УДК 828

РЕФОРМЫ ПЕТРА ВЕЛИКОГО В ВОСПРИЯТИИ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО И ИДЕОЛОГОВ ЕВРАЗИЙСТВА

Лесевицкий Алексей Владимирович
Пермский филиал Финуниверситета
Преподаватель

Аннотация
Автор анализирует публицистические очерки Ф.М. Достоевского и представителей евразийства о сущности реформ Петра Великого, подмечая, что подобное реформирование было равноценно измене русскому национальному самосознанию.

Ключевые слова: имперский кризис, комплекс неполноценности, кризис идентичности, раскол монолита русской нации, реформы Петра Великого


THE REFORMS OF PETER THE GREAT IN THE PERCEPTION OF FM DOSTOEVSKY AND EURASIAN IDEOLOGY

Lesevitsky Alexey Vladimirovich
Perm branch FinUniversity
Teacher

Abstract
The author analyzes the journalistic essays F.M. Dostoevsky and the representatives of the Eurasian essence the reforms of Peter the Great, noticing that such reform was tantamount to treason Russian national consciousness.

Keywords: inferiority complex, reforms of Peter the Great, split monolith Russian nation, the crisis of identity, the imperial crisis


Рубрика: Политология

Библиографическая ссылка на статью:
Лесевицкий А.В. Реформы Петра Великого в восприятии Ф.М. Достоевского и идеологов евразийства // Гуманитарные научные исследования. 2013. № 9 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2013/09/3635 (дата обращения: 28.05.2017).

Дос­то­ев­ский пред­вос­хи­тил и мно­гие идеи, ко­то­рые вы­ска­за­ли о ре­фор­ме Пет­ра I ев­ра­зий­цы. Не­об­хо­ди­мо от­ме­тить, что кри­ти­ка ре­форм на­хо­дит­ся в кон­тек­сте имен­но ев­ра­зий­ст­ва, а не сла­вя­но­филь­ст­ва. Дос­то­ев­ский кри­ти­ку­ет Пет­ра Ве­ли­ко­го с гео­по­ли­ти­че­ских и куль­ту­ро­ло­ги­че­ских по­зи­ций. Пи­са­тель дос­та­точ­но хо­ро­шо изу­чил оте­че­ст­вен­ную ис­то­рию, пре­крас­но знал курс ис­то­рии Н. Ка­рам­зи­на, чи­тал не­ко­то­рые  ра­бо­ты С.М. Со­ловь­е­ва. Ра­зу­ме­ет­ся, ана­лиз ито­гов ре­форм Пет­ра I, ко­то­рый вы­пол­нил Дос­то­ев­ский, – это не про­фес­сио­наль­ный ана­лиз ис­то­ри­ка, но мне­ние пи­са­те­ля нель­зя од­но­вре­мен­но на­­звать­ по­верх­но­ст­ным и не­ком­­п­е­те­нт­ным, в сво­ей объ­ем­ной ста­тье «Два ла­ге­ря тео­ре­ти­ков» он дос­та­точ­но под­роб­но рас­смат­ри­ва­ет суть ре­фор­мы, и то,  к ка­ким по­след­ст­ви­ям она при­ве­ла.

Во-пер­вых, Дос­то­ев­ский зна­чи­тель­но рань­ше ев­ра­зий­цев пи­шет о рас­ко­ле рус­ско­го об­ще­ст­ва. В ре­зуль­та­те   ре­фор­мы Пет­ра I поя­вил­ся слой рус­ских «ев­ро­пей­цев» и слои рус­ских «ту­зем­цев». Про­во­дя пре­об­ра­зо­ва­ние, им­пе­ра­тор за­ло­жил под ос­но­ва­ние мо­нар­хи­че­ской го­су­дар­ст­вен­но­сти за­ряд страш­ней­шей раз­ру­ши­тель­ной си­лы, ко­то­рый сра­бо­тал в ок­тяб­ре 1917 го­да. Дво­рян­ст­ву бы­ло по­зво­ле­но ев­ро­пеи­зи­ро­вать­ся не толь­ко внеш­не, но и, что бо­лее зна­чи­мо, – ду­хов­но. Боль­шая часть его вла­де­ла ино­стран­ны­ми язы­ка­ми на­мно­го луч­ше, чем род­ным рус­ским, ре­гу­ляр­но ез­ди­ла в Ев­ро­пу, чи­та­ла за­пад­ные кни­ги в ори­ги­на­ле, сло­вом, ду­хов­но все даль­ше от­чу­ж­да­лось от род­ной поч­вы.  Что бы­ло по­зво­ле­но дво­рян­ст­ву, не по­зво­ля­ли дру­гим со­сло­ви­ям, на­при­мер, кре­сть­ян­ст­во прак­ти­че­ски ни как не за­тро­ну­ла за­пад­ная куль­ту­ра. Же­ст­кие со­слов­ные рам­ки ме­ша­ли это­му. Два мак­ро­со­ци­аль­ных ми­ра все даль­ше от­чу­ж­да­лись друг от дру­га, на­ция бы­ла рас­ко­ло­та на две по­ло­ви­ны. В яд­ро рус­ской на­цио­наль­ной куль­ту­ры был вне­сен ино­стран­ный эле­мент. Дос­то­ев­ский пи­сал: «Не­со­мнен­но то, что ре­фор­ма Пет­ра ото­рва­ла од­ну часть на­ро­да от дру­гой, глав­ной. Ре­фор­ма шла свер­ху вниз, а не сни­зу вверх. Дой­ти до ниж­них сло­ев на­ро­да ре­фор­ма не ус­пе­ла»[1]. Для то­го что­бы на­чать ре­фор­ми­ро­ва­ние сни­зу, не­об­хо­ди­мо уло­вить же­ла­ние де­мо­са, на­цио­наль­ный ли­дер дол­жен учи­ты­вать ин­те­ре­сы  все­го эт­но­са. Но Петр Ве­ли­кий был дос­та­точ­но са­мо­уве­рен­ным че­ло­ве­ком, он ве­рил в соб­ст­вен­ный ге­ний управ­лен­ца и ад­ми­ни­ст­ра­то­ра, уже по­сле Дос­то­ев­ско­го ев­ра­зий­цы то­же кон­ста­ти­ро­ва­ли рас­кол мо­но­ли­та рус­ской на­ции: то­та­ли­тар­ный стиль мо­дер­ни­за­ции. «Петр вво­дил свои ре­фор­мы на­силь­ст­вен­но, не спра­ши­вая, же­ла­ет ли рус­ский на­род; а по­то­му обе идеи, по­ро­ж­ден­ные ре­фор­ма­ми, ос­та­лись ор­га­ни­че­ски чу­ж­ды­ми рус­ско­му па­ро­ду»[2]. Как ви­дим, ев­ра­зий­цы бу­к­валь­но ци­ти­ру­ют тео­ре­ти­че­ские вы­клад­ки Дос­то­ев­ско­го.

Во-вто­рых, рус­ский пи­са­тель зна­чи­тель­но рань­ше ев­ра­зий­цев го­во­рит об ав­то­ри­тар­ной ме­то­до­ло­гии про­во­ди­мых ре­форм, ра­зу­ме­ет­ся, в тех не­про­стых гео­по­ли­ти­че­ских ус­ло­ви­ях дан­ный про­ект край­не слож­но бы­ло реа­ли­зо­вать по-дру­го­му. Но дес­по­тизм ре­фор­ма­тор­ст­ва Пет­ра, ко­неч­но, вы­зы­вал со­про­тив­ле­ние прак­ти­че­ски всех сло­ев об­ще­ст­ва. «Дес­по­тизм ре­фор­ма­тор­ских прие­мов воз­бу­ж­дал толь­ко ре­ак­ции в мас­се; она тем креп­че уси­ли­ва­лась со­хра­нить се­бя от нем­цев, чем силь­нее по­след­ние по­ся­га­ли на ее на­род­ность »[3].  Петр Ве­ли­кий край­не цен­тра­ли­зо­вал Рус­ское го­су­дар­ст­во, оно ста­ло на­по­ми­нать швей­цар­ский ча­со­вой ме­ха­низм, но имен­но «на­по­ми­нать», так как го­су­дар­ст­во бы­ло на­пол­не­но рус­ски­ми людь­ми, имею­щи­ми свои не­по­вто­ри­мые на­цио­наль­ные чер­ты. Рос­сия ста­ла вес­ти дос­та­точ­но ин­тен­сив­ные за­хват­ни­че­ские вой­ны, они бы­ли не­об­хо­ди­мы для на­ла­жи­ва­ния функ­цио­ни­ро­ва­ния го­су­дар­ст­ва. Ев­ра­зий­ский ис­то­рик Г. Вер­над­ский      пи­сал:      «Гро­мад­ное     на­пря­же­ние,           по­ро­ж­ден­ное не­скон­чае­мой вой­ной, вы­ра­зи­лось в по­сто­ян­ных воз­му­ще­ни­ях, сна­ча­ла в Мо­ск­ве (вос­ста­ние стрель­цов в   1698 го­ду), поз­же в про­вин­ции (Бу­ла­вин, Ма­зе­па).  <…>  Уве­ли­чи­ваю­щее­ся  бре­мя   го­су­дар­ст­вен­ной служ­бы по­ро­ж­да­ло в на­ро­де по­сто­ян­ное не­до­воль­ст­во. Эта ре­ак­ция для Пет­ра оз­на­ча­ла опас­ность боль­шую, чем от­кры­тое вос­ста­ние»[4]. Пря­мое вос­ста­ние про­тив ре­фор­мы бы­ло обу­слов­ле­но эко­но­ми­че­ски­ми при­чи­на­ми, уси­­л­е­­нием на­ло­го­во­го прес­са, ухуд­ше­ни­ем жиз­ни ог­ром­ных масс кре­сть­ян­ско­го на­се­ле­ния, но не до­воль­ны бы­ли не толь­ко эко­но­ми­че­ской сто­ро­ной ре­фор­мы, а, по­жа­луй,  в боль­шей сте­пе­ни ее «идео­ло­ги­че­ским оформ­ле­ни­ем». Дос­то­ев­ский от­ме­тит: «На пер­вый раз у нас во­дво­ри­лась толь­ко страш­ней­шая рас­пу­щен­ность нра­вов, не­мец­кая бю­ро­кра­тия чи­нов­ни­че­ст­во. Не чуя вы­го­ду от пре­об­ра­зо­ва­ния, не ви­дя ни­ка­ко­го фак­ти­че­ско­го се­бе об­лег­че­ния при но­вых по­ряд­ках, на­род чув­ст­во­вал толь­ко страш­ный гнет, с бо­лью на серд­це пе­ре­но­сил по­ру­че­ние тех, что при­вык счи­тать с не­за­па­мят­ных вре­мен сво­ей свя­ты­ней»[5].  Па­мя­туя сто­ле­тия мон­го­ло-та­тар­ско­го вла­ды­че­ст­ва на Ру­си, ев­ра­зий­цы в дея­тель­но­сти Пет­ра I ви­де­ли не­что по­доб­ное. Прак­ти­че­ски вто­ря Дос­то­ев­ско­му, Н. Тру­бец­кой пи­сал: «И ес­ли вспом­нить, что ко все­му это­му вре­ме­на­ми при­сое­ди­ня­лось ожес­то­чен­ное го­не­ние на все ис­кон­но рус­ское, офи­ци­аль­ное при­зна­ние на­цио­наль­ной рус­ской куль­ту­ры вар­вар­ст­вом и ду­хов­ное за­си­лье ев­ро­пей­ских идей, то вряд ли бу­дет пре­уве­ли­че­ни­ем обо­зна­чить этот пе­ри­од рус­ской ис­то­рии как эпо­ху ев­ро­пей­ско­го, или ро­ма­но-гер­ман­ско­го ига»[6]. В чис­лен­ном от­но­ше­нии за­пад­ной идео­ло­ги­ей «про­пи­та­лось» край­не не­зна­чи­тель­ное чис­ло лю­дей, пи­са­тель се­ту­ет на то, что за­им­ст­во­ва­ли не серд­це­ви­ну яв­ле­ния, а внеш­ний об­лик, что от­лич­но ра­бо­та­ло в за­пад­ном ми­ре, долж­но бы­ло бы ра­бо­тать в Рос­сии, но по сво­ему эко­но­ми­че­ско­му по­тен­циа­лу на­ша стра­на не смог­ла дог­нать пе­ре­до­вые на тот пе­ри­од ев­ро­пей­ские го­су­дар­ст­ва. Как со­вер­шен­но спра­вед­ли­во пи­шет Н. Тру­бец­кой: «С мо­мен­та этой ре­фор­мы рус­ские долж­ны бы­ли про­ник­нуть­ся ро­ман­о-гер­ман­ским ду­хом и тво­рить в этом ду­хе. Из пре­ды­ду­ще­го яв­ст­ву­ет, что к спеш­но­му вы­пол­не­нию этой за­да­чи рус­ские бы­ли ор­га­ни­че­ски не спо­соб­ны»[7]. Впол­не в кон­тек­сте ев­ра­зий­ст­ва Дос­то­ев­ский под­во­дил итог пре­об­ра­зо­ва­ни­ям Пет­ра Ве­ли­ко­го: «Вы­ра­жа­ясь точ­нее, од­на идея Пет­ра бы­ла на­род­на. Но Петр как факт был в выс­шей сте­пе­ни ан­ти­на­ро­ден»[8]. Слов­но ев­ра­зи­ец, Дос­то­ев­ский ут­вер­жда­ет, что Рос­си­ей со вре­мен Пет­ра управ­ля­ли лю­ди, ко­то­рым не бы­ло ни­ка­ко­го де­ла до про­сто­го на­ро­да, «ту­зем­ное» на­се­ле­ние вся­че­ски пре­зи­ра­лось. Ци­ви­ли­за­ци­он­ный со­ци­ал-дар­ви­низм рас­ко­лол мо­но­лит рус­ской на­ции, «рус­ские ев­ро­пей­цы» с не­на­ви­стью от­но­си­лись к тем, кто не ус­во­ил за­пад­ный об­раз мыс­лей, жиз­ни, а, сле­до­ва­тель­но, в куль­тур­ном смыс­ле «от­стал» от пе­ре­до­вой ци­ви­ли­за­ции. По мне­нию Дос­то­ев­ско­го, а в дан­ном ас­пек­те он был со­ли­да­рен со сла­вя­но­фи­ла­ми и Н.Я. Да­ни­лев­ским, –  не су­ще­ст­ву­ет еди­ной об­ще­че­ло­ве­че­ской ме­то­до­ло­гии раз­ви­тия для всех на­ро­дов. Бла­го­да­ря во­пло­ще­нию ре­фор­мы, Пётр Ве­ли­кий по­пы­тал­ся де­мон­ти­ро­вать то, что, по его мне­нию, сим­во­ли­зи­ро­ва­ло мно­го­ве­ко­вую «от­ста­лость Ру­си». Ре­фор­ма­тор осу­ще­ст­в­лял страш­ный ме­та­фи­зи­че­ский про­цесс раз­ру­ше­ния куль­тур­но­го яд­ра до­ре­фор­мен­но­го об­ще­ст­ва. Он по­пы­тал­ся вы­кор­че­вать из это­го куль­тур­но-ис­то­ри­че­ско­го яд­ра тра­ди­ции рус­ско­го на­ро­да, ко­то­рые хра­ни­ли и пе­ре­да­ва­ли от по­ко­ле­ния к по­ко­ле­нию. Всё на­цио­наль­ное долж­но бы­ло быть от­бро­ше­но. Дос­то­ев­ский бу­к­валь­но из­де­вал­ся над рус­ски­ми ли­бе­ра­ла­ми, ко­то­рые, как и Пётр I, пы­та­лись пе­ре­де­лать на­ше­го че­ло­ве­ка в про­све­щён­но­го ев­ро­пей­ца: «К че­му тут тол­ки о поч­ве, с ко­то­рой буд­то бы нуж­но справ­лять­ся, при ус­вое­нии ей на­чал, вы­ра­бо­тан­ных дру­гим на­ро­дом? Та­ким об­ра­зом, из все­го че­ло­ве­че­ст­ва, из всех на­ро­дов тео­ре­ти­ки хо­тят сде­лать не­что без­лич­ное, ко­то­рое во всех бы стра­нах зем­но­го ша­ра, при всех раз­лич­ных кли­ма­ти­че­ских и ис­то­ри­че­ских ус­ло­ви­ях, ос­та­ва­лось бы од­ним и тем же. <…> А ес­ли тот об­ще­че­ло­ве­че­ский иде­ал, ко­то­рый у них есть, вы­ра­бо­тан од­ним толь­ко За­па­дом, то мож­но ли на­звать его на­столь­ко со­вер­шен­ным, что ре­ши­тель­но вся­кий дру­гой на­род дол­жен от­ка­зать­ся от по­пы­ток при­нес­ти что-ни­будь от се­бя в де­ло вы­ра­бот­ки со­вер­шен­но­го че­ло­ве­че­ско­го идеа­ла и ог­ра­ни­чить­ся толь­ко пас­сив­ным ус­вое­ни­ем се­бе идеа­ла по за­пад­ным книж­кам?»[9]. Петр I пы­тал­ся пе­ре­не­сти на рус­скую поч­ву то, что хо­ро­шо ра­бо­та­ло в за­пад­ном ми­ре, но по­пыт­ка та­ко­го пе­ре­но­са за­кон­чи­лась раз­ру­ше­ни­ем соб­ст­вен­ных со­ци­аль­но-эт­ни­че­ских струк­тур, ибо в са­мом луч­шем слу­чае ко­пи­ру­ют­ся лишь вер­ху­шеч­ные, по­верх­но­ст­ные пло­ды ими­ти­руе­мой ци­ви­ли­за­ции, ко­то­рые не мо­гут су­ще­ст­во­вать без той со­ци­аль­ной, ре­ли­ги­оз­ной и фи­ло­соф­ской сре­ды, на ко­то­рой они вы­рос­ли. На то, что­бы де­мон­ти­ро­вать и пол­но­стью раз­дро­бить ми­ро­воз­зрен­че­ское яд­ро до­пет­ров­ской Ру­си, по­на­до­би­лись сто­ле­тия, Петр I же при­нес на род­ную поч­ву лишь внеш­нюю ев­ро­пеи­за­цию для не­зна­чи­тель­но­го кру­га лиц. Дос­то­ев­ский, осоз­на­вая это, пи­сал: «Рус­ский на­род не лю­бит го­нять­ся за внеш­но­стью: он боль­ше все­го це­нит дух, мысль, суть де­ла. А пре­об­ра­зо­ва­ние бы­ло та­ко­во, что про­сти­ра­лось на его оде­ж­ду, бо­ро­ду и т.д.»[10]. Петр по­ни­мал го­су­дар­ст­во как свое­об­раз­ный без­душ­ный ме­ха­низм (влия­ние Лейб­ни­ца), им не учи­ты­ва­лась куль­тур­но-ис­то­ри­че­ская поч­ва, эт­ни­че­ские фак­то­ры и куль­ту­ро­ло­ги­че­ские осо­бен­но­сти рус­ской ци­ви­ли­за­ции. Од­ним и тем же ле­кар­ст­вом ре­фор­ма­тор пы­тал­ся ле­чить раз­ные бо­лез­ни и, в ито­ге, по мне­нию литератора  по­тер­пел не­уда­чу. Н. Тру­бец­кой пи­сал о том, что го­су­дар­ст­во –  это не без­душ­ный ме­ха­низм, а жи­вой и край­не тон­кий ор­га­низм, рус­ская на­ция не вне­сла ве­ли­кий вклад в ев­ро­пей­скую куль­ту­ру: «И по­это­му-то чис­ло на­стоя­щих вкла­дов рус­ско­го ге­ния в «со­кро­вищ­ни­цу ев­ро­пей­ской ци­ви­ли­за­ции» ос­та­лось ни­чтож­ным по срав­не­нию с мас­сой ино­стран­ных куль­тур­ных цен­но­стей, не­пре­рыв­но ме­ха­ни­че­ски пе­ре­са­жи­вае­мых на рус­скую поч­ву»[11].  Зна­чи­тель­но рань­ше ев­ра­зий­цев Дос­то­ев­ский пи­сал о том, что не су­ще­ст­ву­ет един­ст­вен­ной «спа­си­тель­ной» мо­де­ли ци­ви­ли­за­ци­он­но­го раз­ви­тия для всех на­ро­дов. За­пад­ная мо­дель осу­ще­ст­ви­ма толь­ко в вес­тер­ни­зи­ро­ван­ной ци­ви­ли­за­ции, дру­гие на­ро­ды име­ют свой на­цио­наль­но-ин­ди­ви­ду­аль­ный век­тор раз­ви­тия. В Рос­сии не бы­ло прак­ти­че­ски ни­ка­ких пред­по­сы­лок для соз­да­ния об­ще­ст­ва на за­пад­ный ма­нер, в ре­зуль­та­те ре­фор­мы на­ча­лась му­та­ция рус­ско­го куль­тур­но-ис­то­ри­че­ско­го яд­ра. И в этой оцен­ке Дос­то­ев­ский и ев­ра­зий­цы вы­ска­зы­ва­ют по­ра­зи­тель­но схо­жие идеи. Ито­гом ре­форм Пет­ра I в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве бы­ла ре­во­лю­ция ок­тяб­ря 1917 го­да, ко­гда «ту­зем­ное» на­се­ле­ние де­мон­ти­ро­ва­ло слой   «рус­ских ев­ро­пей­цев» – дво­рян, дан­ный кон­фликт но­сил не толь­ко клас­со­вый ха­рак­тер (про­ле­та­ри­ат-бур­жуа), но и в боль­шей сте­пе­ни  кон­фликт ци­ви­ли­за­ци­он­ный, про­ти­во­ре­чие по прин­ци­пу «рус­ский-ев­ро­пе­ец». А. Ду­гин, под­во­дя итог Пет­ров­ским пре­об­ра­зо­ва­ни­ям, отметил: «Ев­ра­зий­цы, со сво­ей сто­ро­ны, пред­ло­жи­ли со­вер­шен­но осо­бую трак­тов­ку боль­ше­виз­ма, вы­те­каю­щую из со­вер­шен­но ина­ко­вых пред­по­сы­лок. Они по­ла­га­ли, что ис­то­ри­че­ская реф­лек­сия пра­вя­ще­го клас­са при ца­риз­ме во­об­ще бы­ла не­аде­к­ват­ной, не на­цио­наль­ной, а сле­до­ва­тель­но, она ока­за­лась оши­боч­ной, пре­ступ­ной, и в кон­це кон­цов до­ве­ла на­род­ную сти­хию до точ­ки ра­ди­каль­но­го бун­та»[12].

Но не­об­хо­ди­мо от­ме­тить, что в от­ли­чие от ев­ра­зий­цев и сла­вя­но­фи­лов Дос­то­ев­ский не идеа­ли­зи­ро­вал Мо­с­ков­скую Русь. В сво­ем жур­на­ле пи­са­тель от­ме­тил, что в до­пет­ров­ский пе­ри­од ост­ро чув­ст­во­ва­лась фальшь в со­ци­аль­ных от­но­ше­ни­ях, тор­же­ст­во­ва­ла идея пол­но­го изо­ля­цио­низ­ма, низ­ве­де­ние по­дат­но­го со­сло­вия до со­сло­вия ра­бов и не­воль­ни­ков.

Не­сколь­ко кон­кре­ти­зи­ру­ем кри­ти­ку Дос­то­ев­ским Мо­с­ков­ской Ру­си: «Дей­ст­ви­тель­но лжи и фаль­ши в до­пет­ров­ской Ру­си – осо­бен­но в мо­с­ков­ский пе­ри­од – бы­ло до­воль­но … Од­ним сло­вом, что про­из­ве­ло наш рус­ский рас­кол?»[13].  Эта оцен­ка Мо­с­ков­ской Ру­си прин­ци­пи­аль­но от­ли­ча­ет­ся от той, ко­то­рую да­ва­ли ев­ра­зий­цы, в дан­ном ас­пек­те мож­но го­во­рить о су­ще­ст­вен­ных рас­хо­ж­де­ни­ях ме­ж­ду пи­са­те­лем и пред­ста­ви­те­ля­ми дан­но­го со­ци­аль­но-фи­ло­соф­ско­го уче­ния. Для ев­ра­зий­цев Мо­с­ков­ская Русь – сим­вол са­мо­быт­но­го, не­тро­ну­то­го идео­ло­ги­ей За­па­да раз­ви­тия.

Но спра­вед­ли­во­сти ра­ди не­об­хо­ди­мо от­ме­тить, что для Дос­то­ев­ско­го по­доб­но­го ме­та­фи­зи­че­ско­го идеа­ла бы­ло ма­ло. Русь го­то­ви­лась быть са­мо­изо­ли­ро­ва­на от ми­ра, выброшена из гло­баль­но­го и све­де­на к ло­каль­но­му. По мне­нию Дос­то­ев­ско­го, изо­ля­цио­низм – су­лит не толь­ко спа­се­ние, но и по­те­ри. Рос­сия, яв­ля­ясь са­мо­быт­ной не ­п­о­­хо­жей на дру­гие ци­ви­ли­за­ции стра­ной, го­то­ви­лась к то­му, что­бы не вы­хо­дить в свет, не уча­ст­во­вать гло­баль­но в ис­то­ри­че­ском про­цес­се. Пи­са­тель, од­на­ко, на­стаи­вал на том, что­бы мы пре­об­ра­зо­ва­ли  на «свой ма­нер» за­пад­ный мир, имен­но на этих ус­ло­ви­ях Рос­сия долж­на уча­ст­во­вать в гло­баль­ной ми­ро­вой ис­то­рии и по­ли­ти­ке. Но Дос­то­ев­ский умал­чи­ва­ет, бы­ли ли си­лы у рус­ской ци­ви­ли­за­ции для по­доб­но­го по­дав­ле­ния «ду­ха За­па­да»[14],[15], [16].


Библиографический список
  1. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.126.
  2. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.127.
  3. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.129.
  4. Вернадский Г. Русская история. М.: Аграф, 1997. С.145.
  5. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.129.
  6. Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана.: Аграф, 1999. С. 142.
  7. Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана.: Аграф, 1999. С.127.
  8. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.125.
  9. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990. С.109.
  10. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 26. Л.: Наука, 1972-1990.  С.239.
  11. Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. : Аграф, 1999. С. 121.
  12. Дугин А. Преодоление Запада // Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана.: Аграф, 1999. С.5-25.
  13. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 30 томах. Т. 27. Л.: Наука, 1972-1990. С.225.
  14. Лесевицкий А.В. Исследование сущности “объемной теории отчуждения” в творчестве Ф.М. Достоевского // Известия Пензенского государственного педагогического университета им. В.Г. Белинского. 2012. № 27. С. 311-315.
  15. Лесевицкий А.В. Исследование сущности соборной феноменологии в творчестве Ф.М. Достоевского // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2011. № 7-2. С. 135-138.
  16. Лесевицкий А.В. Анализ теории межклассового отчуждения в творчестве Ф.М. Достоевского // Антро. 2012. № 1. С. 50-65.


Все статьи автора «Лесевицкий Алексей Владимирович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: