УДК 80

О НЕКОТОРЫХ ГРАФИЧЕСКИХ СТИЛИСТИЧЕСКИХ СРЕДСТВАХ И ИХ РОЛИ В РОМАНЕ ДЖ. БАРНСА «ИСТОРИЯ МИРА В 10½ ГЛАВАХ»

Комарова Ольга Ивановна
Московский государственный технический университет им. Н. Э. Баумана
кандидат философских наук, доцент кафедры Л-2 факультета лингвистики

Аннотация
Настоящая статья обращается к проблеме графических стилистических средств и их роли в художественном тексте на примере романа Джулиана Барнса «История мира в 10½ главах». Рассматриваются такие средства графической выразительности, как курсив, использование прописных букв, многоточие и тире с точки зрения их художественных возможностей. Подчёркивается, что они не являются видами графона. Анализируется роль указанных графических средств при передаче чувств и переживаний героев, понимания мотивов поступков, проникновении во внутренний мир персонажей.

Ключевые слова: апозиопезис, графические стилистические средства, графон, капитализация, курсив, многоточие, персонаж, роман, тире


ON GRAPHICAL STYLISTIC DEVICES AND THEIR ROLE IN THE NOVEL ‘A HISTORY OF THE WORLD IN 10 ½ CHAPTERS’ BY JULIAN BARNES

Komarova Olga Ivanovna
Bauman Moscow State Technical University
PhD in Philosophy, Associate Professor of the Linguistics 2 Department

Abstract
This article focuses on graphical stylistic devices and their role in the novel ‘A History of the World in 10½ Chapters’. The concepts of italics, capitalization, suspension points and dash in term of their artistic value are under consideration. Graphon and the concepts mentioned are considered to be self-contained and fall into the category of graphical stylistic devices. It is stressed that they contribute to the artistic merits of the novel, help to get a deep insight into the inner world of the personages, understand their feelings and motivation.

Keywords: aposiopesis, capitalization, graphical stylistic devices, graphon, italics, novel, personage, suspension points


Рубрика: Лингвистика

Библиографическая ссылка на статью:
Комарова О.И. О некоторых графических стилистических средствах и их роли в романе Дж. Барнса «История мира в 10½ главах» // Гуманитарные научные исследования. 2016. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2016/09/16153 (дата обращения: 20.11.2016).

Графические стилистические средства играют в тексте важную роль, так как именно его графическое оформление позволяет в определённом смысле расширить восприятие литературного произведения читателем, дать ему дополнительный ключ к пониманию написанного. Средства графической образности помогают читателю «услышать» особенности речи и интонации как персонажей, так и  рассказчика.

Что же понимается под графическими стилистическими средствами, и какую роль они могут играть в художественном тексте? Рассмотрим на примере романа Джулиана Барнса «История мира в 10 ½ главах» (‘A History of the World in 10 ½ Chapters’). Нужно заметить, что Барнс один  из самых выдающихся британских писателей современности, лауреат Букеровской премии.  Филологическое образование, думаю, немало способствует тому, что это замечательный писатель, виртуозно владеющий всем инструментарием средств художественной выразительности, в том числе и графическими.

Графические стилистические средства довольно многообразны. Могут включать различные виды шрифтов, фигурный текст, включение элементов других знаковых систем в графику слова [1,2].  Наиболее популярны курсив, капитализация, разрядка, мультипликация, дефисация,  а также использование тире, факультативных кавычек, многоточия и, конечно, графон. В настоящей статье остановимся на наиболее частотных в романе графических средствах выразительности: курсиве, прописных буквах и капитализации, многоточии, тире и графоне.

Итак, по частоте использования и разнообразию функций первое место занимает курсив.

Роман представляет собой яркий образец постмодернистской литературы, и полифония является его отличительной чертой. В отсутствие единой сюжетной линии главы, представляющие отдельные рассказы, скрепляются единым замыслом, сквозными персонажами и мотивами. И один из объединяющих мотивов –  мотив выбора, деления на «чистых» и «нечистых». Первая глава-рассказ задаёт этот мотив ироническим описанием всемирного потопа и истории Ноева ковчега.  Вторая глава открывается своеобразной отсылкой к истории Ноя и его ковчега. Главный герой, Франклин Хьюз, гид и приглашённый лектор на борту круизного лайнера, наблюдает за тем, как туристы поднимаются на борт корабля парами и комментирует:  “The animals came in two by two”[3, c. 40]. Он развлекается, угадывая национальность пассажиров. Французов и итальянцев, в отличие от остальных, он различает всего по двум словам: “…French and Italians whom Franklin identified  with a simple matter of baguette or macaroni[3, c. 39]. Курсив здесь несёт яркую эмоционально-оценочную функцию: Франклин явно про себя передразнивает пассажиров, относясь иронично и даже с лёгким презрением к «макаронникам» и «лягушатникам»: ну о чём ещё, кроме батона(багета) и макарон, они могут говорить?

Функция интенсификации и логического ударения наиболее характерна и частотна при выделении курсивом местоимений. Так один из террористов, захвативших лайнер, восклицает: “People are always telling us what is the law”  [3, с. 57]. И далее выражает недоумение по поводу того, что представители западной цивилизации считают законным, а что противозаконным. И в других главах мы обнаруживаем множество подобных примеров: “We, I said sarcastically?”; “It?”; “As if I was ignoring what had happened…”[3] и т. д. Как правило, в романе, говорящий выражает изумлённое возмущение, возражение, сарказм  или горькую иронию – эмоции негативно окрашенные.

Героиня третьей главы, с детства живущая в мире своих фантазий, противоречит всем  окружающим: “The reindeer can fly” [3, c. 100]. Сойдя с ума на почве ядерной угрозы, она считает ненормальным мир вокруг себя: “as far as you could use the word normal any more” [3, c.119]; “Normal?’ I said. “What’s normal nowadays?” Разум погрузился во тьму, она изумляется, когда  её спрашивают утром о самочувствии: “ Why do you say morning?”; “Day. There you go again” [3, с. 126].

Композиционно и по разноплановому соотношению речь автора – речь персонажа это самая сложная глава. Читатель не сразу догадывается, что произошло, но настойчивый повтор курсивом слова “normal”  с одной стороны позволяет догадаться, что героиня не в себе, а с другой стороны – разве весь мир не сошёл с ума? И кто действительно нормален, а кто – нет? Барнс ведёт очень сложную смысловую игру. И фразу, выражающую главную идею романа он вкладывает именно в уста Кэт: You keep a few true facts and spin a new story about them (берёте несколько правдивых фактов и накручиваете вокруг них совсем другую историю)” [3, c. 132], выделяя уже не одно слово, а всё предложение курсивом.

Рассматривая в главе “ Shipwreck” факт преобразования события реальной жизни в объект искусства (картина Жерико «Плот «Медузы») и размышляя о возможном значении изображённого, автор внезапно, как один из вариантов,  предлагает такую трактовку: “the sun is rising, but not for you!”[3, c. 156]. То есть произведение искусства это не иллюстрация события, это философская метафора.

Таким образом, курсив чаще всего употребляется для увеличения эмоциональной нагрузки в диалогической или монологической речи, а также для создания определённого интонационного рисунка высказывания.

Прописные буквы – ещё одно характерное для романа, довольно интенсивно используемое Барнсом  графическое средство, помогающее подчеркнуть важность и значимость слова или фразы, выделить их. Глава “Upstream!”  представляет собой образчик редкой в наши дни стилизации эпистолярного жанра. Чарли – актёр, мечтающий  получить роль в фильме. Прописные буквы вместо строчных позволяют герою этой истории в письмах  придать дополнительную выразительность тому, о чём он пишет. Ему жизненно необходимо получить работу: “I … shouted into his face I Want To Work For Christ’s Sake Let Мe Work” [3, c. 232]. Чарли  с большой буквы начинает все слова, в том числе и частицу, и предлог, не ставит запятую в сложносочиненном предложении. И поступает так, конечно же, намеренно. Читатель слышит, что каждое слово громко скандируется героем на одной ноте.

В такой разновидности использования прописных букв, как капитализация  происходит полная замена всех строчных букв в слове, а не только первой.

Тон писем Чарли к своей возлюбленной резко меняется к концу главы, что отражает  радикальное изменение его отношения к ней: от нежный чувств к ненависти.  Пребывая на тяжёлых натурных съёмках в джунглях, пережив смерть товарища, он не получает ответа на свои письма. В конце главы он просит её убраться из его жизни: “Listen bitch why don’t you just get out of my life, go on just get out GET OUT” [3, c. 266]. Примечательно отсутствие запятых после обращения и при словесном повторе, что свидетельствует о крайней степени душевного волнения персонажа. Чарли взбешен поведением Пиппы. Вслед за письмом следует телеграмма: “RETURNING LONDON MONDAY FIFTEEN STOP KINDLY REMOVE SELF AND POSSESSIONS FROM FLAT BEFORE THEN STOP LEAVE KEY STOP ENDIT STOP” [3, c. 267]. Имитация телеграфного стиля и шрифта, использование слова вместо знака препинания (stop), даже опечатка (endit вместо end it) – всё свидетельствует о крайнем смятении чувств героя и о его решимости радикально изменить ход жизни, навсегда прекратив отношения с ранее близким человеком.

В романе мы практически не слышим речь некоторых персонажей. Один из них – Грэг, друг Кэт. Это человек духовно неразвитый и инфантильный. Дожив до сорока лет, он не приобрёл никаких интересов в жизни, кроме пива и телевизора. Его жизненное кредо практически в прямом смысле написано у него на лбу. На бейсболке была надпись: “ UNTIL YOU’VE EAT AT SJ’S YOU AIN’T SHIT” [3, с. 110]. Грэг получил ее на день рождения от кого-то из собутыльников, и эта шутка никогда не надоедала ему. Автор намеренно сохраняет надпись, выполненную прописными буквами.  Это ёмкая характеристика персонажа, говорящая нам о нём всё: нравственно и интеллектуально ущербный человек. Здесь обнаруживается ещё и такое средство, как графон.

И. В. Арнольд считает, что графоны являются стилистически, релевантными искажениями орфографической нормы, отражающими индивидуальные или диалектные нарушения нормы фонетической [2, с. 297]. Но такое определение ограничивается только фонетическим уровнем, что несколько сужает понятие.

По мнению В.А Кухаренко: «причины, породившие отступления от произносительной нормы, зафиксированные графически, не похожи одна на другую и поэтому графоны могут быть распределены в две группы. Первая группа графонов отражает настроение, эмоциональные состояние в момент говорения, возраст, т. е. имеет окказиональный, преходящий, характер. Вторая — отражает происхождение, образовательный, социальный статус героя и носит постоянный характер» [4, c. 18].

В отличие от позиции, выраженной такими  авторами, как А. П. Сковородников [5] и Н. В. Мищенко [6], в данной статье разведены понятия собственно графических средств и графона согласно взглядам Кухаренко В. А. и Арнольд И. В. [1, 2, 4]

Говоря о пунктуации как выразительном средстве, нужно подчеркнуть её важность в выражении эмоционально-экспрессивного состояния героя.

В сложной и трагической ситуации оказывается Фрэнклин Хьюз.  Ему, бонвивану и человеку нравственно глухому, предстоит принять решение, которое потребует от него душевного перерождения: он должен будет сообщить условия террористов пассажирам лайнера и оправдать террор. Этим самым он спасал жизнь своей ассистентки, но навсегда терял репутацию. Душевное потрясение, растерянность Фрэнклина в разговоре с террористами передаётся посредством множественного использования многоточия: “ I just think… I’m sure you’ve got other things on your mind… “ [3, c. 52] Фрэнклин не может поверить в происходящее, он в замешательстве и волнении. И, наконец, после некоторого колебания отваживается произнести вслух страшную догадку: “… it will become necessary  to… to start killing them” [3, c. 60].

Говоря о предстоящей казни, он оговаривается, но после паузы поправляет себя: “ … it will be necessary to execute two of you… of us… every hour” [3, с. 68]. Оговорка объясняется тем, что самому Фрэнклину, как он думает, ничего не грозит: он – гражданин Ирландии (предусмотрительно сменил британское подданство) и согласился на условия террористов. Но понимая теперь суть и сомневаясь в благоприятном исходе происходящего, после некоторой паузы идентифицирует себя с остальными  людьми на борту. А до этого момента он поправлял свою оговорку не раздумывая,  чтобы не шокировать пассажиров тем, что он, некоторым образом, по другую сторону баррикады. Этот нюанс в его настроении передаёт тире: “ To explain how you – we – find ourselves in the position we are now” [3, c. 65]. Или: “ You – we – are being held hostage” [3, c. 68].

Тире и многоточие обозначают не только темп речи, длину паузы, её эмоциональную насыщенность. С их помощью оформляются фигуры апозиопезиса (намеренный обрыв высказывания самим говорящим) и прерывания (высказывание прервано некими сторонними обстоятельствами): “You feelings of guilt, rejection, things like that…’ ‘ Is Greg alive?” [3, c. 126] Кэт не слушает доктора, она занята своими мыслями. А речь Фрэнклина прервана действиями одного из пассажиров: “… threat which was made very clear from the very beginning to the Western governments…’ At this moment a large unathletic American in a blue shirt got to his feet “ [3, c. 67].

Графические средства являются полноправными компонентами создания художественного образа. Помогают обрисовать психологический портрет персонажа, подчеркивают его положительные и отрицательные качества. Они дают читателю возможность ощутить эмоциональное состояние героя, изменения в его чувствах и настроении, помогают своеобразно реализовать в тексте просодические элементы, которые по-другому невозможно передать в письменной речи.

Графические стилистические средства, используемые Джулианом Барнсом, заслуживают отдельного большого исследования. В настоящей статье сделана попытка обозначить их важность и роль в этом романе.


Библиографический список
  1. Кухаренко В.А. Практикум по стилистике английского языка.  М.:  Высшая школа, 1986.144 с.
  2. Арнольд И. В. Стилистика. Современный английский язык. М.: Флинта, Наука, 2002. 384 с.
  3. Barnes Julian. A History of the World in 10½ Chapters. Picador, 2005. 373 c.
  4. Кухаренко В.А. Интерпретация текста. Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. №2103 «Иностр. яз.». М.: Просвещение, 1988. 192 с.
  5. Сковородников А. П. Графон // Энциклопедический словарь-справочник. Выразительные средства русского языка и речевые ошибки и недочёты / Под ред. А. П. Сковородникова. 2-е изд. М.: Флинта: Наука, 2009. С. 106—109.
  6. Мищенко Н.В. Графон как стилистический прием в современных печатных текстах // Речевое общение: Специализированный вестн. Вып. 8–9 (16–17). Красноярск, 2006. С. 211–216.


Все статьи автора «Комарова Ольга Ивановна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация