УДК 316.6

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ РУССКОЯЗЫЧНЫХ МИГРАНТОВ ИЗ КЫРГЫЗСТАНА И УКРАИНЫ

Насибуллина Антонина Владимировна
Красноярский государственный педагогический университет им. В.П. Астафьева
магистрант

Аннотация
В данной статье представлены материалы эмпирического исследования, целью которого было изучение особенностей социальной адаптации русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины. Представлены результаты количественного и качественного анализа: уровня социально психологической адаптации, диагностики уровня социальной фрустрированности, адаптации личности к новой социокультурной среде.

Ключевые слова: , ,


Рубрика: Психология

Библиографическая ссылка на статью:
Насибуллина А.В. Сравнительный анализ социальной адаптации русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины // Гуманитарные научные исследования. 2017. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2017/12/24661 (дата обращения: 07.12.2017).

Вопросы социальной адаптации стоят сегодня достаточно остро. Все убыстряющий темп изменений (политических, экономических, культурных, социальных и т.д.) требует от индивида совершенного владения стратегиями адаптации. В свою очередь, динамика развития общества сегодня такова, что миграционные процессы получают все более широкое значение с каждым днем во всем мире и, в частности, в России. Таким образом, необходимость изучения особенностей адаптации мигрантов достаточно очевидна.

Анализ научной литературы показал, что проблема социально-психологической адаптации русскоязычных мигрантов недостаточно изучена, что процесс взаимодействия личности мигранта и новой социальной среды.

Однако, несмотря на достаточно большое число исследований, на сегодняшний день существует противоречие между законодательно закрепленными мерами по оказанию помощи мигрантам и недостаточному учету психологических факторов их успешной адаптации и, наконец, между наличием программ психологической поддержки мигрантам и отсутствием комплексного подхода по оптимизации адаптационного процесса. Выявленные противоречия обусловили проблему исследования: каковы особенности социальной адаптации русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины.

Нами было выделено две группы мигрантов без российского гражданства, приехавшие в г. Красноярск 1 год – 2 года назад с целью получения более высокооплачиваемой работы, улучшение условий труда и условий проживания, создание хорошего будущего своим детям и др.:

- Первую группу составляют 20 мигрантов из Кыргызстана в возрасте 26-40 лет (средний возраст выборки 32,8).

- Вторую группу составляют 20 мигрантов из Украины в возрасте 29-40 лет (средний возраст выборки 33,6),

С целью исследования социальной адаптации применялись следующие методики исследования:

1. Методика адаптации личности к новой социокультурной среде А.В. Янковского

Опросник позволяет выявить уровень и тип адаптации эмигрантов к новой социокультурной среде.

Среди типов адаптации личности к новой социокультурной среде с точки зрения успешности Л.В. Янковский выделяет следующие: адаптивный, конформный, интерактивный, депрессивный, ностальгический, отчужденный.

По каждой шкале баллы суммируются и определяется уровень адаптации:

высокий – сумма баллов превышает 12,

средний – от 6 до 12,

низкий – менее 6 баллов.

Далее определяется преобладающий тип адаптации из шести возможных вариантов: адаптивный, конформный, интерактивный, депрессивный, ностальгический и отчужденный.

Интерпретация результатов теста

Шкала адаптивности

Высокие оценки свидетельствуют о личной удовлетворенности; положительном отношении к окружающим и принятии их; чувстве социальной и физической защищенности; чувстве принадлежности к данному обществу и сопричастности с ним. Для эмигрантов характерны: стремление к самореализации; высокий уровень активности; уверенность в отношениях с другими; планирование своего будущего, основанное на собственных возможностях и прошлом опыте.

Шкала конформности

Высокие оценки означают: стремление при любых условиях поддерживать отношения с людьми; ориентацию на социальное одобрение; зависимость от группы; потребность в привязанности и эмоциональных отношениях с людьми; принятие системы/ ценностей и норм поведения данной среды. Поведение эмигрантов формируется под воздействием ожиданий группы в зависимости от степени заинтересованности в достижениях своих целей и от предполагаемого вознаграждения.

Шкала интерактивности

Высокие оценки соответствуют: принятию данной среды; активному вхождению в эту среду; настроенности на расширение социальных связей; чувству уверенности в своих возможностях; критичности к собственному поведению; готовности к самопреобразованию; желанию реализовать себя путем достижения материальной независимости; направленности на сотрудничество с другими; контролю над собственным поведением с учетом социальных норм, ролей и социальных установок данного общества; направленности на определенную цель и подчинению себя этой цели.

Шкала депрессивности

Высокие оценки говорят о дисгармонии личности. Весь мир для такого эмигранта окрашивается в мрачные тона и воспринимается как лишенный смысла и ценностей. Это сопровождается: невозможностью реализовать свой уровень ожиданий, связанный с социальной и профессиональной позицией; пониженной самооценкой; беспомощностью перед жизненными трудностями, сочетающейся с чувством бесперспективности; чувством вины за прошлые события; сомнением, тревогой относительно социальной идентичности; нереализацией собственных способностей, связанной с неприятием себя и других; чувствами подавленности, опустошенности, изолированности.

Шкала ностальгии

Высокие оценки означают: потерю связи с культурой, сопричастности с ней; внутреннее расстройство и смятение, проистекающее из-за чувства разъединенности с традиционными ценностями и нормативами и невозможности обрести новые; бесприютность, ощущение того, что человек «не на своем месте». Эмоциональное состояние таких эмигрантов характеризуется мечтательностью, тоской, меланхолией, опустошенностью.

Шкала отчужденности

Высокие оценки соответствуют: утверждению норм, установок и ценностей данного общества; неприятию нового социума; низкой самооценке; несогласованию притязаний и реальных возможностей; озабоченности своей идентичностью и своим статусом; влиянию внешнего контроля на общее неприятие себя и других; убежденности, что собственные усилия могут лишь в незначительной степени повлиять на ситуацию. Для таких эмигрантов характерны беспокойство по поводу неспособности удовлетворить свои потребности, паника, беспомощность, ощущение покинутости, нетерпеливость.

2. Методика диагностики уровня социальной фрустрированности Л.И. Вассермана (модификация В.В. Бойко)

Социальная фрустрированность – вид (форма) психического напряжения, обусловленного неудовлетворенностью достижениями и положением личности в социально заданных иерархиях. Социальная фрустрированность передает эмоциональное отношение человека к позициям, которые он сумел занять в обществе на данный момент своей жизни.

Методика представляет собой опросник, который фиксирует степень неудовлетворенности социальными достижениями в основных аспектах жизнедеятельности.

Выводы об уровне социальной фрустрированности делаются с учетом величины балла (среднего балла) по каждому пункту. Чем больше балл, тем выше уровень социальной фрустрированности:

3,5 – 4 балла: очень высокий уровень фрустрированности;

3,0 – 3,4: повышенный уровень фрустрированности;

2,5 – 2,9: умеренный уровень фрустрированности;

2,0 – 2,4; неопределенный уровень фрустрированности;

1,5 – 1,9: пониженный уровень фрустрированности;

0,5 – 1,4: очень низкий уровень;

0 – 0,5: отсутствие (почти отсутствие) фрустрированности.

3. Анкета «Социальное благополучие» Мельниковой Н.Н.

Анкета состоит из 28 вопросов, направленных на выявление формальной информации о таких характеристиках испытуемого, как его профессиональный статус, уровень дохода, условия труда, семейное положение, бытовая обустроенность, формы проведения досуга.

В общей структуре анкеты СБ четыре шкалы.

Шкала 1. «Статус, доход» содержит вопросы, касающиеся таких характеристик, как уровень образования, занимаемая должность, престижность профессии и ежемесячный заработок.

Шкала 2. «Уровень жизни» объединяет вопросы, отражающие возможности человека пользоваться различными социальными благами, которые требуют материальных вложений. Здесь оцениваются особенности проведения отпуска и досуга, возможности затрат на питание, культурные и оздоровительные мероприятия.

Шкала 3. «Условия труда» включает вопросы, позволяющие получить информацию о продолжительности рабочего дня и отпуска, сверхурочных нагрузках, наличии факторов, осложняющих работу (например, таких, как шум, запылённость, химические агенты и др.).

Шкала 4. «Семейная обустроенность» касается таких вопросов, как семейное положение, наличие детей, жилищные условия и др.

Полученные сырые баллы переводятся в стандартные оценки и сырые результаты, полученные по отдельным шкалам.

1–3 станайна трактуются как показатели ниже среднего;

4–6 станайнов – средний уровень;

7–9 станайнов – выше среднего.

Проведение исследования позволило получить следующие результаты исследования социальной адаптации мигрантов из Кыргызстана и Украины.

Проведение исследования по методике адаптации личности к новой социокультурной среде А.В. Янковского позволили определить преобладающий тип адаптации к новой социокультурной среде: адаптивный, конформный, интерактивный, депрессивный, ностальгический и отчужденный.

Основные результаты (среднее – М. и ошибка среднего – m) в двух исследуемых группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана представлены в таблице 1.

Таблица 1. Интегральные показатели типа адаптации к новой социокультурной среде русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины

Тип адаптации

Мигранты из Украины

Мигранты из Кыргызстана

Уровень различий по U-критерию

Адаптивный

7,2 + 0,31

8,2 + 1,23

Конформный

12,1 + 0,24

10,8 + 0,72

р<0,05

Интерактивный

9,3 + 0,16

7,5 + 0,49

р<0,05

Депрессивный

2,9 + 1,04

3,0

+ 0,73

Ностальгический

7,6 + 0,27

11,4 + 1,08

р<0,01

Отчужденный

3,0 + 0,20

4,4 + 0,43

Рассмотрим результаты исследования в группе русскоязычных мигрантов из Украины.

- показатель по шкале адаптивности (7,2 + 0,31) свидетельствует о преобладании среднего уровня адаптивного типа адаптации. Средние оценки свидетельствуют о частичной удовлетворенности; избирательном отношении к окружающим; чувство принадлежности к данному обществу и сопричастности с ним выражено в умеренной степени. Мигранты из Украины проявляют умеренную активность; частичную уверенность в отношениях с другими; не всегда планируют свое будущее, основанное на собственных возможностях и прошлом опыте.

- показатель по шкале «конформность» – 12,1 + 0,24 свидетельствует о высоком уровне комформного типа адаптации к социальной среде. Русскоязычные украинцы стремятся поддерживать отношения с людьми; ориентируются на социальное одобрение; зависимы от группы; испытывают потребность в привязанности и эмоциональных отношениях с людьми; желают принять систему ценностей и норм поведения данной среды. Поведение эмигрантов формируется под воздействием ожиданий группы в зависимости от степени заинтересованности в достижениях своих целей и от предполагаемого вознаграждения.

- показатель по шкале «интерактивность» 9,3 + 0,16 свидетельствует о средних показателей интерактивного типа адаптации. Русскоязычные украинцы принимают социальную среду, умеренное вхождение в эту среду; умеренно выражена настроенность на расширение социальных связей; не всегда уверены в своих возможностях; частично готовы к самопреобразованию; ситуативный или поверхностный контроль над собственным поведением с учетом социальных норм, ролей и социальных установок данного общества.

- показатель по шкале «депрессивность» 2,9 + 1,04 свидетельствует о незначимости депрессивного типа адаптации русскоязычных мигрантов. Для них не свойственна вина за вины за прошлые события; Русскоязычные мигранты уверены в собственных способностей, связанных с неприятием себя и других; не испытывают чувство подавленности, опустошенности, изолированности.

- по шкале «ностальгия» показатель 7,6 + 0,27 свидетельствует, что русскоязычные мигранты из Украины испытывают некоторое внутреннее расстройство и смятение, проистекающее из-за чувства разъединенности с традиционными ценностями и нормативами и невозможности обрести новые; в различных ситуациях могу иногда ощущать себя «не на своем месте».

- по шкале «отчужденность» показатель 3,0 + 0,20 свидетельствует о принятии нового социума; достаточно высокой самооценке, не испытывают беспокойства и озабоченности своей идентичностью и своим статусом; не испытывают беспокойство по поводу неспособности удовлетворить свои потребности.

Таким образом, в группе русскоязычных мигрантов из Украины доминирование типов адаптации расположилось в следующем порядке:

  1. Конформный тип адаптации к новой социокультурной среде;
  2. Интерактивный тип адаптации к новой социокультурной среде;
  3. Ностальгический тип адаптации к новой социокультурной среде.

Рассмотрим результаты исследования типа адаптации к новой социокультурной среде в группе русскоязычных мигрантов из Кыргызстана

- показатель по шкале адаптивности (8,2 + 1,23) свидетельствует о преобладании среднего уровня адаптивного типа адаптации. Средние оценки свидетельствуют о частичной удовлетворенности; избирательном отношении к окружающим; чувство принадлежности к данному обществу и сопричастности с ним выражено в умеренной степени. Мигранты из Кыргызстана проявляют умеренную активность; частичную уверенность в отношениях с другими; не всегда планируют свое будущее, основанное на собственных возможностях и прошлом опыте.

- показатель по шкале «конформность» – 10,8 + 0,72 свидетельствует о среднем уровне комформного типа адаптации к социальной среде.     Русскоязычные мигранты из Кыргызстана стремятся поддерживать отношения с людьми в зависимости от ситуации; ориентируются на социальное одобрение; в умеренной степени зависимы от группы; испытывают слабо выраженную потребность в привязанности и эмоциональных отношениях с людьми; желают частично принять систему ценностей и норм поведения данной среды.

- показатель по шкале «интерактивность» 7,5 + 0,49 свидетельствует о средних показателей интерактивного типа адаптации. Русскоязычные мигранты из Кыргызстана принимают социальную среду, умеренное вхождение в эту среду; умеренно выражена настроенность на расширение социальных связей; не всегда уверены в своих возможностях; частично готовы к самопреобразованию; ситуативный или поверхностный контроль над собственным поведением с учетом социальных норм, ролей и социальных установок данного общества.

- показатель по шкале «депрессивность» 3,0

+ 0,73 свидетельствует о незначимости депрессивного типа адаптации русскоязычных мигрантов.

- по шкале «ностальгия» показатель 11,4 + 1,08 свидетельствует, что русскоязычные мигранты из Кыргызстана испытывают некоторое внутреннее расстройство и смятение, проистекающее из-за чувства разъединенности с традиционными ценностями и нормативами и невозможности обрести новые; в различных ситуациях могу иногда ощущать себя «не на своем месте».

- по шкале «отчужденность» показатель 4,4 + 0,43 свидетельствует о принятии нового социума; достаточно высокой самооценке, не испытывают беспокойства и озабоченности своей идентичностью и своим статусом; не испытывают беспокойство по поводу неспособности удовлетворить свои потребности.

Таким образом, типы адаптации русскоязычных мигрантов из Кыргызстана распределились следующим образом:

1) Ностальгический тип адаптации к новой социокультурной среде;

2) Конформный тип адаптации к новой социокультурной среде;

3) Интерактивный тип адаптации к новой социокультурной среде.

С целью выявления особенностей типа адаптации к социокультурной среде необходимо провести сравнительный анализ. Наглядно типы адаптации к социокультурной среде в группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана представлены на рис.1.

Рис.1. Типы адаптации к новой социокультурной русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана.

Статистическая обработка данных проводилась с помощью U-критерия Манна-Уитни. Между двумя группами русскоязычных мигрантов выявлены статистически значимые различия по типам адаптации: «конформный» на уровне р<0,05, «интерактивный» на уровне р<0,05, «ностальгический» на уровне р<0,01.

Следовательно, в группе мигрантов из Украины в большей степени представлен комформный тип адаптации к социальной среде. Русскоязычные мигранты из Украины в большей степени стремятся поддерживать отношения с людьми; ориентируются на социальное одобрение и в большей степени зависимы от группы; желают принять систему ценностей и норм поведения данной среды, в сравнении с мигрантами из Кыргызстана, у которых конформный тип адаптации представлен в меньшей степени.

Русскоязычные мигранты из Украины в большей степени принимают социальную среду и входят в эту среду; умеренно выражена настроенность на расширение социальных связей; в большей степени готовы к самопреобразованию; осуществляют больший контроль над собственным поведением с учетом социальных норм, ролей и социальных установок данного общества, в сравнении с мигрантами из Кыргызстана.

Русскоязычные мигранты из Кыргызстана в большей степени испытывают некоторое внутреннее расстройство и смятение, проистекающее из-за чувства разъединенности с традиционными ценностями и нормативами и невозможности обрести новые; в большей степени различных ситуациях могу иногда ощущать себя «не на своем месте».

Рассмотрим результаты исследования социальной фрустрированности мигрантов из Украины и Кыргызстана, полученные по методике Л.И. Вассермана в модификации В.В. Бойко. Уровни социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов представлены в таблице 2.

Таблица 2. Уровень социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана

Уровень социальной фрустрированности

Мигранты из Украины

Мигранты из Кыргызстана

очень низкий

-

-

пониженный

10%

15%

умеренный

35%

55%

повышенный

50%

30%

очень высокий

5%

-

Рассмотрим основные результаты социальной фрустрированности в группе русскоязычных мигрантов из Украины. Наглядно особенности ее проявления представлены на рис.2.

    Рис. 2. Уровень социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Украины.

Половина мигрантов имеют повышенный уровень социальной фрустрированности, данная группа мигрантов испытывает повышенное психическое напряжение, обусловленного неудовлетворенностью достижениями и положением личности мигранта из Украины в социально заданных иерархиях.

В умеренной степени переживают психическое напряжение, обусловленного неудовлетворенностью достижениями и положением личности мигранта в социально заданных иерархиях 35% мигрантов. Очень высокий уровень социально     фрустрированности, который характеризуется высоким психическим напряжением, имеют 5% мигрантов из Украины. Пониженный уровень социальной фрустрированности имеют 10% мигрантов.

Рассмотрим результаты исследования в группе русскоязычных мигрантов из Кыргызстана.

Преобладающим уровнем в данной группе мигрантов является умеренный уровень социальной фрустрированности, т.е. большинство мигрантов (55% мигрантов) в умеренной степени переживают психическое напряжение, связанное с неудовлетворенностью достижениями.

Повышенное психическое напряжение, обусловленное неудовлетворенностью достижениями и положением личности мигранта из Кыргызстана в социально заданных иерархиях выявлено у 30% мигрантов, не испытывают напряжения 15% мигрантов. Представленные особенности социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Кыргыстана подтверждаются данными, наглядно представленными на рис.3

Рис.3. Уровень социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Кыргызстана.

Проведем сравнительный анализ социальной фрустрированности в группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана.

Наглядно различия социальной фрустрированности в исследуемых группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана представлены на рис. 4

Проведение сравнительного анализа социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана свидетельствует, что мигранты из Украины имеют более высокий уровень социальной фрустрированности, чем мигранты из Кыргызстана. Так, показатель повышенного и очень высокого уровня социальной фрустрированности в группе мигрантов из Украины в совокупности составляет 55%, в группе мигрантов из Кыргызстана – 30%.

Рис.4. Уровень социальной фрустрированности русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана.

Таким образом, русскоязычные мигранты из Украины испытывает более высокое психическое напряжение, обусловленное неудовлетворенностью достижениями и положением личности в социально заданных иерархиях, чем русскоязычные мигранты из Кыргызстана.

Полученные значения получены по бальной шкале, поэтому с целью определения значимости различий в группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана по параметру «социальная фрустрированности» U-критерий Манна-Уитни. Полученное значение Uэмп. = 150,5 находится в зоне значимости, поэтому различия по данному параметру в двух группах русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана являются статистически достоверными.

Рассмотрим результаты исследования социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана, полученные по методике «Социальное благополучие» Мельниковой Н.Н. Основные результаты представлены в таблице 3.

Таблица 3. Показатели социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины

Шкала

Мигранты из Украины

Мигранты из Кыргызстана

Уровень различий по U-критерию

Статус, доход

3,7 + 0,22

5,2 + 0,71

Уровень жизни

4,0 + 0,71

7,1 + 0,61

р<0,05

Условия труда

6,6 + 0,27

3,9 + 0,23

р<0,05

Семейная обустроенность

8,3 + 0,37

7,2

+ 0,72

Общий уровень социального благополучия

5,7 + 1,13

5,8 +1,01

Рассмотрим результаты исследования в группе русскоязычных мигрантов из Украины.

Уровень социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины по шкале «статус, доход» находится на уровне ниже среднего (показатель 3,7 + 0,22), следовательно, можно сделать вывод, что мигранты из Украины неудовлетворенны своим статусом (по таким характеристикам, как уровень образования, занимаемая должность, престижность профессии) и материальным доходом (ежемесячным заработком).

Уровень социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины по шкале «уровень жизни» находится в пределах среднего уровня (показатель 4,0 + 0,71), таким образом, мигранты из Украины частично удовлетворены своими возможностями пользоваться различными социальными благами, которые требуют материальных вложений (отпуск и досуга, возможности затрат на питание, культурные и оздоровительные мероприятия).

Показатель по шкале «Условия труда» в 6,6 + 0,27 свидетельствует о среднем уровне социального благополучия мигрантов из Украины в сфере трудовой занятости и условий труда: о продолжительности рабочего дня и отпуска, сверхурочных нагрузках, наличии факторов, осложняющих работу.

По шкале «Семейная обустроенность» в группе мигрантов из Украины показатель 8,3 + 0,37 свидетельствует о высоком социальном благополучии по параметру семейной обустроенности по вопросам: семейное положение, наличие детей, жилищные условия и др.

Показатель общего уровня социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины (5,7 + 1,13) свидетельствует о среднем уровне социального благополучия. Таким образом, русскоязычные мигранты из Украины частично удовлетворены своим статусом, доходом, условия труда и семейной обустроенностью.

Рассмотрим результаты социального благополучия в группе русскоязычных мигрантов из Кыргызстана.

Уровень социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана по шкале «статус, доход» находится на среднем уровне (показатель 5,2 + 0,71). следовательно, можно сделать вывод, что мигранты из Кыргыстана достаточно удовлетворены своим социальным статусом (по таким характеристикам, как уровень образования, занимаемая должность, престижность профессии) и материальным доходом (ежемесячным заработком).

Уровень социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана по шкале «уровень жизни» находится представлен как выше среднего (показатель 7,1 + 0,61), таким образом, мигранты кыргызы удовлетворены своими возможностями пользоваться различными социальными благами, которые требуют материальных вложений (отпуск и досуга, возможности затрат на питание, культурные и оздоровительные мероприятия).

Мигранты из Кыргыстана не удовлетворены условиями своей трудовой деятельности, о чем свидетельствует показатель 3,9 + 0,23. Мигранты кыргызы неудовлетворенны продолжительностью рабочего дня и отпуска, сверхурочными нагрузками, факторами, осложняющих работу.

По шкале «Семейная обустроенность» в группе мигрантов из Кыргыстана показатель 7,2+ 0,72 свидетельствует о высоком социальном благополучии по параметру семейной обустроенности по вопросам: семейное положение, наличие детей, жилищные условия и др.

Показатель общего уровня социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана (5,7 + 1,13) свидетельствует о среднем уровне социального благополучия. Таким образом, русскоязычные мигранты из Кыргызстана частично удовлетворены своим статусом, доходом, условия труда и семейной обустроенностью.

Проведем сравнительный анализ социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана и Украины по основным показателям. Основные различия социального благополучия в различных сферах жизнедеятельности мигрантов представлены на рис. 5.

По шкале «статус, доход» показатель в группе мигрантов из Кыргызстана (5,2 + 0,71), который соответствует среднему уровню благополучия выше показателя в группе мигрантов из Украины (3,7 + 0,22), который соответствует уровню ниже среднего. Таким образом, мигранты из Кыргызстана в большей степени удовлетворены своим социальным статусом по таким характеристикам, как уровень образования, занимаемая должность, престижность профессии и ежемесячный заработок.

Но данные различия по U-критерию Манна Уитни не является статистически достоверным.

Проведение сравнительного анализа по шкале «уровень жизни» в двух группа русскоязычных мигрантов позволяет сделать вывод, что мигранты из Кыргыстана в большей степени удовлетворены уровнем жизни (показатель в группе мигрантов кыргызов выше чем в группе мигрантов украинцев на 2,7).

Рис.5. Показатели социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины и Кыргызстана

Следовательно, мигранты из Кыргыстана имеют более высокий уровень социального благополучия и удовлетворения своими возможностями пользоваться различными социальными благами, которые требуют материальных вложений (отпуск и досуга, возможности затрат на питание, культурные и оздоровительные мероприятия), чем мигранты из Украины.

Проведение сравнительного анализа по шкале «Условия труда» свидетельствуют о более высоком социальном удовлетворении в группе мигрантов из Украины, чем мигрантов из Кыргызстана. Показатель в группе мигрантов украинцев находится в зоне среднего уровня (6,6 + 0,27), показатель в группе мигрантов кыргызов – в зоне уровня ниже среднего (3,9 + 0,23). Таким образом, можно сделать вывод, что мигранты из Украины в большей степени удовлетворены в сфере трудовой занятости и условий труда: продолжительностью рабочего дня и отпуска, сверхурочными нагрузками, факторами, осложняющих работу.

Данные различия являются статистически достоверными по U-критерию Манна-Уитни на уровне р<0,05.

Проведение сравнительного анализа в двух группах русскоязычным мигрантов из Украины и Кыргыстана свидетельствуют об отсутствии различий, русскоязычные мигранты украинцы и киргизы имеют высокий уровень социального благополучия (показатели 8,3 + 0,37 и 7,2
+ 0,72 соответственно) в сфере семейной обустроенности по вопросам: семейное положение, наличие детей, жилищные условия и др.

Различия не являются статистически достоверными по U-критерию Манна-Уитни.

Сравнение показателей общего уровня социальной удовлетворенности свидетельствует, что русскоязычные мигранты из Кыргызстана и Украины имеют схожие показателя общего социального благополучия (показатели мигрантов из Украины – 5,7 + 1,13, из Кыргызстана – 5,8 +1,01). Таким образом, русскоязычные мигранты не зависимо от страны прибытия частично удовлетворены своим статусом, доходом, условия труда и семейной обустроенностью.

Таким образом, в ходе эмпирического исследования были выявлены следующие особенности социальной адаптации русскоязычных мигрантов из Украины:

- преобладающими типами адаптации к новой социокультурной среде являются конформный, интерактивный, ностальгический типы.

- имеют повышенный уровень социальной фрустрированности, испытывают более высокое психическое напряжение, обусловленное неудовлетворенностью достижениями и положением личности в социально заданных иерархиях,

- уровень социального благополучия по шкалам «уровень жизни», «условия труда» находится в пределах среднего уровня, по шкале «статус, доход» -на уровне ниже среднего, по шкале «семейная обустроенность» – на высоком уровне. Показатель общего уровня социального благополучия русскоязычных мигрантов из Украины свидетельствует о среднем уровне.

Таким образом, в ходе эмпирического исследования были выявлены следующие особенности социальной адаптации русскоязычных мигрантов из Кыргызстана:

- преобладающими типами адаптации к новой социокультурной среде являются ностальгический, конформный, интерактивный типы.

- преобладающим уровнем в данной группе мигрантов является умеренный уровень социальной фрустрированности, т.е. большинство мигрантов в умеренной степени переживают психическое напряжение, связанное с неудовлетворенностью достижениями.

- социальное благополучие на более высоком уровне представлено по шкале «семейная обустроенность» и «уровень жизни», на среднем уровне – по шкале «статус, доход», в меньшей степени удовлетворены условиями своей трудовой деятельности. Показатель общего уровня социального благополучия русскоязычных мигрантов из Кыргызстана свидетельствует о среднем уровне.


Библиографический список
  1. Балл Г.А. Понятие адаптации и ее значение для психологии личности.//Вопросы психолоии.-2009.-№1.-С. 92-100.
  2. Дьячук А.А. Математические методы в психологических и педагогическихисследованиях. Учебное пособие. – Красноярск: Красноярский гос. пед. ун-т им. В.П. Астафьева, 2013. -347 с.
  3. Солдатова Г.У., Кравцова О.А., Хухлаев О.Е., Шайгерова Л.А. Психодиагностика толерантности//Психологи о мигрантах и миграции России: Инф-аналит бюллетень. – М., 2002, – №4.
  4. Шлягина Е.И. Методы исследования этнической толерантности личности//Методы этнопсихологического исследования. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. – С . 28-54.


Все статьи автора «Насибуллина Антонина Владимировна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: