УДК 93/94

ОТНОШЕНИЕ ОФИЦИАЛЬНЫХ ВЛАСТЕЙ К ВОЕННОПЛЕННЫМ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В ТОБОЛЬСКОЙ ГУБЕРНИИ

Валитов Александр Александрович
ФГБУН Тобольская комплексная научная станция УрО РАН
кандидат исторических наук, научный сотрудник Лаборатории истории освоения Сибири

Аннотация
В статье рассматривается официальная политика Российских властей по отношению к военнопленным Первой мировой войны на материалах Тобольской губернии.
Проанализирован обширный круг архивных и литературных источников. Продолжая общую национальную панславянскую политику, местные власти путем, главным образом, смягчения мер содержания пытались завоевать симпатии славянского контингента военнопленных или даже склонить его на свою сторону.

Ключевые слова: военнопленные, неславяне., Первая мировая война, славяне, Тобольская губерния


THE ATTITUDE OF THE OFFICIAL AUTHORITIES TO PRISONERS OF WAR THE FIRST WORLD WAR, IN TOBOLSK PROVINCE

Valitov Alexander Alexandrovich
FGBUN «Tobolsk complex scientific station UB RAS»
ph.d. in history, researcher, Laboratory of the history of development of Siberia

Abstract
The article deals with the official policy of Russian authorities in relation to a prisoner of war of World War I on the materials of the province of Tobolsk.
Analyzed extensive range of archival and published sources. Continuing the overall national pan-Slavic policies by local authorities, mainly mitigation measures content trying to win the sympathies of the Slavic contingent of prisoners of war or even win him over to their side.

Рубрика: История

Библиографическая ссылка на статью:
Валитов А.А. Отношение официальных властей к военнопленным первой мировой войны в Тобольской губернии // Гуманитарные научные исследования. 2014. № 7 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2014/07/7348 (дата обращения: 30.09.2017).

Первая мировая война, именовавшаяся в России по аналогии с войной 1812 г. Второй Отечественной, стала крупнейшим военно-политическим столкновением в истории человечества, пока ее не перекрыл второй еще более масштабный глобальный межгосударственный конфликт через четверть века.

Кроме погибших на поле боя, итогами сражений стала многомиллионная армия противников, попавших живыми в руки неприятеля при различных условиях. Многие из них находились в плену именно на территории Сибири, которая долгое время была местом ссылки и каторги, а также в силу своей удаленности от фактически любых театров военных действий идеально походила для размещения военнопленных. К осужденным преступникам время от времени присоединялись и военнопленные. В XVIII в. это были шведы, попавшие в плен в ходе Северной войны, в XIX в. – пленные армии Наполеона и поляки после подавления восстаний в 1830-х и 1860-х гг. Поэтому не удивительно, что почти с начала Первой мировой войны потоки пленных народов, населяющих Австро-Венгрию и Германию, потекли за Урал.

Цифры, указывающие численность военнопленных, которые пребывали в годы первой мировой войны в Тобольской губернии, довольно различны у разных исследователей. Согласно статистическим данным Центрального справочного бюро к середине войны на территории России в плену находилось «около 5 млн. иностранцев, в том числе около 2,2 млн. военнопленных: германцев (около 190 тысяч), турок (свыше 50 тысяч) и австро-венгров (около 1,9 млн.) [1] . Среди последних примерно 450 тысяч составляли австрийцы, около 500 тысяч венгры, около 250 тысяч чехи и словаки, свыше 200 тысяч югославы, свыше 120 тысяч румыны, много галицийских украинцев, поляков, итальянцев и др. На территории Омского Военного Округа, куда входила и Тобольская губерния – военнопленных было около 190 тысяч» [2, с. 11].

С самых первых дней войны политика Российского правительства по отношению к военнопленным различных наций была дифференцированной. Так в отношении к представителям немецкой и австро-венгерской нации, которых виновными в развязывании международного конфликта, относились насторожено. К представителям славянского этноса  проживавших на территории  Австро-Венгерской империи, наоборот проявляли дружелюбность,  стремились приобрести их политические симпатии. Правительственные круги Российской империи стимулировали возникновение общественных организаций, которые вели идейно-политическую работу в нужном для властей направлении среди военнопленных – славян. В рамках этого курса, министр внутренних дел Н.А. Маклаков утвердил 30 октября 1914 г. «Устав Всероссийского попечительства о пленных славянах». Главная цель этой организации заключалась в том, чтобы «покоренных мечем славян завоевать … духовно», превратить их «в убежденных сторонников и проповедников общеславянского единства» [3, с.1].

При этом губернатор Тобольской губернии обязан был целеустремленно реализовывать на местах в жизнь эту политику. В официальных правительственных циркулярах, которые отправились в регионы, предписывалось предоставлять военнопленным – славянам, отдельное размещение от других национальностей, не только в пунктах постоянного пребывания, но и по дороге, в лечебных заведениях и на работах. Также военнопленным – славянам предполагалось разрешить прогулки в воскресные дни и встречи с соотечественниками [4, л. 269].

В г. Тобольск, согласно распоряжениям Штаба Омского Военного округа от 11 сентября 1915 г., было приказано водворить исключительно немцев, венгров, евреев, а находящихся в городе славян, румын следовало даже снять с работ и вывозить в г. Тюмень [5, с. 37]. Это распоряжение было связано с ранее изданным постановлением Генерального Штаба «О необходимости обособления военнопленных славян от венгров и немцев, австрийских и германских армий, не только в пунктах постоянного водворения, но и при нахождении в лечебных заведениях и перевозках, а равно и при состоянии на различного рода работах посторонних ведомств» [6, л. 249, 249об, 269].

Военные власти тоже ориентировались на циркуляры из Центра, так июне 1916 г., на основании существующих циркулярных распоряжений начальника генерального штаба, командующий войсками Омского Военного округа, приказал допустить в свободное обращению среди военнопленных славянской национальности еженедельную чешскую газету «Чехословянин» [7, c.2]. В целом  можно отметить следующее: славянский фактор (славяне и неславяне) реализовывался на протяжении всего периода войны. Так, уже на сборных пунктах военнопленных-славян изолировали от австрийцев, венгров и немцев, эшелоны с которыми следовали в районы европейского, сибирского и дальневосточного Севера. Пленных же славянского этноса направляли в европейскую часть России (в основном в центральные и южные губернии) и в Сибирь. Власти предполагали даже создания мононациональных мест расположения военнопленных. Однако создание лагерей, где бы содержались исключительно славяне или неславяне, в жизни реализовано не было. Как показал ряд исследований, в зависимости от расположения лагеря в нем лишь преобладали представители того или иного этноса. Так, по материалам переписи, проведенной в Омском военном округе в феврале 1915 г., 68% военнопленных составляли славяне, а более 9% приходилось на немцев, венгров и румын [8].

Смягчение режим содержания военнопленных произошло после Февральской революции. Временное Правительство от 1 июня 1917 г. издало Правила, устанавливающие особые льготы для военнопленных поляков (они распространялись и на военнопленных чехов и словаков). Для славян устанавливался более свободный режим пребывания: они могли объединяться для необходимых покупок и более свободно пользовались правом прогулки вне лагеря под надлежащим присмотром, беспрепятственно получать книги и периодические издания (газеты, журналы и т. п.); имели право беспрепятственно посещать богослужение, образовывать кассы взаимопомощи, жить на частных квартирах; разрешалось перемещение пленных из одних мест водворения в другие, а также совместное водворение братьев и других близких родственников; разрешался брак пленных – славян с российскими гражданками [9, л. 258, 259, 260]. Например, летом 1917 г. в г. Тобольске был образован Тобольский союз военнопленных славян, состоящих в Союзе Чехословацких обществ России. Целью союза являлась: «Взаимная поддержка, как материально, так и нравственно; охрана своих интересов, заключающихся главным образом в защите льгот и прав, признанных за военнообязанными славянами; сношение с правительством;  развитие родной культуры» [10, л. 1].  В городском составе Союза состояло 23 члена, причем 16 из них были чехи, 7 –  словаки. Председателем Союза был избран чех Войцех Пашевский. Союз помогал своим членам устроиться на работу или ходатайствовал за членов комитета, желавших вступить в брак с гражданками России. Так, военнопленный словак Дмитрий Фёдорович Козарис, отпущенный в 1915 г. из Тобольского лагеря на работу в волостную управу, до 1918 г. успел, находясь на жительстве в деревне, сменить несколько работ и пожелал вступить в русское подданство, имея жену и дочь [11, л. 3об, 4, 41 об., 123]. Они получили право свободного перемещения и хождения без сопровождения конвоя по улицам города.

Вообще части военнопленных были предоставлены исключительные льготы. Так, социал-демократу венгру Б. Куну, находившемуся в плену в Томском лагере, разрешили разместиться на частной квартире. Многие военнопленные принимали активное участие в демонстрациях посвященных Первому мая, которые проходили почти во всех в городах Западной Сибири [12, т.1 с. 518].

Благодаря либеральной политике русских властей, направленной на реализацию славянских диалогов, местное сообщество и пленные славяне начинают активно взаимодействовать, о чем красноречиво свидетельствуют источники. В частности проявлялось это в дружелюбном восприятии друг друга, в оказании добровольной помощи пленным славянам со стороны местного населения, в заключении многочисленных межнациональных браков (еще до официального разрешения властей).

Таким образом, Первая мировая война, начавшаяся под лозунгом освобождения славян, нашла свой отголосок и в содержании военнопленных в Западной Сибири. Продолжая общую национальную панславянскую политику, местные власти путем, главным образом, смягчения мер содержания и пытались завоевать симпатии славянского контингента военнопленных или даже склонить его на свою сторону. И, надо отдать должное, это возымело свои действия. Результаты не заставили себя долго ждать и проявились уже  в начале гражданской войны в создании и функционировании чехословацкого корпуса, который царское, а вслед за ним и Временное правительства намеревались бросить на Западном фронте против Германии и Австро-Венгрии. Сам по себе факт вооружения бывших врагов говорит о полном доверии и готовности воевать за «братьев-славян». Однако последующие события перевернули полюса, и уже недавние союзники в лице Антанты стали врагами  теперь уже Советской России, а национальная политика освобождения и объединения славян уступила место классовой борьбой. Не вписывающиеся в этот формат чехословацкие и иные славянские формирования из бывших военнопленных снова сменили сторону, и перешли на другую сторону баррикад. А после начала полномасштабной и беспощадной гражданской войны проблемы межславянского взаимодействия и содержания военнопленных и вовсе отошли на задний план российских и мировых реалий. Вновь вспомнили об ужасающем быте и условиях нахождения в плену лишь после подписания Женевской конвенции в 1929 г.

Работа выполнена в рамках проекта молодых ученых и аспирантов УрО РАН «Военнопленные первой мировой войны в Тобольской губернии: коллективный портрет и общественный быт» № 14-4-НП-123.


Библиографический список
  1. Валитов А. Военнопленные Первой мировой войны в Тобольске [электронный ресурс] // Интернет-проект «Путь в Сибирь». URL: http://www.ikz.ru/siberianway.(дата обращения: 21.06.2014).
  2. Отчет члена состоящего при Центральном справочном бюро о военнопленных Особого комитета помощи военнопленным Е.Г. Шинкевича по командировке в Омский военный округ для обследования степени нужды военнопленных австро-венгерской армии. Пг.: Гос. типогр., 1915.
  3. Устав Всероссийского попечительства о пленных славянах. Пг., 1914.
  4. Государственное бюджетное учреждение Тюменской области «Государственный архив в г. Тобольске» (далее – ГБУТО «ГА в г. Тобольске»). Ф. 152. Оп. 44. Д. 517.
  5. Валитов А. Участие пленных иностранцев в общественной жизни Тобольска (1914-1920)//«Aus Sibirien -2008»: Научно-информационный сб./гл. ред. А. П. Ярков Тюмень, 2008. С. 36-39.
  6. ГБУТО ГА в г. Тобольске Ф. 152. Оп. 44. Д. 511.
  7. Хроника // Жизнь Алтая. 1916. 9 июля.
  8. Базанов С.Н. Политика российских властей по отношению к военнопленным-славянам в Первую мировую войну // Мир и политика.ru [электронный журнал]. URL: http://mir-politika.ru/169-politika-rossiyskih-vlastey-po-otnosheniyu-k-voennoplennym-slavyanam-v-pervuyu-mirovuyu-voynu.html (дата обращения: 21.06.2014).
  9. ГБУТО ГА в г. Тобольске Ф. 152. Оп. 44. Д. 520.
  10. ГБУТО ГА в г. Тобольске Ф. 730. Оп. 2. Д. 2.
  11. ГБУТО ГА в г. Тобольске Ф. 152. Оп. 29. Д. 218.
  12. Сибирская советская энциклопедия. Новосибирск: Сибирское краевое изд-во, 1929.


Все статьи автора «Валитов Александр Александрович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: