УДК 94(47).081.4

ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ НОРМ ЖЕНЕВСКОЙ КОНВЕНЦИЕЙ К ВОЕННОПЛЕННЫМ ПРОТИВНИКА В ПЕРИОД РУССКО-ТУРЕЦКОЙ ВОЙНЫ 1877–1878 ГГ

Познахирев Виталий Витальевич
Смольный институт Российской академии образования
кандидат исторических наук, доцент кафедры гуманитарных дисциплин

Аннотация
В статье рассматривается первый отечественный опыт применения к военнопленным противника норм Женевской конвенции от 10 (22) августа 1864 г. Используя опубликованные документы, материалы зарубежной периодики и воспоминания современников, автор выделяет основные проблемы, с которыми в этот период столкнулось российское командование и органы военной медицины; анализирует способы решения этих проблем; приходит к выводу, что положения Конвенции реализовывались российской стороной не в полной мере и с определенными отступлениями от требований отдельных норм.

Ключевые слова: больные, военнопленные, врачи, Женевская конвенция, раненые, русско-турецкая война


FEATURES OF APPLICATION OF THE GENEVA CONVENTION TO THE ENEMY’S PRISONERS OF WAR DURING THE RUSSIAN-TURKISH WAR OF 1877–1878

Poznakhirev Vitaly Vitaliyovych
Smolny Institute Russian Academy of Education
PhD in Historical Sciences, Assistant Professor of the Department of Humanities

Abstract
The article deals the first national experience of application of the Geneva Convention of 10 (22) on August 1864 to the enemy’s prisoners of war. Using the published documents, materials of the foreign periodicals and memoirs of contemporaries, the author calls the main problems faced the Russian military and medical authorities in this period; analyzes the ways of solving these problems; comes to the conclusion the Convention was carried out by the Russian side is not completely and with deviations from the requirements of the individual standards.

Keywords: doctors, prisoners of war, Russian-Turkish war, sick, The Geneva Convention, wounded


Рубрика: Право

Библиографическая ссылка на статью:
Познахирев В.В. Особенности применения норм Женевской конвенцией к военнопленным противника в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг // Гуманитарные научные исследования. 2016. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2016/06/15068 (дата обращения: 29.09.2017).

Женевская конвенция от 10 (22) августа 1864 г. «Об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях» была ратифицирована Россией 29 сентября 1867 г. и свое первое в отечественной практике применение нашла в ходе Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. [1].

Правда, еще в самом начале военных действий Петербург официально заявлял о том, что требование данного международного соглашения он обязуется выполнять лишь «под условием соблюдения взаимности со стороны неприятеля» [2, с. 1]. Однако, по тем сведениям, которыми мы располагаем, приведенная оговорка не имела никаких последствий, ибо российская сторона если и допускала отступления от норм Конвенции, то происходило это не в силу действий противника, а по совершенно иным причинам.

Переходя к более детальному анализу как содержания самого рассматриваемого договора, так и особенностей его реализации, считаем необходимым, в контексте исследуемой темы, обратить внимание на следующее:

1. По смыслу требований ст.ст. 1–4 Конвенции личный состав медико-санитарного учреждения воюющей стороны не подлежал военному плену. Оказавшись во власти неприятеля, он был вправе либо продолжить исполнение своих функциональных обязанностей, либо беспрепятственно переместиться на территорию, контролируемую собственными вооруженными силами.

Нельзя не отметить, что применение российским командованием названных норм не отличалось последовательностью, что позволяет выделить в этом процессе три следующие стадии:

а) Первая простиралась с апреля по октябрь 1877 г. и была отмечена явным стремлением к неукоснительному исполнению положений ст.ст. 1–4 Конвенции.

б) Вторая стадия охватывала период с ноября до середины декабря 1877 г., когда, в связи с массовым пленением военнослужащих противника (в Карсе и Плевне) и нехваткой собственного медицинского персонала, командованием, особенно на Балканском театре военных действий, были предприняты попытки временно воспрепятствовать турецким врачам покидать районы скопления больных и раненых пленных, и даже принудить врачей к исполнению своего профессионального и нравственного долга (Здесь необходимо иметь в виду, что в 1877–1878 гг. врачебный корпус оттоманской армии в значительной степени состоял из вольнонаемных подданных Австро-Венгрии, Великобритании, Германии, Греции, Швейцарии и других государств).

в) Третья стадия относилась к заключительному периоду боевых действий (середина декабря 1877 г. – январь 1878 г.), когда российские власти, убедившись в низкой эффективности принуждения, пошли по пути установления медикам противника окладов равных тем, которые они получали на службе Османской империи (к слову, довольно высоких). Мера эта оказалась наиболее продуктивной и позволила эпизодически привлекать к лечению больных и раненых пленных тех врачей, которые намеревались вернуться под юрисдикцию Турции. [3, Т. 62. с. 349–350, 459–460; Т. 64. Ч. 1. с. 182; Т. 86. с. 118, 120; 4, Т. 1. с. 204; 5, с. 99].

2. Согласно ч. 1 ст. 6 Конвенции, медицинская помощь нуждающимся в ней неприятельским пленным должна была предоставляться наравне с собственными военнослужащими.

Приведенное положение в полной мере реализовывалось в дальнем тылу армий, а, отчасти, и в ближнем, особенно в периоды затишья и при относительно незначительном числе раненых, доставляемых на перевязочные пункты. Однако в условиях массового поступления таковых, медицинская помощь османам, как правило, оказывалась лишь после того, как ее получали все «собственные военнослужащие». Явление это предопределяло повышенный уровень смертности пленных, главным образом, вследствие кровопотери и сепсиса. Детерминировалось же оно как национальными чувствами медицинского персонала, так и его стремлением избежать возможной негативной реакции раненых соотечественников на «преждевременное и неуместное внимание» к туркам.[6, с. 8; 7, с. 5; 8. с. 303; 9, с. 11; 10, с. 158; 11, с. 76].

3. По соглашению между воюющими, раненые противника могут быть переданы последнему немедленно после сражения (ч. 2 ст. 6 Конвенции).

Данная норма регулярно применялась русскими и османами в ходе частных перемирий, заключаемых в целях выноса с «ничейной земли» убитых и раненых. При этом раненые одной стороны, обнаруживаемые санитарами другой, сразу же передавались за демаркационную линию и пленными, разумеется, не считались.

4. Больные и раненые военнопленные, признанные по выздоровлению негодными к военной службе, должны быть возвращены на родину еще до окончания войны. Тот же порядок репатриации может быть применен и к лицам, признанным годными к службе, при условии дачи ими обязательства о неучастии в дальнейших военных действиях (ч.ч. 3 и 4 ст. 6 Конвенции).

Освобождение пленных на основаниях, изложенных выше, эпизодически практиковалось российской стороной непосредственно на театрах войны (но не во внутренних регионах страны). Самое масштабное из них относится к ноябрю 1877 г., когда противнику было возвращено одновременно до 3 250 военнослужащих, плененных при взятии крепости Карс [4, Т. 3. с. 119; Т. 7. с. 586].

Правда, в ходе этого мероприятия, штаб Кавказской армии допустил ряд нарушений как ст. 6 Конвенции, так и сопряженных с ней норм обычного права, а именно:

– репатриация проводилась без согласования с турецкой стороной и даже без уведомления последней;

– состояние здоровья большинства возвращаемых вряд ли позволяло считать их до конца выздоровевшими, поскольку освобождались они, главным образом, с целью сокращения числа пациентов в лечебных учреждениях крепости;

– пленным выдали по 1,5 руб. на приобретение продуктов питания в пути (из расчета по 15 коп. в сутки), но не предоставили им ни зимнего обмундирования, ни  транспортных средств, ни медицинского сопровождения.

Все это вылилось в массовую гибель репатриантов, подлинные масштабы которой остались не вполне ясны. Так, В.И. Гиппиус считал, что на аванпосты оттоманской армии близ крепости Эрзерум вышли тогда лишь «очень немногие» [12, с. 525]. Согласно телеграмме специального корреспондента «Таймс» от 11 (23) декабря 1877 г., количество этих «немногих» не превысило 300 человек [13, p. 5]. Однако по смыслу ноты МИД Турции от 12 (24) декабря 1877 г., из Карса в Эрзерум к тому времени прибыло до 1 000 освобожденных из плена турецких военнослужащих [14, p. 5].

Обобщая все изложенное выше мы приходим к выводу, что в ходе Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. положения Женевской конвенции от 10 (22) августа 1864 г., в части касающейся военнопленных противника, реализовывались российской стороной не в полной мере и с определенными отступлениями от требований отдельных норм. Основные причины тому мы видим в:

– недостаточной организации исполнения управленческих решений;

– нехватке медицинского персонала на передовых перевязочных пунктах;

– стремлении смягчить последствия очевидных ошибок самого законодателя (подтверждением сказанному служит хотя бы то, что право врачей противника фактически бросать своих больных и раненых было существенно ограничено уже в т.н. «Второй Женевской конвенции» от 23 июня (6 июля) 1906 г.).


Библиографический список
  1. Полное Собрание Законов Российской Империи. Собр. второе. Т. XLII. № 44992.
  2. Правительственный вестник. 1877. 14 мая.
  3. Сборник материалов по русско-турецкой войне на Балканском полуострове 1877–78 гг. – СПб.: Воен. тип., 1898–1911.
  4. Материалы для описания русско-турецкой войны 1877–1878 гг. на Кавказско-Малоазиатском театре. – СПб. – Тифлис: Электропечатня Штаба Кавк. воен. округа, 1904–1911.
  5. Кишмишев С.О. Война в Турецкой Армении 1877–1878 гг. – СПб.: Воен. тип., 1884.
  6. Барановский А.И. Путевые заметки. В Румынии и Болгарии. 1 дек. 1877 – 15 февр. 1878 г. – М.: Унив. тип., 1878.
  7. Гаусман А.К. Описание действий летучих санитарных отрядов Общества Красного Креста в отряде генерала Гурко. – СПб.: Тип. А. Траншеля, 1878.
  8. Гредякин Н. Дневник лейб-гренадера // Сборник военных рассказов, составленных офицерами – участниками войны 1877–1878 гг. Т. 4. – СПб.: Мещерский, 1879.
  9. Под Шейново. (Воспоминания болгарского ополченца) // Сборник военных рассказов, составленных офицерами – участниками войны 1877–1878 гг. Т. 6. – СПб.: Мещерский, 1879.
  10. Склифософский Н.В. В госпиталях и на перевязочных пунктах во время турецкой войны // Военно-медицинский журнал. – 1878. – Ч. 132. – Кн. 7.
  11. Ядовин П.И. Под Горним Дубняком (Очерки и воспоминания). – Варшава. Тип. учеб. окр., 1882.
  12. Гиппиус В.И. Осады и штурм крепости Карса в 1877 г. Исторический очерк. – СПб.: Тип. И.Н. Скороходова, 1885.
  13. The Times. 1877. 24 Dec.
  14. The Daily News. 1877. 27 Dec.


Все статьи автора «Познахирев Виталий Витальевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: