УДК 658.5

ФИЛОСОФИЯ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ И ЕЕ ВЗАИМОСВЯЗЬ С ДРУГИМИ ЕСТЕСТВЕННЫМИ И ГУМАНИТАРНЫМИ НАУКАМИ

Корнева Мария Александровна1, Прошкина Оксана Николаевна2
1Санкт-Петербургский государственный экономический университет, магистрант 2 курса, направление «Менеджмент – Управление качеством и конкурентоспособностью»
2Санкт-Петербургский государственный экономический университет, магистрант 2 курса, направление «Экономика»

Аннотация
В данной статье рассматривается глубинные и философские аспекты экономической теории, ключевые ее идеи, важнейшие мысли ученых-экономистов о природе поведения индивидов в экономике. Кроме того, проведен сравнительный анализ и выявление взаимосвязи экономической теории и иных естественных и гуманитарных наук, что позволяет понимать и объяснять более точно процессы и явления в экономике.

Ключевые слова: гуманитарные науки, естественные науки, классическая экономическая школа, неоклассическая экономическая школа, политика, социология, экономика, экономическая теория


THE ECONOMIC THEORY PHILOSOPHY IN AND INTERRELATION OF ECONOMIC THEORY WITH NATURAL AND HUMANITARIAN SCIENCES

Korneva Mariia Aleksandrovna1, Proshkina Oksana Nikolaevna2
1Saint-Petersburg State University of Economics, 2st-year-student (Master Degree), Management – Quality and competitiveness management
2Saint-Petersburg State University of Economics, 2st-year-student (Master Degree), Economics

Abstract
There are pervasive and philosophic aspects of the economic theory, its crucial ideas, and the most significant thoughts of economists about the nature of the behavior of individuals in the economy considered in this article. Moreover, in this paper the comparative analysis and definition of the interrelation between economic theory and humanitarian and natural sciences were advanced, that can help understand and explain processes and facts in economy more accurately.

Keywords: classic economic theory, economic theory, economics, humanitarian sciences, natural sciences, neoclassic economic theory, politics, sociology


Рубрика: Философия

Библиографическая ссылка на статью:
Корнева М.А., Прошкина О.Н. Философия в экономической теории и ее взаимосвязь с другими естественными и гуманитарными науками // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2015/09/12557 (дата обращения: 30.09.2017).

Существует огромное количество определений экономической науки. Но два схожих определения являются  наиболее подходящими для моих целей:

Экономическая наука – это учение человечества в простом бизнесе жизни, оно определяет ту часть индивидуальной и социальной деятельности, которая наиболее тесно связана с достижением и использованием материальных составляющих благосостояния (Альфред Маршалл).

Экономическая наука – наука, которая изучает человеческое поведение  как соотношение между целями  и ограниченными средствами, которые имеют альтернативное использование (Лайонель Роббинс).

Насколько узко, скучно и буржуазно определение Маршалла, должны ли экономисты ограничивать внимание к простому, сугубо материальному бизнесу жизни? «Отношения между целями и ограниченными средствами» Роббинсона более широко раскрывают суть. В конечном итоге, цели, к которым женщины и мужчины стремятся, включают в себя не только хлеб с маслом, но и репутацию, приключения, секс, статус, спасение, смысл жизни, и ночь хорошего сна – средства для достижения этих целей слишком часто являются заметно ограниченными.

В отношении к экономической науке как к обширной империалистической дисциплине, может помочь геополитическая метафора. Наша страна является интеллектуальным пространством, разделенным двумя схожими концепциями: человека рационального, эгоистичного, принимающего решения и социальных взаимодействий как причин рыночного обмена. Однако логика идей неопровержимо показывает экономистов вне ключевых зон. Рациональный эгоистичный выбор играет роль во многих сферах жизни, а не рынка, например, в политике, в войне, выборе партнера, создании дизайна  и в других решениях.  И наоборот, даже в сфере рыночного поведения,  экономисты едва ли могут отрицать тот факт, что то, что люди хотят продавать и покупать навязано им культурными, этическими и даже «иррациональными» силами, которые изначально изучаются социологами, психологами и антропологами. И то, как люди осуществляют свое взаимодействие с рынком, упомянуто в докладах по праву и социологии.

Собранные вместе допущения максимизирующего поведения, рыночного равновесия, и стабильных предпочтений, использованные точно и твердо, формируют суть экономического подхода.

Именно этот подход привел в движение империалистическую экспансию экономической науки на сферы социологии, политологии, антропологии, права и социальной биологии – и на многие другие науки в будущем.

Пространственные ограничения препятствуют попыткам обозревать подробные интеллектуальные истории этих различных империалистических вторжений. Необходимо пренебречь, не считая случайных ремарок, большим количеством важных и замечательных вещей, таких как: противостояние субстантивистов и формалистов в антропологии, создание оптимального политического строя, равенство голосования и баланс силы среди влиятельных групп; преступность и ее сдерживание в социологии и праве, множество междисциплинарных тем, разделение рабочей силы по полу, возрасту или касте, и образцы фертильности и брака. Вместо этого важно сконцентририроваться на выборке тем, в которых подобные империалистические набеги  затрагивают экономику в плане законности нашего имиджа экономического человека и относительных ролей рыночных и нерыночных взаимодействий.

Необходимо подчеркнуть две центральные темы. Первая заключается в том, что в конечном счете, невозможно отделить определенную территорию для экономической науки, граничащую, но  оторванную от других социальных наук. Экономическая теория глубоко проникает во все науки, и также поддается их влиянию. Существует только одна социальная наука. Что дает экономической науке империалистическую силу вторжения, так это то, что наши аналитические категории – ограниченность, издержки, преимущества и т.д.  – универсальны в применении. Еще более важна наша структурированная организация этих идей в определенные процессы оптимизации, как на уровне индивидуальных решений, так и на уровне целого общества. Поэтому экономическая теория на самом деле определяет универсальные принципы общественной науки. Но есть и обратная сторона медали. Пока научная деятельность в антропологии, социологии, политологии, и других науках все меньше отличается от экономической теории,  экономистам нужно будет осознать то, как ограниченно было их видение природы человека и социальных взаимодействий. В конце концов, хорошая экономика также должна быть хорошей антропологией, и социологией, и политологией, и психологией.

Вторая подчеркнутая идея была лаконично выражена Маршалом. Но экономическая наука имеет дальнее родство с любой из физических наук… Широко толкуя, это – отрасль биологии.

То, что экономическая наука – это аспект более широкой биологической «экономики природы», не показалось бы странным Адаму Смиту, который в книге «Moral Sentimentals» высказал близкое к теории Дарвина замечание:

Экономика природы в этом отношении образует единое целое с другими явлениями. Поэтому самосохранение и размножение видов являются великими целями, которые природа вложила во всех животных. Человечество наделено желанием осуществить эти цели и отвращением к нечто противоположному.

Не ново то, что социальные науки (включая экономическую теорию) должны основываться на биологическом строении человечества. Но существуют случаи, когда можно доказать, что экономика и биология тесно переплетаются.

I.       Экономический человек.

Экономический человек характеризуется эгоистичными целями и рациональным выбором средств. В том и в другом случае, этот имидж человечного животного был объектом жалоб. В конце концов, мужчины и женщины иногда ищут благосостояния других, и иногда сбиты с пути безрассудностью и смущением. Как же должна наша профессия отвечать на эти жалобы? Один из способов ответить (тот, на который у меня не хватает терпения) – это использовать вербальный трюк, а именно переопределить все цели как эгоистичные, и все выборы средств как рациональные. Более законный способ: наша профессия могла выдвинуть приносящий себя в жертву закон, определяющий неэгоистичные цели и нерациональный выбор средств как «неэкономические» цели и средства. Экономисты могли бы тогда заявлять, что гипотеза рационального эгоистичного человека, хотя и неточная,  но доказала  свою правоту в тех сферах, где мы ее используем.

Всегда существует что-то сказанное для скромности. Но научное предприятие требует больше. Когда феномен радиоактивного распада опроверг принцип сохранения массы, для физиков было бы скромно, но непродуктивно принять решение с этих пор ограничивать свое изучение в тех процессах, где масса действительно сохранялась. И аналогично, если гипотеза об экономическом человеке окажется неверной в любой из сфер применения, правильный научный ответ – это не скромное отступление от теории, а агрессивная попытка изобрести лучшую теорию.

Истории империалистической экономической науки показывает, что модель экономического человека была действительно продуктивной, но лишь в некоторой степени. Каждое из наших вторжений типично столкнулось с начальной фазой, так называемых легких успехов, где постулирование рационального эгоистичного поведения в новую сферу применения дало быстрые результаты. Это было словно глоток свежего воздуха в сфере политологии, когда Энтони Даунс безосновательно предложил «аксиому», что человек ищет работы только лишь для дохода, престижа и влияния, и что каждый политический агент действует рационально, чтобы достичь цели, минимально используя ограниченные ресурсы. Или в сфере криминалистики, когда Гэри Беккер и Исаак Эрлих решили пренебрегать возможностью  существования «девиантных» личностей среди преступников, и вместо этого решили  обходиться с ними как с рациональными индивидами, обращаясь к методу кнута и пряника. Эти и другие исследования, направленные в сферы таких наук, как право, брак и семья, война и конфликт, привели к быстрому интеллектуальному расцвету существующих результатов.

Но затем началась вторая фаза, когда стали появляться сомнения. В частично покоренных новых пространствах науки некоторые действия остались нетрактуемыми и трудно укладывающимися в постулат рационального эгоистичного поведения. В политике это включает в себя сам факт голосования, готовность обеспечить общественные блага, способность понять идеологию. Что же касается криминалистики, все еще остается правдой, что, столкнувшись с одинаковыми обстоятельствами, некоторые люди совершают преступление, а некоторые уважают закон. Таким образом, более чем подозрительным остается факт, что после всего этого, преступники являются «девиантными» личностями. В некоторых сферах империалистических вторжений экономической науки мы все еще на первой фазе пожинаем несложные результаты. Но акцентирую внимание на более интересной второй стадии, и на том, что мы сможем почерпнуть, столкнувшись с трудностями.

Из чего следует, что я рассмотрю, чему научило нас наше империалистическое исследование касательно двух решающий аспектов экономического человека – эгоистичность (II) и рациональность (III). Затем я подниму тему конфликта (IV), чтобы показать, что же экономическая наука может сказать о самых важных нерыночных взаимодействиях, в которые вовлечен человек. Последняя V секция анализирует биологические основы всех этих моделей.

II.      Эгоистичность

Адам Смит, как всегда, сказал лучше всех: не стоит ожидать, что человек проявит недостаток эгоизма.

И, конечно, вот его знаменитые идеи: не от благотворительности мясника, пивовара или пекаря мы ожидаем свой ужин, а от их заботы о своих интересах.

Из эры неоклассиков характерно сильное заявление сделал Эджворт: первый принцип экономики – это то, что каждого агента побуждают только собственные интересы.

И, наконец, современная цитата Ричарда Познера, который прослыл как ученый юрист, который – как человек, изменивший свои взгляды, больший католик, чем Папа Римский – стал одним из самых выдающихся наших империалистических экономистов: экономическая наука… исследует и проверяет значение допущения, что человек – рациональный максимизатор  своих целей в жизни, удовлетворений своих потребностей – что мы и должны подразумевать под «эгоизмом».

Существует проблема, которую Познер поднимает. Предположим, что жизненные цели человека включают в себя благополучие других. Если так, становятся ли их интересы его «эгоизмом»? Познер, как и многие другие, отвечает положительно – уклонение, которое лишает идею эгоизма какого-либо отличительного значения. Но не так легко отличить удовлетворение личных интересов от физических ощущений,  созданных другими.

Отличительный признак, предложенный Амэртиэй Сен, показывает природу трудности:

Если осознание мучения других причиняет вам боль, это является сочувствием;  если это не заставляет вас лично чувствовать себя хуже, но вы думаете, что это плохо…, в этом случае это – чувство долга. Поведение, основанное на сочувствии, является важным показателем эгоизма, для того, кто рад удовольствую других и страдает от боли других,  и  поэтому сочувствие может помочь преследованию его собственной полезности. Это действие основано, скорее, на чувстве долга, чем на сочувствии, которое не было бы эгоистичным в этом значении.

Поэтому Сен считал бы такую эмоцию, как сочувствие эгоистичной, оставляя лишь абстрактный интеллектуальный морализм как неэгоистичный – что не кажется привлекательной классификацией. Для настоящих целей следующая повседневная интерпретация  будет значить: кто-то неэгоистичный до такой степени, что он или она совмещает полезность с влиянием событий на тела и души других сторон. Когда моя мама говорит, «Пей свое молоко», это ее благожелательное беспокойство за мое физическое благополучие. И если я пью его только для того, чтобы порадовать ее, это благожелательное беспокойство  за ее душевный комфорт. (В конечно счете, как будет видно дальше, трудность может разрешиться только в свете биоэкономического предположения, которое позволяет нам отделить мотивационный аспект от функционального аспекта эгоизма.)

Важно различать мотивации, аспекты полезности индивидов или функции предпочтений, от действий. (Даже полностью эгоистичных индивидов, мы, экономисты, знаем, можно вовлечь во взаимно полезные действия при подходящем наборе наказаний и наград.)

Эгоистические мотивации представляют собой середину спектра, на  одном конце которого – благожелательность, а на другом- недоброжелательность.

Из этого следует, что империалистическая экономическая наука пролила свет на природу и расширение разумного эгоизма. Более того, в некоторых случаях предполагаемые этими открытиями новые модели и подходы  обещают стать полезными даже для традиционной экономической науки.


Библиографический список
  1. Anselin L. Spatial effects in econometric practice in environmental and resource economics //American Journal of Agricultural Economics. – 2001. – Т. 83. – №. 3. – С. 705-710.
  2. Cordes C. Darwinism in economics: from analogy to continuity //Journal of Evolutionary Economics. – 2006. – Т. 16. – №. 5. – С. 529-541.
  3. Ferber M. A., Nelson J. A. (ed.). Beyond economic man: Feminist theory and economics. – University of Chicago Press, 2009.
  4. Hall P., Heyde C. C. Martingale limit theory and its application. – Academic press, 2014.
  5. Hirshleifer J. The Expanding Domain of Economics //The dark side of the force: economic foundations of conflict theory. – 2001. – С. 306-341.
  6. Jones M. V., Nummela N. International Entrepreneurship: Expanding the domain and extending our research questions //European Management Journal. – 2008. – Т. 26. – №. 6. – С. 349-353.
  7. Polanyi M. The republic of science: Its political and economic theory //Minerva. – 2000. – Т. 38. – №. 1. – С. 1-21.
  8. Schotter A. The economic theory of social institutions //Cambridge Books. – 2008.


Все статьи автора «Корнева Мария Александровна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: