УДК 09

КНИГА КАК ПРОДУКТ ФРАНЦУЗСКОГО ИЗДАТЕЛЬСКОГО ДИСКУРСА (ДИАХРОНИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

Короленко Ольга Игоревна1, Викулова Лариса Георгиевна2
1Московский городской педагогический университет, магистрант кафедры романской филологии
2Московский городской педагогический университет, научный руководитель, доктор филологических наук, профессор кафедры романской филологии

Аннотация
Данная статья посвящена феномену книги, которая рассматривается в историческом и культурном аспектах. Делается акцент на историю рукописной книги. В статье дается современное состояние книги, рассматривается издательский дискурс как одна из форм письменной коммуникации, оказывающий большое влияние на судьбу книги.

Ключевые слова: автор, дискурс, издатель, издательский дискурс, книга, рукописная книга, читатель


THE BOOK AS A PRODUCT OF THE FRENCH PUBLISHING DISCOURSE (DIACHRONIC ASPECTS)

Korolenko Olga Igorevna1, Vikulova Larisa Georgievna2
1Moscow City Teachers’ Training University, postgraduate of Roman philology department,Institute of Foreign Languages
2Moscow City Teachers’ Training University, scientific adviser, Doctor of Philology, professor of Roman philology department, Institute of Foreign Languages

Abstract
The paper focuses on the phenomenon of the book, which is considered in the historical and cultural aspects. The emphasis is made on the history of manuscripts. The article presents the current state of the book publishing discourse and considers it as a form of written communication that has a great influence on the fate of a book.

Рубрика: Филология

Библиографическая ссылка на статью:
Короленко О.И., Викулова Л.Г. Книга как продукт французского издательского дискурса (диахронический аспект) // Гуманитарные научные исследования. 2013. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2013/06/3352 (дата обращения: 01.10.2017).

Известно, что на протяжении многих веков книга менялась одновременно с развитием общества, воплощая в себе его основные достижения и отвечая требованиям той или иной исторической эпохи [3].   Как отмечает российский книговед М.Н. Куфаев, «книга – это не только жизнь, но и источник культурной жизни в настоящем и через настоящее в прошлом и будущем» [4: с. 62].

Книга всегда относилась к письменной коммуникации, следовательно, к письменной речи. Становление и престиж письменной речи связаны с важными вехами в истории любого языка. Процесс становления института письменной речи в Европе  в целом, и во Франции в частности, прошёл сложный путь. Во Франции этот процесс неразрывно связан с историей рукописной книги и делится на два больших периода – монастырский и светский. Монастырский период можно отнести к началу Средневековья и до конца XII века, когда центрами изготовления и хранения рукописных книг являлись монастыри. Со временем мастерская по переписыванию книг, а затем и библиотека стали неотъемлемой частью любого европейского монастыря.  Светский период – с начала XIII в. до введения книгопечатания во Франции (70-е годы XV в.), когда центр производства рукописной книги постепенно перемещается в города [9: c. 80].

Термин livre во французском языке имеет несколько значений:        1) «assemblage de feuillets portant des signes (manuscrits ou reproduits) destinés à être lus» (сшитые в один переплет листы бумаги или пергаменты) (манускрипты), 2) «produit d’imprimerie» (продукт издательской деятельности) [9: p. 2042].

Обратимся к этимологическому значению, определяющему «внутреннюю форму слова». Этимология французского слова  le livre  указывает на то, что слово восходит к латинскому liber,  вошло во французский язык в XI в. и обозначало кожу, расположенную между деревом и корой, на которой писали до того, как появились папирусы [11: p. 292].

В значительной степени институт письменной речи укреплялся за счёт особой структуры – скриптория, где создавалась основа культурно  значимых письменных текстов, хранимых в библиотеках, архивах. Изготавливались книги в специальном помещении – монастырском скриптории [3].

Первым и самым знаменитым центром раннего Средневековья был монастырь Вивариум, основанный Кассиодором Сенатором (485–580 гг.), где была создана библиотека и мастерская по переписке книг. Монахи, трудившиеся в скриптории, обладали широкими познаниями в области грамматики, логики, риторики. Их обучение Кассиодор вёл по собственному учебнику «О науках и искусствах», включавшему сведения из области математики, медицины, музыки. Затем были открыты скриптории при монастыре Монтэ-Кассино близ Неаполя, монастырь Боббио, основанный монахом Колумбаном в 613 г. В более позднее время действовали Кентерберийский, Корбийский, Турский, Санкт-Галленский и другие монастырские центры книгописания. Со временем мастерская по переписыванию книг, а затем и библиотека стали неотъемлемой частью любого монастыря [9: c. 80].

Монахи, копировавшие рукописи, назывались ecrivantcopistegreffiersecretairescribe (лат. scriba – «переписчик», «секретарь»). При этом важно отметить, что лексема scribe датируется началом XIV в. во французском языке. Этот титул относился  прежде всего  к тем, кто переписывал официальные документы [10: р. 3424].

Тираж рукописных книг не мог быть большим: в год переписывалось в среднем 60–65 экземпляров [3]. Процесс создания книги был очень трудоёмким и долгим.  В сфере переписывания манускрипта установилось разделение  ручного труда: одни монахи отвечали за изготовление пергамента, другие грифелем проводили на нём линии, третьи шлифовали кожу. Затем к работе приступали писцы, миниатюристы, переплётчики. Скриб писал текст, рубрикатор – заголовки  и красные строки, а иллюминатор выполнял рисунки и инициалы.

Монахи расценивали создание книг как богоугодное занятие, не допускающее роскоши и изысков, но роскошь допускалась при создании церковных книг. Делались добротные переплеты из дерева. Крышки украшались резьбой, драгоценными камнями, чеканкой из благородных металлов. Долгое время монахи оставались единственными изготовителями переплётов. Затем к работе над переплётами стали привлекаться ремесленники таких специальностей, как резчики штемпелей и печатей, золотых дел мастера, гравёры, чеканщики, литейщики. В готовую рукопись вписывались инициалы, рубрики, иллюстраторы готовили миниатюры и орнаменты [3]. Художественное убранство средневековых кодексов и их основные элементы зарождались в пространстве книге в ответ на выдвигавшиеся общественные потребности и вкусы богатых заказчиков.  На протяжении VI–IХ вв. у покупателей пользовался спросом пергамент, закрашенный в пурпурный и другие насыщенные цвета.

В XI–XII вв. в связи с развитием городов потребность в книгах заметно возрастает. В городах появляются внецерковные школы, увеличивается число церковных, складывается средневековая «интеллигенция», существование и труд которой были неразрывно связаны с книгой [8: с. 48].

С оживлением книжного дела в конце XII века наступает светский период в становлении «института письменной речи» (в терминологии   Ю.В. Рождественского), сопровождавшийся формированием книжного  рынка [7].  Рост спроса на французские книги среди горожан, чиновников привёл к перемещению производства рукописей в города, а профессионально подготовленные переписчики и иллюстраторы стали создавать специальные корпорации. Популярным занятием у знатных людей стало собираться большими группами для чтения вслух [5: с. 62].

Проникновение элементов светскости и мирского образа мыслей в сознание средневекового человека сказалось и на внешнем уборе книг. Изящные и дорогие украшения, свойственные церковным книгам, постепенно сменяются простыми, но добротно выполненными образцами рукописных кодексов, содержание которых отвечало литературным вкусам дворянства. Таким образом, можно отметить, что в Средневековье во Франции активно формируются институты письменной речи: скрипторий, канцелярия, библиотека, школа, что ведёт к расширению интеллектуального рынка. Данные институты играют большую роль в развитии письменной коммуникации.

Прогресс не стоял на месте, рукописных книг не хватало, в связи с тем, что книги были дорогостоящие, а их изготовление было затратным по времени и цене. В результате, в пространство графосферы вошло книгопечатание. Иоганн Гутенберг (около 1440 г.) изобрёл свой первый печатный станок,  осуществив полный цикл производства печати. Как отмечает известный лингвист Н.Б. Мечковская, «основным стимулом возникновения книгопечатания были потребности в одновременном, единообразным и быстром тиражировании книг» [6: с. 156].

Обратимся к современному состоянию книги в издательском дискурсе,  который мы определяем,  вслед за Л.Г. Викуловой, «как одну из форм письменной профессиональной коммуникации, которая представлена особыми жанрами и характеризуется прагматическим подходом издателей к новой ситуации коммуникации (массовой)» [1: c. 63].  В издательском дискурсе выделяется определённая модель «автор–читатель–издатель» в системе общения, где большую роль играет издатель. Для адекватного понимания основного текста произведения, которое отстоит во времени (классика), издатель ведёт диалог с адресатом. Их взаимодействие осуществляется через так называемые  паратекстовые жанры:  издательская аннотация, читательский адресат издания, введение, предисловие, примечания,  комментарии [2: с. 188].

Коммуникативная удача обеспечивается эффективностью приёмов, рассчитанных на возбуждение интереса к сообщаемой информации, поддержанием внимания адресата. Адресат издательского дискурса – читающая публика, для которой характерна категория массовости, а следовательно, неопределённости адресата [2:  с. 189].  Издательский дискурс играет особую роль, когда идёт речь о пространственном и временном удалении произведения от места и времени  его первоначального выхода из печати. В таком случае средством общения выступает сам издательский дискурс, который характеризуется определенной коммуникативной целью – рекламно-информативной.

Таким образом, книга – сложный объект, представляющий собой продукт издательской деятельности, который имеет материально-конструктивную и художественную ценность.


Библиографический список
  1. Викулова Л.Г.  Издательский дискурс в системе общения «Автор–Издатель–Читатель» / Л.Г. Викулова // Вестник ИГЛУ. Серия «Филология». – 2012. – № 2ю(18). – С. 63–68.
  2. Викулова Л.Г.  Личность издателя как медиатора в литературной коммуникации  [Текст] / Л.Г. Викулова  // Личность и модусы ее реализации в языке : коллектив. моногр.: посвящается юбилею Ю.М.  Малиновича / авт.:  И.П. Амзаракова ;   [ отв. ред.  С.А. Хахалова]; РАН, Ин-т языкознания,  Иркут. гос. лингв. ун-т. – М. : Ин-т языкознания РАН; Иркутск :  Изд-во Иркут. лингв. ун-та,  2008. – С. 188–206.
  3. Говорова А.А.  История книги  / А.А. Говорова, Т.Г. Куприянова. – URL: http://www.hi-edu.ru/ebooks/HB/06-1.htm , свободный.
  4. Куфаев М.Н. Проблемы философии книги. Книга в процессе общения / М.Н. Куфаев. – М. : Наука, 2004. – 188 с.
  5. Мангуэль А. История чтения / А. Мангуэль; пер. с англ. М. Юнгер. – Екатеринбург :   У-Фактория, 2008. – 381 с.
  6. Мечковская Н.Б. Социальная лингвистика : пособ. для студ. гуманит. вузов /  Н.Б. Мечковская. – 2-е изд., испр. – М. : Аспект Пресс,  2000. – 207 с.
  7. Рождественский Ю.В.  Теория риторики. –  М. : Добросвет, 1997. – URL :    http://bookfi.org/book/587389 , свободный.
  8. Романова В.Л. Рукописная книга и готическое письмо во Франции в XIII-XIV вв. – М. : Наука, 1975. – 239 с.
  9. Становая Л.А. Введение в скриптологию: учеб. пособие к спецкурсу по истории французского языка. – СПб. : Златоуст, 1996. – 95 с.
  10. Dictionnaire historique de la langue française : en 3 tomes / A. Rey, M. Tomi, T. Hordé, Ch. Tanet; sous la direction d’ Alain Rey. – Paris : Le Robert, 2006.
  11. Picoche J. Dictionnaire étymologique du français / J. Picoche. – Paris : Le Robert, 1992. – 619 p.


Все статьи автора «Короленко Ольга Игоревна»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: