УДК 316.613

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В РЕГУЛИРОВАНИЕ ОБОРОТА НАРКОТИКОВ В США

Ставропольский Юлий Владимирович
Саратовский государственный университет имени Н.Г. Чернышевского
кандидат социологических наук, доцент кафедры общей и социальной психологии

Аннотация
Федеральное вмешательство в регулирование оборота наркотиков начиналось в формате поддержки усилий отдельно взятых штатов и отражало сходную озабоченность по поводу социальных групп, употребляющих конкретные наркотики, но не по поводу наркотиков как таковых. Акт о чистоте продуктов питания и лекарств не вводил запрета ни на какие вещества, напротив, он лишь требовал, чтобы конкретные продукты, содержащие опасные либо вызывающие привыкание наркотики, маркировались соответствующими этикетками для широкого информирования населения. Эта мера стала из ряда вон выходящим шагом защиты потребителя федеральным законодательством, под влиянием американского прогрессивного движения.

Ключевые слова: алкоголь, закон, лекарство, наркотик, продукт, чистота


FEDERAL INTERVENTION INTO THE REGULATION OF DRUGS' CIRCULATION IN THE UNITED STATES

Stavropolsky Yuliy Vladimirovich
Saratov State University named after N. G. Chernyshevsky
Ph. D. (Sociology), Associate Professor of the General & Social Psychology Department

Abstract
Federal intervention into the regulation of drugs’ circulation began in the format of supporting the efforts of individual states and reflected similar concerns about the social groups who use specific drugs, but not about drugs as such. Act about the purity of food and drugs has not imposed a ban on any substance, on the contrary, it only demanded that specific products containing hazardous or addictive drugs, were marked with appropriate labels for a broad public awareness. This measure was out of the ordinary step of a consumer protecting federal law, under the influence of the American progressive movement.

Keywords: alcohol, drug, law, medicine, product, purity


Рубрика: Социология

Библиографическая ссылка на статью:
Ставропольский Ю.В. Федеральное вмешательство в регулирование оборота наркотиков в США // Гуманитарные научные исследования. 2017. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2017/03/23090 (дата обращения: 31.05.2017).

На всём протяжении XIX века в Соединённых Штатах не существовало никакой государственной политики контроля за оборотом наркотиков. Самые первые антинаркотические законы издавались на уровне штатов и местного самоуправления, но даже и они ограничивались регулированием оборота алкоголя, запретами на курение табака и регулированием оборота лекарственных средств [2]. Вокабуляр законодателей того времени был прост и непритязателен. Ядами объявлялись мышьяк, табак, алкоголь, морфин и другие алкалоиды опия, а ежели они становились предметом законодательного регулирования, то полицейские функции по контролю за их оборотом перекладывались на профессиональных работников здравоохранения и фармацевтики.

Раннее антинаркотическое законодательство на уровне штатов и местного самоуправления существенно разнилось в отношении спектра и эффективности. В 1860 году в штате Пенсильвания был принят первый антиморфиновый закон. В 1875 году в Сан-Франциско был принят антиопиумный закон, который можно считать уникальным в своём роде, ибо он был направлен лишь против курения опиума, распространённого среди китайских иммигрантов, и никак не влиял на сонмище прочих способов употребления опиума, предпочитаемых большинством американцев. Аналогичный закон был принят в штате Калифорния в 1881 году. Он распространялся только на курильни опиума. Курение опиума в одиночку либо с друзьями в частной резиденции не подпадало под действие калифорнийского законодательства [1]. В городе Вирджиния, штат Невада в 1876 году приняли аналогичное местное муниципальное постановление, которое год спустя возымело силу закона всего штата. Вскоре этому примеру последовали другие города и штаты по всей стране. Все эти законы были так непохожи один на другой и в массе своей содержали так много ловушек и исключений, что по большому счёту оказались бесполезны с точки зрения реальной профилактики либо ограничения курения опиума.

Почти ни один из тех ранних антинаркотических законов не вводил всеобъемлющего запрета ни единого психоактивного вещества. Типичный закон предусматривал продажу наркосодержащих патентованных средств без ограничения, но ограничивал приобретение чистых наркотиков у аптекаря либо у терапевта требованием рецепта, который аптекарь был обязан хранить определённое время и предъявлять для проверки. Некоторые из тех законов до того запутаны, что выполнять их невозможно, а некоторые совершенно тщетны поскольку из них исключаются и патентованные лекарства, и домашние снадобья. Невзирая на относительную неопределённость тех законов, они более-менее соблюдались как в отношении злоумышленников, так и в отношении простодушных растяп. Принятие таких законов знаменовало начало истории арестов за владение наркотиками в Соединённых Штатах, а наказание зачастую бывало скорое и суровое.

Федеральное вмешательство в регулирование оборота наркотиков начиналось в формате поддержки усилий отдельно взятых штатов и отражало сходную озабоченность по поводу социальных групп, употребляющих конкретные наркотики, но не по поводу наркотиков как таковых. В 1883 году конгресс повысил импортный тариф на курительный опиум, не затронув при этом опиум, импортируемых для иных целей [6]. В 1887 году конгресс запретил импорт опиума в Соединённые Штаты любым подданным Китая. Закон не затрагивал некитайцев, и импорт из Канады оставался законным [5]. В 1890 году новый федеральный закон разрешил производить опиум для курения только американским гражданам. Первые федеральные опиумные законы имели смешанный итог. Они оказались эффективными в той степени, в какой они были предназначены маргинализировать китайцев и прояснить социальные различия. В реальности, в Соединённых Штатах настолько возобладало дурное обращение с китайцами, что китайское правительство впало в ярость и грозилось дестабилизировать торговлю и международные отношения. Однако, с точки зрения действительного улучшения государственного здравоохранения и общественной безопасности, и сокращения употребления наркотиков, эти законы принесли крайне мало. Опиум и другие наркотики оставались легально доступны во многих формах и употреблялись с различными целями всеми слоями американского общества.

Правительственные чиновники осознавали недостатки опиумного законодательства и их последствия. В 1888 году министерство финансов США докладывало, что вследствие федеральных мер выросла контрабанда, совершаемая организованными группировками на тихоокеанском побережье, и, несмотря на все предпринимаемые министерством финансов усилия, пресечь наркотраффик оказывается практически невозможно. Тем не менее, эти первоначальные затруднения не остановили конгресс перед принятием ещё более строгих мер в будущем.

Новая глава в истории регулирования оборота наркотиков в США начинается с принятием в 1906 году федерального Акта о чистоте продуктов питания и лекарств (Pure Food and Drug Act), который требовал маркировать продукты питания и лекарства надлежащим образом, с указанием на ярлыках входящих в их состав компонентов. Акт о чистоте продуктов питания и лекарств не вводил запрета ни на какие вещества, напротив, он лишь требовал, чтобы конкретные продукты, содержащие опасные либо вызывающие привыкание наркотики, маркировались соответствующими этикетками для широкого информирования населения. Эта мера стала из ряда вон выходящим шагом защиты потребителя федеральным законодательством, под влиянием американского прогрессивного движения. На рубеже ХХ века американцы зачитывались репортажами про взятки и алчность, написанными знаменитыми журналистами – разгребателями навоза, такими как Эптон Синклер, поэтому действия конгресса по наведению порядка в пищевой и фармацевтической промышленности опирались на широкую всенародную поддержку. Основной целью разгребателей навоза стало производство патентованных лекарств, про которое они писали, что это рискованная торговля фальсифицированными товарами, не соответствующими своим наименованиям. Отравляющие вещества стали той темой, которая надолго свела вместе сторонников запрета, социальных реформаторов и поборников федерального вмешательства. Государственные чиновники отреагировали взятием на учёт производителей патентованных лекарств во имя обеспечения чистоты продукции и защиты детей.

Акт о чистоте продуктов питания и лекарств знаменовал собой существенную трансформацию концепции конституционных полномочий федерального правительства. Вопросы здравоохранения и общественного порядка долгое время относили к сфере прерогатив штатов, а федеральное правительство не имело возможности проводить общегосударственную полицейскую политику. Особенно это проявилось в той сфере, которая затрагивала интересы бизнеса, поэтому конгрессу пришлось блеснуть креативностью, разрабатывая Акт о чистоте продуктов питания и лекарств в качестве уголовного законодательного акта, и полагаясь, в конечном счёте, на авторитетное звучание коммерческой клаузулы.

В ходе принятия Акта о чистоте продуктов питания и лекарств, некоторые члены конгресса выразили глубокую озабоченность по поводу того, что акт означает нелегитимное осуществление полномочий, не записанных в конституции. Тем не менее, акт был принят и впоследствии утверждён в качестве легитимного осуществления конгрессом своих конституционных полномочий по регулированию торговли между штатами [4] [7]. Невзирая на то, что Актом о чистоте продуктов питания и лекарств не устанавливалось никаких запрещений, он имел исторически показательное значение для уменьшения аддикции к опиатам [3]. Новые требования к чистоте и маркировке намного повысили безопасность лекарств и доступных населению наркотиков. Однако, достигнутый успех был омрачён принятием в 1914 году Наркотического акта Харриса, благодаря которому доступность легальных и учтённых опиатов была резко ограничена, а подпольный рынок наводнили разного рода фальсифицированные наркотики неизвестно какого состава и наименования.

Во времена принятия Акта о чистоте продуктов питания и лекарств общенациональное антинаркотическое движение в Соединённых Штатах пребывало в поре детства. Главной целью поборников общественной морали в то время был алкоголь. Антисалунная лига и влиятельное движение за запрещение алкоголя были более авторитетны, по сравнению с антинаркотическими силами, которые не имели сильной централизованной организации. Поэтому достойно внимания то, что первый главный антинаркотический закон в общегосударственном масштабе – Наркотический акт Харриса 1914 года – был принят на целых пять лет раньше, чем государственный запрет алкоголя. С самого конца XIX века Антисалунная лига представляла собой мощный политический фронт борьбы с алкоголем и алкогольным производством. Её могущество росло и обнаруживалось в возраставшей популярности партии запретителей, оказывавших влияние на президентскую политику, и приведших в конце концов в 1919 году к принятию восемнадцатой поправки, запрещавшей продажу алкоголя в Соединённых Штатах. Эта историческая аномалия прямо проистекает из усилий нескольких харизматичных, тенденциозных и влиятельных личностей, а также из изменения роли Америки в мировой политике на заре ХХ века.


Библиографический список
  1. Casey E. History of Drug Users and Drug Use in the United States // Facts About Drug Abuse Participant Manual, The National Drug Abuse Center for Training Resource and Development. U.S. Govt. Publication, 1978. No. 79-FADA-041P.
  2. Drug Use in America: Problem in Perspective // Second Report of the National Commission on Marijuana and Drug Abuse, 1973. P. 14.
  3. Kolb L., Du Mez A. G. The Prevalence and Trend of Drug Addiction in the United States and Factors Influencing It. Treasury Department, US Public Health Service, Reprint No. 924, Washington: US Government Printing Office, 1924. P. 14.
  4. Shawnee Milling Co. v. Temple. 179 F. 517 (S. D. Iowa 1910)
  5. Shulgin A. T. Controlled Substances: A Chemical and Legal Guide to the Federal Drug Laws. Berkeley: Ronin Publishing, 1988. P. 244.
  6. Terry C. E., Pellens M. The Opium Problem. New York: Committee on Drug Addictions, Bureau of Social Hygiene, 1928. P. 747.
  7. United States v. Seventy-Four Cases of Grape Juice. 181 F. 629 (W. D. N. Y. 1910).


Все статьи автора «Ставропольский Юлий Владимирович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: