УДК 316.613

СОВРЕМЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ КОНЦЕПЦИИ ЛИЦА

Ставропольский Юлий Владимирович
Саратовский государственный университет имени Н. Г. Чернышевского
кандидат социологических наук, доцент кафедры общей и социальной психологии

Аннотация
Принципы вежливости оказались неспособны объяснить употребления языка людьми, в особенности вежливого стиля, существующего в японском языке. Принципы вежливости игнорируют два важных аспекта японского языка и его употребления. Один игнорируемый аспект – это языковой выбор формализованных конструкций из множества различных степеней формальности, а второй аспект – это детерминированность выбора говорящим вежливых выражений прежде всего социальной конвенциональностью, но не индивидуальной стратегией общения. Поэтому требуется более внятная матрица, способная объяснить универсальность языковой вежливости.

Ключевые слова: вежливость, концепция, культура, подход, теория, феномен


CURRENT RESEARCH THE CONCEPT OF A FACE

Stavropolsky Yuliy Vladimirovich
Saratov State University named after N. G. Chernyshevsky
Ph. D. (Sociology), Associate Professor of the General & Social Psychology Department

Abstract
Principles of comity have failed to explain the use of the language by people, especially the polite style that exists in the Japanese language. Principles of courtesy ignore two important aspects of the Japanese language and its use. One neglected aspect is the language choice of the formal structures of various degrees of formality, and the second aspect is the deterministic choice of speaking polite expressions first of all social conventionality, but not the individual strategy of communication. Thus, one needs a more coherent matrix, able to explain the universality of linguistic politeness.

Keywords: approach, concept, culture, phenomenon, politeness, theory


Рубрика: Социология

Библиографическая ссылка на статью:
Ставропольский Ю.В. Современные исследования концепции лица // Гуманитарные научные исследования. 2017. № 3 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2017/03/20551 (дата обращения: 27.05.2017).

Современные исследования, посвящённые концепции лица, можно разделить на две основные категории. Во-первых, социолингвистический подход, а, во-вторых, коммуникативный подход. Социолингвистический подход основывается на теории вежливости Брауна-Левинзона. [2] По данной причине данный подход иначе называется подходом с позиции теории вежливости [7].
С позиции теории вежливости утверждается, что любой речевой акт, который соотносится с функцией либо с действием, совершаемым конкретным высказыванием, обладает потенциальными угрозами не только в отношении рецепиента либо слушателя, но и источника либо говорящего.
К примеру, просьба может угрожать негативной потребности лица рецепиента (т. е. желанию избегать внешнего навязывания), при этом просьба также несёт в себе угрозу позитивной потребности лица источника коммуникации (т. е. желанию проявлять себя в качестве компетентной личности). Более того, в теории вежливости предполагается, что степень, в которой речевые акты угрожают лицу, зависит от трёх ситуативных факторов: от социальной дистанции между говорящим и слушающим, от относительной власти говорящего над слушающим и от имманентно присутствующей в данном акте степени угрозы лицу. На протяжении многих лет исследователи искали подтверждения валидности теории вежливости в своих собственных языках, а также сравнивая различия в языковом употреблении вежливости в различных культурах [4] [5]. Однако, по иронии судьбы, эти исследования привели к тому, что, в конечном итоге, универсальный характер теории вежливости Брауна-Левинзона оказался под сомнением. [2]
Во-первых, принципы вежливости оказались неспособны объяснить употребления языка людьми, в особенности вежливого стиля, существующего в японском языке [4]. Принципы вежливости игнорируют два важных аспекта японского языка и его употребления. Один игнорируемый аспект – это языковой выбор формализованных конструкций из множества различных степеней формальности, а второй аспект – это детерминированность выбора говорящим вежливых выражений прежде всего социальной конвенциональностью, но не индивидуальной стратегией общения. Поэтому требуется более внятная матрица, способная объяснить универсальность языковой вежливости. [4] [5]
Во-вторых, огромный шквал критики обрушился на теорию вежливости Брауна-Левинзона именно за утверждение о негативных потребностях лица [2]. Негативное лицо, в котором олицетворяется претензия на личную территорию и желание избегать внешнего навязывания, звучит несколько странно для людей, в культуре которых ценятся социальные взаимоотношения и взаимозависимость [4] [5].
Даже с учётом того, что феномен негативного лица иногда может встре-чаться во взаимоотношениях между японцами (например, терпение жены по отношению к пьющему мужу либо толерантное отношение родителей к жуткой манере своего ребёнка одеваться), тем не менее данное лицо не является доминирующим в японской культуре. Японцы в подобных случаях даже не употребили бы слова «лицо». Они скорее употребили бы слова «терпение» или «толерантность», которые мы употребили в скобках. Кроме того, теорию вежливости Брауна-Левинзона критиковали за три ситуативных фактора, подверженных культурному смещению. [2] Например, в культуре А некоторые речевые акты могут восприниматься как более угрожающие, нежели в иных культурах [7].
Давайте в качестве примера разберём самое заурядное приветствие (по крайней мере в Японии), которое совершают люди, когда встречают знакомого на улице. После того, как они скажут друг другу: «Привет!», японцы спрашивают у своих знакомых: «Куда ты идёшь?» Весьма вероятно, что, услышав от своего знакомого данный вопрос, японец сочтёт его за вежливое приветствие. Напротив, житель Северной Америки, может расценить вопрос о том, куда он идёт, как внешнее навязывание, как угрозу негативной потребности собственного лица. Поэтому, даже одно и то же поведение можно в различных культурах интерпретировать различным образом, учитывая степень угрозы лицу. Наконец, ситуативные факторы могут не ограничиваться тремя (например, близость, дистанция власти и степень угрозы, провоцируемая речевым актом). Вполне вероятно, что на вежливость выражений влияют и иные факторы, например, иерархические взаимоотношения, социальные обязательства и т. п.
Вопреки социолингвистическому подходу, акцентирующему феномен вежливости в языковом употреблении, коммуникативный подход больше внимания уделяет межличностным либо кросскультурным конфликтам. Например, в теории преодоления лица [6] применяется культурный параметр «индивидуализм-коллективизм» и я-конструирование для объяснения различий между стилями заботы о своём лице и разрешения конфликтов в различных культурах. Утверждается, что, в процессе управления конфликтом, представители индивидуалистических культур склонны отдают приоритет я-лицу перед другим-лицом либо взаимным лицом (т. е. заботе об обоюдном имидже участников либо об имиджн их взаимоотношений), тогда как представители коллективистских культур склонны отдавать приоритет другому-лицу либо взаимному лицу перед я-лицом. Согласно данному подходу, данная тенденция опосредуется ин-дивидуальным я-конструированием.
Нет никакого сомнения в том, что предшествующие исследования внесли свой собственный вклад в понимание концепции лица. Тем не менее, остаются неразрешённые вопросы, которые требуют проведения эмпирических исследований. Попробуем очертить силуэты подобных вопросов. Во-первых, определение понятия «лицо» продолжает оставаться непоследовательным и неадекватным по отношению к культуре Японии и т. п. Предлагаемое И. Гоффманом определение лица в качестве позитивной социальной ценности, , которой человек наделяет сам себя перед другими, рождая у них соответствующие ожидания в процессе конкретного контакта [3], акцентирует социально-релятивную характеристику лица, тогда как в теории вежливости Брауна-Левинзона [2], лицо определяется как публичный я-образ, которым каждый желает наделить самого себя, и данное определение, как представляется, акцентирует индивидуалистические аспекты лица [1].
Кроме того, не существует единственного определения, которое, будучи достаточно вразумительным, включало бы в себя концепции лица, существующие в культурах за пределами Северной Америки. При помощи определения из теории вежливости Брауна-Левинзона Brown and Levinson’s definition of face [2], невозможно объяснить ни китайский феномен мяньцзы/лянь, ни японский феномен мэнцу, ибо в каждом из них подчёркивается коммунальный аспект лица и ракурс с точки зрения других людей [4]. Тем самым, даже если мы признаем труды И. Гоффмана о лице в нашей повседневной жизни с акцентом на релятивных свойствах лица первопроходческими, мы будем вынуждены утверждать, что существует пространство дальнейшей концептуальной классификации и теоретического дополнения, в котором мы можем ухватить различные нюансы лицевой ориентации в различных культурах.
С учётом сказанного имеет смысл предполагать, что, всей общности су-щественной характеристики лица, концепция лица в любой культуре может иметь свои характерные либо доминантные компоненты, отражающие культурную уникальность. Универсальный (этический) компонент концепций лица в разных культурах заключается в том, что лицо репрезентирует индивидуальные публичные либо социальные имиджи. Прочие компоненты представляются культурно-специфическими (эмическими). Например, предполагается, что концепция лица в англо-американской культуре, характеризуется приоритетом негативного лица, которое репрезентирует социальные имиджи независимости и территории. С другой стороны, в концепции лица в китайской культуре, лянь характеризуется приоритетом человеческой морали. Идея о культурной уникальности понятия «лицо» не предполагает отсутствия подобных характеристик в иных культурах. Ппредставляется, что это вопрос превалирования. Лишь при помощи самобытного подхода возможно выявить культурно-уникальные элементы понятия «лицо».


Библиографический список
  1. Bargiela-Chiappini F. Face and Politeness: New (Insights) for Old (Concepts) // Journal of Pragmatics, 2003. No. 35. P. 1453 – 1469.
  2. Brown P., Levinson S. Universals in Language Usage: Politeness Phenomena // Questions and Politeness: Strategies in Social Interaction. Ed. by E. N. Goody. Cambridge: Cambridge University Press, 1978. P. 56 – 310.
  3. Goffman E. Interaction Ritual: Essays on Face-to-Face Behavior. New York: Pantheon Books, 1967.
  4. Mao L. M. Beyond Politeness Theory: ‘Face’ Revisited and Renewed // Journal of Pragmatics, 1994. No. 21. P. 451 – 486.
  5. Matsumoto Y. Reexamination of the Universality of Face. Politeness Phenomena in Japanese // Journal of Pragmatics, 1988. No. 12. P. 403 – 426.
  6. Ting-Toomey S., Kurogi A. Facework Competence in Intercultural Conflict: An Updated Face-Negotiation Theory // International Journal of Intercultural Relations, 1998. No. 22. P. 187 – 225.
  7. Tracy K. The Many Faces of Facework // Handbook of Language and Social Psychology. Ed. by H. Giles, W. P. Robinson. Hoboken: John Wiley & Sons Ltd, 1990. P. 209 – 226.


Все статьи автора «Ставропольский Юлий Владимирович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: