УДК 94(47)

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАЗАЧЕСТВА: МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКАЯ ПОЗИЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННИКОВ

Ерохин Игорь Юрьевич
Кройдон Колледж, Лондон, Великобритания
PhD, кандидат исторических наук

Аннотация
Принято считать, что казачество России являлось форпостом и оплотом защиты царской власти и в ее лице государственности. Однако, достаточно мало изучены и приведены факты, говорящие о собственных геополитических тенденциях и представлениях казачества. Настоящая статья есть попытка частично исправить эти ошибки и заблуждения.

Ключевые слова: война, геополитика, государство, дипломатия, история, казаки, культура, народ, нации, политика, этнос


GEOPOLITICAL INTERESTS AND ACTIVITIES OF THE COSSACKS

Erokhin Igor Urevich
Croydon College, London, U.K.
PhD

Abstract
It is believed that the Cossacks of Russia expresses the state,s interests. However, there are other facts. In Cossacks have their own geopolitical interests. Article explores these facts.

Keywords: Cossacks, culture, diplomacy, ethnicity, geopolitics, government, nation, people, politics, war


Рубрика: История

Библиографическая ссылка на статью:
Ерохин И.Ю. Геополитические интересы и деятельность казачества: мировоззренческая позиция государственников // Гуманитарные научные исследования. 2014. № 7 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2014/07/7470 (дата обращения: 14.04.2019).

Говоря об участии казаков в вопросах геополитики, важно отметить, что подобные устремления и концепции казачьей общности всегда имели место быть. В отличии от процессов политических, процессов партийного строительства, казачество имело свои геополитические устремления и высказывало по ним мнения. Неслучайно, что до некоторого времени, вплоть до трансформации из этноса в служилое сословие казачество числилось за Посольским приказом.

В ранний период существования Московии и слабого децентрализованного Российского государства казачество сыграло важную роль в «приращении» земли Московской. В историографии данная концепция освещена и получила наименование «казачьего фронтира».[30;31] Историки показывали данные процессы, в основном, на примере территорий Урала, Сибири и некоторых других территорий. Эта ситуация, когда казачество изначально выступало союзником московских царей.

Представители казачества, пользуясь своей мобильностью, активно колонизировали степные, горные и лесные пространства, необжитые и дикие.

Действия эти были не только сухопутного характера. Казаки обладали достаточными силами и влиянием на море, судоходных и речных путях внутреннего и внешнего назначения. Себя они проявляли как отважные, дерзкие и опытные мореходы.[4] В ряде источниках упоминается о казачьем пиратстве. В большинстве же случае казачья деятельность была вполне ориентирована на Московское государство или имела такие перспективы.

Вместе с тем, гораздо сложнее обстояла ситуация на Юге России. Здесь казачество в известной степени проводило достаточно самостоятельную внешнюю политику. Было это связано с существованием традиций двух старейших, авторитетных и независимых образований, – Запорожской Сечи и Вольного Дона. Казачество Юга России активно вступало в самостоятельные отношения с правителями мусульманских земель и государственных образований.[5;21;30] В работах последнего времени эти аспекты казачьих межэтнических отношений на Юге достаточно подробно исследованы и изложены в работах историка Д.В.Сеня.[30;31]

В связи с вопросами геополитических доктрин казачества невозможно обойти стороной и тему т.н. «казачьих предательств». Справедливости ради, надо отметить, что история знала далеко не единичные примеры подобных фактов. Так, атаман Днепровских казаков И.Заруцкий, атаман вольных запорожских казаков Сагайдачный и примкнувшая к ним Марина Мнишек выступили инициаторами свержения законной власти московского царя Михаила и воцарения на престол Лжедмитрия-I. Данные события активно развивались под Воронежом. Там же войска бунтовщиков были разбиты. Остатки бунтовщиков пытались искать спасения и укрыться на территории Яика. Но, яицкие казаки дистанцировались от «воровских» казаков и выдали самозванцев властям.

Достаточно долгое время было принято считать, что раскольнические действия казачества являлись выражением части борьбы российского крестьянства против угнетения помещиками и дворянством. Но, такой подход может быть подвержен достаточно жесткой критике. Хорошо известно, что, например, элита донского казачества достаточно «прохладно» относилась к беглому крестьянству, не считала его ровней себе, и значительно дистанцировалось от него. Донское казачество было чуждо земледельческому труду, длительное время со стороны властей ему запрещалось заниматься хлебопашеством под страхом смерти. Хлеб поступал донцам с обозами от московской центральной власти. Сами казаки многократно в своих речах, источниках и других документах подчеркивали свою отдаленность от крестьянства. Этому есть множество примеров и свидетельств. Например, в материалах Союза граждан Украины говорится: «Казаки не питали особой любви к русским (малороссийским) крестьянам, которых массово привозили с собой на Украйну польские паны в основном с Волыни и Подолья. Изначально казаки держались от них обособленно. Ведь крестьяне, в отличии от свободных казаков, были холопами своих панов, крайне зависимыми и практически бесправными. К тому же крестьяне и этнически отличались от казаков-черкасов, хотя последние уже достаточно обрусели».

На Украине вообще сложилась своеобразная ситуация, если касаться вопросов военного строительства и обустройства. Хорошо известно, что основным стратегическим врагом Гетманщины, – особого типа казачьего государства являлась польская шляхта. Казачество активно искало союзников в связи с «польской угрозой» в стане самого широкого круга государств, включая Россию, Турцию и др. Эти поиски продолжались далеко не одно десятилетие. При детальном исследовании положения с крестьянством, данные социологии говорят нам, что вплоть до середины XII века украинское крестьянство в случае казачьих восстаний было исключительно на стороне поляков, но никак не казаков. Поэтому, говорить о стратегическом партнерстве и единстве целей казаков и крестьян на территории Украины не приходилось.

Следовательно, военные выступления казачества против центральных московских властей должны быть объяснены иными причинами, нежели борьба на стороне крестьянского сословия против эксплуататоров и угнетателей. Важно отметить, что теория принадлежности и того или иного рода сословной идентичности казаков опровергается наличием в среде казачества собственного сословного деления. Хорошо известно, что были казаки-дворяне, казаки-купцы и т.д.

О невозможности считать объективной предлагаемую картину происхождения казаков от беглых крестьян и холопов мы уже упомянули выше. В тоже время, вызывает серьезные дискуссии в научной, общественной и политологической среде и вопрос о полной идентичности казачества именно русскому этносу.

Исследователь Г.Кузнецов в ряде своих публикаций [24] говорит о случаях не только противопоставления казаков русскому населению, но о появлении идей, теорий «враждебности» казачьей ментальности, образа и уклада жизни «славянской», русской концепции. Недооценивать данные элементы, пренебрегать ими, не учитывать в сложной геополитической обстановке невозможно и опасно. В свое время на территории Чечни и Ингушетии в период антитеррористических операций активно формировались, действовали т.н. Чеченское и Ингушское казачьи войска, почти полностью состоявшие из представителей коренных народов Северного Кавказа. Деятельность данного рода войск была подвержена вполне справедливой критике как проводников идеологии и практике оголтелого сепаратизма, национализма. Вместе с тем, в этот период, как в любой смутный период, наметился раскол казачества. В составе российской армии при проведении контр-террористической операции особенно отважно сражались казачьи части. Например, терский батальон им.Ермолова.[11]

Псевдонеолиберальные идеи, проникавшие в массы, играли очень злую шутку с казачеством, всячески способствовали дискредитации самого казачьего движения, искажали его сущность. Положение сохранялось достаточно долго. Кроме раскола самого общества наметился существенный раскол по линии, – «государственное-реестровое» казачество и т.н. «общественное» казачество. В адрес друг друга эти группы осуществляли критику, взаимные упреки и обвинения. Единства на было и в помине.

По тому же пути пошла и современная Украина (региональный и этно-сепаратизм). В отличии от России, где последнее время ставка была сделана на примирение «государственного-реестрового» казачества и казачества «общественного», на территории Украины начиная с 90-х годов XX в. получило распространение исключительно т.н. «Вольное казачество», которое можно отнести к казачеству «общественному». Куда повернет эта мощная и деятельная сила без элемента влияния и взаимодействия, тесного контакта с институтами государственности можно только догадываться. Идеи Майданщины набирают силу и вес, вносят деструктивизм в развитие общества и сознания. Между тем, опыт деятельности «казаков-государственников» в пласте истории Украины огромен. Недооценивать государственность украинского казачества было бы заблуждением. Весь вековой опыт казачества Украины – тому яркий пример. Массу подтверждений находим в работах историков, включая фундаментальные и знаковые работы.[13]

Большое значение в вопросах казачьей геополитики занимало имя Г.А.Потемкина [7], который в бытность Екатерины II [6] активно занимался «казачьми проектами». Особенно большие заслуги мела деятельность Г.Потемкина в Крыму и в отношении черноморского казачества. В своей деятельности князь руководствовался идеями, изложенными им в трудах и проектах: «О Крыме», «О Польше», «О Швеции».[3, c.2] Потемкин явился основателем при дворе т.н. «русской партии», действовавшей в противовес «прусской партии» фаворита Панина.[3, c.2] Отличия между идеями Панина и Потемкина были весьма значительными. Потемкин особо задумывался над вопросами этнополитики и уделял особое внимание именно вопросам географического расположения Империи, в то время как Панин руководствовался соображениями политического клирикализма и династических связей. Потемкин считал, что часть национальных элит (немцы, грузины) весьма тяготеют к славянской общности. В противовес им – финны, прибалты, крымские татары весьма настороженно относятся к имперским ценностям и им не свойственны принципы лояльности в этом вопросе. В этом отношении можно характеризовать взгляды Потемкина как умеренно-националистические.[3, c.2-3] В отношении казачества князь действовал как ярый государственник. По сути он продолжал политику начатую и внятно изложенную правительством во времена царствования Петра I.

В вопросах казачества Потемкин проявлял завидную настойчивость. Сей вопрос он прямо связывал с интересами государства и внешней политики России. При этом действовал князь как опытный, хитрый, дальновидный стратег и политик, изворотливый дипломат. Именно Потемкин поддержал идею походного атамана Войска Донского генерал-майора А.И.Иловайского о мирном возвращении некрасовских казаков в российское подданство, когда те изъявили подобное желание.[3, c.3] Прошение было подано некрасовцами 28 мая 1777. Они были репрессированы властями за поддержку Булавинского восстания 1707-1709 гг. Накаленность военной ситуации в Крыму, Черномории заставили власти всерьез идти на уступки бывшим бунтарям, искать с ними компромисса. Поэтому возникла обстановка, когда некрасовцы могли быть «прощены» и вновь привлечены на государственную военную казачью службу. В1777 г. под влиянием Потемкина и Иловайского Екатерина приняла первоначально половинчатое решение. Казакам было разрешено переселяться в Россию без официального согласия властей, но с их молчаливого ведома и одобрения. Официально же статус некрасовцев как переселенцев был закреплен за ними уже в1784 г. трудами все того же Потемкина.[3, c.4] Т.о. можно сделать вывод о том, что князь рассматривал казаков как важнейшую и мощнейшую силу Российской Империи в ее геополитических притязаниях, несмотря на известные риски и издержки.

Возвратимся к современности.

Еще задолго до событий в Крыму и на Украине в настоящий период многие исследователи вопросов казачества видели прямую связь между отдельными элементами событийного ряда, проводя прямые аналогии с ситуацией в Чечне. Они предостерегали от раскола общества, национальных элит.[1] Публицист и исследователь А.М.Авраменко открыто говорил о роли казачьих диаспор в подобного рода регионах: «Особая стабилизирующая роль может принадлежать казачеству в пограничных многонациональных районах – потенциально конфликтных… Многочисленные слои казачьего населения сохраняют активную жизненную позицию, и крайне важно использовать этот потенциал в разумном, правильном направлении…».[1]

Говоря о самой истории вопроса этно- и территориального сепаратизма, в т.ч. и с участием казачества, важно отметить ту роль недальновидности власти, которая в определенный момент сыграла в этом роль и спровоцировала данные механизмы, запустила их, привела в разрушительное действие. В период государственности Б.Ельцина был провозглашен «парад суверенитетов», власти мог брать каждый, «сколько мог, и сколько хотел», сколько позволяли амбиции. При поддержке населения на Кубани были учреждены: 10 августа1991 г. – Баталпашинская Казачья Республика, столица – Черкесск; 19 августа1991 г. – Зеленчукско-Урупская Казачья Республика, столица – ст.Зеленчукская. Прошедший в ноябре в Ставрополе казачий круг одобрил деятельность по республиканскому казачьему строительству. 30 ноября1991 г. была образована объединенная Верхнее-Кубанская Казачья Республика, столица – ст.Зеленчукская.[10] Ельцинские власти готовы были признавать данные образования, особо не задумываясь о последствиях, прецендентах. А последствия имели место быть. Носили они крайне негативный характер. Проповедовался раскол, анархия. Казачество отбрасывалось в первобытное состояние. О связях с властью, государством, обществом не могло идти речи. Нарастала конфликтная напряженность. Казачьи цели и задачи были абстрактны и сильно размыты. Провозглашалась «самостийность ради самостийности».

Однако, ошибки должно и нужно поправлять. История служит нам, чтоб из нее делать выводы и выносить уроки, не повторять столь мучительных заблуждений.

Значительный опыт и накопленный материал по вопросам истории государственности и этно-социальных взаимодействий казачества в последнее время заставляет исследователей говорить о новых формах межгосударственного устройства. Появился термин – «Евразийский федерализм». Его введение напрямую связывается с деятельностью и опытом казачьих диаспор регионов. Сторонниками концепции «Евразийского федерализма» выступают д.п.н. А.Г.Дугин [27, c.2] и др. исследователи. Под определением данного вида федерализма понимается стратегический унитаризм в сочетании с достаточно широким этно-культурным региональным плюрализмом и самостоятельностью. При этом делается совершенное и принципиально-качественное размежевание с идеями доморощенного регионального сепаратизма на национальной, религиозной или этнической почве.[27, c.2-3] В практическим ключе, именно казачьи сообщества на территории регионов во все исторические времена были наиболее яркими выразителями идей «евразийности» и данного типа федерализма. Они не только и не столько декларировали этот принцип, сколько жили и существовали в нем во взаимосвязи с другими народами.

Говоря об участии казачества в вопросах геополитики невозможно обойти стороной такую проблему, как появление концепций самостийной казачьей государственности. В разное время эти концепции принимали различные формы. В период очевидной слабости центральной власти, кризиса имперской государственности казачье общество обращалось к особым формам и элементам своего казачьего мирообустройства. В некоторых случаях интересы Российского государства прямо противопоставлялись интересам казачьих государственных новообразований. В ряде авторских работ исследованы векторы формирования идеологии самостоятельной государственности казаков, наряду с вектором развития инкорпорации в структурах традиционного российского государства.[15-19] Преимущественной формой казачьей самостийности была форма республиканского демократического государственного устройства.

Особое распространение получила концепция Казакии, – объединенного общеказацкого государства.

Вот как оценивал и какую характеристику давал данной концепции Петр Николаевич Краснов: «Казачья «самостийность», самостоятельность казачьих областей, создание отдельного государства «Юго-Восточного союза», или совсем не подчинённого России, или входящего в федерацию государств, её образующих, как самостоятельное самоуправляемое целое, не правда ли, как всё это дико звучит? Мы слышим об этом с самой революции. Уже у Каледина зародилась мысль об отделении от России и самостоятельной жизни «по-своему», «по-казачьи». Казачья газета, выходящая в Болгарии, в Софии «Казачье слово» в третьем номере от 30 ноября 1921 года в передовой статье «Кто виноват?» объясняет причины стремления казаков к отделению от России. Ни, в русских головах, однако, ни в головах настоящих крепких казаков эта мысль не умещается. Если этнографически и отчасти географически можно понять самостоятельные Финляндию и Грузию, – там и граница как-никак может быть установлена, и язык и обычай свой, не похожий на Русский, и вера не та; и этнографически можно признать Эстонию, Латвию, Белоруссию, Польшу, Украину: всё-таки язык, и характер, и обычаи хотя немного, но разнятся от Русских, – то как устроить самостоятельные Казачьи войска, как отделиться от России тем, кто и кровью, и узами родства, и территорией, и верой православной, и славою своею так тесно связан с Россией, что отделить нельзя одних от других. Как выбросить лучшую жемчужину короны Русской, гордость Русского государства! Казаки в сумбурных степях придонских, в земляных городках, тыном оплетённых, сумели раньше России устроить свою Государственность и горячо и крепко полюбить веру православную и Родину. В суровой дисциплине воспитанные, с самодержавным атаманом во главе, казаки любили Россию и стремились всё сделать для её прославления. Они были самостоятельны в своих набегах, они не признавали и не считались с великим князем Московским тогда, когда слабосильно и неустроенно было Московское княжество, когда границы казачьей вольницы не соприкасались с Московским княжеством и жили на Дону ещё не казаки, а «сары-аз-маны», что по-татарски означает «мы удалые головы»… Но, как только начала крепнуть Русь, появился на Москве грозный Царь Иван VI Васильевич, Донское войско спешит слиться с Русью, спешит засвидетельствовать и доказать, что на Дону живут Русские люди, берегущие Государево имя и Государево достояние».

Т.о. Краснов не видел перспектив самостоятельного и полностью независимого казачьего государства, не мыслил существования казачьей общности в отрыве от России, или на основах враждебных ей. Он писал: «Казаки прошли на Кубань и Терек, перевалили с Ермаком Уральские горы и дошли до Амура и Великого океана, получили высочайше пожалованные знамена за усмирение «Астраханского возмущения 1705 года, восстания в Венгрии, императорскую грамоту за заслуги в подавлении беспорядков 1905 года, не раз доказав свою верность империи».[20, с.195]

Однако, не все казачество разделяло мнения, которых придерживался Краснов. В российской историографии существовало т.н. «казакийское» направление. Оно еще известно под наименованием «Вольноказачьего движения». Историк С.Н.Маркедонов в своих публикациях довольно подробно и детально анализирует сущность, смысл и идеологическую направленность данного направления: «Историки-«казакийцы» единодушно отмечали решающую роль казачества в защите южных рубежей России, укрепление ее оборонной мощи и расширении границ. Рассматривали казачество в качестве своеобразного щита восточноевропейской цивилизации на пути экспансии кочевых степных народов, а позднее Османской империи.»[26, с.14] Представители «вольноказаков» говорили: «Полтавская победа (1709 г.) спасла Русскую Империю от шведов, Бородинское сражение с пожертвованием Москвой спасло ее от Наполеона, но значение победы Донского войска в Азовском сидении для всего Востока Европы шире и глубже, т.к. победой в Азовском сидении Донское Войско спасло бытие свое и бытие Московского государства и возможность образования Русской империи».[9, с.4] Вместе с тем в дальнейшем, считали представители казакийцев, казачество должно и способно продолжить свой государственный путь самостоятельно, без участия Российской империи.

Идеи Казаки в ряде случаев не потеряли своей актуальности вплоть до н.в., они прочно засели в головах части казачьего сообщества: «Казакия – это Мечта, будь то в форме национально-культурной автономии или самостоятельного государства. Мечта у людей ассоциируется с будущим, тем будущим, которое многие хотели бы видеть. Когда большинство людей мечтает об одном и том же – мечта обретает черты и характер реальности. Новая реальность, о которой в действительности можно только было мечтать. Благодаря фантазиям великих исторических личностей: философов, поэтов, художников, политиков рождались новые измерения, новые полотна и шедевры человеческой деятельности. Менялся ход истории, направление жизней миллионов людей, открывались перспективы и горизонты. Мечта о Казакии это путь к горизонту. Эту мечту так и стоит воспринимать как мир, которому суждено появится на свет. Лишь для народа, сумевшего открыть новую страницу своей национальной истории. В этой пока незримой, но вполне осуществимой мечте казачьего народа можно увидеть подлинную сущность казачьей пассионарности уже в масштабах национального характера, а не абстрактно-цивилизационного. Мир полон красот и великолепия, но не всякий человек способен их постичь, совершив нечто масштабное, узнав свои возможности, испытав их на пределе сил. Но лишь тот, кто предельно реализовал свой потенциал, может ощутить всю полноту жизни. В этом природа человеческая, как бы не хотелось человеку жить спокойно в своём уютном мирке, лелеять свою стабильность. Его всегда в ту или иную пору жизни найдёт укол вечности… В преодолении границ заключается путь к реализации Мечты. Впереди у казачьего народа эра становления. Вопреки пессимистам и людям, находящимся на периферии нации, Вольно-казачье движение всё также сохраняет и несёт в себе силу, молодость и устремления, которыми жили наши предки…». [23, с.6]

В развитии идеологии самостийной Казаки встречаются и довольно взрывоопасные идеи. Например, её лидеры придерживаются мнения, что «в России явно путают понятия национальный лидер и государственный деятель. Разница между национальным деятелем и государственным в том, что национальный деятель ориентируется на процветание и величие своего народа, тогда как государственный деятель, только о сохранении государственного механизма. Что такое государство без нации? Что такое тем более государство, уничтожающее народ, который его породил? Банда преступников и вырожденцев, создающая законы, подавляющая права и вольности народа. Воля это – ответственность за свою нацию, ответственность за её жизнь и процветание. Пока эта ответственность есть – существует и нация. Стремление к независимости и самоопределению есть естественное желание жить в соответствии со своими понятиями о жизненных ценностях. Когда государство отказывает народу в этом праве, более того проводит против него геноцид – борьба за независимость единственный выход себя спасти. Сепарация (отделение) для казачьего народа не является приоритетной задачей в становлении настолько, насколько он будет зрел для формирования своей национальной государственности». И далее, – «Сословное казачество стремится служить, служить как вольнонаёмная общность, имея особый статус. Служить, охранять, блюсти порядок – вот требования сословных казаков. И эти требования к сословию от российской власти звучат кощунственно на фоне отношения этой власти к памяти и истории казачьего народа, к его жертвам. То самое государство, которое стало правопреемником большевистской России, которое в начале 20-го века умыла кровью казачий народ, порушив более чем тысячелетний клад жизни, лишила народ лучших его сынов и дочерей, сегодня в лице потомков истребителей и палачей казачества выступает арбитром, судьёй в отношении казачьих обществ и организаций. Кому быть атаманом, кому из казаков дать воли и земли, а кого лишить права на восстановление своего имущества отобранного при коллективизации и расказачивании. При данном откровенно циничном презрительном отношении к истории казачьего народа, на фоне явной культурно-исторической преемственности тоталитарной власти поднимется ли язык у потомков казаков просить эту власть о службе ей?» [23, с.2]

Большинство же видных казачьих лидеров, политиков и общественных деятелей политику изолиционизма, абстрагирования казачьего сообщества от традиций России и российской государственности считали ошибочной, резко критиковали ее, считая, что казачество немыслимо без сохранения тесных корней с родной землей. Достаточно вспомнить высказывания некоторых деятелей, например, – А.П.Богаевского, А.И.Деникина, А.С.Лукомского и др.[28]

Существенным испытание для казачества на государственную и геополитическую зрелость явились события Второй мировой войны.

По данным различных источников в это время за подвиги и проявленный героизм высокого звания «Герой Советского Союза» было удостоено примерно 262 потомственных казаков или лиц, относящих себя к этой этнической общности.[29]

С самых первых минут Великой Отечественной, уже в четыре часа утра 22 июня казаки встретили неприятеля. На направлении Ломжи состоялся неравный бой между немецко-фашистскими наступающими частями и 94-ым Белоглинским Кубанским казачьим полком, командовал которым подполковник Н.Г.Петросьянц. В бой включились так же 48-й Белореченский Кубанский и 152-й Терский казачьи полки подполковников В.В.Рудницкого и Н.И.Алексеева. Развернули боевые действия части 210-й механизированной дивизии, образованной из бывшей 4-й Донской казачьей дивизии. В составе 2-го кавалерийского корпуса вступила в войну на территории Белоруссии 5-я Ставропольская казачья кавалерийская дивизия им.М.Ф.Блинова под командованием полковника В.К.Баранова и 9-я Крымская кавалерийская дивизия.[2] C начала войны в рядах Красной Армии воевали свыше ста тысяч казаков, кавалерийские части несли огромные потери, но мужественно стояли на рубежах. Только за один день 14 июля 5-я Ставропольская казачья кавалерийская дивизия потеряла убитыми и ранеными более пятисот человек, но наносила жестокие поражения частям Вермахта, – 50-й пехотной немецкой дивизии. Погибло большинство казаков 6-й Кубано-Терской дивизии, оказавшейся в окружении, но так и не сдавшейся на милость врага.[12]

В состав высшего командования РККА вошли генералы и адмиралы, – кубанский казак, Герой Советского Союза, ас танкового боя Д.Ф.Лавриенко, уральский казак, Герой Советского Союза, генерал инженерных войск Д.М.Карбышев, терский казак, командующий Северным Флотом, адмирал А.А. Горшков, донской казак, талантливейший изобретатель и разработчик вооружений Ф.В.Токарев. Казачьими частями в тот период командовали грамотные и умелые командиры из числа потомственных казаков, – Н.Я.Кириенко, А.Г.Селиванов, И.А.Плиев, С.И.Горшков, М.Ф.Малеев, В.С.Головской, Ф.В.Камков, И.В.Тутаринов, Я.С.Шарабурко, И.П.Калюжный, П.Я.Стрепухов, М.С.Суржиков и многие другие. Прославленные маршалы Г.К. Жуков и К.К.Рокосовский ещё задолго до начала войны с фашистской Германией получили отличный опыт командования казачьими частями. Данный вопрос нам особо интерес в свете того, что сталинское правительство ценило и учитывало военный и организационный опыт, опыт государственного управления и военного строительства казаков, доверяла им основные и ключевые посты на данном направлении.[29]

К наиболее легендарным частям сражавшимся на фронтах Великой Отечественной можно отнести следующие казачьи подразделения: 4-ый Гвардейский Кубанский казачий кавалерийский корпус, 5-ый Гвардейский Донской казачий кавалерийский корпус, 9-ую Гвардейскую казачью кавалерийскую Кубанско-Барановичскую дивизию, 9-ую пластунскую Краснодарскую дивизию, 10-ую Гвардейскую Кубанскую казачью кавалерийскую дивизию, 3-ий Гвардейский казачий кавалерийский Донской полк, 1-ый Гвардейский конно-механизированный корпус, 7-ой Гвардейский Бранденбургский кавалерийский корпус, 3-ий Гвардейский кавалерийский корпус, 1-ую Белорусскую казачью партизанскую бригаду. Как видим из приведённого далеко неполного совсем списка, большинство казачьих частей вполне заслужено именовались «гвардейскими».[24] Примечателен факт того, что в царской России существовало всего четыре казачьих соединения, удостоившихся принадлежности к Гвардии: Казачий лейб-гвардии полк, сформированный в1798 г. и отличившийся в Наполеоновскую кампанию, лейб-гвардии Атаманский полк в составе Всевеликого Войска Донского (был создан в1775 г., в1859 г. стал гвардейским), Сводно-казачий лейб-гвардии полк, основанный в1906 г., в который были рекрутированы казаки из Уральского, Оренбургского, Сибирского, Забайкальского, Астраханского, Семиреченского, Амурского и Уссурийского казачьих войск, и Собственный Его Императорского Величества Конвой.[29]

В целом отечественная историческая наука на настоящий момент накопила значительную источниковую и исследовательскую базу по вопросу участия казаков в защите Советского государства от нашествия фашистских полчищ в период в период ВОВ. Несколько однобокий подход советской историографии в освещении данной проблематики успешно был преодолен результатами более поздних, и более объективно-непредвзятых исследований.[8]

Именно военные события и ратные подвиги казаков на фронтах Великой Отечественной войны послужили поводом к началу изменений их взаимоотношений с государством. В предвоенный и военный период со стороны официального сталинского государства в отношении казачества начинается процесс, который можно охарактеризовать как признание значимости роли казачества, восстановления его в правах, и прежде всего столь важном для данного этноса и этнической группы, праве на военную службу. Несмотря на то, что многие историки сходятся во мнении, что это тенденция была мерой скорее вынужденной, чем логической и последовательной, но она сыграла свою роль в свете последующих событий более позднего времени, когда началось осознанное возрождение и поддержание идей казачества со стороны государства.[8]

В 1936-ом году сняты ограничения на службу казачества в рядах РККА, что позволило осуществить массовый приток потомственного казачьего населения на военную службу, в том же 1936-ом г. были утверждены образцы парадной военной формы для казачьих частей и формирований. Как выразители олицетворения великих ратных свершений в великой войне казаки, наряду с другими войсковыми соединениями, отстоявшими государственность земли русской, именно в этой форме прошли впоследствии в составе Парада Победы в июне 1945-го года, а ещё ранее – в 1937-ом году на Параде в честь празднования Первомая.

В 1942-ом году сформированные из казаков добровольные казачьи дивизии были официально зачислены в кадровый состав регулярной Красной Армии и поставлены на полное государственное обеспечение. Начиная с 1943-го года, происходит повсеместное и массовое укрупнение, слияние казачьих подразделений до уровня конно-механизированных групп. В это же время появляются и первые пластунские дивизии, ставшие прообразом современного спецназа.

Ради исторической справедливости совершенно неправильным следует считать принцип умолчания о службе казаков в частях Вермахта на стороне немецко-фашистских захватчиков.[8]

А.Гитлер и его окружение, используя своеобразное видение казачеством своего исторического пути и своей государственности, пытался разыграть «казачью карту» на геополитической арене в борьбе за обустройство «нового мирового порядка».

В октябре 1942 года в оккупированном германскими войсками Новочеркасске с разрешения немецких властей прошёл казачий сход, итогом которого стало избрание штаба Донского войска. Массово началась организация казачьих соединений в составе Вермахта, как на оккупированных территориях, так и в эмигрантской среде. Уже 10 ноября 1943 года был сформирован «Казачий стан» – военная казачья организация, объединившая всех казаков в составе Вермахта.[8]

Казачьи подразделения в Вермахте несли охранную службу в различных районах на территории СССР, воевали с регулярными частями советской армии в битве за Северный Кавказ, боролись с югославскими и итальянскими партизанами, вместе с немецкими войсками подавляли Варшавское восстание.[25]

1 июля 1943 года была сформирована 1-ая казачья дивизия, командиром которой был назначен генерал-майор Гельмут фон Паннвиц.

Источники говорят нам о том факте, что Третий рейх сумел привлечь на свою сторону довольно значительное количество казачьего населения. «Идея реванша за проигранную войну, обретения казачьей государственности и создания независимого государства с помощью нацистской Германии именно в годы Великой Отечественной войны обрели новое дыхание и превратили казачьи части Вермахта в орудие борьбы против Советской власти. К концу войны на территории Германии и подконтрольных ей стран оказались от 70 до 110 тыс. казаков, включая женщин, стариков и детей… Были беженцы.., довольно большое число казаков воевало в составе германской армии. Причём, именно казачьи части пользовались практически полным доверием немецкого командования, обладали высокой боеспособностью и надёжностью.[22]

Некоторые исследователи находят причину этого исторического поворота в следующем факторе: «Немцы видели в казаках близких «родственников» по воинскому духу. Государственников. Немцы, как и казаки, на протяжении всей своей истории были воинами, завоевателями и наёмниками».[32, с.4] В настоящий момент, когда идеология фашизма вновь становится вполне зримой и ощутимой угрозой мирного существования, следует более внимательно относится к процессам, происходящим в местных региональных элитах, национальных сообществах и диаспорах, не исключая и казачество.

Поделиться в соц. сетях

0

Библиографический список
  1. Авраменко А.М. Казачество как фактор современной геополитики // Вешенский базар – станица Вешенская и все о ней.
  2. Агафонов О.В. Казачьи войска России во втором тысячелетии. М., 2002.
  3. Батухин Г. Геополитика по-русски: как это было. 8 июня 2013. http://ronsslav.com/georgiy-batuhin-geopolitika-po-russki-kak-eto-bylo/
  4. Бачинская Е. Казак, он и на море казак // Слава и честь. 1994. С.25-29.
  5. Бачинский А.Д. Народная колонизация Придунайских степей в XVIII – начале XIX ст.: Автореф. дис. канд. ист. наук. 1969.
  6. Брикер А.Г. История Екатерины Второй: В 2-х т. Т.2., М.: Современник, 1991.
  7. Брикер А.Г. Потемкин. – СПб.: Изд. К.Л.Риккера, 1891.
  8. Бурда Э. Казаки в Великой Отечественной войне: по обе стороны фронта. АПН, 11.05.2011.
  9. Быкадоров И.Ф. Донское войско в борьбе за выход к морю (1546-1646 гг.). Париж, 1973.
  10. Верхняя Кубань. http://www.geopolitics.ru/2014/01/verxnyaya-kuban/
  11. Голубев В. Казачье войско в чеченской войне // Мегаполис-Континент, №47. 1996. С.5.
  12. Гречко А.А. Битва за Кавказ. М., 1969.
  13. Грушевский М.С. История украинского казачества. В 2-х т., Киев, 1914.
  14. Елисеева О.Е. Геополитические проекты Г.А.Потемкина. 2000.
  15. Ерохин И.Ю. Казачьи республики как фактор государственности // Белые пятна российской и мировой истории. 2013. №1-2. С.40-53.
  16. Ерохин И.Ю. Казачьи республики и вопросы государственности // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2013. №4. С.77-82.
  17. Ерохин И.Ю. Казачество и современное государство // Культура. Духовность. Общество. 2013. №4. С.161-165.
  18. Ерохин И.Ю. Казаки: революция и гражданская война // Фундаментальные и прикладные исследования: проблемы и результаты. 2013. №6. С.32-35.
  19. Ерохин И.Ю. К вопросу особенностей формирования начал государственности донского казачества // Культура. Духовность. Общество. 2013. №5. С.132-138.
  20. Краснов П.Н. Картины былого Тихого Дона. Т.2., М., 1992.
  21. Крестьянско-казацкая колонизация Буджакской степи и низовий Дуная в конце XVIII – начале XIX ст. // Тез. докл. и сообщ. 7-ой (Кишиневской) сес.-симп. по аграрной истории Восточной Европы (окт.1964 г.). Кишинев, 1964. С.156-159.
  22. Крикунов П.К. Казаки: Между Гитлером и Сталиным. М.: Яуза, Эксмо, 2005.
  23. Кузнецов Г. Казачья нация: Тезисы национальной идеологии.
  24. Кузнецов Г. «Русский вопрос» глазами казаков-националистов. 12.12.2013.
  25. Лавренов С.Я., Попов И.М. Крах третьего рейха. М.: Изд. АСТ, 2000.
  26. Маркедонов С.М. От истории к конструированию национальной идентичности: исторические воззрения участников «Вольноказачьего движения» // Ab imperio. №3, 2001.
  27. Материалы Всероссийской научно-теоретической конференции «Геополитика Кавказа: терроризм, этнонационализм, экстремизм». Отчет по итогам работы. http://skavkaz.info/analit/geokonferencia - 4 c.
  28. Мысли современников о настоящем, прошлом и будущем казачества. Париж, 1928.
  29. Пятницкий В.И. Казаки в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., М., 2007.
  30. Сень Д.В. «Преодоление границы миров»: некоторые аспекты формирования кубанского казачества на территории Крымского ханства и новые практики по освоению Северо-Западного Кавказа (конец XVII в. – начало XIX в.) // Казачество России: прошлое и настоящее: Сб. научных ст. Вып.2. Ростов-на-Дону, 2008. С.83-104.
  31. Сень Д.В. Фронтир в истории черноморского казачества: некоторые факторы освоения пространства // Культурная жизнь Юга России. №4, 2009.
  32. Сибирское казачество и немцы: история взаимоотношений. http://nko.org.ru [Электронный сетевой ресурс]


Количество просмотров публикации: Please wait

Все статьи автора «Ерохин Игорь Юрьевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться:
  • Регистрация