УДК 94(47).084.5

КОЛЛЕКТИВНОЕ РУКОВОДСТВО ВКП(Б) В УСЛОВИЯХ ВНУТРИПАРТИЙНОЙ БОРЬБЫ В 1926—1927 ГГ.

Апальков Дмитрий Игоревич
Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова
кандидат исторических наук, ассистент кафедры истории России XX-XXI вв.

Аннотация
Статья посвящена изучению функционирования руководства ВКП(б) в 1926—1927 гг. в условиях борьбы с левой оппозицией. Делается вывод о том, что в указанный период по-прежнему сохранялось серьезное влияние традиций и механизмов коллективного руководства на принятие решений в высшем эшелоне власти.

Ключевые слова: , , , , , , ,


Рубрика: История

Библиографическая ссылка на статью:
Апальков Д.И. Коллективное руководство ВКП(б) в условиях внутрипартийной борьбы в 1926—1927 гг. // Гуманитарные научные исследования. 2019. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2019/01/25558 (дата обращения: 17.09.2020).

«Объединенная» левая оппозиция, лидерами которой выступили Троцкий, Зиновьев и Каменев, складывалась в первой половине 1926 г. постепенно, в ходе многочисленных политических маневров. После того, как Троцкий убедился, что фракция большинства не намерена рассматривать его в качестве полноправного союзника, он сделал выбор в пользу союза с «новой оппозицией». В свою очередь, Зиновьев и Каменев после ряда серьезных поражений в борьбе с «дуумвиратом» Сталина и Бухарина нуждались в союзе с таким опытным и авторитетном политиком, как Троцкий. Фракция большинства стремилась исключить любую возможность для серьезного выступления «объединенной оппозиции». Партийные форумы проходили под лозунгом идейного и организационного разгрома оппозиции.

В условиях крайнего дефицита возможностей для легальных выступлений оппозиционеры переходили к нелегальным формам агитации, которые незамедлительно карались жесткими партийными взысканиями, вплоть до исключения из партии (на основании 7 пункта резолюции X съезда «О единстве партии»). Характерно, что на данном этапе внутрипартийной борьбы фракция большинства переходит к использованию ОГПУ. Закономерным итогом политической борьбы между фракцией большинства и «объединенной оппозицией» стало массовое исключение оппозиционеров из партии в конце 1927 г. [1, с. 71—94]

В целом, следует отметить, что процесс разрушения коллективного руководства в 1926—1927 гг. был обусловлен личными амбициями и ошибками Зиновьева и Троцкого, которые обратились к методам фракционной борьбы, стремясь перенести имевшиеся внутри «руководящего коллектива» партии противоречия (которые, между прочим, имели не принципиальный, антагонистический, а тактический характер и явно не соответствовали остроте конфликта [2, с. 53—54, 70, 101, 107—122, 126—149]; [3, с. 239—240]; [4, с. 183—184, 294]) в фазу открытого противостояния, — и тем самым грубо нарушали нормы и традиции коллективного руководства.

Оппозиционная деятельность Троцкого и Зиновьева стала предметом специального рассмотрения на заседаниях ЦКК 13 и 14 июня 1927 г.  От имени оппозиции Троцкий заявил: «Сталинский режим мы будем критиковать до тех пор, пока вы нам механически не закроете рот. До тех пор, пока вы не вгоните нам в рот кляп, мы будем критиковать этот сталинский режим, который иначе подорвет все завоевания Октябрьской революции» [5, с. 137].

Сталин, находившийся на отдыхе, остался крайне недоволен тем, что Троцкий и Зиновьев перехватили инициативу на этих заседаниях и использовали свои выступления для обвинений в адрес политических оппонентов. 23 июня 1927 г. Сталин с раздражением писал Молотову: «Посмотрел (очень бегло) “стенограмму заседания ЦКК” по делу Зиновьева и Троцкого. Получается впечатление сплошного конфуза для ЦКК. Допрашивали и обвиняли не члены ЦКК, а Зиновьев и Троцкий. Странно, что попрятались некоторые члены ЦКК. А где Серго (Орджоникидзе — Д.А.)? Куда и почему он спрятался? Позор! Решительно протестую против того, что комиссия по обвинению Троцкого и Зиновьева превратилась в трибуну по обвинению ЦК и КИ с заострением “дела” против Сталина, которого нет в Москве и на которого можно ввиду этого вешать всех собак. Неужели эту “стенограмму” отдадут на руки Троцкому и Зиновьеву для распространения. Этого еще не хватало» [6, с. 102].

Следует отметить, что, несмотря на острую внутрипартийную борьбу 1926—1927 гг. и усилившееся влияние Сталина, Политбюро оставалось органом выработки коллективных решений. Вопрос об оппозиции вызывал большие споры в «руководящем коллективе». На XV съезде партии Орджоникидзе докладывал: «Если, товарищи, накануне 16 октября (имеется в виду 16 октября 1926 г., когда лидеры оппозиции подписали «покаянное» заявление — Д.А.) ряд товарищей был исключен из партии за нарушение дисциплины, то после заявления 16 октября Контрольная комиссия делает буквально все для того, чтобы этих товарищей восстановить в качестве членов партии, и ставит перед ними только одно условие: больше не вести фракционной борьбы. Нам приходилось с некоторыми товарищами по три дня возиться, чтобы уговорить их остаться в партии… Я и т. Сольц возились с Владимиром Смирновым целую неделю… чтобы он отказался от того недопустимого заявления, которое он сделал на заседании ЦКК, и тем дал нам возможность отменить постановление МКК и оставить его в партии. Таким порядком мы восстановили почти 90 проц. исключенных…» [7, с. 391].

Не случайно один из видных представителей левой оппозиции И.Я. Врачев в своем неопубликованном фантазийном рассказе «Из пережитого», написанном в конце 1928 г. во время пребывания в вологодской ссылке, определил Орджоникидзе особую роль: ему выпала честь быть одним из ораторов на XVII Чрезвычайном съезде ВКП(б), положившем конец «произволу сталинского аппарата». Более того, в фантазии Врачева Орджоникидзе был избран в президиум съезда как лидер «лучшей части бывшей центристской фракции» [8, л. 14]. Отметим, что эти действия Орджоникидзе привели к конфликту со Сталиным. По словам Орджоникидзе, в конце 1926 г. у него со Сталиным произошло «резкое объяснение» на этот счет [9, л. 7]. Бухарин в июле 1928 г. рассказывал Каменеву о поведении Орджоникидзе в связи с этим конфликтом: «Ходил ко мне, ругательски ругал Сталина» [9, л. 4, 7, 12 об.].

Летом 1927 г. вопрос об оппозиции вновь оказался в центре внимания «руководящего коллектива». Сталин добивался немедленного исключения Троцкого и Зиновьева из ЦК. 10 июня 1927 г. Молотов писал Сталину, находившемуся в тот момент в отпуске: «Обсуждали о Тр[оцком] и Зин[овьеве]. С мест Чубарь и Михайлов высказались против вывода Тр[оцкого] и Зин[овьева] из ЦК до съезда. Каган[ович] + Котов + Киров + Чудов за вывод. В итоге голоса разделились поровну (голосовали 7—7)» [10, л. 37]. Рыков, Орджоникидзе, Калинин и некоторые другие члены «руководящего коллектива» выступали против немедленного исключения Троцкого и Зиновьева из ЦК, считая достаточным не избрать их в состав ЦК на ближайшем съезде [10, л. 38]. Иными словами, эта умеренная линия заключалась в том, чтобы не применять в отношении оппозиционеров суровых наказаний, сохранив часть их политического авторитета.

Сталин требовал устроить новое голосование и учесть его голос заочно [11, л. 8, 13]. 21 июня Молотов отправил Сталину сообщение: «Вчера приняли вывод Зин[овьева] и Тр[оцкого] из ЦК с перевесом одного голоса… ЦКК завтра выносит свое решение и наверно в четверг — пятницу оно будет опубликовано в газетах» [10, л. 45]. Действительно, 24 июня 1927 г. Президиум ЦКК принял постановление, в котором содержалось обращение к очередному пленуму ЦК и ЦКК с предложением исключить Зиновьева и Троцкого из состава ЦК [12]. Впрочем, объединенный пленум ЦК и ЦКК (29 июля — 9 августа 1927 г.) постановил снять с обсуждения вопрос об исключении Троцкого и Зиновьева из состава ЦК, ограничившись объявлением строгого выговора с предупреждением [13, с. 207].

Добавим, что Сталин встречал противодействие со стороны коллег и по некоторым другим вопросам. Так, в конце 1926 г. далеко не все члены «руководящего коллектива» разделяли его позицию относительно необходимости немедленного строительства электрической станции на Днепре — Днепростроя. Угланов впоследствии рассказал о разногласиях, проявившихся на заседании Политбюро 25 ноября 1926 г. при голосовании по данному вопросу: «… тт. Калинин, Томский, кажется, Ворошилов и я голосовали в Политбюро ЦК против этого, но вовсе не потому, что мы были против электрификации… А что я предлагал на Политбюро ЦК партии, когда решался вопрос о постройке Днепростроя? Я говорил: эта задача важная, но у нас есть более близкие задачи, более насущные. Я говорил: надо немедленно приступить к закладке и постройке крупнейших металлургических заводов, которые бы нам могли дать через 2—3 года 80—100 млн пудов чугуна, стали и железа, что будет гораздо важнее и для мирного хозяйственного строительства, и на случай войны» [14, с. 133, 709].

Отметим также, что летом 1927 г. Ворошилов, Орджоникидзе, Рыков и Рудзутак подвергали Сталина критике за то, что «наша политика в Китае поддается нажиму оппозиции» [10, л. 36—37, 59]. Не случайно 1 июля 1927 г. Молотов с тревогой писал Сталину о «внутреннем положении в “7-ке”»: «По вопросам об оппозиции, о Китае, об АРК уже наметилось б[олее] или м[енее] отчетливые деления, причем решения то и дело принимаются перевесом 1-го голоса… Я все больше думаю о том, не придется ли тебе приехать в М[оскву] раньше срока. Как это ни нежелательно из-за интересов лечения, но суди сам, какое положение. Кл[им] (Ворошилов — Д.А.)» доходит до огульного охаиванья “Вашего рук[оводст]ва за последние 2 года”! Симптомы плохие, устойчивость очень ненадежная» [10, л. 59—60].

Таким образом, сильное сопротивление, с которым Сталин столкнулся в конце 1926 — 1927 гг. по вопросу об оппозиции и некоторым другим вопросам, свидетельствует о том, что в указанный период по-прежнему сохранялось серьезное влияние традиций и механизмов коллективного руководства на принятие решений в высшем эшелоне власти.


Библиографический список
  1. Апальков Д.И. Внутрипартийная борьба в РКП(б) — ВКП(б) (1923—1927 годы). ФРГ, 2014. С. 71—94.
  2. Черняков С.Ф. Внутрипартийная борьба в ВКП(б). 1923—1927 гг.: дис. … канд. ист. наук. М., 2000.
  3. Васецкий Н.А. Троцкий: Опыт политической биографии. — М.: Республика, 1992.
  4. Панцов А.В. Тайная история советско-китайских отношений. Большевики и китайская революция (1919—1927). М., 2001.
  5. Троцкий Л.Д. Сталинская школа фальсификаций: Поправки и дополнения к литературе эпигонов. М., 1990.
  6. Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925—1936 гг. М., 1995.
  7. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.—Л., 1928.
  8. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 71. Д. 80.
  9. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 181.
  10. РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 767.
  11. РГАСПИ. Ф. 558 Оп. 11. Д. 71.
  12. Правда. 1927. 26 июня.
  13. Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898—1988): в 15 т. 9-е изд., доп. и испр. Т. 4. 1926—1929. М., 1984.
  14. Как ломали нэп. Стенограммы пленумов ЦК ВКП(б). 1928—1929 гг.:   в 5 т. Т. 4. Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) 16—23 апреля 1929 г. М., 2000.


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Апальков Дмитрий Игоревич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация