УДК 81

ЭВФЕМИЗМЫ ТЕМАТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ «ФИЗИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ И ВОЗМОЖНОСТИ» / «PHYSICAL ABILITIES» В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ

Белобородова Анна Валерьевна
Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов
кандидат филологических наук, доцент кафедры английского языка

Аннотация
Данная статья посвящена рассмотрению функционирования эвфемизмов тематической группы «Физические данные и возможности» / «Physical abilities» в русском и английском языках. Знание их закономерностей играет большую роль в межкультурной коммуникации. Проведенное исследование позволяет выявить лингвокультурную специфику формирования эвфемистических замен, особенности процесса эвфимизации и употребления эвфемизмов данной группы в двух лингвистических сообществах.

Ключевые слова: компонентный анализ, лингвокультурная специфика, политически корректные эквиваленты, тематическая группа «физические данные и возможности», эвфемизмы


EUPHEMISMS OF THE THEMATIC GROUP «PHYSICAL ABILITIES» IN THE RUSSIAN AND ENGLISH LANGUAGE

Beloborodova Anna Valerevna
University of the Humanities and Social Sciences
PhD in Philological Science, Assistant Professor of the English Department

Abstract
This article is devoted to the examination of the functioning of the euphemisms, belonging to the thematic group "Physical abilities" in the Russian and English languages. Knowledge of their rules plays a big role in intercultural communication. The study allows to reveal lingvocultural specific features in euphemism formation, unique features of euphemization and functioning of the given group euphemisms in two linguistic communities.

Keywords: componential analysis, euphemisms, linguocultural specific features, politically correct equivalents, thematic group «physical abilities»


Рубрика: Филология

Библиографическая ссылка на статью:
Белобородова А.В. Эвфемизмы тематической группы «Физические данные и возможности» / «Physical abilities» в русском и английском языках // Гуманитарные научные исследования. 2017. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2017/03/23163 (дата обращения: 29.04.2017).

Значительный слой лексики современного русского и английского языков своим происхождением и функционированием обязан влиянию социальных и моральных факторов, в связи с чем возникает проблема эвфемизации лексического состава. Эвфемистические единицы дают нам обширный материал для лингвистических исследований. Эвфемизмы, являясь реакцией на языковое табу, существуют во всех языках, имеют сходные и специфические черты, что связано как с особенностями функционирования каждого отдельного языка, так и с историческим и культурным своеобразием конкретного народа. Основной круг эвфемизируемых явлений совпадает в разных языках, отличия же затрагивают способы образования, количество эвфемизмов, частотность их употребления, стилистическую окраску.

Проблема эвфемизмов всегда вызывала интерес лингвистов. Изучение эвфемистических единиц проводилось на материале разных языков: русского (Л.П. Крысин, Б.А. Ларин, Ю.С. Маслов, В.П. Москвин, А.А. Реформатский, Д.Н. Шмелев), английского (И.Р. Гальперин, А.М. Кацев, Ю.А. Кудрявцев). Исследования исследуют вопросы возникновения эвфемизмов, их назначения, тематических классификаций, способов образования и др.

Среди исследований заметно выделяются работы А.М. Кацева, Л.П. Крысина, В.П. Москвина, которыми были разработаны критерии определения эвфемизмов с позиций современной лингвистики, выявлены сферы эвфемизации и мотивы употребления эвфемистических единиц.

В современных исследованиях эвфемистические единицы рассматриваются в социолингвистическом аспекте (A.M. Кацев, Т.Н. Кочеткова, Л.П. Крысин, Б.А. Ларин, В.П. Москвина), также подчеркивается связь эвфемизмов с культурными, психолингвистическими и социальными процессами, протекающими в обществе, поскольку эвфемистические единицы, как и другие пласты лексики языка, отражают изменения в жизни социума.

Причины и сферы эвфемизации лексики не могут рассматриваться в отрыве от того общества, в котором они употребляются. Схожей точки зрения придерживается Л.П. Крысин, говорящий о зависимости употребления эвфемизмов от контекста и условий речи: чем жестче социальный контроль речевой ситуации и самоконтроль говорящим собственной речи, тем более вероятно появление эвфемизмов; напротив, в слабо контролируемых речевых ситуациях и при высоком автоматизме речи (например, при общении и семье, с друзьями и т.п.) эвфемизмом могут предпочитаться «прямые» обозначения [1; 78].

Необходимо уточнить, что общепринятой дефиниции термина «эвфемизм» на сегодняшний день не существует, большое количество определений свидетельствует о многоплановости явления, нередко их можно охарактеризовать как синонимичные, но с той лишь разницей, что исследователи акцентируют внимание на различных аспектах эвфемизма. Исследователи называют эвфемизмами разнообразные средства языка: слова, словосочетания, сокращения, графический пропуск и т.п. Под эвфемизмом принято понимать лексические единицы и выражения, используемые для замены такого прямого наименования, употребление которого приставляется говорящему неприличным, грубым или нетактичным в данной конкретной ситуации.

Так, в лингвистической литературе последних лет эвфемизм традиционно рассматривается как средство речевого этикета. А.В. Карасик справедливо отмечает, что «существуют коммуникативные табу, запретные ходы в речевых действиях, нарушение которых строго осуждается в том или ином лингвокультурном сообществе» [2: 41].

B.П. Москвин предлагает понимать под эвфемизмами «лексические единицы или выражения, используемые для замены такого прямого наименования, употребление которого представляется говорящим неуместным (то есть табуируемым) в данной конкретной ситуации» [3: 58].

Традиционными терминами, используемыми лингвистами для обозначения понятия «эвфемизм», являются «эвфемистическая замена», «эвфемистическое переименование», «синонимическая замена запрещенных слов», «эвфемистический субститут». Подобная ситуация представляется логичным продолжением разнообразия взглядов на явление эвфемии.

Определение мотивов, причин, лежащих в основе эвфемизации речи, относится к одной из ключевых проблем эвфемии. Т.С. Бушуева считает эвфемизмы «маркерами коммуникативной стратегии», способствующие «гармонизации межличностных отношений» [4: 52]. Как средство «вуализации неприличных, нетактичных, неблагозвучных языковых явлений» рассматривают эвфемизмы О.А. Михайлова и Н.Е. Якименко.

Эвфемистичность речи обусловлена стремлением к «коммуникативному компромиссу» [5: 282].

В данной статье наиболее интересным и важным нам представляется рассмотрение функционирования наиболее частотных эвфемизмов тематической группы «Физические данные и возможности» / «Physical abilities» в русском и английском языках. Знание их закономерностей играет большую роль в бесконфликтном общении, особенно в межкультурной коммуникации.

П. Траджилл отмечает, что тип табуированного слова в определенном языке является, по меньшей мере, отражением системы ценностей и верований и этом обществе. Некоторые слова подвержены большей степени табуирования, чем другие. Наиболее жестко табуируемые слова указывают на то, что данной ситуации традиционно придавалось большое значение в том или ином языковом сообществе [6: 30]. Являясь частью культуры, фиксацией, отражающей реальный мир, слово «несет в себе определенный культурный код», значение слова отражает «взаимодействие универсального и специфического», которое проявляется в соотнесенности с фрагментами мира и способе реализации значения о мире «на фоне специфических культурных фрагментов значения» [7: 81].

Таким образом, при сопоставлении русского и английского языкового материала представляется возможным выявить лингвокультурную специфику формирования эвфемистических замен в результате семантических преобразований, а также особенности употребления эвфемизмов этих сферах в двух лингвистических сообществах.

В качестве способа избежать дискриминации по физическим возможностям, как и по внешнему виду, и возрастной принадлежности используется политически корректная лексика. Стандарты красоты, навязываемые рекламой, «знатоками», пропагандой привели к тому, что люди, не вписывающиеся в эталоны, чувствуют себя беззащитными и беспомощными, сталкиваясь с языковой бестактностью. Вид политически некорректного поведения получил название lookism (от англ. look — смотреть, проверять) – favouring the attractive over less attractive (предпочтение более привлекательного менее привлекательному). Существуют специальные термины, которые обозначают разные виды явления lookism (лукизма), например, термин fattism (fatism) обозначает дискриминацию толстых людей (от англ. fat – толстый) как всякое действие, имеющее целью оскорбить, унизить очень полных людей. Дискриминация, связанная с весовой категорией человека, называется weightism, а дискриминация по параметрам роста обозначена словом heightism. Термином «ageism» обозначают дискриминацию на основе возрастных признаков, «ableism» – дискриминацию, связанную с разными физическими возможностями человека.

Исследование языкового материала позволяет выделить группу эвфемизмов, объединенную «антропоцентрическими» параметрами, которая рассматривается нами в свете отражения идей политической корректности по отношению к lookism. К данной подгруппе эвфемизмов мы относим целый ряд дескриптивных эвфемизмов, относящихся к сфере описания внешности и физических качеств человека.

Эвфемистическую лексику тематической группы «Физические данные и возможности» / «Physical abilities» можно представить в виде следующей таблицы:

Таблица 1. Межъязыковая эквивалентность эвфемизмов тематической группы «Физические данные и возможности» / «Physical abilities»

Русский язык

Английский язык

лицо с ограниченными возможностями differently abled
physically challenged person (invalid)
person who has a spinal cord injury
лицо с особенностями психофизического развития children with learning disability
children with self-paced cognitive ability
лицо нестандартной весовой категории gravitationally challenged
differently weighted
слабослышащий hearing impaired
temporarily aurally disabled
visually oriented (deaf)
незрячий temporarily visually disabled
sight impaired / visually challenged (blind)

hearing and speech-impaired
person having a speech impediment
vocally challenged (mute)
verbally challenged

nasally inconvenienced (big-nosed)
nasally disadvantaged
nasally gifted

uniquely coordinated (clumsy)

cosmetically different (ugly)
aesthetically different
facially challenged

vertically inconvenienced (too tall)
vertically enhanced
vertically challenged (short)
atomically compact (short)

horizontally gifted
horizontally challenged (fat)

В качестве политически корректных эквивалентов лексической единицы «short» используются субституты vertically challenged (преодолевающий трудности из-за вертикальных пропорций) и anatomically compact (компактный с анатомической точки зрения). Классической заменой лексемы fat – horizontally challenged (преодолевающий трудности из-за горизонтальных пропорций), нами обнаружены следующие эвфемизмы, заменяющие данное слово:differently weighted (другой весовой категории), horizontally gifted (горизонтально одаренный в пропорциональном отношении), gravitationally challenged (преодолевающий трудности гравитационного плана). Приведенные эвфемизмы эквивалентны русскому перифразу лицо нестандартной весовой категории.

При помощи следующего ряда эвфемизмов исключаются попытки проявления возможных форм дискриминации по внешнему виду или физическим характеристикам человека:big-nosed (большеносый) – nasally inconvenienced (испытывающий неудобства в связи со специфическим строением носа); nasally disadvantaged (лишенный преимуществ с точки зрения размеров носа); nasally gifted (одаренный природой в плане формы носа); clumsy (неуклюжий) – uniquely coordinated (с уникальной координацией); too tall (слишком высокий) – vertically inconvenienced (испытывающий неудобство в вертикальном пространстве); vertically enhanced («усиленный» в вертикальном пространстве); ugly (уродливый) – cosmetically different (косметически другой); aesthetically different (эстетически другой); facially challenged (преодолевающий трудности из-за внешнего вида). Безусловно, некоторые «несоответствия» внешности человека общепринятым стандартам и стереотипам, а также наличие весьма «нелестных» личностных качеств могут послужить источником различного рода насмешек и обид. Существующие политически корректные термины основаны на принципе социальной приемлемости, который является принципом политической корректности как культурно-поведенческой и языковой практики. Принцип социальной приемлемости регламентирует употребление корректных лексических единиц вместо слов и выражений, указывающих на расовую, половую, социально-статусную, возрастную принадлежности, а также на состояние здоровья, внешней вид или же любую другую характеристику, которая может быть интерпретирована как дискриминирующая.

Было бы неправомерным утверждать, что подобные примеры словотворчества приживаются в английском языке, напротив, многие из них вызывают раздражение, а также работают на руку противникам политической корректности. Утрата чувства меры в создании подобного рода политически корректной лексики может свести на нет самые положительные стремления и намерения. Чрезмерное усердие в создании политически корректной терминологии приводит к созданию политически корректной лексики для наименований, не являющихся запретными, нежелательными.

Данная группа политически корректных наименований, в которую входят эвфемизмы, выделена исключающие дискриминацию на основе физических возможностей индивидуума ableism. Согласно перечню основных правил этики общения с инвалидами «Basic Etiquette: People with Disabilities» рекомендуется избегать употребления следующих лексических единиц: «cripple», «victim», «defect», «invalid» «sick» «diseased», «wheelchair bound». Выражения типа people with hearing (sight) problems заменяются эвфемизмами temporarily aurally disabled (имеющий временные проблемы со слухом), hearing impaired (с ослабленным слухом)» temporarily visually disabled (имеющий временные проблемы со зрением).

Такие эвфемизмы, как deaf and speech-impaired; hearing and speech-impaired, заменили обидное, оскорбительное выражение deaf and dumb, или вместо словосочетания deaf and mute употребляется выражение person having a speech impediment (человек с задержкой речи). Вместо лексической единицы «deaf» употребляется эвфемизм visually oriented (ориентирующийся при помощи зрения).

С эвфемизмом disabled произошли изменения, типичные для всех эвфемизмов. В результате высокочастотного употребления эвфемизма произошло «стирание» его эвфемистической функции, его заменил другой эвфемизм – abled. Эвфемизм disabled приобрел негативные коннотации за счет приобретения негативных ассоциаций, связанных с существованием определенных норм, стандартов, используемых для оценки способностей индивидуума в обществе. Лексическая единица «disabled» актуализирует значение «оценка уровня способностей» в двух ипостасях – либо неспособность, либо низкая способность к какому-то виду деятельности.

В ходе анализа единиц нами были выявлены следующие соответствия: например, лексической единице «mute» соответствует эвфемизм vocally challenged (преодолевающий трудности голосового/вокального плана) или verbally challenged (преодолевающий вербальные трудности). Лексическую единицу «blind» сначала заменило выражение visually disabled, затем – sight impaired и visually challenged. Следует констатировать, что лексическая единица «challenge» очень часто входит в состав эвфемистических субститутов. Например, visually challenged person (blind man), physically challenged person (invalid), mentally challenged person (mentally-ill person). Следует подчеркнуть продуктивность лингвистической модели построения эвфемистического субститута «adverb + challenged». Положительная оценочная номинация, присущая лексической единице challenge, осуществляет «возвышение» наименования, придает положительную направленность наименованию.

Некорректно и недопустимо использовать выражение «а СР» (cerebral palsy – церебральный паралич), вместо него рекомендуется использовать выражение «person who has a spinal cord injury». Детей с задержкой умственного развития, плохо поддающихся обучению, эвфемистично именуют children with leaning disability. Этот пример можно назвать «хрестоматийным» в силу частоты его упоминания в исследованиях по эвфемии и политической корректности.

Эвфемизм children with self-paced cognitive ability (дети со своей собственной, специфичной когнитивной способностью/способностью к обучению), на наш взгляд, соответствует принципу политически корректной приемлемости и отвечает требованиям политически корректной избирательности. Наличие в составе эвфемизма компонента cognitive ability способствует трансформации значения всего наименования, не лишает индивидуума, а «наделяет» его способностями к когнитивной деятельности, при этом акцентируется внимание на специфичности, «уникальности» процесса познания. А уникальность, исключительность, как известно, воспринимаются как позитивные характеристики. Таким образом, включается «механизм» положительного ассоциативного ряда, и в эвфемизмах происходит процесс поляризации значения, сдвиг от негативной оценочности к позитивной.

Компоненты многосоставных эвфемизмов, служащих политически корректной заменой слова crippled и исключающих проявление вербальной агрессии, дискриминацию на основе физических возможностей человека, представляют собой следующий синонимический ряд: crippledhandicappeddisableddifferently-ableddelayed / impairedchallenged. В англоязычном пространстве при общении с инвалидами необходимо помнить следующие политически корректные инструкции. Так, например, надпись «The event is handicapped accessible / wheelchair accessible», которая информирует о том, что место, где будет проходить какое-либо мероприятие, оборудованное для передвижения людей в инвалидных креслах, является политически некорректной. Социально приемлемая надпись должна иметь примерно следующее звучание: «The event is accessible to people with disabilities / physically challenged people» (мероприятие доступно для людей с иными физическими возможностями). В рекомендациях говорится о том, что, общаясь с инвалидами, необходимо всегда «сохранять людей в «картине» политически корректного общения» («to keep people in the picture»). Точно также обстоит дело и в случае с надписью: «wheelchair accessible» – «Wheelchairs don’t attend events, people do» (инвалидные кресла не посещают мероприятия, это делают люди). Специфика формирования эвфемизмов, смягчающих упоминание о физических и умственных возможностях / недостатках, заключатся в том, что в основе процесса формирования и подбора новых эвфемистических субститутов лежит принцип вежливости, стремление уберечь социально ущемленные группы людей от возможных обид, оскорблений и проявлений вербальной агрессии.

Как видим, большинство русских эвфемизмов, объединенных нами в тематическую группу «Физические данные и возможности» имеет в своей основе генерализованное понятие, скрывающее общий физический недостаток, вуалирующий физический дефект. В английском языке все субституты получают более дробное, конкретное наименование, номинируя конкретный, частный дефект определенной части тела, называя, хотя и скрыто, вполне определенный локальный недостаток в теле человека. Таким образом, мы приходим к выводу, что русский язык менее склонен к эвфемизации понятий и к субституции таких черт, как физические возможности.


Библиографический список
  1. Крысин, Л.П. Эвфемистические способы выражения в современном русском языке [Текст] / Л.П. Крысин // Русский язык в школе, 1994. – №5. – С. 76-82.
  2. Карасик, В.И. Язык социального статуса [Текст]: Социолингвист, аспект. Прагмалингвист. аспект. Лингвосемант. аспект / В.И. Карасик. – М.: Гнозис, 2002. – 333 с.
  3. Москвин, В.П. Эвфемизмы [Текст]: системные связи, функции и способы образования / В.П. Москвин // Вопросы языкознания. – 2001. – №3. – С. 58-70.
  4. Бушуева, Т.С. Прагматический аспект эвфемизмов и дисфемизмов в современном английском языке [Текст]: дис. … канд. филол. наук: 10.02.04 / Т.С. Бушуева. – Смоленск, 2005. – 176 с.
  5. Михайлова, О.А. Содержание понятия эвфемизм [Текст]: к постановке проблемы / О.А. Михайлова, Н.Е. Якименко // Слово. Фраза. Текст: [сб. науч. ст. к 60-летию проф. М.А. Алексеенко]. – М., 2002. – С. 280-284.
  6. Trudgill, P. Sociolinguistics [Text]: An Introduction to Language and Society / P. Trudgill. – L.; N.Y.: Penguin:, 1995. – 204 p.: ill., maps.
  7. Заботкина, В.И. Культурный контекст и лексикон [Текст] / В.И. Заботкина // Английский лексикон в лингвистическом и культурологическом пространстве: сб. науч. тр. / Моск. гос. лингв. ун-т. – М., 1992. – Вып. 400. – С. 75-83.


Все статьи автора «Annette1»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация