УДК 811.161.1

УСТАРЕВШИЕ СЛОВА В ПОЭМЕ М. Ю. ЛЕРМОНТОВА «ПЕСНЯ ПРО ЦАРЯ ИВАНА ВАСИЛЬЕВИЧА, МОЛОДОГО ОПРИЧНИКА И УДАЛОГО КУПЦА КАЛАШНИКОВА»

Любова Елена Юрьевна1, Ивонтьева Анастасия Константиновна2
1Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского (Арзамасский филиал), кандидат филологических наук, доцент
2Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского (Арзамасский филиал), студентка 4 курса историко-филологического факультета

Аннотация
В статье анализируется функционирование устаревших слов в произведении М. Ю. Лермонтова «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова». Рассматривается роль историзмов и архаизмов в создании колорита исторического времени, описываемого в произведении.

Ключевые слова: М.Ю. Лермонтов


OUTDATED WORDS IN THE POEM BY M. Y. LERMONTOV «A SONG ABOUT TSAR IVAN VASILYEVICH, YOUNG OPRICHNIK AND SWASHBUCKLING OF THE MERCHANT KALASHNIKOV»

Lybova Elena Yurievna1, Ivontieva Anastasia Konstantinova2
1Lobachevsky State University of Nizhny Novgorod (Arzamas Branch), Ph.D in Philology, associate Professor
2Lobachevsky State University of Nizhny Novgorod (Arzamas Branch), 4th year student of Historical and Philological faculty

Abstract
The article analyzes the functioning of obsolete words in the work of M. Y. Lermontov's «А Song about Tsar Ivan Vasilyevich, young Oprichnik and swashbuckling merchant Kalashnikova». Examines the role of historicisms and archaisms in creating the flavor of the historical-ski time, described in the work.

Keywords: M. Y. Lermontov


Рубрика: Литературоведение

Библиографическая ссылка на статью:
Любова Е.Ю., Ивонтьева А.К. Устаревшие слова в поэме М. Ю. Лермонтова «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» // Гуманитарные научные исследования. 2014. № 12. Ч. 1 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2014/12/8844 (дата обращения: 29.09.2017).

Как известно, русский литературный язык постоянно развивается. Происходят изменения во всех ярусах языкового строя, в результате которых меняется словарный состав языка. Одни слова уходят на периферию, другие внедряются в активный запас языка. Н.М. Шанский разработал классификацию основных типов устаревших слов, ставшую традиционной в лексикологии. Он классифицировал устаревшие слова по степени и характеру их устаревания, в зависимости от того, каковы причины их ухода в пассивный запас и т.д. [1].

Существует несколько причин ухода слов в пассивный запас. Одной из них является исчезновение явления или предмета, ими обозначаемого, из жизнедеятельности человека. Например, в конце XIX века, до того как появился трамвай, существовала «конка» – городская железная дорога с конной тягой. Впоследствии появились другие виды  транспорта, поэтому необходимость в конной тяге отпала, и слово «конка» устарело. Так появляются историзмы – слова, вышедшие из употребления в связи с исчезновением понятий, которые они обозначали (например, опричник, бусурман, стрельцы и др.) [1].

Другой причиной возникновения устаревших слов является появление новых лексем, обозначающих тот же предмет или явление. Так, в древнерусском языке существовало слово тук – «жир». С течением времени слово жир стали употреблять в значении «пища, корм», а слово тук вышло из употребления. Устаревшие слова, появившиеся таким образом, являются архаизмами.

Историзмы и архаизмы не ушли полностью из языка и используются очень часто в художественной литературе. Особенно ярко это выражено в исторических жанрах, где подобные слова служат средством для воссоздания исторической обстановки, языкового колорита описываемой эпохи и языкового портрета персонажей. Кроме того, архаизмы, в частности старославянизмы, придают произведению возвышенное, торжественное звучание.

Обратимся к первой опубликованной поэме М.Ю. Лермонтова «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» (1837 г., напечатана в 1838 г.) [2], которая является самым ярким примером исторической поэмы. Лермонтов и ранее обращался к русскому средневековью, например, в таких произведениях, как «Последний сын вольности», «Боярин Орша», «Литвинка». В них он  противопоставлял высокий дух прошлого низкому безвременью своей эпохи. Для Лермонтова русское средневековье являлось неистощимым кладезем героев, самобытных характеров и возвышенных образов. По этому поводу очень метко заметил В.Г. Белинский, который писал, что Лермонтов больше любил прошлое, чем настоящее, и возводил его в поэтику.

Именно идея и тематика «Песни про … купца Калашникова» обусловила подбор используемых в ней лексико-грамматических средств. Стремясь к раскрепощению литературного языка, М. Ю. Лермонтов обращается к общенародным элементам, избегая диалектных и специальных слов. Поэт уважал певучий язык поэзии народа и стремился овладеть его старинными выражениями. Со всей полнотой он воспроизводит их в «Песне про… купца Калашникова». Фольклорный стиль не копируется, а воссоздается творческим путем органического заимствования элементов фольклора литературным языком, но остается при этом в рамках литературной нормы. Именно поэтому в анализируемом произведении литературный язык, сохраняя нормы, получает народнопоэтическую окраску. Происходит уподобление фольклору художественного стиля, которое является одним из основных средств достижения свободы литературного языка.

В связи с тем, что в анализируемом произведении изображаются древнейшие события истории Российского государства, необходимым было привлечение большого количества устаревших слов, прежде всего историзмов. Именно историзмы, называющие реалии и явления прошлых эпох, позволили М.Ю. Лермонтову достоверно показать описываемые время и общество, при этом язык поэмы в целом остается близким к народному.

Как свидетельствует А.А. Краевский, Лермонтов писал «Песню про… купца Калашникова» на Кавказе. В то время его настигла болезнь, которая не позволяла ему выходить из комнаты, и от скуки писатель взялся за перо [2, с. 682-684]. Оставаясь в комнате, поэт переносится в прошлое, изучает старинную речь, наблюдает давно минувшие события, следит за биением пульса прошедшей эпохи. Стиль «Песни…» максимально приближен к народной поэзии, автор использует характерные для нее зачины, «перехваты», эпитеты, повторы [см.: 3, с. 97-115].

Проведя выборку устаревшей лексики из текста анализируемого произведения, мы выяснили, что историзмы представлены здесь только именами существительными. Этот факт находится в полном соответствии с тем положением, что историзмы обозначают такие реалии, которые прекратили свое существование. По нашим данным, историческая лексика в поэме представлена 16 лексемами.

Историзмы, функционирующие в «Песне про… купца Калашникова», можно разделить по семантическому признаку на несколько групп.

1. Наиболее распространенной является группа, в которую входят названия лиц, связанных с государственно-политическим строем: опричник («состоящий в рядах опричнины – охраны государственных территорий, находящихся под управлением царя»), стольник («находящийся при дворе, ступенью ниже боярина»), князь («руководитель войска и глава области в феодальной Руси»), боярин («крупный феодал, который, принадлежит к высшей ступени господствующего класса»), боярыня («жена боярина»), купец («человек, ведущий частную торговлю»), царь («человек, единовластно управляющий государством, монарх»), гусляр («народный певец, музыкант, играет на гуслях»), палач («человек, приводящий в исполнение смертную казнь и пытки») [4] – всего 9 слов. Использование перечисленных выше лексем обусловлено тем, что М.Ю. Лермонтов разрабатывает народную, историческую тему, старается в первую очередь показать читателю различные общественные группы людей того времени, их обычаи и нравы, ср.:

…Про твово любимого опричника

Да про смелого купца, про Калашникова;

… А боярин Матвей Ромодановский

Нам чарку поднес меду пенного,

А боярыня его белолицая

Поднесла нам на блюде серебряном

Полотенце новое, шелком шитое [2, 415].

2. В тексте поэмы представлены названия украшений и старинной одежды, например: венец («драгоценный головной убор, корона как символ власти монарха»), кушачок («пояс, обычно широкий, матерчатый»), кафтан («русская старинная мужская долгополая верхняя одежда») [4]. Они необходимы М. Ю. Лермонтову для создания исторического колорита изображаемой эпохи, ср.:

То за трапезой сидит во златом венце,

Сидит грозный царь Иван Васильевич [2, с. 415].

 

«Не истерся ли твой парчевой кафтан?» [2, с. 416]

3. Предметы прошлого предстают перед читателем и в названиях построек, например: место лобное («возвышенное место, с которого оглашались царские указа, а также на нем приводились в исполнение приговоры о смертной казни»), гостиный двор («торговые ряды, обычно каменные») [4]:

Опустел широкий гостиный двор,

Запирает Степан Парамонович

Свою лавочку дверью дубовою… [2, с. 420]

 

По высокому месту лобному,

<…> Палач весело похаживает… [2, с. 430]

Подобные лексемы используются автором для того, чтобы нарисовать панораму событий того далекого времени, о котором читатель чаще всего имеет довольно неясное представление.

4. Историзмы, являющиеся названиями предметов быта ушедшей эпохи. По нашим данным, в тексте анализируемого произведения встречается только одно слово из этой группы – чарка («сосуд для вина и других крепких напитков») [4]:

А боярин Матвей Ромодановский

Нам чарку поднес меду пенного… [2, c. 415]

Такая малочисленность может быть объяснена жанровыми и стилистическими особенностями поэмы. Героический пафос произведения не позволял автору употреблять в большом количестве названия понятий, связанных с бытовой сферой.

5. Единственным примером, по нашим наблюдениям, представлена в поэме и группа названий, обозначающих единицы измерения: сажень («русская мера длины, равная трем аршинам – 2,13 м» [4]):

Оцепили место в 25 сажень,

Для охотницкого бою, одиночного [2, с. 426].

Это явилось следствием того, что идейная и содержательная стороны произведения не требуют использования  подобной лексики.

В тексте анализируемой поэмы наряду с историзмами функционируют и архаизмы, среди которых мы обнаружили две группы.

1. Собственно-лексические архаизмы. Это слова, имеющие устаревшие корни, целиком вышедшие из употребления и перешедшие в пассивный словарный запас. Сюда мы отнесли следующие слова: очи – «глаза», уста – «губы», охульник – «человек, который хулит, порочит, позорит другого», тароватый – «сообразительный» [5] и др.

2. Лексико-словообразовательные архаизмы. Это слова, в которых устарела только какая-то часть, например: покатитися – «покатиться», гнушатися – «гнушаться, брезговать», татаровья – «татары», лютыя (смерть) – «лютая», могутные (плечи) – «могучие», пужаешься – «пугаешься» [5] и др.

Все архаизмы, использованные М. Ю. Лермонтовым в «Песне про… купца Калашникова», служат для максимально точного описания времени, в котором происходят описываемые события. Это и опричнина, и кулачные бои на Москве-реке, и особенности правления Ивана Грозного.

С помощью устаревших слов писатель передает наиболее яркие черты изображаемой исторической эпохи. Это быт и традиции народа, изображение двух контрастных героев – опричника («охульник») и купца Калашникова («любезный»). Кроме описания внешнего вида персонажей (одежды, вооружения, сбруи лошадей), мы узнаем и особенности их поведения, например, то, как вели они себя перед боем: «… удалой Кирибеевич, // Царю в пояс молча кланяется», «… Калашников, // Поклонился прежде царю грозному» [2, с. 427], что являлось неотъемлемой частью традиции.

Лермонтову удалось не только очень удачно стилизовать свое произведение под фольклор, но и благодаря умелому использованию различных видов устаревших слов создать самобытное произведение, ярко и образно передавшее исторический колорит эпохи.

Из всего сказанного выше следует, что употребление устаревших слов в «Песне… про купца Калашникова» в первую очередь имеет практическое значение: автор пытается приблизить историческую эпоху к современности, правдоподобно передать колорит прошлого Руси, сделать наиболее выразительными речевые характеристики персонажей. Это такой пласт лексики, который хронологически отражает отдельный фрагмент языковой картины мира в сознании народа и истории Отечества. Кроме того, архаизмы и историзмы выступают в поэме как средство создания ритма стиха, способствуют реализации идейного замысла, позволяют автору найти свой собственный, уникальный стиль изложения.


Библиографический список
  1. Шанский Н.М. Устаревшие слова в лексике современного  русского литературного языка // Русский язык в школе. 1954.  №3. С.27-33.
  2. Лермонтов М.Ю. Собр. соч.: В 4 т. М.; Л: Изд-во АН СССР. Т.2. 1959. 703 с.
  3. Кормилов С.И. Поэзия М.Ю. Лермонтова. М.: Изд-во МГУ, 2000. 128 с.
  4. Ожегов С.И. и Шведова Н.Ю. толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений. – 3 изд. М.: АЗЪ, 1995. 928 с.
  5. Шанский Н.М. Краткий этимологический словарь русского языка. М.: Просвещение, 1971. 542 с.


Все статьи автора «gznrby»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: