его биографии, что у себя на родине он был лишь разорившимся помещиком, а финансового успеха достиг уже иммигрировав в Америку. И хотя из его работы невозможно заключить – считает ли он основной причиной своего возвышения собственные личные и профессиональные качества или же особое «свободное» устройство американской экономики, можно предположить его склонность к позитивному восприятию не только экономической, но и остальных сфер общественной жизни США. Однако П.А. Тверской отнюдь не впадает в апологетику, и указывает негативные черты, пронизывающие всю экономическую жизнь американского общества (спекулятивный дух и торгашество), чем сглаживает картину, формирующуюся в умах русских читателей-современников.

Прочие труды об Америке, рассмотренные в нашем исследовании ограничивались лишь общей характеристикой тех принципов экономики, которые, как им казалось, являлись двигателями её духа, либо же только обращали внимание читателя на особенности ведения дел в исследуемой специалистом области.

Профессор института инженеров путей сообщения Н.И. Вознесенский отмечал характерную особенность «американского строительства», которая состояла в том, чтобы «ничего никогда не затрачивать лишнего, чего не нужно для успеха предприятия (или, по крайней мере, для рекламы)» [9, c. 13]. Здесь вниманию читателя предстаёт прагматизм выстроенной на частной инициативе хозяйственной жизни США, и экономической целесообразности — это холодный расчет, граничащий с авантюризмом при ведении дел.

Рассказы о невероятной ликвидности американских ценных бумаг в сочетании с ранее упоминавшимися сведениями о высокой заработной плате американца, представлял читателю образ походивший на мифический Эльдорадо с обилием богатств, и сравнительно лёгкими путями его обретения. Но описанная Вознесенским жертва эстетически красивого в угоду прагматизму и чисто практическому взгляду на вещи несколько оттеняет приведённую ранее информацию.

Член инженерного совета министерства путей сообщения полковник А. фон-Вендрих в своём очерке железнодорожного дела в США критикуя методы колонизации Американского Запада, «патриотично» отдавал предпочтение консервативным методам освоения новых земель. «Прибегнуть к формам крупного землевладения… совместно с православным духовенством, монастырями и земельным дворянством» ему казалось, самым эффективным методом развития края [10, c. 40]. Это позволяет констатировать идеологические воззрения полковника как традиционалистские, причём довольно механически спроецированные на американские реалии. Мы не будем разбирать здесь эффективность или неэффективность формы крупного  землевладения, если бы она применялась при освоении американского запада, однако, заметим, что появление там преобладающего православного духовенства, как и православных монастырей с земельным дворянством, было бы по меньшей степени странно. Прямолинейность и механицизм, свойственные мысли автора источника, в некоторой степени коррелируют с описанием его личностных качеств, которое оставил его современник Е.В. Корш: «полковник Вендрих пользовался репутацией человека сурового, гордого, любившего распоряжаться по военному, требовавшего немедленного, точного и беспрекословного исполнения его приказаний, не терпящего никаких возражений». [11, c. 67]

К сожалению, автор не приводит каких бы то ни было описаний увиденной им сельскохозяйственной экономической системы и, в частности, способов землепользования, но в критике А. Фон Вендриха просматривается отношение к мелкому землевладению со всеми его атрибутами: свободный труд крестьян или фермеров, небольшая площадь сельскохозяйственных угодий, общий капиталистический уклад, что, по мнению автора, является крайне неэффективными средствами освоения новых территорий и ведения сельского хозяйства вообще.

Также полковник упоминает отмеченную нами высокую трудовую требовательность американцев в отношении высшего звена американского предпринимательского класса: «в Северо-Американских Соединённых Штатах вообще требуют со стороны высших служащих весьма энергической деятельности, при которой только и возможно ожидать успеха в коммерческом предприятии» [10, c. 52]..

Здесь же можно привести анекдотичный случай, описанный управляющим административной частью отдела торговых портов И.С. Ольховым: когда он спросил у хозяина крупного фабричного производства в Чикаго — почему тот занимается в одном зале с двумя сотнями конторщиков, то получил в ответ: «У нас страна демократическая, а вдобавок при мне они все лучше работают» [8, c. 9].

Приведённые тексты перекликаются по направленности своих оценок американского опыта с техническими отчетами и очерками таких инженеров как В.Е. Тимонов, Н.П. Пузыревский, В.Е. Ляхницкий, М.А. Шателен, В.В. Салов, М.Н. Герсеванов, Н.М. Тулайков, Н.М. Кульжинский и многие др. [12]

Изучение технических достижений американской цивилизации в начале XX в. имело следствием не только заимствование и применение на российской почве технологий, использования ноу-хау и техники. Более важным результатом этого процесса стало генерирование особого подхода в оценке США под воздействием такого фактора как техницизм. А основным проводником этого подхода стала российская «техническая интеллигенция», главным образом, инженеры, агрономы и другие специалисты. Основным объектом их внимания являлись технические, технологические и экономические, если это касалось конкретики функционирования отдельных отраслей производства, достижения. Цель состояла в том, чтобы эффективно использовать и распространять американский опыт в российском хозяйстве, однако его механическое перенесение в Россию еще не гарантировало дальнейшего развития в специфических российских реалиях. Понимая это российские специалисты выявляли те черты, которые делали Америку успешной в их собственном представлении и на которых базировались экономические достижения. Таким образом, интерес к США в среде технических специалистов первоначально имел прагматический характер и впоследствии трансформировался в более глубокий интерес к отличительным чертам американского общественного и политического устройства. Знакомство технических специалистов с Америкой происходило сквозь призму их профессиональной деятельности и благодаря непосредственному пребыванию на ее территории. Таким образом, здесь можно говорить о наличии некоей корпоративной специфики в образе США, присущем российской технической интеллигенции в лице ее представителей, побывавших в Америке или подробно изучавших отдельные стороны ее экономической жизни. Следует отметить, что место интеллигенции в складывании российской модели американского образа очень значимо. Далеко не многие в России могли хоть как-то судить об Америке, и, тем более, давать адекватную оценку, основанную на собственном опыте. Таким образом, техническая интеллигенция являлась в начале XX в. уникальным носителем представлений об Америке.

Администрация Б. Обамы запустила несколько таких масштабных стратегических проектов, как реформа здравоохранения, программы сохранения климата и энергетической безопасности. Общественность возлагала огромные надежды на новое руководство США, связывая с ним решение проблем, оставшихся в наследство от предшествующей администрации, а также выполнение задач, стоящих в повестке дня на протяжении многих лет. Благодаря этим надеждам президент Обама получил беспрецедентно высокий рейтинг, составлявший 83% [1]. Таким образом, избрание Обамы породило атмосферу оптимизма и уверенности в грядущие перемены в обществе.

В начале первого президентского срока для Обамы насущным оставался вопрос о возрождении и стимулировании экономики. В этих сложных обстоятельствах он обратился к опыту предшествующих президентских администраций и принял меры по поддержке банков и стимулированию потребительского спроса. План, предложенный президентом, вызвал реакцию ведущих политических партий и находился в центре споров. Действия по предотвращению экономического кризиса были негативно восприняты республиканцами, частично поддержаны демократами. К концу 2009 г. ситуация в экономике стала стабилизироваться, падение ВВП практически прекратилось [2, c. 13].

В феврале-мае 2009 года рейтинг одобрения президента колебался от 60% до 69%, не одобряли его работу соответственно 13-31% из опрошенного населения Соединенных Штатов Америки [3]. Уже к началу июня рейтинг президента принял убывающую траекторию и составил 59%. К концу декабря 2009 года рейтинг одобрения нового президента снизился приблизительно до 49%. Это было связано во многом с тяжелым состоянием американской экономики и временной неспособностью администрации президента справиться с высокой безработицей. Уже по истечении первого года президентства уровень одобрения деятельности Обамы упал до отметки в 49%, что является психологически важным барьером. Затем оценка неодобрения президента составила 44% и до мая 2011 года рейтинг оставался примерно на одном уровне – 47%, но уже в августе-октябре 2011 года он опустился до 38%. Таким образом, политический авторитет власти в первые годы пребывания в Белом доме Обамы определялся экономикой и кризисной ситуацией в стране [4].

К февралю 2013 года рейтинг резко пошел вверх и на короткий промежуток времени установился на отметке в 58%, но к ноябрю 2013 года снова вернулся к 39% и оставался в этом диапазоне на протяжении года. Не одобряли работу президента 54% опрошенных.

К концу своего второго срока действующий президент растерял все остатки популярности. Его рейтинг опускался до отметки в 39% и не поднимался выше 49% до ноября 2015 г. [5]. Наивысший показатель рейтинга Барака Обамы составил 69%, минимальная отметка, до которой он опускался – 38%. Средний же показатель равен 47%, и если сравнить его со средними рейтингами предыдущих президентов США, то по рейтингу Обама обходит лишь Дж. Картера и Г. Трумэна [6].

Можно ли назвать Обаму одним из самых непопулярных президентов в истории второй половины XX века и в чем причины столь низкого рейтинга 44-го президента США? Почему американцы разочаровались в деятельности Б. Обамы? Является ли низкий рейтинг уходящего президента следствием снижающегося благосостояния американкой нации или несогласия американцев с принципами внешней и внутренней политики администрации? После состоявшихся 8 ноября 2016 г. президентских выборов можно подвести некоторые итоги предыдущего президентства, уже вошедшего в современную историю. Ответить на поставленный вопрос поможет анализ объективных показателей, являющихся индикатором социально-экономической сферы США в годы правления Б. Обамы.

Важнейшим направлением внутренней политики администрации Обамы стала реформа системы здравоохранения [7, с. 24]. Реформа была рассчитана на введение обязательного медицинского страхования и увеличение инвестиций в медицину, но оказалась слишком затратной для бюджета страны. Администрация возлагала особые надежды на завершение реформы здравоохранения, от которой зависел престиж президента, но неудачи в ее запуске помешали полной реализации проекта.

Вместе с тем, благодаря закону «О доступном здравоохранении в Америке» охват населения практически обязательным медицинским страхованием возрос с 85 до 95% [8, c. 4]. Как реагировали на это американцы? Выборы 2010 г. в Конгресс превратились в плебисцит по вопросу о доверии президенту, полагает «Расмусcен Репортc», утверждая, что 52% избирателей голосовали против политики президента [9]. По данным Института Гэллапа по вопросу о том, одобряют ли американцы реформу здравоохранения только в 2012 г. соотношение было в пользу тех, кто одобрял (48 против 45%). В дальнейшем число сторонников реформы сокращалось, а противников – возрастало. В конце 2015 г. соотношение сторонников и противников изменилось в пользу последних, составив соответственно 37 против 56%. Возрастало количество тех, кто считал, что реформа привела к ухудшению их благосостояния [10].

Таким образом «забота Обамы» о здоровье американской нации способствовала укреплению социальных гарантий американцев, но не была оценена избирателями, поскольку предполагало, что государство запустило руки в карман своих граждан. Американцы стали тяготиться обязанностью платить за медицинскую страховку, которая отнимает у них значительную часть средств.

С огромными трудностями столкнулась администрация президента и в экономике страны. В этой области шаги администрации были не менее смелыми и решительными. Было решено продлить сроки выплаты пособий по безработице, а также увеличить их размеры. Администрация старалась стимулировать как предложение, так и спрос. Были подвергнуты процедуре банкротства компании «Дженерал Моторс» и «Крайслер», что явилось многозначительным событием в истории Америки. Решение о банкротстве позволило реорганизовать работу компаний, а государство предоставило помощь в обмен на акции. Фактически создана новая компания «Дженерал Моторс», а все «проблемные» активы остались у подконтрольной государству структуры.

Многие из законопроектов, запланированных Обамой еще в начале президентской карьеры, оказались нереализованными. Экономический кризис 2008 г., существенно обострил социальные проблемы. Растущая безработица в наибольшей степени подрывала популярность президента. Избиратели возлагали на Обаму слишком завышенные ожидания, которые президент и его администрация при всем их желании не могли оправдать, в том числе, в силу последствий кризиса. Администрация демократов не смогла «предложить американцам ничего, что хотя бы отвлекло их внимание от затянувшейся рецессии, не говоря уже о действенных мерах борьбы с ней» [11]. В итоге Барак Обама за четыре года утратил беспрецедентную в истории Америки популярность, которая достигала на момент выборов более 80%, опустившись до самого низкого рейтинга, составившего 47% накануне промежуточных выборов в Конгресс [12].

На протяжении всего 2009 и четырех месяцев 2010 г. безработица среди американцев продолжала возрастать и достигла своего максимума – 10% к началу 2010 г. Лишь к ноябрю 2012 г. уровень безработицы вернулся к состоянию начала 2009 г. К марту 2015 г. состояние в этой сфере практически достигло докризисного уровня, составив 5,3% [13].

Курс второго срока президента был направлен на восстановление экономики, в повестке дня также значилось улаживание проблем нелегальных мигрантов и решение масштабных вопросов во внешней политике, а точнее в Азии [14, с. 61]. К перечисленному выше следует добавить программу по оказанию помощи в трудоустройстве рабочих и молодежи в новых секторах экономики, оказание поддержки малоимущим семьям и пожилым американцам. Помимо этого акт «О восстановлении американской экономики и реинвестиций» 2009 г. (American Recovery and Reinvestment Act) предусматривал меры по развитию сферы услуг и малого бизнеса. Выделялись средства на модернизацию инфраструктуры страны (железные дороги, электросети общественный транспорт) [15]. Закон был направлен на создание новых рабочих мест, улучшение технологической базы США.

Таким образом, принятые в 2009 году меры по оздоровлению экономики и борьбе с безработицей, как показывает статистика, достигли своей цели. К концу марта 2012 года число американцев, обратившихся за пособием по безработице, уменьшилось до минимального за последние четыре года уровня, что демонстрировало значительное улучшение сложившейся ситуации на рынке труда. В декабре 2011 – феврале 2012 в стране ежемесячно создавалось в среднем 245 тыс. новых рабочих мест [16, c. 17]. Тем не менее, уровень поддержки Обамы оставался невысоким и на протяжении второго срока президентства. Впрочем, это можно объяснить тем, что уровень реальной безработицы оказывался выше официального, что стало предметом критики администрации со стороны главного оппонента Обамы – Д. Трампа [17].

Если анализировать оценку действий президента, то ключевым аспектом одобрения проводимой им политики в США выступали трудоустройство и меры по борьбе с безработицей. Если обратится к статистическим исследованиям, то можно сказать, что деятельность Обамы на посту президента, касающуюся борьбы с безработицей и стабилизацией экономики, вполне можно назвать успешной. Однако рейтинг одобрения работы президента являлся чуть ли не самым низким за последние полвека. Согласно данным института Гэллапа, можно сказать, что уверенность американцев в стабильности своей экономики падала. Показатель достиг наименьшего значения в 2015 году.

Общественность усматривала, что политика президента уклонилась в сторону от запланированного в начале курса. Эта тенденция просматривалась как во внутренней, так и во внешней политике. Деятельность администрации во внутренней политике оценивалась средствами массовой информации как провал или неудача: невыполненные обещания, мертворождённые реформы. Таким образом, объявивший в качестве своей политической цели объединение нации Обама, со временем все больше превращается в президента раскола. Он старался дистанцироваться от политики Дж. Буша, но в последнее время его деятельность становилась сопоставима с предшественником.

Вместе с тем, объективные показатели американской экономики и социальной сферы дают основания утверждать, что «президенту рецессии», каковым можно считать Обаму, удалось вывести страну из глубокого кризиса благодаря своевременно принятым мерам. Экономика восстановилась, а качество жизни рядовых американцев улучшилось. Сократилась безработица и в настоящее время ее показатели в США – среди самых низких в мире. Но статистический рейтинг президента и его оценка в медиа свидетельствуют, что президент Барак Обама – не самый популярный президент в истории Соединенных Штатов Америки.